На следующее утро Сафира проснулась незадолго до рассвета, чтобы подготовиться к рабочему дню. Звеня золотыми браслетами на запястье, надела желтое платье, оттенком напоминавшее ей ванильный крем.

В животе заурчало, пока она заплетала волосы в небрежную косу. Сафира задумалась, не осталось ли со вчерашнего дня булочек с кардамоном. Она почти не спала прошлой ночью, и, быть может, завтрак придаст ей сил. Она едва могла нормально функционировать без утренней дозы кофеина.

Пока Сафира размышляла, чем бы позавтракать, внизу раздался звонок в дверь. Она вышла из своей квартирки и направилась к лестнице в кафе, гадая, кто мог прийти в такой час. У нее не запланировано доставок на раннее утро. Еще даже солнце не взошло, все вокруг окутывала темнота.

Когда Сафира открыла боковую дверь и увидела перед собой высокую красивую фигуру, то сразу вспомнила, почему почти не спала прошлой ночью.

– Эйден! – воскликнула она. – Привет!

В ее мыслях замелькали образы: темное кафе, красивый мужчина, драконенок. Она думала, что эта встреча ей приснилась – такое вполне могло нарисовать ее бурное воображение, – но нет, Эйден Стерлинг стоял перед ней со своим очаровательным питомцем.

– Доброе утро, – ответил он хриплым от долгого молчания голосом.

От его глубокого тембра у нее по спине побежали мурашки. Его внешняя привлекательность все только усугубляла, и это было невозможно не замечать. Все горожанки в свое время были в него влюблены, но он слыл известным затворником и редко появлялся в общественных местах. В особенности после смерти Дэнни.

Эйден одевался просто, из украшений носил только перстень на левой руке с печатью, напоминавшей фамильный герб с черным камнем в центре в цвет его густых волос. Щеки и острый подбородок покрывала щетина. По черным глазам было трудно понять, о чем он думает и что чувствует. Сафира смотрела на него, не отводя взгляда.

Эйден был таким загадочным, что это придавало ему невероятную сексуальность. Сафира обратила внимание еще прошлым вечером, но теперь снова заметила это даже в сумерках.

На руках у Эйдена спал драконенок, прижавшись к его груди. Сафира чуть не растаяла от этого зрелища. Но пока она не успела лишиться чувств, порыв ветра подтолкнул Эйдена вперед. Он налетел на нее в дверном проеме, и его лицо озарил свет, горевший в доме.

Эйден округлил глаза.

– Прошу прощения.

Сафира рассмеялась.

– Это моя бабушка отругала меня за то, что не пригласила тебя раньше, – сказала она, отступая в сторону. – Проходи, проходи.

Сафира закрыла за ним дверь, не впуская утреннюю прохладу. В кафе было тепло. Еще не пришла пора отключать отопление на ночь, но скоро весна принесет прекрасную погоду – солнце и легкий ветерок, колышущий лепестки цветов.

– Давай я что-нибудь для него принесу, – предложила Сафира и отошла взять лежак для Искорки.

Искорка принадлежал к более крупной породе базальтовых драконов, а значит, и детенышем был крупным. У него была черная чешуя и фиолетовые глаза. Драконы базальтовой породы – самые дорогие из-за своей редкости. А еще, по слухам, они лучше всех подходили для нелегальных гонок, но Сафира мало что знала об этом спорте.

Сафира не принадлежала ни к одной из дракканских семей, поэтому общалась с драконами в основном в кафе, да и там встречала только детенышей. Взрослых драконов она видела, лишь когда они летали высоко над долиной, и могла понаблюдать за ними издалека.

Сафира принесла лежанку и поставила ее на пол возле стойки, и Эйден осторожно положил на нее Искорку. Выглядел он взволнованным. И только когда драконенок благополучно заснул, Эйден выдохнул с облегчением.

– Еще рано, – заметила Сафира. – Неудивительно, что малыш еще сонный. – Она зевнула. – Хотелось бы мне составить ему компанию.

– Я люблю рано вставать, – ответил Эйден, и она как-то странно на него посмотрела.

