– Ты зря ляпнул про собак, – раздался голос Ыги, и я оглянулся.

Мын лежал на морф-платформе с закрытыми глазами и не шевелился.

– Я в тебе, – сказал мын, не открывая рта, – Не паникуй.

– Что? – я попятился от платформы. – Где?

– Да стой ты! – приказал голос у меня в голове, – Не дергайся! Нам надо поговорить, но так, чтобы никто не слышал.

Наконец до меня дошло, что Ыга погрузился в мое сознание и говорит со мной через Каскад. Я выдохнул, хотя чувство нарушенных границ легло неприятным липким слоем брезгливости на все мои ощущения.

– Вернись к стене с клонами и просто броди вдоль нее, – сказал Ыга, и на этот раз это было больше похоже на просьбу, чем на приказ. Я повиновался.

– Гуриней хочет, чтобы я добыл ему собаку с Земли. Настоящую, живую и в своем уме. Но сам я с этой задачей не справлюсь.

– Еще бы! Как ты… – я тут же услышал у себя в голове нетерпеливую скороговорку.

– Отвечай мысленно, охрана никуда не делась. Гуриней не оставил бы нас одних даже за всех собак во Вселенной! Он хочет знать все, о чем мы будем говорить.

– Так, – подумал я, – я тебя понял. Буду думать про себя. Так лучше?

– Для начала пойдет. Теперь попробуй делать это на ходу, а то ты замер, как напуганный задрик.

Я сделал несколько шагов и изобразил задумчивость, глядя на следующего клона. Постепенно мне почти удалось успокоиться. Я мысленно вдохнул и выдохнул, правда для этого пришлось сделать это на самом деле.

– Мне на Землю надо не за собаками, – подумал наконец я, – Меня попросили. Сэнто ГИГА попросил. И другие.

– Ты видел, как он погиб, я это знаю, – произнес Ыга у меня в голове, – ты не против, если я взгляну, что там произошло?

– Я думал, ты можешь сделать это и без моего разрешения, – подумал я в ответ, а потом добавил: – Но спасибо, что спросил.

– Я уже посмотрел, – тут же сказал мын. – Он и правда просил тебя найти меня. Интересно, почему?

– У меня есть предположение на этот счет…

И я начал думать о том, что для навигации в Каскаде вергилианцам-аэлям требуется каскадное сердце. Если я перенесу свое сознание в человеческое тело, каскадного сердца у меня не будет, но его можно было бы чем-нибудь заменить. Например, мыном. Я не слышал о том, чтобы кто-нибудь так делал, но мне кажется, что это должно быть возможно. Чисто теоретически. Мын находил бы точку в Каскаде, к которой нужно совершить перемещение, и передавал бы ее в сознание вергилианца. А дальше всего лишь нужно вспомнить, что тебя не существует…

Выслушав меня, Ыга надолго замолчал, я даже в какой-то момент подумал, что он заснул или даже потерял сознание. А может – умер?! В последнее время такое случалось с теми, кого я знаю.

Мын лежал совершенно неподвижно. Я даже подошел к нему и прислушался. Тихое дыхание и движение грудной клетки говорили о том, что он жив. Я наклонился ближе, чтобы рассмотреть его лицо – просто так встретить мына практически невозможно. Его сероватая кожа напоминала вулканический пепел, поверхность которого избороздили темные разломы морщин.

– Я посмотрел все, что произошло с тобой за последнее время, – услышав голос мына, я едва не подпрыгнул. – Тебе действительно настолько нужна собственная станция, что ты готов рискнуть и отправиться на Землю, чтобы забрать оттуда побольше музыки?

– Не вижу ничего плохого в том, чтобы помочь друзьям, – резковато подумал я, – А если в процессе получится подзаработать, то это вдвойне приятно, – вторая часть предложения прозвучала гораздо искреннее.

– Мне тоже нужны деньги, – вздохнул мын в моих мыслях, – Довольно большая сумма. Но достать собаку с Земли я не смогу по понятным причинам.

Я принялся было думать о том, с какими сложностями был бы связан этот процесс, но Ыга меня прервал.

