После Гришиного ухода акционеры и руководство Праны не торопились расходиться. Но и разговаривать о произошедшем, также никто не спешил. Некий страх и опасение затаились в сердцах собравшихся. Ведь ситуация была откровенно непонятной и в то же время большинство из них, желали вытянуть максимум из возникшей ситуации.

Среди них был и Брагин. Он прекрасно понимал все плюсы и минусы своего положения, а также то, что среди собравшихся у него не было и не могло быть сторонников. Поэтому он, как и остальные, никуда не торопился. Спокойно обдумывая ситуацию, он пришёл к некоторым, показавшимся ему интересными, выводам.

— Что ж раз никто не желает начинать этот разговор, то видимо мне придётся взять эту инициативу на себя, — произнёс Брагин, когда молчание уже стало утомлять.

— Для начала я хотел бы попросить удалиться всех лишних.

На этот раз возмущаться никто не стал. Каждый выпроводил свою охрану, в то время как официанты, прекрасно поняв «намёк», покинули помещение первыми.

— Прекрасно, — продолжил Брагин, когда в зале остались исключительно только вампиры. — Каждый из присутствующих, полагаю, понимает, что теперь мы не люди, со всеми вытекающими из этого.

Ответом Брагину было лишь общее молчание. Собственно, подобной реакции он ожидал. Поэтому, спокойно обведя всех взглядом, продолжил:

— Я полагаю, что вы все и так понимаете, распространяться об этом нам не стоит. Кроме тех случаев, когда это действительно пойдёт на пользу нам или нашему господину.

— Тарас Евгеньевич, вы так легко начали называть Кузнецова господином, что это вызывает некоторые вопросы, — произнёс Захаров. — Неужели вы и в правду полностью отдались ему в услужение?

Брагин, как и все остальные, вопросительно посмотрел на говорившего.

— Вы не подумайте, я никого не призываю к чему либо. Просто как-то странно получается. Да, конечно, теперь мы вампиры и чары заставляют нас повиноваться Кузнецову. Но у каждого из нас, осталась собственная воля. Неужели вы действительно решили раболепно служить этому… парню.

— Не знаю, к чему это вы, уважаемый Семён Витальевич. Мне не сложно назвать любого уважаемого человека «господином». По крайней мере, если этому способствует этикет или ситуация. — Выдержав паузу, Брагин продолжил:

— В свою очередь Григория Александровича я воспринимаю скорей, как своего компаньона. Несмотря на свой возраст он силён и хорошо сведущ в магии, нам всем сложно даже судить, на что он в действительности способен. Но даже того, что мы знаем, более чем достаточно, чтобы относиться к нему как старшему партнёру.

— Юнец, наделенный огромной силой, не более того, — фыркнул в ответ Захаров.

— Знаете, Семён Витальевич, я не собираюсь вас убеждать в обратном. Но вы сами хоть понимаете, к чему вас могут привести подобные речи? — с нажимом произнёс Брагин.

Понятное дело, что Захаров не планировал ничего плохого в отношении Григория. Ведь в противном случае, он бы выглядел совершенно иначе и не был бы столь бодр и полон сил. Но об этом пока мало кто знал. Но многие, особенно Брагин, всерьёз забеспокоились за своё будущее. Одно неверное слово уважаемого человека, коим, безусловно, являлся Семё Витальевич, и у всех присутствующих могли возникнуть серьёзные проблемы.

— Я сказал лишь правду, — фыркнул Захаров. Он быстро понял ситуацию и нужно сказать, она ему совершенно не понравилась. — В общем, я не собираюсь участвовать в ваших шабашах. Я не просил и не желал быть вампиром, поэтому будьте любезны, избавьте меня от этого цирка.

Поднявшись, он добавил:

— Можете быть уверены, я не собираюсь раскрывать нашу общую тайну. Это не в моих интересах. Но и плясать под дудку юнца, у меня также нет ни малейшего желания.

— Что ж, я не в праве вас заставлять, — без особой радости произнёс Брагин. Понимая, что подобных людей, лучше отсечь сразу, он добавил:

— Как и любого из присутствующих. Поэтому, всем, кому неинтересно находиться здесь, вправе покинуть наше собрание.