– По собственному желанию? Если бы мне не приходилось подниматься в несусветную рань, чтобы подготовить кафе к открытию, я бы просыпала в десяти случаях из десяти.

Его губы дрогнули. Сафира заметила, что Эйден редко улыбался, что могло бы напугать, раз уж он стал ее работодателем, но почему-то она чувствовала себя рядом с ним совершенно комфортно.

– Приятно просыпаться раньше всех. Всюду тихо и спокойно. А весной и того лучше, когда птицы поют вовсю.

– Здорово, – согласилась она. – Я никогда не думала об этом в таком ключе, но ты прав: я чувствую покой, когда открываю кафе поутру, пока все не пришли и не началась дневная суета.

– К слову о суете: потому я и пришел так рано, – объяснил Эйден, достав телефон из кармана брюк. – Хотел узнать номер твоего счета, чтобы отправить первую оплату, а еще застать тебя, пока не хлынули посетители.

Сафира посмотрела на него с любопытством.

– Ты не очень-то любишь людей? – Она почти не встречала его в городе.

Эйден притих. Сафира подумала, что, пожалуй, не стоило этого говорить. Ей сложно было его понять. Эйден был немного… угрюм, но она не ощущала в нем враждебности, будто он злился на нее или на весь мир. А еще было в нем что-то такое, что дарило ей умиротворение.

К сожалению, Сафира, как поговаривала Нани-Ма, имела дурную привычку думать о людях только хорошо.

– Моя глупышка, влюбляется в незнакомцев направо и налево, – говорила Нани-Ма, ласково посмеиваясь и качая головой.

Причем необязательно в романтическом смысле, Сафира просто жаждала человеческого общения. Она каждый день общалась со столькими людьми, что ей было легко утолять эту потребность. Но, увы, под вечер, когда все уходили, она оставалась одна.

– Можешь дать мне свои банковские реквизиты? – спросил Эйден, переминаясь с ноги на ногу. Он говорил так, словно мысленно репетировал реплики.

– Конечно, – ответила она и быстро назвала свой номер телефона. – Можешь перевести деньги по этому номеру. И он сохранится у тебя на случай, если понадобится мне написать.

Сафира мысленно поежилась от этих слов. Ну и зачем это? К счастью, выражение лица Эйдена смягчилось.

– Рад слышать, – ответил он и стал печатать в телефоне, а мгновение спустя ей пришло уведомление.

При виде суммы ее пронзило удивление. Вчера вечером Эйден обещал, что выплатит ей две тысячи долларов авансом, но Сафира все равно испытала шок, увидев их на своем счете.

Она еще даже не начала заниматься с Искоркой, но отчаянно нуждалась в деньгах. Аванс тотчас пойдет на покупку новой кофемашины, что обрадовало ее и принесло облегчение.

Сафиру охватило чувство вины от того, как много он ей платил, но Эйден, видимо, оказался в отчаянии, чего она никак не могла понять. Он Стерлинг, из древнего дракканского рода. Его предки летали на драконах с тех пор, как этих животных одомашнили. Зачем ему ее помощь?

Сафира бросила взгляд на Искорку, который так и спал на лежаке, и от его вида ее окутало тепло, а вопросы отпали сами собой.

Она хотела иметь собственного дракона так же сильно, как нуждалась в деньгах. И хотя Искорка – не ее питомец и никогда им не станет, быть может, это ее единственная возможность пообщаться с драконом.

– Пришло? – спросил Эйден.

Сафира захлопала глазами и вновь перевела на него взгляд. Он смотрел на нее так внимательно, что ее сердце заколотилось быстрее оттого, что ее застали в задумчивости.

– Д-да, спасибо, – ответила Сафира и, убрав телефон, ослепительно ему улыбнулась. Он кивнул.

– Что ж, тогда я пойду, пожалуй. – Эйден развернулся на каблуках и зашагал к двери. Сафира почувствовала, будто что-то упускает. При виде его удаляющейся спины в ней взыграла тревога.

– Подожди! – Она помчалась за ним. – О чем это ты?

Эйден уже дошел до двери, быстро шагая длинными ногами.

