Эпилог.

Сегодня одиннадцатое июня две тысячи двадцать третьего года. Именно в этот день, почти век назад, я сделал свой, может быть и не до конца осознанный, выбор, шагнув на портальную площадку древней межмировой транспортной системы в совсем другом Мире. Смешно, в своём Мире я прожил чуть больше двадцати лет, а в этом уже семьдесят шесть лет, но продолжаю называть именно тот Мир «родным». Ладно, это к делу не относится. В этом Мире раскопки Аркаима начались, с моей подачи, теперь уже, в далёком шестьдесят восьмом, и я принимал в них самое активное участие, пусть и под «личиной» студента третьекурсника Московского Архивно-Исторического Института. В этот раз на раскопках были задействованы сотни самых разных людей из более чем десяти государств. Да, обнаружение Аркаима стало мировой сенсацией — городище, ровесник Трои и старше Рима почти на тысячу лет. В общем, открытие Аркаима стало праздником для историков и археологов. Учёные, студенты и просто энтузиасты совершали исторические открытия, а я искал совсем иное и… нашёл. Правда, в этот раз не было никакой мумии древнего Искателя или Хранителя, была… самая обыкновенная «портальная арка», размером чуть больше стандартных двухстворчатых дверей, да и стояла она совсем даже не в тайном помещении, а, можно сказать, в самом центре городища, на площади. Местные учёные недолго ломали голову над её назначением, быстренько определив в ней «ритуальное строение». Ведь ученые обнаружили удивительную особенность города — он был спроектирован с учетом положения Солнца, Луны и звезд и мог использоваться как обсерватория. Благодаря этому Аркаим получил неофициальное название «Город солнца». И вот, спустя более чем полвека я всё же решился воспользоваться порталом в Аркаиме. Много лет я изучал руны на арке и пришёл к разочаровывающему выводу — портал этот чисто внутрипланетный, то есть не имеет выхода на другие Миры и Реальности и, в отличии от портальной системы Искателей, он чисто магический, да и дальностью похвастаться, тоже не может, что-то в пределах ста километров. Скорее всего этот портал является частью планетарной портальной сети древних… ну не знаю кого, может быть тех же легендарных атлантов или ариев, а может каких-нибудь лемурийцев. Ясно одно, никакой опасности он не представляет.

Сейчас Аркаим это огромный музейный комплекс, сказал бы под открытым небом, но нет, под стеклянным куполом, который только на короткое время ночью пустеет, отдыхая от толп туристов. Почему аж целый комплекс? Так потому, что в Челябинской области таких городищ нашли уже больше трёх десятков, все они построены, словно бы, по единому проекту. Часть из них уже исследована и изучена, накрыта стеклянными куполами и принимают туристов, в другой части всё ещё работают учёные, а третья ждёт своей очереди и своих исследователей. Проникнуть в закрытый музей, особых проблем мне не составило, как и добраться до арки. Пришлось, правда, повозиться, чтобы наполнить руны энергией, но тут мне повезло, совсем недалеко обнаружилось парочку, пусть и слабеньких, природных энерголиний. Полчаса и руны засияли, в истинном зрении, энергией, ещё пара минут и арку заполнило тёмное зеркало перехода. Два шага, всего два шага и я оказываюсь в тёмном, покрытом чуть ли не полуметровым слоем пыли, помещении. Дышится, хоть и не свободно, но и особых проблем нет, хотя воздух и затхлый. Мощный электрический фонарь рассеивает мглу и высвечивает грубые каменные ступени, ведущие куда-то вниз. Ну что же, отступать, как говорится, некуда, поэтому начинаю спускаться в неизвестность.

Всего сорок две ступеньки, затем короткий проход, ещё шесть ступенек и я молча опускаюсь на последнюю, а передо мной, в постепенно разгорающемся свете, проступают контуры такого знакомого Портального Зала. Мне грустно и тяжело, но в то же самое время и радостно. Да, теперь я могу в любой момент покинуть этот Мир, и мне для этого даже не нужно проделывать весь этот путь заново, достаточно оставить в этом Зале портальный маячок, но…

Шестьдесят шесть лет я прожил в этом Мире, отдал ему, можно так сказать, своё сердце и Душу. Давно уже почти все кого я знал, все мои друзья и знакомые, покинули этот бренный Мир. Остались единицы, которых можно пересчитать по пальцам — Сталин, Берия, Судоплатов, Воронов и мои бывшие ученицы, ну и те учёные, которым я в своё время установил нейросети.