– Я думаю, мы могли бы друг другу помочь, – перебил он меня. – Но нам не стоит принимать предложение Гуринея. С ним слишком опасно иметь дело. Я бы не обратился к нему, если бы я не был в отчаянном положении. Но теперь, когда мы с тобой встретились, ситуация изменилась. Тебе нужна моя помощь, а мне – твоя.

Ыга сказал, что готов отправиться со мной, если я соглашусь поделиться с ним прибылью от добытой музыки. Он рассказал мне о своих путешествиях на Земле, о музыкальных магазинах, концертах, студиях звукозаписи и так живо обрисовал возможности создания коллекции уникальной музыки, что я уже практически видел, как новенькая блестящая станция последней модели производства «Ладайда Барго» в максимальной комплектации и с каскадным приводом сама плывет ко мне в руки.

– Кват побери, – я мысленно хлопнул рукой себя по колену, – ты словно читаешь мои мысли! Стоп! – внезапное осознание так сильно меня обескуражило, что я вцепился руками в стоявшую передо мной стазис-камеру с кинком-подростком внутри, – Ты ведь и правда читаешь мои мысли!

Крио-капсула отозвалась тревожным писком, вспыхнувшими огнями сигнализации и голосом охраны, раздавшимся из небольшого динамика на корпусе:

– Не трогайте капсулы, ажанда, сделайте два шага назад!

– Я случайно! – подумал я громко, а потом спохватился и прокричал то же самое. – Я случайно, правда!

– Да, я читаю твои мысли, но я лишь показал тебе, что у нас может получиться! Я помогу тебе узнать, почему заблокирован Каскад вокруг Земли, а заодно мы соберем самую крутую коллекцию музыки, которую продадим после возвращения и деньги поделим пополам. Идет?

– А тебе для чего деньги нужны?

– Расскажу потом, сейчас нам надо побыстрее отсюда убраться. Земное тело мы можем попробовать раздобыть у Плана Гилля. Гуриней сказал, что взял там генетический материал для клонирования, но я уверен, что они и сами этим занимаются. Так ты согласен?

Я решил, что мне надо как следует это всё обдумать. Гуриней предлагал земное тело, но как-то уж слишком легко. Ыга предлагал помощь и возможность получить станцию, но тогда надо было искать тело в другом месте. Это все усложняло, но если говорить честно, то Гуриней со своей коллекцией клонов произвел на меня пугающее впечатление. Предыдущий кинк, который окружал себя спящими в стазисе существами, был довольно неприятным.

– Хорошо, я согласен! – подумал я и кивнул.

– Тогда подойди и разбуди меня.

– Не понял, – честно ответил я.

– Подойди к моему телу и потряси меня за плечо. Притворись, что подумал, будто я заснул.

Я так и сделал. Ыга открыл глаза и уселся на морф-платформе, моргая и потягиваясь. Выглядело совершенно натурально. Он ловко спрыгнул на пол, и в этот момент в потолке снова открылось отверстие, и морф-платформа, несущая Гуринея, стала плавно опускаться к нам. Сверху доносились ликующие крики фанатов, скандирующих ритмичную кричалку. Гуриней пританцовывал на платформе и скандировал вместе с ними:

– Я взорву твою звезду! Я взорву твою звезду!

Очевидно, победила Сборная Внешнего Кольца, но одиночное празднование в исполнении Гуринея больше было похоже на триумф суперзлодея, чем на радость преданного болельщика. На фоне звучал гимн команды: довольно агрессивный электронный трек с Земли.

– Ну что, вы все обсудили? – спросил кинк, оказавшись, наконец, на полу и танцуя в нашу сторону под музыку. – С меня бесплатное земное тело для нашего уважаемого вергилианца, чтобы он мог погладить собаку на Земле, а с вас – земная собака, чтобы я мог ее погладить здесь. Награда для мына по возвращении. Вы согласны?

Я посмотрел на Ыгу. Он был совершенно спокоен.

– Нет, Гуриней, спасибо за щедрое предложение, но я, пожалуй, откажусь, – сказал он и слегка поклонился. Очень важный для мынов жест уважения.

– Хм… – Гуриней слегка улыбнулся и перевел взгляд на меня. – А ты, Ксандар? Что скажешь? Земное тело в бесплатную аренду. Просто помоги мне достать земную собаку.

