Указка ткнулась в большую стену на карте.

– В «день Х», дата которого не названа, секуры собираются поставить правительства важнейших мировых государств перед ультиматумом. Вкратце требования таковы: повсеместно уравнять мутантов в правах с людьми, отменить монополию Руси на Источник Рода и переходы. Если нет – апокалипсис, после которого планета окажется непригодна и для людей, и для синтов. Ныне на территории Центральной и Западной Европы уничтожаются склады оружия массового поражения, задержанные секуры передаются Руси. В Ленапе есть центр евгеники, действующий несмотря на всеобщее запрещение опытов по изменению человека и гуманоидных рас. Они пытаются вывести себе подобных, но с магическими способностями и развитым интеллектом.

И однажды вытеснят человечество, не «днем Х», а просто в результате конкуренции, прокомментировал про себя Артем. Как только жабы обрели независимость от создателей, вопрос стал именно так – они или мы. Сейчас всего-навсего острая фаза противоборства.

– Мы достигли согласия с американским правительством, что объединение сил индейцев и мутантов неприемлемо. Но никто не ожидает карательной акции столь быстро. Мы беспрепятственно войдем в Гудзон, поднимемся вверх по течению и уничтожим Ленапе. Дальше наступит самый трудный этап. В городе погибнет некоторое количество индейцев и европейцев. Власти республики не ожидают до такой степени энергичных действий, а ликвидация города нанесет удар национальной экономике. На обратном пути мы ожидаем стычку с американскими кораблями, обстрел с берега, попытки абордажа. При этом мы не объявляем войны Америке – нам нечем всерьез драться за океаном. Я имею полномочия еще на одну акцию. По возвращении в устье Гудзона, вероятно, мы высадимся на Манхэттене для переговоров с местными властями и объявления ультиматума общине секуров. Вопросы?

Тихомиров усомнился в достаточности войск – пять батальонов общей численностью две с половиной тысячи человек, как бы они ни были хорошо вооружены магически, не смогут противостоять американской армии, в которой больше трехсот тысяч штыков.

– …рассеянных по огромной территории для противостояния индейцам, – парировал воевода. – Задача не в победе над их армией, а молниеносном точечном ударе в знак поддержки в борьбе с нелояльными индейцами и мутантной угрозой.

Последний общий вопрос задал командир фрегата и по совместительству ответственный за военно-морскую часть операции.

– Полагаю, глубины в нижнем течении реки позволят конвою вместе с эскортом подняться до Ленапе. Насколько безопасно вести огонь по городу, где могут храниться боевые бактериологические, химические и радиационно-загрязняющие вещества?

– Опасность существует. Личный состав десанта получит противогазы. Бактериологическое оружие, по нашим сведениям, только в Европе. При неблагоприятном направлении ветров Нью-Амстердам может получить некоторое количество отравляющих и радиоактивных осадков. Мы считаем – так лучше, чем они прольются на Русь.

За это нас не любят, отметил Артем про себя. Даже Вероника, человек с нормальной совестью, колебалась перед выдачей информации о Ленапе. Вместо действительно точечного воздействия – нападения на военный объект и институт евгеники – мы бьем кувалдой по площадям. Готовы уничтожить десятки тысяч людей в городе жаб и Нью-Амстердаме, лишь бы отвести вероятность угрозы от себя. В нижнем мире Русь ведет себя как США в верхнем. Накликаем местное 11 сентября, только не на Манхэттене, а в Тайной Москве. Что могу изменить? Ничего. Поэтому буду мочить мутантов и далее во славу Рода и князя. Ура!

Катера развезли офицеров бригады стрелков и батальона спецназа по транспортникам. В Баренцевом море фрегат и эсминец отвалили в сторону миль на пятнадцать, демонстрируя полное безразличие к делам каравана. На обратной дороге можно не скрываться – единство флота и стрелков на сухогрузах перестанет быть секретом.

В Баренцевом море началась качка. Алису тошнило так, что восстанавливающие заклятия она накладывала на себя каждые пятнадцать минут, вызывая подтрунивания морских волков.

В нижнем мире предрассудок «баба на борту – к беде» действовал как и в верхнем, не лишенный оснований. Изголодавшимся в море мужикам любая юбка настолько распаляла воображение, что ссоры, драки, небрежное несение службы становились правилом, а не исключением. Вплоть до сексуального насилия к той самой женщине и товарищам по команде. Конечно, нравы в княжеском флоте не те, что в пиратском братстве, но Артем предпочел превратить Алису в Алексея и наложить соответствующий морок. Двум магам, не подозревая о разнополости, выделили крохотную каюту с двухъярусной койкой и микроскопическим шкафчиком.

Через сутки, когда на левом траверзе чернел свейский скандинавский берег, Уланов решился побеспокоить командующего.

– Господин воевода, разрешите обратиться.