Берия в шестьдесят первым, инсценировал свою смерть и отошёл от дел. Судоплатов, проделал это ещё в пятьдесят восьмом и… перебрался на постоянное место жительство в США, где курирует им же созданную разведсеть. Сталин, официально ушёл на пенсию в шестьдесят девятом, передав пост Генерального Секретаря ЦК КПСС и Председателя Совета Министров СССР Машерову и до сих пор жив-здоров, выглядит лет на тридцать и обосновался где-то в Грузии, точнее в Закавказском Федеральном Округе. А вот Воронов всё ещё на службе, в наглухо засекреченном Управлении МГБ, он вообще, начиная с шестьдесят шестого года исчез со всех радаров и даже в официальных бумагах ни он, ни его «Управление П» нигде не упоминается.

После памятного Девятнадцатого Съезда ВКПб-КПСС чуть было не вспыхнула новая Гражданская Война. Кровь пролилась, конечно, особенно в Средней Азии и на Кавказе, но грамотные, а главное, своевременные действия МГБ и Армии, позволили обойтись, что называется, малой кровью и к пятьдесят второму году административная реформа по преображению СССР закончилась. Вся страна к тому времени превратилась в одну грандиозную стройку.

Первый спутник СССР запустил в Космос в пятьдесят пятом и это был не просто шарик, передающий радиосигнал, а полноценный спутник наблюдения с постоянным радиоканалом связи с Землёй, точнее с Центром Управления Полётами. Первым человеком Земли, побывавшим в Космосе, стал так же Гагарин, очень уж Сталину понравилась его улыбка, но свершилось это уже в пятьдесят восьмом. В шестидесятом я опустил арварский бот на космодроме «Байконур», где его и изучали советские учёные вплоть до семьдесят четвёртого года, когда на его основе был построен первый многоразовый космический корабль, который в последствии стал основой для Лунной Базы.

Уже в шестьдесят втором году в СССР началось планомерное сокращение посевных площадей, как говорится, назрел кризис перепроизводства зерновых, а продавать пшеницу, рож, ячмень и прочее Союз категорически отказывался, предлагая уже готовую муку или комбикорма.

Огромную роль в развитии СССР сыграли переданные мной Сталину файлы с библиотекой моего Мира. Как оказалось, я не очень добросовестно в своё время их «почистил», хотя и удалил откровенный мусор. Вот эти-то «ненужные», на мой взгляд, файлы, как не странно, оказались одними из самых востребованных, а именно цифровые копии советских журналов — «Техника молодёжи», «Юный техник», «Наука и жизнь», «Вокруг Света» и многие другие. То, что в восьмидесятые годы моего Мира было общеизвестным и обыденным, в начале пятидесятых этого Мира выглядело как откровение свыше. Уже в середине пятидесятых начался бурный взлёт электронной промышленности, заводы и артели, буквально, завалили прилавки своей продукцией. Конечно, выбор был, да и остаётся, не таким большим как в моём Мире, зато это не китайские одноразовые поделки, а качественные товары. То же самое можно сказать и о продуктах питания, да «ста сортов колбасы» на прилавках нет, но хватает и имеющихся полутора десятков, учитывая, что это колбаса, а не смесь бумаги и сои, сдобренной всякой химией.

Свободный выезд за рубеж открыли ещё в шестьдесят первом и многие советские туристы, возвращающиеся из туристических поездок за границу, были разочарованы, чего и не скрывали. Проблем с валютой тоже уже давно нет, ведь ещё с пятьдесят пятого советский рубль стал одной из «резервных валют» и свободно конвертируется.

После того как СССР перестал вливать в экономику европейских стран миллионы долларов, социалистический блок очень быстро развалился, точнее, его состав очень сильно изменился. Так, Польша вернулась к своему хозяину — Англии, Чехословакия распалась на Чехию и Словакию. Чехи сразу прислонились к ФРГ, а словаки, наоборот, только укрепили связи с СССР. В шестьдесят восьмом Болгария и Монголия вошли в состав СССР, а в восемьдесят третьем их примеру последовала и ГДР. А с девяносто третьего года начался самый настоящий бум — Австрия, КНДР, Финляндия и Швеция, Норвегия и Дания, вдруг, вспомнили, что они всегда «дружили» с Россией и тоже попросились в состав СССР.

