– Мисс Барбарани, можете ли вы подтвердить, что ваш брат Лука является отцом ребенка Дивии?

– Нелла! Нелла! Правда ли, что ваш дедушка украл рецепт сангве у своего заклятого врага, Антонио Ла Маркас?

– Что вы можете сказать по поводу заявлений Маттео Ла Маркас о том, что вы не в состоянии выиграть этот процесс?

– Не рассматривает ли полиция смерть вашего прежнего семейного адвоката как подозрительную?

– Мисс Барбарани, известно ли вам, какими доказательствами против вас располагают адвокаты Ла Маркас? Вы действительно думаете, что вам по силам тягаться с ними?

Том всегда хотел построить собственную взлетно-посадочную полосу на территории поместья, чтобы отказаться от аренды общего ангара. Теперь Нелла жалела, что не позволила это сделать, назвав брата позером и неженкой.

Избежать прессы по пути от «Хендая» Макс к ангару было невозможно, поскольку формально это была общественная территория. Другое дело, если бы они посмели накинуться на частный самолет Барбарани.

Кстати о самолетах – где же Джетт?

Чем дольше задерживался вылет в Милан, тем больше была вероятность того, что Ариана запаникует, передумает и выйдет из самолета. Пожалуй, следовало бы приказать Дейзи привязать ее покрепче.

Нелла долго колебалась, брать ли Дейзи с собой – чем больше людей вовлечено в это предприятие, тем больше сложностей. Другими словами, тем больше безымянных могил придется выкопать Маттео Ла Маркас. С другой стороны, Дейзи могла бы во время полета сосредоточиться на изучении заметок и голосовых меморандумов Кларксона в поисках деталей, которые они могли упустить. Чего-то, что заставило бы их развернуть самолет и вернуться домой, а не тащить пленницу Ла Маркас в Северное полушарие.

Он что, нарочно задерживается? Или Маттео решил, что Луки в качестве залога недостаточно? Нет, он не стал бы брать Джетта. В глазах Маттео он – прислуга, а не заложник высокого уровня.

Нелла старалась не думать ни об офисе Кларксона, ни о машине, ни о церкви, ни о чем-либо из того, что кружилось в ее голове прошлой ночью. Неужели он не понимал, что у них дела поважнее личных?

У нее вдруг возникло тревожное ощущение, словно внутри затрепыхалась умирающая рыба. Что, если их поцелуй стал той последней каплей, которая заставила его уйти навсегда. Прежде чем она успела убедить его остаться.

Нелла затолкала эмоции и посторонние мысли поглубже. Ей нужно руководствоваться логикой и здравым смыслом. Если она хочет выиграть это дело, ей требуется остаться сильной и похоронить всю эту ерунду в безымянной могиле. Она научилась поступать так уже давно, еще тогда, когда сказала отцу, что не хочет его денег, собирается подать на университетский кредит и самостоятельно оплатить обучение в юридической школе.

Как спортсмены, готовясь к соревнованиям, переходят на BCAA[26] и исключают из рациона рафинированный сахар и алкоголь, так и Нелла научилась «сушить» в себе эмоции, чтобы побеждать.

– До сих пор не могу поверить, что принцесса Ла Маркас действительно здесь. Он позволил ей приехать, – сказала Нелла, обращаясь к Макс и старательно игнорируя выкрики журналистов. Шагая по взлетному полю, она тащила за собой чемодан Prada.

– Мне это все еще не нравится, – ответила Макс, накручивая на палец прядь темных волос. – Ты знаешь Ла Маркас лучше меня, но Маттео не похож на того, кто добровольно вручит тебе ключ от своего королевства, и уж тем более тогда, когда там, возможно, заперто чудовище, способное его уничтожить.

– Я не знаю, что мы найдем в доме на озере Орта. – Нелла прикусила губу и в очередной раз огляделась в поисках Джетта. Где же он?

– Надеюсь, это приключение того стоит, – сказала Макс, и Нелла услышала ледяную нотку в ее голосе. Перед глазами встала сцена у церкви: сгорбленный Лука и Рафаэль, грубо заталкивающий его в один из роскошных автомобилей Маттео.

