Папа Лапин не сомневался, что пришла его очередь рассказывать сказку под лампой, и решил тщательно подготовиться. С утра он сидел над своим поэтическим блокнотом, бубнил под нос непонятные слова и делал пометки карандашом.

– Сочиняешь? – спросил Лапин, когда забежал на минутку домой попить киселя.

– Извини, сынок, но сказки с наскоку не сочиняются. Надо придумать завязку, развязку, испытания для главных героев.

Лапин допил малиновый кисель, хотел вытереть малиновые усы лапой, но спохватился и просто облизал.

– Я и не знал про завязку с развязкой. У меня получилась просто сказка про носок.

– Это замечательно. Но я, сынок, давно интересуюсь литературой, поэтому не могу пойти против её законов. Сказка – это чрезвычайно сложный жанр… Ты куда?

– Извини, папа, там бобрёнок с сурком заждались доигрывать в прятки. Вечером расскажешь. Только, пожалуйста, сочини не скучную сказку.

Лапин помахал папе и выскочил во двор.

К вечеру мама Лапин не выдержала и робко предложила взъерошенному папе малинового киселя, ведь папа был так занят весь день и не нашёл даже пары минут, чтобы перекусить.

– Не знаю, спасёт ли меня твой кисель, – пробормотал папа, но отхлебнул из своей любимой чашки – голубой в белый горошек.

– Не сомневайся, мы будем слушать твою сказку во все уши. Через пять минут жду тебя в детской, – сказала мама.

Лампа под зелёным абажуром тоже ждала сказок и подмигнула папе лампочкой.

– Честно говоря, некоторые сказки пишутся годами. Я ещё не доработал все образы и немного не уверен в концовке…

– Папа, – перебил его Лапин. – Не расстраивайся. У меня идея! Давай ты эту свою сказку по правилам расскажешь через год, а сейчас расскажи просто какую хочешь историю, а?

Папа сел на ковёр по-турецки и отложил блокнот в сторону.

– Хорошо. Только вы должны мне помочь. Назовите каждый по слову, которое первым придёт на ум.

– Звезда! – крикнул Лапин и покосился на окно.

– Вроде бы слово «капуста» было первым, – наморщила лоб мама. – Ума не приложу, откуда оно взялось.

– Годится, – сказал папа. – Спасибо! Значит, история будет про звезду и капусту.

На грядке росло десять капустных кочанов. Каждый был круглый и крепкий – листочек к листочку. Всё лето капусту грело солнышко и поливал тёплый дождь. Правда, десятый кочан проклюнулся из земли позже других и долго был хилым росточком. Он очень старался не отставать, но всё равно отличался от братьев-крепышей.

Ночью на огород приходили грустный сверчок и печальный светлячок. Они усаживались на краешек грядки, смотрели на небо и вели беседы о звёздах, которые по очереди разглядывали в самодельный телескоп. Кочаны слушали и удивлялись, какие умные эти сверчок и светлячок. С виду обыкновенные букашки, а вон как складно рассуждают. Кочаны думали, что звёзды к небу приклеены, а сверчок и светлячок рассказали, что на самом деле они там держатся на честном слове. И даже падают иногда.

– Если бы и на наш огород упала звёздочка, – вздыхал сверчок. – Вот было бы чудо!

Девять братьев-кочанов заволновались. Они посовещались и решили, что на их грядке и так места мало, поэтому чужие звёзды тут ни к чему. Пусть падают в овраг или в бочку с дождевой водой.

Десятый кочан молчал. Он не спорил с братьями, но про себя думал: «Разве можно отказываться от такого чуда?!»

Кроме сверчка и светлячка на грядку захаживала мышь. Она давно всех предупредила, что от капусты у неё болит живот, поэтому никого не тронет. А вот истории про падающие звёзды послушает с удовольствием.

– Если бы звезда шмякнулась на нашу грядку, я бы её утащила в нору! – сказала однажды мышь и оскалила острые зубки.

– Но звёздам плохо под землёй! – всплеснул тонкими лапками светлячок.

– Ну и что? Зато мне хорошо, а со звездой будет ещё лучше. Так что я подожду, и как только звезда прилетит, я её цап!

Капустные кочаны вздрогнули. А у десятого – самого заморыша – холодные росинки скатились по гладким листьям прямо за шиворот. Страх пробрал аж до кочерыжки – брр!

Все волновались, спорили, переживали, а звезда всё не падала.

Но вот однажды настала особенная ночь. Печальный светлячок и грустный сверчок настроили свой телескоп и по очереди стали разглядывать увеличенное звёздное небо.