– Ты же получила деньги? – прямо спросил он.

– Да, получила, но я не…

– Ты ведь будешь обучать Искорку? Такова наша договоренность?

Сафира растерянно моргнула. Посмотрела на спящего Искорку, затем на Эйдена, который топтался на месте. Неужели она его обидела? Вид у него был смущенный.

Он неловко смотрел на нее, и она тоже почувствовала себя не в своей тарелке.

– Прямо сейчас? – спросила она в изумлении, озадаченно моргая. – Но мне нужно работать!

– Ой. – Щеки Эйдена залил румянец. На миг ей показалось, что он мысленно упрекает себя. Ей стало неловко: еще недавно она была с ним на одной волне, а теперь казалось, что их цели не совпадали. Ей совсем не нравилось это чувство.

– Да. – Сафира прикусила нижнюю губу. – Наверное, нам стоит продумать, как все будет проходить? – спросила она, пытаясь вернуть прежнюю легкость. Эйден кивнул. – Отлично. Но сначала кофе.

Сафира вернулась в кафе и пошла прямиком за прилавок. Замешкавшись, Эйден последовал за ней. Она достала холодный кофе из холодильника. Сама предпочитала латте, но обходилась другими напитками, пока кофемашина неисправна. В ее меню были представлены и напитки в стиле фьюжн, например чай латте, фалуда[7] или освежающие рух афза[8].

Эйден подошел к стойке, и Сафира жестом пригласила его присесть. Он устроился на табурете, и их глаза наконец-то оказались на одном уровне. Сафира неспешно рассмотрела его лицо. Длинные ресницы обрамляли бездонные черные глаза, в которых хотелось утонуть. В остальном его отличали резкие черты, словно он высечен из камня, но губы тронула мягкая улыбка, пока он наблюдал, как Сафира наливает кофе.

– Что пожелаешь? – спросила она.

– Ничего, спасибо, – ответил Эйден, с опаской глядя, как она добавляет в свой холодный кофе безумное количество ванильного сиропа.

– Я все равно тебе что-нибудь приготовлю, так что лучше скажи сам. – Сафира налила овсяное молоко в свой напиток и перемешала. Когда он стал правильного цвета, она сделала глоток и тут же ощутила действие кофеина, наслаждаясь сладким и горьковатым вкусом и довольно мыча.

– Я не люблю кофе, – сказал Эйден предельно серьезным тоном.

Сафира ахнула слегка театрально, но он сказал нечто совершенно ужасное. Она схватилась за сердце, будто ее застрелили.

– Нет! – воскликнула она. – Прости, но тогда и делу конец. Я не смогу с тобой работать. Как можно не любить кофе?! Я не доверяю людям, которые не любят кофе. Так и хочется спросить, что вы пытаетесь этим доказать? Да и зачем лишать себя такой вкуснятины? Ерунда какая-то!

– Прости, я пошутил. – Его губы дрогнули в улыбке, и он прокашлялся. – А ты явно приняла мою шутку близко к сердцу.

О, так он шутник! Сафире это понравилось, пускай она и не поняла шутку.

– Уф! – Она перевела дух. – Какое облегчение. Ладно, договоренность в силе.

Эйден улыбнулся, и это показалось ей личной победой. Сафира еще никогда не видела, чтобы он дарил улыбку, и та, пусть и сдержанная, оказалась обаятельной.

Он задумался на мгновение, а потом ответил:

– Могу выпить то же, что и ты, только сахара поменьше. Я не знаток кофе.

– Не беспокойся! Я эксперт. – Сафира приготовила ему напиток, добавив совсем немного ванильного сиропа, и сделала сверху холодную пенку. Посыпала его корицей через трафарет в форме сердечка и передала Эйдену.

И только поставив перед ним кофе, поняла, что украшение в виде сердца, пожалуй, было лишним. Она мысленно поежилась.

– Всегда пью такой, – пояснила Сафира, чувствуя, как горят щеки. – Самый простой рецепт, я чаще всего его готовлю, и он всем нравится…

– Здорово, – ответил Эйден, положив конец ее страданиям.