– Нелла, насчет… – Макс запнулась – в проеме двери над трапом она увидела розовые кудри Дейзи.

– Пилот говорит, что нам пора вылетать. – Она посмотрела на них с беспокойством. – Ты ведь сказала, что с нами летит ваш водитель? А как же Томазо?

– Я не знаю, где Джетт. – Нелла изо всех сил старалась сохранить нейтральный тон, чувствуя на себе взгляд Макс. – Том остается управлять делами здесь. В том, что Лука в плену у главы Ла Маркас, есть только один плюс: Том не убьет Маттео.

– Нелла. – Дейзи наклонилась и понизила голос. – Та блондинка, с которой я сижу рядом… это Ариана Ла Маркас?

– Ага, – бодро ответила Нелла.

– А, ясно… просто. – Дейзи прикусила губу. – Я не знала, что вы общаетесь. Думала, Барбарани и Ла Маркас это…

– Смертельные враги? – раздался голос сзади. – Как Монтекки и Капулетти? Малфои и Уизли? Эрнст Ставро Блофельд и Джеймс Бонд? Кэти Перри и Тейлор Свифт?

– Кэти и Тейлор теперь подруги, – поправила его Нелла, прежде чем обернуться; сердце подпрыгнуло так, как не должно было бы при звуке голоса друга.

К счастью, она заговорила, перед тем как повернуться, потому что, когда повернулась, уже не могла связать и двух слов.

В метре от нее стоял Джетт с серой спортивной сумкой через плечо. Его нижняя половина тела была в облегающем черном гидрокостюме, а верхняя… ну… нет.

Под лоснящейся бронзовой кожей рельефно проступали мышцы. Нелла постаралась не думать о том, какими они были на ощупь в офисе Кларксона. Но чувствовать их – это одно, а видеть здесь – совсем другое, какая-то шутка. И ее реакция на его полуобнаженное тело – это кульминация шутки. Спасло ее только то, что остальные женщины как открыли рты, так и забыли их закрыть.

– Леди, отведите взгляд. – Голос, услышать который она не ожидала, вывел ее из ступора. Из Бесси, с пассажирской стороны, вышел детектив Ноа Эйвери.

В воздухе уже потрескивал эстроген, но Джетт, словно и не заметив, какой эффект произвело его появление, и не понимая, что странное присутствие Эйвери заслуживает объяснений, просто кивнул Макс и бросил на Дейзи взгляд, показавшийся Нелле непонятным, ведь эти двое, насколько она знала, знакомы не были.

Может быть, удивился, что Дейзи так откровенно вытаращилась на него?

Так или иначе, он прошел мимо, полностью проигнорировав Неллу.

– Мы летим в Милан, а не на Мальдивы. – Дейзи скептически закатила глаза, глядя вслед Джетту, который уже легко взбегал по трапу.

– Какого черта? Что тут происходит? – требуя ответа, набросилась Нелла на Эйвери. – Разве закон не обязывает копов говорить только правду?

– Я столкнулся с Джеттом в городе. – Эйвери переминался с ноги на ногу, словно малыш, не желающий признаться в том, что съел последнее печенье. – Он опаздывал, так что я предложил подвезти его на его же машине. Я потом отгоню ее вашему брату.

– Хм. – Жалкое вранье. Джетт никогда не опаздывал. Его точности позавидовал бы токийский поезд. Где же они были и чем они занимались?

– Мисс Барбарани? – Пилот, Джарлс, стоял наверху трапа. – Нам действительно нужно вылетать.

– С вашей невестой все в порядке? – не удержалась Нелла, обращаясь к Эйвери, который возился с чем-то невидимым в багажнике Бесси.

Его широкие плечи напряглись.

– Ей лучше. Я передам, что вы спрашивали. – Он захлопнул багажник, и теперь под мышкой у него оказалась упаковка охлажденного кинотто, о котором Нелла забыла напомнить Джетту (она никогда не путешествовала без запаса этого итальянского безалкогольного напитка).

– Не надо этого делать, – проворчала Нелла, с благодарностью принимая кинотто. – Любое упоминание обо мне наверняка сведет на нет прогресс в ее выздоровлении.