Желающих уйти оказалось немного. Только Захаров покинул помещение. Остальные, даже будучи не очень довольными ситуацией, предпочли остаться. Страх оказаться заклеймлёным предателем оказался слишком велик. И здесь стоит сказать, что он порядком усиливался наложенными Гришей чарами, а также той силой, которую парень уже продемонстрировал.

— Вижу, желающих покинуть нас, не так уж много, — продолжил Брагин, как только за Захаровым закрылась дверь. — Это радует. Ведь в действительности мы в одной лодке. И от наших совместных действий зависит благополучие нашего будущего. Конечно, я сомневаюсь, что как-нибудь, мы проснёмся с колом в груди. Но и недооценивать силу человеческого страха глупо. Поэтому нам нужно укрепить наше положение. Я надеюсь, с этим все согласны.

Внимательно обведя зал взглядом, Брагин уже собрался продолжить, как в разговор вступил Белов:

— Полностью с вами согласен, Тарас Евгеньевич. Я всецело поддерживаю сказанное вами. Но не кажется ли вам, что подобные вопросы нужно решать с нашим господином?

— Решать, да. А обсуждать, нет. Не поймите меня превратно. Но не кажется ли вам, что нам не стоит обременять нашего господина. Лично считаю, что нам нужно доводить до его ведома лишь конечный результат наших собраний.

— Ни фига не пойму его, — в свою очередь подумал Власов. Он, как и Брагин, посчитал, что ему выпал джекпот. Ведь как минимум у него был великолепный рост статов. Только по здоровью он вышел в G-ранг. И это всё уже не говоря о тех секретах, которые он надеялся выведать у своего неожиданно появившегося господина. — К чему он ведёт? — всё также мысленно произнёс он.

— Допустим, — произнёс Белов, — но что конкретно вы предлагаете?

— В первую очередь увеличить количество подобных нам. Если вся элита Краснодара, а в идеале всей России будет вампирами, то нам нечего будет опасаться.

В зале повисла тишина. Сидевшие лишь неуверенно переглядывались друг с другом, пытаясь понять, мысли друг друга. Подобные речи пугали. Ведь в качестве гипотетического противника выступала целая страна. Но с другой стороны, практически каждый заприметил великолепную возможность, стать представителем, самой что ни на есть элиты. А учитывая, что подобные веяния уже давно ходили по стране и не только, то не будет удивительным, многие из собравшихся реально загорелись данной возможностью.

— Но ведь только господин может обратить в вампира! — спокойно, но твёрдо произнёс Белов.

— Да, в то время как претендентов для этого, подыскивать можем уже мы.

— Вы это обсуждали с г… Григорием Александровичем? — на этот раз решил высказаться уже Власов. Он немного постеснялся назвать Григория господином, отчего чуть запнулся.

— Пока ещё нет, — не моргнув и глазом, ответил Брагин. — Я считаю, что для начала мы сами должны определиться с тем, чем сможем помочь господину Григорию, и лишь затем обременять его своими предложениями.

— Может быть, вы тогда знаете, какие цели преследует Григорий Александрович? — продолжил Власов.

— Нет. Но уверен… — Брагин не успел договорить, т. к. Власов прервал его:

— При всём уважении Тарас Евгеньевич, но проявлять подобного рода инициативы и самоуправство, не согласовав это с Григорием Александровичем, я считаю это неправильным. Предлагаю для начала обсудить всё с ним и лишь затем, предпринимать какие-либо действия.

Брагину нечего было сказать в ответ. — Чего и стоило ожидать, — подумал он, — видимо Власов также желает ухватить свой кусок пирога.

— Я полностью согласен с Артёмом Елисеевым, — поддержал инициативу Власова Белов. — Нам нужно для начала переговорить с господином Григорием и выяснить его цели и желания.

— Хорошо. Предлагаю обсудить это с ним, — произнёс Брагин. Чувствуя, что в разговоре захотят участвовать далеко не все, он добавил:

— Но явка не обязательна.

* * *

— Что это только что было? — пробормотал себе под нос Павел. Произошедшее откровенно не укладывалось у него в голове. Мало того, что Прана категорически отказалась от переезда в Китай, так ещё и эта новость с тем, что вся верхушка гильдии вампиры. Причём последнее куда сильнее заинтересовало его.

— Павел Львович, это что получается, Кузнецов способен… — было начал Подстрелов, но начальник не дал ему договорить:

— Это ничего не значит! — твёрдо произнёс он. Посмотрев на Толика и Юру, двух других своих подчинённых, которые сидели немного в стороне, Павел продолжил:

— Забудь всё, что услышал здесь сегодня!