Соколов пригласил мага в такую же гробоподобную каюту с единственной разницей – он занимал ее один. Артем устроился на откидном сиденье размером в три почтовых конверта.

– Вопросы личные. Первого сентября прошлого года я был ранен, предотвращая убийство князя. Непосредственным организатором покушения признаны начальник штаба Мериносов и неназванный маг из разведуправления, заложившие в меня и других членов группы установку на теракт. Кто хотел убить князя? На кого бы спустили группу Ахметова в случае смерти Всеслава? Почему Ахметов ликвидирован?

Лейтенант-воевода посмотрел на Артема с изумлением.

– Старший лейтенант, вы уверены, что я должен перед вами отчитываться о высших государственных тайнах касательно попытки переворота?

– Никак нет, – выдержал его взгляд Уланов. – Вчера вы заявили, что нужно иметь основания доверять людям, с которыми идешь в бой. Для покушения на князя специально переводилась в разряд обиженных элитная группа профессиональных ликвидаторов разведуправления. О начштаба и сильном чародее я сказал. То есть нити заговора тянутся к руководству разведки. Вы являетесь заместителем начальника управления, были в этой должности и до первого сентября. Фактически ранее я прятался за спиной СБ. Теперь в полном вашем распоряжении. Может, проще самому прыгнуть за борт?

Воевода начал закипать.

– Вы что себе позволяете? Обвиняете меня в причастности в подготовке к убийству Всеслава и подчистке концов? То дело давно расследовано и забыто.

– Так точно. Ахметов и другие списаны в расход. Я – следующий на очереди.

– Старший лейтенант, у вас мания величия. Если бы вас хотела похоронить любая из спецслужб, мы бы с вами не разговаривали.

– Господин воевода, до Варшавы я и был мертв, пока снова не засветился. К вам же испытываю чувство глубокой благодарности.

– Это еще почему?

– Вы не солгали. Ваш амулет не может скрыть колебания ауры для мага моего уровня. Теперь я верю, что руководство разведки не планирует мою ликвидацию.

– Понятно. О злодействах нашего управления вам наговорили в СБ. Вы сопоставили их россказни с появлением Мериносова у Серго и поверили, – Соколов начал успокаиваться.

– Обсуждались разные версии. В том числе ликвидацию силами вашей спецслужбы князя и старшего княжича, передачу управления регенту и усиление парламента.

– Любопытно. Продолжайте.

– Устранение Всеслава с целью ускорения наследования престола. СБ подчиняется князю, разведка – как раз наследнику. Это наихудший вариант.

– Вы считаете?

– Так точно. Я сорвал убийство главы государства, княжич имеет на меня зуб. Смертельная неприятность.

Командующий усмехнулся.

– Вы действительно имеете основания для подозрительности. На самом деле все было не так… Точнее, не совсем так. Важны детали, которые дают правильную окраску. Их, увы, сообщить не могу.

– К черту детали! Княжич хотел смерти Всеслава?

– Нет. Группа Ахметова должна была уничтожить Болеслава. Умереть надлежало обоим – отцу и сыну. Ни про какого регента речь не шла. Узнав о срыве первого этапа операции, заказчик начал ликвидацию группы и не успел. Алиса и Медведь уцелели.

– Кто заказчик? Наверно, это секрет.

– Да, в том числе и для нас. Очень сильный маг, мужчина. Подчинил Мериносова, которому доверял Серго, промыл вам мозги. Симулировал собственную смерть и исчез. Больше ничего о нем не знаем.

Эрик! Граф Милославский… Какого черта? Ему самому захотелось на престол? Артем попытался скрыть эмоции.

– Спасибо, господин воевода. Вы можете рассчитывать на меня. В смысле, не только в пределах уставных обязанностей. Разрешите идти?

– Уланов! Вы – самый необычный из моих подчиненных. Вторично напоминаю о сдержанности и недопустимости резких поступков. Ясно? Свободны.

Фрегат рассекал холодные волны, а тайный родственник правящей фамилии продолжил ломать голову над прошлогодней тайной. Понятно, что Эрик в силу происхождения не мог быть пешкой в игре. Но никак не вяжется, что организатор государственного переворота лично внедрился в СБ, вызвался участвовать в банальной операции и глупо погиб от картечи в затылок.

Чтобы отвлечься, Артем отправился к главному корабельному магу и расспросил про боевые заклинания, наложенные на фрегат. Оказалось – очень серьезные. Как и в сухопутных войсках, широко применяется электричество. Заранее заготовленные заклятия прокладывают ионизирующие дорожки до цели, корабельный генератор через повышающий трансформатор дает сотни киловольт, и врагов косит жестокая рукотворная молния, от которой рассыпаются защитные чары.

– Виноват, господин кап-три. Если магия отключится или не сработает, что предусмотрено?