– Мисс Барбарани, я вынужден настаивать, – напомнил пилот.

– Простите, Джарлс. Спасибо, Эйвери. – Она не была уверена, за что благодарит полицейского – за кинотто или за то, что он привез Джетта до того, как тот опоздал на рейс. Что, возможно, было бы и к лучшему, учитывая ее реакцию на вид его обнаженной груди.

– Нелла. – Макс схватила ее за запястье. – Знаю, время неподходящее, но… Форест?

Нелла виновато моргнула – она постоянно отодвигала Макс и дело Фореста в конец списка приоритетов. А ведь дружба с Макс тоже важна, что помог понять ночной звонок Грея. Дружбу нельзя воспринимать как данность.

Она сжала руку Макс, и тут нее родился план.

В безмолвном извинении она взяла подругу за руку, и, когда краем глаза она уловила шевелящуюся толпу журналистов, у нее немедленно созрел план.

– Оставь это мне и Дейзи. Я тебя не подведу.

Как только это стало возможным, Джетт удалился в туалет, предоставив Нелле передышку, необходимую ей, чтобы прийти в себя. Бросив взгляд на Ариану и убедившись, что она не надевает парашют и не готовится сбежать, Нелла села рядом с Дейзи, которая сортировала заметки Кларксона из приложения «Буги-борд» по собственным цветовым категориям.

– Сделай перерыв. – Нелла протянула ей банку кинотто.

– Что это?

– Типа итальянской «Кока-Колы».

Дейзи сделала глоток и скривилась, как те младенцы в вирусных роликах, где им дают лимон.

– Его нужно распробовать, – сказала Нелла, отрывая взгляд от закрытой двери туалета. – У меня есть идея, как добиться осуждения, – она взглянула на Ариану, которая потягивала свой кинотто, – ну, ты знаешь кого… за отравление.

Дейзи с любопытством посмотрела на нее.

– Продолжай.

– Идею мне подал Лука. Вернее, заявление матери ребенка Луки. Форест никогда добровольно свою ДНК не даст, и если он или Ла Маркас узнают, что на жертвах нашли ДНК, то получить образец без его ведома станет невозможно.

– К тому же это не будет иметь силы в суде.

– Верно. – Дейзи быстро училась, и Нелла порадовалась за нее, но тут же ощутила укол вины из-за того, что на целых шесть месяцев бросила ее, Иена и Перл, предоставив им справляться со всем самим. А когда вернулась, мгновенно превратила офис в место преступления и нанесла всем психологическую травму. – Но если он добровольно согласится пройти тест на отцовство, это совсем другая история.

Дейзи кивнула.

– Ладно, но с какой стати ему это делать?

– Вот здесь в игру вступает она. – Нелла кивнула на Ариану, которая смотрела в иллюминатор на пушистые, похожие на зефир, облака. – Нужно, чтобы она сказала ему, что беременна.

– И с чего бы ему сомневаться в ее верности? Она кажется мне такой правильной – у нее даже крестик на шее. – Дейзи покрутила серебряный пирсинг в перегородке носа, с сомнением поглядывая на Ариану из-под длинных, не тронутых тушью ресниц.

Нелла улыбнулась.

– Форест Валентайн из такой же семьи, как моя, – сказала она, открывая банку. – И будь уверена, первое, что сделают мой старший брат и мать этим утром, – поедут к Дивии Патель и заставят ее сделать тест на отцовство. Пусть даже Луку, по сути, похитили.

– По-моему, это… экстремально.

– Такие уж мы, богачи, Дейз. Мы не занимаемся благотворительностью, если об этом не узнают все.

– Ты не такая, как они. – Дейзи распустила хвостик, и розовые кудри рассыпались по плечам. В свете из иллюминатора ее кристально-голубые глаза выглядели, как два океана, даже без специальных фильтров из соцсетей. Почему Нелла раньше не замечала, насколько эффектна внешность Дейзи?

– Ты права, – сказала Нелла, – я хуже.

