Шесть месяцев спустя

Можно ли написать увлекательный пресс-релиз о молочных напитках с вкусовыми наполнителями? Если честно, не знаю. Но именно такую задачу поставила перед нами Ассоциация молочных продуктов Среднего Запада. На ежегодной ярмарке штата Висконсин ассоциация представляла молоко с новым вкусом мятной карамели, и мне поручили описать это событие для журналистов. Я все еще не привыкла находиться на другом конце цепочки связей с прессой. Вместо того, чтобы каждый день получать сотни пресс-релизов, теперь я их рассылаю в надежде привлечь взгляд какого-нибудь руководителя отдела новостей, который отправит к нам репортера или фотокорреспондента.

С тяжелым вздохом я задумалась о заголовке, который сразу привлечет внимание местных телеканалов. Сейчас на экране красовалось: «Просто как мычание: новое молоко на ярмарке штата!» – но этот вариант меня решительно не устраивал. Откинувшись в кресле, я смотрела в потолок и пыталась выжать из себя какой-нибудь остроумный каламбур на молочную тему, когда на столе зазвонил телефон.

– Стефани, вас хочет видеть мистер Маккарти, – сообщила из приемной Джулия.

Мистер Маккарти? Кто бы это мог быть? Я перебрала в памяти людей, с которыми общалась в последнее время по разным проектам. В нашу небольшую пиар-компанию мог обратиться любой, кто хотел продвинуть свои товары или услуги. Возможно, мистер Маккарти из «Сосискомобиля», еще одного проекта, над которым мы сейчас работаем. В летние месяцы по дорогам штата разъезжает автомобиль в виде огромного хот-дога и призывает всех покупать мясную продукцию фирмы «Оскар Майер». Я со вздохом поднялась из-за стола, думая, что хот-дог на колесах, пожалуй, поинтереснее мятного молока – но совсем ненамного.

Это единственная работа, на которую я смогла устроиться после увольнения с Третьего канала. Все знали, что я обманула своих сотрудников и начальство, а в кругу новостников это черная метка. Меня не взяли даже в местный колледж преподавать литературное творчество, процитировав при этом их этический кодекс. Так что я нашла приют здесь, в торговом центре, между фастфудом «Тако Белл» и магазином «Все для вечеринок». Наше помещение не слишком похоже на пиар-фирму: вместо кабинетов – кабинки. Но платят достаточно, чтобы хватало на жизнь; к тому же я по-прежнему живу рядом с Робертом и в четырех часах езды от Эвана. Воссоединение с родными и друзьями было сказочным, но я все еще старалась загладить ту боль, что невольно причинила своим близким.

Выйдя в нашу крохотную приемную, я увидела, что там ждет, небрежно прислонившись к стене, высокий мужчина с зализанными волосами.

– Что я вижу! Наконец-то настоящая Стефани Монро! Так сказать, во плоти! – громко проговорил он, с широкой улыбкой шагнув вперед и окинув меня взглядом с ног до головы. Я невольно обратила внимание на неестественную белизну его зубов. – А я Трент Маккарти. Помните это имя?

Господи, это же тот парень, которого подставила Жасмин!

Я не понимала, что происходит. Как он оказался здесь, в Мэдисоне? Я слышала, что из тюрьмы его выпустили, сняв все обвинения; однако телеканал, где он работал, отказался принимать его назад, заявив, что Маккарти нарушил их корпоративную этику иным образом.

– Здравствуйте, – поколебавшись, ответила я. – Рада познакомиться. Могу вам чем-то помочь?

– Еще как можете! Давайте-ка присядем и потолкуем, – ответил он. – Я уже спросил эту вашу девушку, Джулию… кстати, очень милое имя… есть ли у вас тут приличные переговорные, и она сказала, что есть, так что пойдемте туда.

Он подмигнул Джулии, и та покраснела. Положив руку мне на локоть, Трент подтолкнул меня вперед, словно был здесь хозяином, а я гостьей. Я стряхнула его руку. Мы вошли в переговорную, и я села за стол напротив, как можно дальше от него.