– А, вы о медленном сгорании бризантных взрывчатых веществ из верхнего мира. Не волнуйтесь. Силовое поле имеет радиус больше пятидесяти метров от любой оконечности корпуса. Второй слой не пострадает. Даже если в брешь влетит новый заряд, магоэлектронная защитная система успеет восстановить внешний периметр. Но, естественно, к орудиям подведены трубы высокого давления. Безо всякой магии мы в состоянии на несколько километров бить болванками и зажигалками, до километра – картечью. Пулеметы все – пневматические. Так дешевле и надежнее.

– Спасибо, коллега.

– Заходите, когда есть желание.

Алиса большую часть похода провела в каюте, без конца читая с ноутбука. Артем не мог сосредоточиться на чтении, хотя недавно глотал по два-три романа в сутки. В голову долбила загадка Эрика. Вдруг пришла очень простая мысль. Сведения о царствующей семье должны быть в судовой библиотеке, как и другой обязательный официоз.

«Ярослава Вячеславовна Милославская, дочь князя Вячеслава, сестра ныне правящего князя Всеслава, состояла в браке с Владиславом Милославским, троюродным братом. Оба – маги не ниже первого уровня. От этого брака родились сын Станислав, умер в молодости, и дочь Милослава, нахождение неизвестно. После казни мужа вышла замуж вторично за уроженца верхней Москвы. От второго брака родился сын Ярослав, умер во младенчестве. Переехала в верхний мир, там умерла и похоронена».

Япона мать! Эта информация в открытом доступе, он мог посмотреть ее в любой момент по возвращении из Столбцов. Да, подумал Артем, мне еще долго умнеть. Получается, кроме родного дяди и двоюродных братьев – князя и двух княжичей – у меня где-то есть родная (единоутробная) сестра Милослава тридцати восьми лет. Родной брат умер у меня на глазах, попытавшись до этого добыть себе трон моими руками.

Для начала нужно найти сестру, выяснить ситуацию. Воскрешение боковой ветви Милославских придется в очередной раз отложить.

Артем применил излюбленный прием для изгнания ненужных мыслей – перегрузил себя упражнениями, на этот раз в компании морпехов и Алисы. Она работала наравне со всеми, но не участвовала в спаррингах и контактных упражнениях. Морок мороком, однако на ощупь она осталась женщиной со всеми вытекающими на борту корабля неприятностями.

Деля каюту на двоих, они поневоле много разговаривали. Артем впервые взглянул на нее с человеческой стороны. За время службы в группе Ахметова он воспринимал ее как пацанку, нонконформиста и неплохого боевого товарища, слишком склонного к колкостям и подначкам.

Тем временем конвой приблизился к американским берегам. Выгадав момент, воевода заставил капитанов сухогрузов подойти к Ист-Ривер и бросить якоря на закате, оставив Манхэттен на правом траверзе. Слева к бортам пришвартовались четыре паровые плоскодонные баржи. С ними повторилась та же история, что и с океанскими судами в Мурманске: русские солдаты оперативно захватили ходовые рубки, отобрав мобильники у экипажа, понятия не имевшего об этой щекотливой особенности фрахта. Сухогрузы и танкер замерли на якорях, баржи тронулись вверх по Гудзону. За ними скользнули фрегат и эсминец, растрачивая приличное количество энергии на морок, частично скрывавший в полумраке летней ночи их боевое назначение.

К рассвету они вышли к Ленапе. Две баржи мирно отшвартовались к пристани чуть выше по течению. Два судна выскочили на мель ниже города. Осатаневшие от многодневного пребывания в чреве сухогрузов пехотинцы и спецназовцы с двух сторон хлынули к окраинам, фрегат и эсминец развернули башни в сторону левого борта.

Корабельный маг, Артем и Алиса заняли место по боевому расчету на мостике фрегата неподалеку от Соколова, обвешанные накопителями энергии как новогодние елки игрушками. В предрассветной дымке с высоты палубной надстройки прибрежные сооружения, промышленные и жилые кварталы города в километре от «Рюрика» просматривались как на ладони. Пехота сообщила о занятии исходных позиций, корабельный маг – о выведении средств защиты и нападения на боевой уровень.

Чувство тревоги, не покидавшее Артема последние полчаса, вдруг переросло в уверенность, что сейчас произойдет нечто непредвиденное. Оно укрепилось, когда высадка пехоты прошла без сучка и задоринки. Пусть секуры не знают о начале операции, не отреагировать на маневры шести посудин под носом нереально, если только это не… Засада!

– Отбивай кинетикой! – проорал Артем Алисе, выпуская импульсы энергии навстречу снарядам, пробившим бреши в магической защите. Опустошая накопители со скоростью пулемета, он со злостью вспомнил самоуверенные слова корабельного мага, считавшего более чем достаточными два слоя. Заряды с горящими взрывчатыми веществами летят десятками! Они давно пробили внешнюю защиту. Как ни стараются трое чародеев, стальные цилиндрики нет-нет да ударяют в броню.