— Блин! Наверное, слишком резко сказал, — подумал Дроздов, глядя на офонаревшее лицо подчинённого. — Надо как-то смягчить…

— Если всё это станет достоянием общественности, то боюсь, у нас возникнут действительно серьёзные проблемы. Поэтому действовать нужно тихо. Я сам, лично, доложу командованию о произошедшем.

— Так точно! — ответил Подстрелов, во взгляде которого стало куда меньше удивления и куда больше понимания.

— Вот флешка, скопируй на неё разговор, всё остальное удали. Понял?

— Да. Так точно!

— Вот и славненько, Игорь Егорович. Если всё пройдёт удачно, у нас поприбавится звёздочек на погонах. — Говоря так, Дроздов немного лукавил. В действительности дело было далеко не в звёздочках, но подчинённому знать об этом, было не положено. Ещё неизвестно было, как с ним стоило поступить. Ведь полученная информация была крайне интересной.

— Вампиры. Я думал, они существуют только в сказках, — мысленно произнёс Дроздов, глядя на то, как данные копируются на флешку. — Так ещё есть человек, который способен создавать их из обычных людей… Интересно, как он это делает…? Хотя, да какая разница? Это вторично, главное сама возможность… Но для начала нужно поговорить с отцом…

* * *

Выйдя из пространственных врат, Цзыхэн осмотрелся. Немного гнетущая атмосфера и специфическая роспись на стенах, говорили о много, но куда больше сообщал трон, который также имел место быть здесь.

— Мы в комнате босса, но где он сам? Неужели Кузнецов уже убил его? — подумал Цзыхэн, внимательно посмотрев на парня. Глубоко вздохнув, он, решив сразу перейти к делу, произнёс:

— О чём вы хотели со мной поговорить, господин Кузнецов?

— О много, господин Суэн. Очень о многом. Но для начала, — Гриша щёлкнул пальцами, и позади него появилась королева виантаанов, — я хотел бы, чтобы ваша внучка и ученик, осмотрели с этой дамой её дворец. Вы ведь не против?

— Сомнений быть не может, королева муравьёв, — подумал Цзыхэн, делая свой вывод на основании того, что у инсектоида имелась корона на голове. По крайней мере, сей головной убор был очень похож на неё.

— Каковы гарантии, что с ними всё будет в порядке? — скорей для успокоения спросил китаец, понимая, что его жизнь уже не принадлежит ему. Ведь даже втроём они не смогли бы убить такого монстра, как королева муравьёв. И это уже не говоря о том, что их реальный противник был намного сильнее её.

— Гарантии? — задумчиво повторил Гриша. — Моана, я тебе голову оторву, если с ними случиться что-то плохое. Поняла?(1)

— Да мой господин (1), — поклонившись, ответила королева виантаанов.

— Дедушка, это Королева виантаанов! (2) — напряжённо прошептала Янь.

— Учитель, я не уверен, что мы можем ему доверять (2), — старательно сохраняя спокойствие, что к слову ему с трудом удавалось делать, произнёс Чен.

Цзыхэн невесело усмехнулся.

— Идите с ней, у вас всё равно нет другого выбора, — целенаправленно на русском произнёс он.

— Мы можем дать бой! (2) — возразил Чен, полным уверенности взглядом глядя на учителя.

— Видимо я плохо тебя учил, — с досадой произнёс Цзыхэн, — ты до сих пор не видишь, когда надо отступить или подчиниться. Иди! Не создавай проблем!

Чен недовольно и шумного выдохнул. Но, хоть и не в душе, но он смирился со словами учителя и уже молча направился за королевой виантаанов.

Цзыхэн проследил за ними до самого выхода из комнаты босса, а когда они покинули её, он повторил свой вопрос:

— Так о чём вы хотели поговорить со мной, господин Кузнецов?

— О жизни и смерти, — спокойно ответил Гриша. — Ответьте, является ли жизнь в виде вампира смертью или это всё та же жизнь?

— Я считаю, что это всё та же жизнь. Пусть и искажённая. Но ведь вы позвали меня сюда не для подобных расспросов. Может всё же перейдёте к делу?