Он перевел взгляд с сердечка на Сафиру, и ее сердце забилось быстрее. Казалось, он вовсе не счел ее странной. Ей бы очень этого не хотелось. Порой она чрезмерно увлекалась, а он уже показал себя как более стойкого и молчаливого человека.

Но, похоже, он нисколько не возражал, наоборот, выглядел довольным.

Сафира улыбнулась.

– Хорошо, а теперь попробуй, – велела она и стала внимательно смотреть, как он делает первый глоток. Она слегка отвлеклась, наблюдая за его длинной шеей, пока он глотал.

– Очень вкусно. – Эйден выглядел удивленным. – Никогда такой не пил, но мне нравится.

Сафира похлопала самой себе.

– Ура!

Она отпила из своего стакана, и оба на мгновение погрузились в молчание. Ее напугало, насколько комфортным оно было, хотя она едва знала Эйдена, а он совсем не знал ее.

– Перейдем к делу. Что мне делать с Искоркой целый день? – спросил Эйден.

– Кафе работает с восьми до пяти, – ответила Сафира после недолгого молчания. – Так что я могу заниматься с ним после работы, когда тебе удобно.

Эйден задумался.

– Я подумал, что он мог бы проводить здесь весь день. Раз у тебя есть лежаки, пещеры и другие драконята, с которыми Искорка мог бы общаться.

– Будь он обучен, это не составило бы труда, – возразила Сафира, поразмыслив. – Но поскольку он не дрессированный, насколько я могу судить, это может вызвать сложности. Три главных навыка в обучении драконенка: умение контролировать огонь, общаться и летать.

Страстное желание иметь собственного дракона и побудило Сафиру получить эти знания, чтобы дополнить свои мечты конкретикой.

А как только она осознала, что с появлением Искорки эти мечты станут реальностью, ее охватила легкая дрожь.

– Да, он ничего этого не умеет и вдобавок ведет себя ужасно, – проворчал Эйден. Он закатал рукав и показал Сафире след от укуса на предплечье в доказательство своих слов.

Сафира нахмурилась. Рана была совсем небольшая, но все же ее это расстроило. Она подавила желание протянуть руку и дотронуться до его кожи.

Она прокашлялась.

– А поскольку он не обучен, мне кажется, оставлять его в кафе – не лучшая мысль, – сказала она, вновь сосредоточившись. – Мне придется постоянно за ним приглядывать, чтобы он не поранился и не потерялся – он же еще малыш!

За драконами нужно присматривать так же внимательно, как за детьми, потому что они уязвимы перед хищниками. Такими, как другие магические животные: химеры, грифоны или даже драконы. Взрослые особи способны за себя постоять, поэтому им позволяли свободно летать под защитой гор и холмов, окружавших долину.

В кафе безопасно, но на воле всадникам нужно остерегаться браконьеров – были и те, кто похищал драконов и продавал их на черном рынке тому, кто больше заплатит. А поскольку базальтовые драконы очень редкие, Искорке могла грозить особая опасность.

Сафира слышала, что похищенных драконов потом использовали для участия в гонках. Она не знала, правдивы ли слухи, но в вопросах безопасности лучше перестраховаться.

– Ты права, – вздохнул Эйден. – Мне следовало это учесть. Не знаю, о чем я только думал… – Казалось, он недоволен собой.

– А что ты делал с Искоркой все это время? – спросила Сафира, привлекая его внимание. – Ты не можешь продолжить в том же духе? – Она замолчала, кое-что осознав. – Кстати, чем ты сам занимаешься?

Она почти ничего о нем не знала, никто не знал. Эйден был очень замкнутым человеком, и теперь ей безумно хотелось узнать обо всем. Узнать, кто он такой.

Сафира твердила себе, что причина в ее естественном любопытстве. Что ей нравилось узнавать других, но она не могла отрицать, что Эйден отчего-то пробуждал в ней особенный интерес.

В конце концов, они будут работать вместе. Наверное, дело в этом.

– Я занимаюсь ландшафтным дизайном. – Казалось, он не особо хотел говорить о себе. – Проектирую сады.

