– Лиза, это ты? – подала голос из комнаты Катерина Ивановна, едва заслышав скрип дверей в сенях.

– Я! Письмо отправила Юрке! – сообщила Лизка, стягивая забрызганные жидкой осенней грязью сапоги. – Дождит сегодня, стирать не буду ничего – все одно не просохнет!

– Зачем письмо? – взволновалась Катерина Ивановна, делая попытку приподняться и снова без сил опускаясь на подушки. – Ты, Лизка, брата не тронь – у них маленький скоро будет, ни к чему их волновать!

– Сын он тебе или как?! – вспылила Лизка, заходя в душную маленькую горницу к матери. – А раз сын – помогать должен! Мать тут в таком состоянии, а он ни сном ни духом!

– Дак ведь лучше мне уже! – убеждая больше себя, чем Лизку, сказала Катерина Ивановна. – Лучше! Чую, вот еще дня два полежу – и встану! Ножки сами пойдут! Это я устала маненько. Ниче, скоро побегу!

– Да лежи уже спокойно, – прикрикнула Лизка, с грохотом придвигая к кровати деревянный стул. – Сейчас есть будем! Вечно ты Юрку жалеешь! А меня кто пожалеет?! Тоже могла бы, как он, в город уехать да жить там! Так ведь знаю, что за тобой смотреть нужно! И что получается?! Юрочка твой хороший в ус себе не дует, живет себе с молодой женой да забот не имеет! А дочь твоя плохая – здеся! Думаешь, легко мне с тобой и с Никиткой, легко?

– Ах, голова садовая, совсем забыла сказать! – Катерина Ивановна, уже привыкшая к Лизкиным нападкам, пропустила ее слова мимо ушей. – Лизка! Никитична ведь заходила! Просила тебя подсобить ей завтра: стол там накрыть да полы помыть. Хочет внука женить! Внук к ней из города приехать должо ́н!

– Женить? Этого сморчка, что ли?! – прыснула Лизка. – Видала я этого жениха – ничего ему, кроме книжек, не нужно! Весь такой из себя важный гусь – на машине новенькой и в костюмчике! Тоже мне, внук! Что-то я его тут раньше не видела ни разу! Хоть бы раз приехал – помог бы бабке картошку выкопать!

– Дык ведь он ученый человек, профессор ли че ли, – Катерина Ивановна, по своему обыкновению, старалась оправдать любого. – Преподает в институте, книжки пишет – говорю ж, ученый! Вот на пятом десятке жениться надумал! Никитична уж расстаралась – невесту ему отыскала. Ты Васильевну с нижней улицы знаешь? Дочка это ее, младшая.

– Дашка, что ли?! Да она ж страшная как черт!

– С лица воду не пить! – назидательно сказала Катерина Ивановна. – И лет-то ей уж к сорока – детишек хочется. А Георгий этот, хоть и квелый, да фатерку свою отдельную имеет! Никитична хвастает, что у него зарплата триста рублев в месяц! А под Новый год он ей посылку присылал: и колбаса тама, и рыба какая-то заморская в кругляшках, и шоколад плиточный! Вот тебе и сморчок! – торжественно закончила она.

– Триста рублей! Это ж надо, какие деньжищи! И куда ему одному столько? – задумчиво протянула Лизка. Ах, сколько бы она всего могла купить, будь у нее такая хорошая зарплата! Уж она бы сумела ими грамотно распорядиться! И дом бы у ней был загляденье! И сама бы оделась как куколка германская, всем на зависть! И шубу бы уж не из овечки купила.

– Лизка, не слышишь ли, че ли?! Ты зайди сегодня к Никитичне, узнай, чем помочь, что сделать! Ей ведь помочь некому, сама знаешь!

– Зайду, зайду, – отмахнулась Лизка, нехотя снимая в мыслях белую норковую шубку и такого же цвета шапку. – Странно, а че это невеста к себе не приглашает, а Никитична у себя все устраивает? Что у них не как у людей все?

– Дык ведь стыдно Васильевне! – удивляясь недогадливости дочери, сказала Катерина Ивановна. – Муж-то у ней пьет, а как выпьет – буйным делается, драться лезет, куды это годится! И дом у них скромный – не хочет зятя обстановкой пугать. Да и дикий у нее он, Георгий-то, и всегда был таким! К чужим неохотно ходит!

– Ну вот уж диким точно его не назовешь! Сам машину остановил да подвез меня до дома! И всю дорогу о своих книжках трещал! Это скорее Дашка на дикого зверька похожа! Глазами зыркнет на гостей – и за печкой спрячется! Я скоро вернусь. Мне книжку тут одну посоветовали.

И Лизавета в самом деле отправилась в районную библиотеку. Чтобы у бедной Даши не осталось ни единого шанса на удачное замужество.

– Здравствуйте, у вас «Душенька» есть? – шокировала она сонную библиотекаршу. – Ну, книга такая! Не помню автора! Достоевский, может?! Мне на денек всего!