— Хорошо, — улыбнулся Гриша. — Я предлагаю вам стать вампиром. Вы продолжите жить, заботиться о своей семье, стране, но служить будете уже в первую очередь мне.

— Хм! — Цзыхэн прекрасно понял, что выбора у него нет, а само предложение не более чем формальность, но он всё же спросил:

— А есть ли у меня альтернатива?

— Да, она всегда есть. Хотя в конечном результате я всё равно превращу вас в вампира.

— Тогда зачем весь этот фарс?

— И правда, зачем? — повторил Григорий, метнув в Цзыхэна заклинание паралича.

— Я сделаю всё максимально безболезненно, — добавил он, а вслед за этим в ход пошли обезболивающие чары, в ответ на что Цзыхэн подумал:

— Так он ещё и выдающийся маг. Может ли хоть кто-то во всём Китае так быстро колдовать?

А ещё через пару секунд в глазах у мужчины потемнело. Он умер, не почувствовав даже малейшей толики боли.

* * *

— А я уже подумал, что вы меня обманули и просто убили, — произнёс Цзыхэн, открыв глаза.

— Зачем мне это? — рефлекторно пожав плечами, ответил Гриша. — Вы мне нужнее живой, причём, желательно именно вы.

— Другими словами, при желании, вы могли бы подселить в моё тело кого-то ещё? — скорее утверждая, нежели вопрошая, произнёс Цзыхэн.

— Да. Только вот смысла от этого было бы не много.

— Но если я вас придам?

— Сомневаюсь. Тем более, это не в ваших интересах. Ведь в скором времени я сделаю так, что Прана сможет зачищать подобные этому подземелья. Но смогут ли тоже самое делать китайские гильдии, зависит уже от вас, господин Суэн.

— Вы действительно на это способны… хотя нет, простите, не так. Вы действительно сделаете это?

— А что в этом такого? — удивлённо вопросил Гриша. — Человечество должно становиться сильнее, иначе оно просто вымрет.

— Я с вами полностью согласен, но… далеко не все так считают.

Дёрнув плечом, Гриша задумался, а где-то через полминуты, произнёс:

— Вы ещё забывается о том, что помогая Китаю, я буду укреплять свои позиции. Мне нужны твёрдые связи не только в России, но и в Китае. Да и в других странах они мне не помешают.

— Какова ваша цель? Неужели мировое господство? — Спрашивая, Цзыхэн немного напрягся. Ведь становиться пособником очередного Наполеона, ему совершенно не хотелось.

— Мировое господство? — Григорий усмехнулся, — у вас хорошее чувство юмора, господин Суэн. Вам самому-то не кажется, что это как-то обременительно, господствовать над всем миром?

— Тем не менее, многих это не останавливало, — возразил Цзыхэн.

— Я не многие. И попрошу не сравнивать меня с ними.

— Но в чём тогда ваша цель?

— А вот это очень хороший вопрос, господин Суэн. Я и сам бы хотел знать ответ на этот вопрос… Я бы мог сказать, что моя цель безопасность семьи, собственная безопасность. Но ведь вы понимаете, что у меня есть куда более простые варианты, для реализации подобного…

Немного помолчав, Григорий продолжил:

— Я хочу помочь людям стать сильнее, чтобы человечество смогло противостоять порождениям Системы. Но если я подойду к этому спустя рукава, то боюсь, это выйдет боком для самого человечества.

— Допустим, я вам верю…

— Ха-х! Допустим, а у вас есть выбор, господин Суэн?

— Да, вы правы… но что конкретно вы хотите от меня?

— Пока ничего. Становитесь сильнее, развивайте свою внутреннюю энергию, с этим я даже помогу вам. Повышайте свой авторитет в Китае. Заводите новые, хорошие связи. В будущем мне пригодятся влиятельные китайские политики. Но главное, помалкивайте на счёт моих реальных сил и проследите, чтобы ваш ученик и внучка тоже, держали язык за зубами.

— Вас понял, господин Кузнецов.

В действительности Цзыхэн не совсем понимал. Он уже посмотрел свои статы, поэтому знал, что стал значительно сильнее. Как следствие, сила, которой обладал Григорий, ошеломила его. Ведь с ней можно было действительно, подчинить себе весь мир. А самое смешное было в том, что значительная часть этого самого мира, была бы только рада подобному.

1. На всеобщем.

2. На китайском.