– О, как здорово! Как «Блумсмитс»? Постоянно вижу их вывески по всему городу.

Эйден почесал затылок, отведя взгляд.

– Хм, да… Вообще-то, это и есть моя компания.

– Боже мой! – воскликнула Сафира под впечатлением. – Твоя? Я в восторге от твоих работ! Весна – мое любимое время в городе из-за обилия цветов.

Эйден блистательно все сочетал: цвета, формы, различные высоты и пространства, намеренно оставленные пустыми.

– Да ничего особенного, – смутился он.

– Нет, неправда! – возразила Сафира.

В его работе чувствовалась гармония, основанная на тщательном расчете и продуманных композициях, – настоящее мастерство. Оттого прогулка по городу дарила удовольствие, и ходить по улицам становилось так же приятно, как и посреди зимы в снегопад. Вот только это было творение не природы, а Эйдена.

– Ты украшаешь весь город. Это поразительно.

Он избегал ее взгляда, но Сафира видела, что ему приятна ее похвала.

– Сейчас как раз весна, и я буду очень занят, – сказал Эйден мгновение спустя. – Зимой и так было затишье. У меня почти не было работы, поэтому я мог без проблем присматривать за Искоркой. Но у меня уже есть заказы от частных клиентов и от города. Я не могу брать Искорку с собой.

– Почему? – спросила Сафира, глядя на спокойного ангелочка.

– Потому что он – настоящий демон, – прямо ответил Эйден. – Он все испортит. Поэтому его и нужно дрессировать.

– А почему не попросишь свою семью взять его? – спросила Сафира, и он замешкался.

– Дэнни оставил его мне, – наконец тихо ответил Эйден. Должно быть, он очень тяжело переживал утрату брата, случившуюся два года назад. Сафира видела, что для Эйдена это до сих пор огромная потеря. – Я не могу решиться отдать Искорку, хотя он сущее наказание.

Сафира чувствовала, что есть еще какая-то причина, которую Эйден не озвучил, но не хотела допытываться.

– Неужели нет никого, кому бы ты мог доверить Искорку в течение дня? – спросила она. – У тебя ведь есть сестра?

– Дженевив, – кивнул Эйден. – Она слишком юна. Ей всего девятнадцать, она не потянет такую ответственность.

Сафира видела ее, и не раз. Дженевив дружила с Лавинией – коллегой, помощницей и подругой Сафиры.

Эйден удрученно вздохнул, и у Сафиры возникло ощущение, что он ищет способ отделаться от Искорки, что здорово ее смутило. Это казалось нелогичным, ведь он явно не пытался избавиться от драконенка, передав на попечение своей семьи – людям, которые способны обеспечить Искорке хороший уход. Но вместе с тем Эйден будто бы не горел желанием проводить с ним время. Будто пытался сбагрить дракончика Сафире.

Она решила, что не стоит слишком на этом зацикливаться. Ей нужны деньги, и она хочет проводить время с малышом.

– Я что-нибудь придумаю на дневное время. – Эйден допил свой напиток. – Сможешь обучать Искорку по вечерам, когда закончишь работу в кафе? Я завезу его, если ты не возражаешь.

– Да, хорошая мысль, – согласилась она.

Эйден встал, и тут они услышали шум. Искорка проснулся. Он огляделся, осматривая окружающую обстановку, пока не остановил взгляд на Сафире. Драконенок сразу оживился.

– Искорка, нельзя! – отругал Эйден, когда тот запрыгнул на стул, а потом и на стол. Недовольный, что его отчитали, он зашипел на Эйдена, а затем выпустил колечко дыма в его сторону, и Эйден отмахнулся.

– А знаешь, при дрессировке драконенка его всаднику тоже нужна тренировка. – Сафира вышла из-за бара. Она дала Искорке лакомство, и он с удовольствием его съел. – Это важно для связи между всадником и драконом, вам двоим нужно над ней поработать.

Похоже, Эйден был не в восторге от такой перспективы, что показалось ей странным. Почему он не хочет поладить со своим драконом?

– Не беспокойся об этом, – сказал Эйден, встав перед ней. – И спасибо за все.