– Я очень ценю такую возможность, – сказал я, проглотив взволнованный ком в горле, – но как-нибудь в другой раз. Я думаю, если флот Звездного Вече захватит Землю, рано или поздно я смогу попасть туда и увидеть собак. У вас тоже наверняка появится такая возможность!

Я почувствовал, как моя голова сама втягивается в плечи и заставил ее вернуться на место.

Гуриней занервничал. Он смотрел по сторонам, переведя взгляд с меня на Ыгу, затем на клоны, и не знал, куда деть руки.

– Нет, ну как так-то? – спросил он у комнаты. – Да ну так не бывает! Я так не согласен!

Он хлопнул себя по бедру, повернулся к жидкому зеркалу и сделал короткий жест. Охранники ввалились в комнату мгновенно.

– Вы правда не хотите мне помочь? – спросил нас Гуриней, слегка сощурившись, что в исполнении кинка с такими огромными глазами выглядит по-настоящему зловеще.

– Спасибо, но нет, – ответил Ыга спокойно.

– Может, в другой раз, – выдавил я.

Гуриней протянул руку, и один из охранников вложил в нее мою сумку. Кинк открыл ее, порылся внутри, извлек на свет засохший коричневый палец и указал им в меня.

– Ты, Ксандар Бо, отправишься на Землю в теле, которое я тебе дам, и доставишь мне не одну собаку, а двух. А если ты откажешься, то я передам тебя Звездному Вече, потому что ты пират. Этот палец принадлежал Энду, кинку, бюрократу седьмой категории, которого хладнокровно убили во время угона его шаттла несколько циклов назад на Сайде. Этот палец был в твоей сумке. Значит, либо ты сам убил Энду, либо ты получил палец от пиратов, угнавших его корабль. А значит – ты с ними заодно.

Шаттл, который мне передал Йиша, и правда был угнан. Но он остался на Вергилии, а про палец в сумке я совсем забыл. Мне стало плохо, эмоциональное сердце попробовало убежать, полетное заставило расправить крылья, а каскадное наполнило мое сознание яркими огнями – живыми точками назначения по всей ближайшей системе, куда можно было прыгнуть прямо сейчас.

– И не думай сбежать, – со усмешкой бросил Гуриней, – Звездное Вече объявит тебя в розыск, и на всей территории Конгломерата Айх-Варап ты больше никогда не найдешь безопасного уголка.

Я бросил взгляд на Ыгу, но тот смотрел на кинка с нескрываемым презрением. Этот взгляд не остался незамеченным.

– Не смотри на меня так, Ыга, ты тоже отправляешься на Землю, иначе Звездное Вече узнает не только о том, что ты перехватываешь сознания, но и том, что ты держишь на станции утонувшую ыри, которую кват знает как умудряешься поддерживать в живом состоянии. Это отвратительно! – Гуриней выплюнул последнее слово с таким чувством, что брезгливость брызнула даже на лица охранников, стоявших позади него.

Я понял, для чего Ыге нужны были деньги.

Плечи старого мына опустились.

– Откуда …

– Ты думаешь, я тебе скажу? – Гуриней рассмеялся искренним смехом, – Дурь какая! Но ладно, я понимаю, что ты в шоке. Все хорошо, не переживай. Я никому не скажу, если ты сделаешь то, что мне нужно.

В этот момент я понял, что мой каскадный скачок был настолько же удачным, насколько катастрофическим. Я попал ровно туда, куда целился, но оказался совершенно не там, где хотел бы быть.

Меня накрыло паникой. Мерзкая улыбка Гуринея, клоны в капсулах вдоль сдвигающихся стен, ссутулившийся мын, качающийся пол, плывущий потолок. Все стало терять форму. Кажется, я начал падать. Я должен был вырваться из этого места, мне нужно было прыгнуть через Каскад в безопасное место. Эмоциональное сердце кричало: «Домой, на Вергилию, к отцу и зенгоду!» Но каскадное сердце не хотело его слышать. Закрыв глаза, я увидел вокруг залитое миллионами огней пространство обсервационного тора. Протянув руку, я почти коснулся одного из огней, но в следующий миг всё погасло и стало темно.