Она уклонилась от семейных обязанностей в пользу устройства собственной жизни, собственной карьеры, а затем бросила и эти обязанности тоже и сбежала в Перт, уйдя в шестимесячный запой.

Спасаясь от необходимости отвечать на вежливые банальности Дейзи, Нелла потянулась к пакетику с клубникой в шоколаде, упакованной с расчетом на шесть месяцев жизни в подземном бункере после ядерной катастрофы, а не на частный прямой рейс в Милан. И конечно, именно в этот момент Джетт выбрался из туалета.

Их взгляды встретились через проход. Ситуация была патовая.

Она не могла просто отвести глаза после того, как он полностью проигнорировал ее, когда приехал с Эйвери, ничего не объяснил и даже не извинился за опоздание. И выплюнуть клубнику она тоже не могла.

И вот она сидела, с клубникой во рту, вполуха слушая трескотню Дейзи насчет того, что это неправда, что она вовсе не хуже, а взгляд Джетта прожигал ее насквозь, словно брошенную в костер сухую хворостинку.

Он первым прервал зрительный контакт, забросил спортивную сумку на полку над Арианой и опустился в кресло рядом с ней. Ха. Позаботился о том, чтобы у Неллы не было ни малейшей возможности сесть рядом с ним.

Как будто она бы села.

Нелла повернулась к Дейзи.

– Ты же ходила недавно на свидание? Как прошло? – Говорить о Форесте она не решилась – Ариана могла услышать. К тому же у нее не было пока никаких идей насчет того, как убедить ее солгать своему парню. И обсуждать заметки Кларксона и вероятность того, что они могут не найти на озере Орта никаких доказательств правоты Барбарани, тоже не хотелось.

Так что оставалось либо трепаться ни о чем, либо сидеть молча, чувствуя, как плавится затылок под испепеляющим взглядом Джетта.

Щеки Дейзи вспыхнули.

– Нам пришлось перенести – у него возникли какие-то обстоятельства на работе. Он вообще тратит на нее много времени.

В животе у Неллы медленно затягивался узел. Она не столько слушала Дейзи, сколько наблюдала за ней, как за спящей летучей мышью за стеклом в зоопарке. Дейзи, с ее розовыми волосами и акульим зубом на шее. Естественным загаром и не испорченным макияжем лицом. Добрая, внимательная, смешливая, милая. Самая обычная девушка, заработавшая себе место в этом мире. Вышедшая из ниоткуда, но пробившаяся своим трудом. Дейзи, одна из тех девушек, которые заслуживают любви и сказочного «долго и счастливо». Главная героиня, бросившая вызов обстоятельствам. Принцесса поневоле в сказке со счастливым концом.

И в этой сказке Нелла была злой сестрой, которая отрезала себе пальцы на ноге, чтобы надеть туфельку. У нее никогда не будет того, что есть у Дейзи и всех подобных ей. Она этого не заслуживает.

И, возможно, именно осознав это, она вздрогнула от слов, которые услышала, но не осмыслила.

– Так свидание перенесли? То, ради которого ты ушла из бара после похорон Кларксона в пятницу вечером?

– Д-а-а-а, – протянула Дейзи, и смущенная гримаска исказила черты ее аккуратного, как у фарфоровой куклы, лица.

Нелла сглотнула, словно проглотила стекло. Вспомнила сообщения, приходившие на телефон Джетта, которые он не давал ей прочитать. Вспомнила, что он так и не ответил на ее вопрос, как зовут его девушку. Его нежелание говорить о ней что-либо. Она объясняла это другими причинами.

Дейзи неуверенно посмотрела на Джетта, и узел в животе Неллы затянулся еще туже.

Что со мной не так? У нее всегда было шестое чувство к таким вещам. Она знала про Грея и Макс, знала, что, несмотря на Фореста Валентайна и беременную Дивию Патель, между Лукой и той блондинкой Ла Маркас, что сейчас пила кинотто в самолете, было что-то странное и темное. Она первой это заметила.

Но она понятия не имела о Джетте и Дейзи.

Потому что я не хотела ничего знать.

Правда обрушилась на нее, вжимая в спинку кресла, как будто Джарлс потерял управление самолетом, и они камнем падали на землю.