– Не стоит благодарности, – ответила она. В конце концов, соглашение выгодно для обоих.

Эйден озадаченно моргнул, и Сафиру отвлек взмах его темных ресниц. Ей хотелось дотронуться до них, почувствовать легчайшее прикосновение к подушечке ее пальца.

Она всматривалась в его темные глаза, гадая, о чем думал этот красивый мужчина, пока смотрел на нее. Его взгляд обжигал, жар поднялся по ее спине и разлился в груди.

Эйден молчал, стоя неподвижно, но вдруг судорожно сглотнул. От него пахло кофе, губы все еще были влажными. У Сафиры возникло странное желание встать на цыпочки и прильнуть к ним.

От этой мысли ее сердце забилось быстрее. Она застыла, словно в трансе…

– Эм, есть здесь кто? – спросил кто-то, прервав момент.

Сафира обернулась и увидела девушку у боковой двери.

Эйден отпрянул, будто ошпаренный.

– Пока! – выпалил он, схватил шипящего Искорку и поспешил удалиться.

У Сафиры шла кругом голова.

Как только Эйден ушел, к Сафире подошла ее коллега.

– Что тут происходит? – потребовала объяснений Лавиния Уильямс, вытаращив глаза и разинув рот.

– Понятия не имею, о чем ты, – ответила Сафира, избегая взгляда Лавинии, и стала снимать стулья со столов. Она посмотрела на часы – до открытия кафе осталось меньше двадцати минут! А еще так много нужно сделать!

Вот бы только ее сердце перестало биться так часто…

– В смысле? – переспросила Лавиния, вставая перед Сафирой. Она была невысокой, фигуристой, с вьющимися волосами и большими наивными глазами. В это мгновение казалось, что она вот-вот захохочет.

– Может, перестанешь брюзжать и приступишь к работе? – Сафира боролась с улыбкой. Ей всегда хотелось смеяться в обществе Лавинии, а это прекрасно, потому что виделись они очень часто.

Лавинии было двадцать два года, и она работала помощницей Сафиры с самого открытия кафе, пока взяла академический отпуск перед поступлением в ветеринарную школу. Она поставила большую цель – заботиться о магических животных.

– Перестану, когда скажешь мне, что это за красавчик и что он здесь делал ни свет ни заря, пока все спят, – ответила Лавиния. – Он здесь ночевал? Если у тебя есть тайный любовник, о котором ты мне не рассказывала, то я увольняюсь!

– Господи, да нет же. – Сафира покраснела. – Он здесь не ночевал! Боже милостивый!

– Ладно, тогда зачем приходил так рано? – спросила Лавиния, с подозрением глядя на Сафиру.

– Мы просто разговаривали! – пронзительно воскликнула Сафира и с прищуром посмотрела на подругу. – И что я тебе говорила? Не встревай, когда взрослые разговаривают.

Они давно шутили о том, что Лавиния в двадцать два была маленьким ребенком, а Сафира в свои двадцать пять – взрослой женщиной.

– Да-да, дети не должны перебивать, – понурилась Лавиния.

– Именно. – Сафира стала обмахиваться, и та ухмыльнулась. – И нечего так на меня смотреть!

– Я просто жду, когда ты расскажешь, в чем дело, – ответила Лавиния. – И вообще, кто это был?

– Эйден Стерлинг, – сказала Сафира. – Он заплатит мне заоблачную сумму, чтобы я дрессировала его драконенка, а это значит, что я смогу заказать нам новую кофемашину.

– Настолько заоблачную, что можно оплатить доставку одним днем? – уточнила Лавиния, и Сафира кивнула. – О-о-о-о-о-ох. Так, значит, ты просто дальновидная бизнес-леди.

– Да, – ответила Сафира. – Именно. На все сто процентов.

– Мне нравится. Полностью поддерживаю это решение, – сказала Лавиния. – А ему – дополнительные очки за то, что такой сексуальный.

– Знаешь, а я не заметила. – Сафира заправила выбившуюся прядь волос за ухо.

