– Откуда, медь зелёная, ты взял столько учеников, Ори?! – закричал Гаспар, когда горе-шпионы столпились у выхода из шатра.

– Ты же знаешь сам, Клешнявый, нуоринов не ищут. Они попадаются на дороге сами, – промурлыкал Ориоль.

Чемпион фыркнул по-лошадиному и погрузился с головой в воду. Через несколько мгновений он вынырнул, растирая руками лицо.

– И на кой нам сейчас ученики? – пробурчал он. – И так живём скудно.

– Свежая кровь! – сказал Ори. – Пора обновляться, Гаспар. Надоели ваши скрипы, жалобы да попукивания.

Мур закис от смеха, зажал рот ладошкой.

– А этот, – указал на него Гаспар. – Неужели гладыш, как я? Покажи-ка свою руку, парень!

Мур помахал ему крючковатой лапкой.

– Мать медвежья… – вымолвил Чемпион. – Это ты брат-букашка? Мурахайнен?!

Гаспар посмотрел на Ахти: пробежался взглядом по ржавой форме нуорина, взглянул на деревянный меч. Открыл было рот, чтобы сострить, но мальчик взглянул так, что Гаспар тут же его захлопнул.

– Славный из него выйдет кулкури, а? – заметил его взгляд Ориоль.

– Поживём – увидим.

Гаспар подмигнул Иви и вдруг узнал Анемеда, стоящего в отдалении:

– А этот что здесь забыл? Моль белая! Как ты сюда решился прийти, после того как мне жилы на площади выкручивал?

Анемед потупился в пол. Ему в палатке явно было тесно.

– С ним вопрос решается, – похлопал Ориоль Гаспара по мокрому плечу. – Не бузи.

– Да я из-за его ментори чуть в лепёшку не расшибся! – Чемпион хлопнул по воде, обрызгав всех вокруг. – И он вот так гуляет по лагерю?

– Такое ему позволено только сегодня, – спокойно объяснил Ориоль. – Но и гнать парня вон мы не станем. Узнаем прежде о его даре. Ученик не повинен в ошибках учителя. – Он склонился над ухом Гаспара и что-то прошептал.

Чемпион небрежно махнул рукой и обратился к гостям, сдвинув брови:

– Сегодня ваш последний выходной, мелюзга. Завтра до восхода начнутся тренировки. Ещё до того как первый продавец придёт на рынок, сгоню с вас семь потов. Кто себя пожалеет или захочет к мамочке, лучше сейчас снимайте с пояса «щепку» и бегите плачьтесь.

– Так нет у нас мамочек, – пожал плечами Мур. – Ни у кого.

Гаспар навалился на край бочки:

– Тебе, братишка, лишний круг за уточнение. А теперь разворот и кыш из моей берлоги. Кого поймаю ещё раз возле неё, укорочу.

Он щёлкнул клешнёй, и ребята выскользнули наружу.

Гаспар вынул из воды тяжёлую косу и, выжав, откинул за борт бочки. В воде его разморило, и он закрыл глаза.

– Жаль их, Ориоль, – сонно произнёс он. – Сколько славных ребят сгинуло, не успев став кулкури…

– А сколько их сгинуло бы на больших дорогах? – сказал Ориоль, усаживаясь на сундук.

– Времена нынче паскудные, Ори. Мелюзге не выжить.

– Ты же выжил, – ответил командир.

Он поднялся и вразвалочку пошёл к выходу. Остановился:

– Клешнявый?

– Ну?

– Грустно было в отряде без тебя. Хорошо, что вернулся.

– А я по тебе, шут гороховый, не скучал.

– Ясное дело, ты ж твёрдый, в панцире!

– Только наполовину, Ори. Только наполовину.