– Знаете, а вы прехорошенькая! Еще лучше той, фальшивой Стефани. Право, жаль, что на конференции я познакомился не с вами! – немедленно сообщил он. У меня мурашки по спине побежали. О том, как вел себя этот тип со «мной» в Сан-Диего и как он вообще ведет себя с женщинами, я была наслышана.

– Зачем вы приехали? – спросила я, желая сразу перейти к делу.

– Дело в том, что меня посетила лучшая в мире идея! Вот увидите, она и вам понравится. Итак, приготовьтесь… я считаю, нам с вами нужно стать партнерами!

– Простите, что? – уточнила я, усилием воли сохраняя внешнее бесстрастие.

– Партнерами. Послушайте, Стеф: вы пострадали от всей этой передряги и едва выбрались из нее живой. Я тоже. Теперь вы работаете в какой-то дыре, а я вообще не могу найти работу. Обидно, правда? И вот что я придумал: нам с вами нужно вместе написать книгу и заработать по миллиону баксов. Представляете, какую историю мы сможем рассказать публике? Писать, разумеется, будете вы – а я вам расскажу обо всем, что произошло на конференции и после. Эта жуткая психопатка Жасмин пыталась повесить на меня свои делишки. А вас и вовсе хотела убить! Вот увидите, люди такую книгу с руками оторвут! Гонорар поделим пятьдесят на пятьдесят. Я прилетел, чтобы познакомиться с вами лично. Думаю, можем сразу и начать.

Он откинулся на спинку кресла и закинул руки за голову, сияя белозубой улыбкой. Я была так поражена, что даже не сразу смогла найти слова, – только смотрела на него. Написать книгу о своих злоключениях? Такое мне и в голову не приходило. Тем более ни под каким видом я не собиралась писать книгу вместе с ним. И какое щедрое предложение: пятьдесят на пятьдесят, при том что вся работа будет на мне!

Наконец дар речи ко мне вернулся, и я ответила вежливо, но твердо:

– Спасибо, что подумали обо мне, Трент, но я пас. Не хочу ни вспоминать эту историю, ни снова ее рассказывать.

– Вы что, шутите? – воскликнул он, выпрямившись и убрав руки из-за головы.

– Нет, никаких шуток. Не хочу снова погружаться в происшедшее. Мне нужно оставить это в прошлом и жить дальше. А вы можете написать книгу сами, если хотите.

– Но без вас будет совсем не то! – возразил он. – Подумайте, как звучит: двое бывших теленовостников, оступившись, едва не погибли, но теперь триумфально возвращаются к активной жизни… Американская история искупления! Публика будет в восторге! Соглашайтесь, Стеф!

Уже дважды он назвал меня «Стеф», как будто мы с ним старые друзья. Я невольно стиснула зубы.

– Мне пора возвращаться к работе, – сказала я. – Спасибо за предложение, но «нет» – мой окончательный ответ.

Он прищурился и сжал руку в кулак.

– Что же, выходит, я зря сюда добирался?

– Похоже, что да. Вы сами решили лететь в Мэдисон, я вас не приглашала.

– Но объясните мне, Стефани Монро, почему нет? Вам не нужны деньги? Не верю – только посмотрите, в какой вонючей норе вы работаете! Что вы тут пишете, пресс-релизы о новых марках туалетной бумаги? Не этого же, черт возьми, вы хотите от жизни! И я скорее сдохну, чем соглашусь на такое место! Но у меня есть план побега: наша книга. По-моему, у нас отлично получится! Вот увидите, мы поладим! Если вы согласны, то согласен и я.

Что за мерзкий тип! Внутри у меня все пылало.

– Я не согласна. Джулия вас проводит, – ответила я и встала.

Он побагровел и грохнул кулаком по столу.

– Но почему, Стеф, почему? Объясните, почему вы не хотите иметь со мной дела? – взревел он, и в его голосе слышалась ярость пополам с отчаянием.

Что ж, если ему нужна еще одна причина, он ее услышит. Я наклонилась к нему, опершись ладонями о стол, и смерила его долгим жестким взглядом.

– Потому что вы ублюдок, Трент. А ублюдки не должны выигрывать.