– Конечно, конечно… С чего тебе замечать? Ты просто смотрела ему в глаза так, будто хотела в них утонуть.

Сафира вскрикнула от возмущения, и Лавиния захихикала.

– У меня нет на это времени! Мне нужно управлять кафе!

– Можешь совмещать задачи!

Обе рассмеялись. Сафира и Лавиния были знакомы уже много лет, вместе работали в чайной в горах, пока Сафира не открыла собственное заведение, и Лавиния уволилась, чтобы присоединиться к ней.

Чайная работала в верхнем ценовом сегменте, а кафе Сафиры на Мейн-стрит было более уютным. Существенный вклад в этот уют вносила как раз Лавиния.

– Ладно, теперь и правда пора браться за работу, – объявила Сафира, что делала часто, когда они с Лавинией увлекались разговором.

Девушки продолжили готовить кофе, и Сафира заказала новую кофемашину, выбрав самую быструю доставку, чтобы ее привезли уже завтра утром. Они все еще занимались приготовлениями, когда в боковую дверь вдруг постучали.

– Я открою. – Лавиния зашагала к ней.

– Наверное, Тео, – сказала Сафира.

Лавиния открыла дверь, и на пороге показался худощавый парнишка с копной темных волнистых волос и смуглой кожей. На нем была фланелевая рубашка с закатанными рукавами, а предплечье перепачкано мукой.

– Доброе утро, дамы, – поздоровался Тео Нун, внося коробки, от которых исходил божественный аромат выпечки.

– Доброе, – ответила Лавиния и встала на цыпочки, чтобы поцеловать в щеку друга, который был на добрых тридцать сантиметров выше. Он работал помощником пекаря и доставлял заказы из пекарни.

Лавиния забрала у него часть коробок, улыбаясь с нежностью. Тео к тому же был лучшим другом ее детства – только другом, как уточняла Лавиния всякий раз, когда Сафира спрашивала, нет ли между ними чего-то большего.

– Что ты сегодня принес? – спросила Сафира, желая поскорее увидеть, что у Тео в коробках. В них лежала привычная выпечка: круассаны, кексы, булочки, печенье, но Сафиру интересовала не она. Сафира хотела посмотреть, что испек сам Тео.

Тео все еще был скромным помощником и курьером в пекарне, и ему пока не разрешалось самостоятельно печь позиции из меню. Но Тео любил южноазиатские десерты в стиле фьюжн. Сафире они тоже очень нравились и идеально подходили для ее кафе. Она хотела сохранить элементы стиля деси[9], чувствовать присутствие Нани-Ма и беречь свое наследие. Поэтому договорилась с пекарней, чтобы Тео разрешили каждую неделю готовить и доставлять одно блюдо по оригинальному рецепту в качестве эксклюзива для кафе «Маленький дракон».

– Блюдо дня – мини-бандт-кексы с гулаб джамун[10], – объявил Тео, открывая коробку, чтобы продемонстрировать. Кексы цвета ириски восхитительно пахли – кардамоном и шафраном, а сверху были покрыты белой глазурью и лепестками роз.

– О-ох, обожаю. – Лавиния потянулась за кексом.

– Спасибо, Тео, – поблагодарила Сафира. – Выпьешь что-нибудь перед уходом?

– Готов убить ради латте со льдом, – ответил он, но бросил взгляд на кофемашину, закрытую большой табличкой с надписью «НЕ РАБОТАЕТ». – Ох.

– Завтра привезут новую! – заверила Сафира, и он просиял.

– Отлично! Команда – вперед! – Тео дал ей пять и задержался поболтать до открытия, пока не начали прибывать посетители. К этому моменту у Лавинии стало столько дел, что она больше не могла его развлекать, и он помахал на прощание.

Все завсегдатаи выдохнули с облегчением, когда Сафира сообщила, что с завтрашнего дня в меню вернутся напитки с эспрессо. Им не хватало латте и капучино, но все наладится, все будет хорошо.

Сафира слишком многого добилась, чтобы сдаться так просто. А пока она ела кекс с гулаб джамун, то думала о Нани-Ма. «Ты будешь мной гордиться», – пообещала она.