– Погляди! – воскликнул светлячок. – Кажется, звезда летит!

– Где? – встрепенулся сверчок.

Капустные кочаны тоже встрепенулись. На беду, мышь как раз пробегала мимо и услышала о приближении звезды. Она уселась в борозду между грядками и притаилась, чтобы сцапать гостью. И не миновать звезде плена, если бы в этот момент над грядкой не мелькнула зловещая тень – сова. Мышь пискнула и юркнула в нору.

Десятый кочан-замухрышка выдохнул с облегчением – уф. И прямо на середину грядки приземлилась звезда. Она светилась ровным серебристым светом и размером была с ромашку.

– Здравствуй, звезда! – поздоровались хором сверчок и светлячок.

– Здравствуйте, – пропела звезда.

Капустные кочаны онемели от изумления. Они забыли, что собирались прогнать звезду со своей уютной, но весьма тесной грядки. Только самый младший – десятый кочан – тоже поздоровался. Тут он спохватился, что мышь может в любой момент вылезти из норы, ведь сова улетела. Нужно предупредить звезду, что ей грозит опасность.

– Сударыня, вам срочно нужно спрятаться, – взмолился он. – Верьте мне! Кое-кто зубастый хочет утащить вас в нору.

– Но мне нельзя в нору, – ахнула звезда. – Я хочу вернуться на небо к сёстрам.

– Скорее! Нельзя медлить! Прячьтесь, пожалуйста, ко мне за пазуху.

Кочан-замухрышка отогнул зелёный лист, и звезда, помешкав, приняла приглашение. Тут же послышался шорох, и из норы показался розовый нос.

– Где она? – сощурилась мышь.

Братья-кочаны помалкивали, а один даже принялся насвистывать, как будто ничего и не случилось несколько минут назад. Сверчок со светлячком дружно дрожали от страха. Мышь просеменила вдоль грядки и тут увидела светящийся капустный кочан.

– Ах вот оно что! – взвизгнула мышь. – Ну-ка, отдавай мою звезду, а не то я тебя покусаю!

– Я тебя не боюсь, – ответил замухрышка. – Не трогай звезду! Ей нужно вернуться на небо, а не сидеть в душной норе. Там звёздам не место!

Мышь разъярилась. Она бегала вокруг кочана и щёлкала зубами. Никто не мог помочь бедолаге-звезде. Братья не сходили с места, потому что капуста не умеет ходить, сверчок и светлячок были совсем крошечными и беспомощными. Сова улетела в лес. Что же будет?!

Мышь клацнула зубами и цапнула кочан-замухрышку за бок. Цапнула и сама же завыла от боли:

– А-а-ау-у-у-у! Я жуб шломала.

Оказывается, как раз под тем листом, который укусила мышь, притаилась звезда, а звёзды очень твёрдые. Пока мышь полоскала рот из лужи и охала, звезда тихонько выбралась из укрытия и поблагодарила спасителя:

– Какой ты смелый! Ведь она и правда могла обглодать тебя до кочерыжки. Спасибо!

– Ты тоже смелая, – смутился капустный кочан. Самый маленький кочан на грядке. Тот, который проклюнулся из земли позже всех.

– Мне пора обратно на небо, – пропела звезда.

Сверчок и светлячок попросили у звезды разрешения сфотографироваться на память. У них был не только телескоп, но и очень высокочувствительная фотокамера. Щёлк – и теперь можно хвастаться, что у тебя есть фотография со звездой. А мышь, надувшись, сидела в борозде между грядками. Ей было стыдно.

Всем стало интересно, как звезда залезет обратно на небо.

– Как и все падающие звёзды, – засмеялась звезда.

Она нашла паутину, потянула за кончик, отмотала ниточку подлиннее, сделала петлю и стала ловить паутиной лунный луч. Непростое это дело, однако, но у звёзд получается. Когда луч был пойман, осталось только вскарабкаться по нему на небо, как по канату. Звезда очень торопилась, потому что до восхода солнца оставалось несколько минут.

– До свидания, – хором прокричали все, кто был на грядке, даже мышь.

Звезда блеснула в вышине и скрылась из виду.

На следующее утро только и разговоров было, что о ночной гостье, а кудрявая петрушка с соседней грядки хмыкнула:

– Это всё враки.

Капустные кочаны чуть не лопнули от возмущения, а сверчку и светлячку пришлось вылезти из кроватей, быстренько напечатать фотографию в фотолаборатории за лопухом и показать всем недоверчивым петрушкам.