Уже в семьдесят восьмом экономика СССР стала первой в Мире, далеко обогнав США, которые всё больше и больше скатываются в перманентный кризис. Китай так и остался «страной третьего Мира» — Мао довёл страну до ручки, а после его смерти Китай вообще развалился на три части, которые постоянно между собой грызутся. Природные ресурсы СССР продаёт, но в таких мизерных количествах, что о них и говорить-то не принято, поэтому цена на тот же газ и нефть стабильно держится на высоком уровне, что только на руку советским производителям, которые торгуют уже готовой продукцией, намного дешевле и качественнее своих зарубежных аналогов. Артели и кооперативы СССР во всём Мире позиционируются как частные предприятия, пусть и под очень жёстким контролем со стороны государства и дают до сорока процентов бюджета. «Мировой Фабрикой» Союз не стал, да он к этому и не стремится, предпочитая обеспечивать, в первую очередь, своих граждан.

В общем и в двадцать третьем году СССР цветёт и пахнет — сильная Армия, передовой ВМФ, космическая группировка и РВСН гарантируют безопасность страны. Цены постепенно снижаются, а зарплаты растут, люди путешествуют по всему Миру, хотя большинство предпочитает путешествовать по своей родной стране и уверено заявляют, что «дома лучше».

Наш агрохолдинг, к шестидесятым годам, превратился в настоящего монстра и на общем собрании было принято решение разделить его на три части — животноводческую, промышленную и сельскохозяйственную. При этом сохранились очень прочные связи между подразделениями. Ильич стал трижды Героем Социалистического Труда. В принципе, не он один, Героев у нас в агрохолдинге, на сегодняшний день, больше сотни человек, в том числе и практически все мои ученицы.

Я все эти годы тоже не скучал. Пришлось и преподавателем поработать, и заниматься внедрением некоторых инопланетных технологий, так, например, сейчас в СССР активно функционирует три предприятия по производству гравитационных генераторов. В Красноярской Аэрокосмической академии разрабатывают ядерный двигатель для первого межзвёздного корабля, а на орбите, на борту космической станции осваивают технологию выращивания кристаллов для производства ИскИнов. В Первом Ленинградском Медицинском Институте уже тестирую первые образцы нейросетей, они, конечно, даже до первого поколения нейросетей Содружества очень сильно не дотягивают и скорее похожи на нейроком, но и это уже огромный прорыв. Практически весь автотранспорт СССР перешёл на водородные двигатели, а под Новосибирском строится первая на Земле термоядерная электростанция. Во Владивостоке уже работает завод по производству энергонакопителей по стандартам Содружества. Да, в принципе, всего я и не перечислю, потому как передавал советским учёным очень многое из простейших технологий Содружества, что-то уже освоили и начали производство, к чему-то только ещё подбираются, а за что-то даже и не брались, понимая, что ещё не достигли необходимого уровня развития. Но, думаю, что это не на долго, лет десять-двадцать и всё освоят и внедрят. До уровня Содружества, будет, конечно, ещё очень далеко, но Солнечную Систему освоят, тем более, что уже и на Луне, и на Марсе постоянные исследовательские станции, а, точнее, целые городки под куполом уже есть и трудится в них несколько тысяч человек. Единственное, чего я никогда не делал, даже если просили, так это ничего не советовал, просто считаю себя не вправе. Даже своё мнение, по тем или иным вопросам, особенно касаемых политики, ни когда не высказывал, хотя многое мне и не нравилось, особенно в пятидесятые.

Да, когда Сталин узнал о моих ученицах, то по всей стране прокатилась волна поиска магически одарённых людей. К сожалению, поиски ничего не дали. Или это мне так повезло, сразу наткнуться на земных магов, или же они просто очень хорошо скрываются и не спешат демонстрировать свой Дар.

В общем, всё что можно, я этому Миру дал, всё что можно, с него получил, в том числе и Базы Знаний практически по всем земным наукам, ремёслам и умениям, который ежегодно обновляю, да и не только Базы Знаний и так информации накачал самой разной, в том числе и всевозможные чертежи и прочую документацию, ну и развлекуху разную. Нет, изучать я их не стал, просто не вижу необходимости, но в хранилище прибрал, мало-ли, вдруг понадобятся, а даже имеющиеся у меня полторы тысячи кристаллов с этими Базами и информацией, много места не занимают. Так что, можно считать, что моя миссия в Мире Земля-2 подошла к концу, да и скучновато что-то стало в последнее время, тем более что три года назад я остался один — жена, с которой мы прожили почти сорок лет скончалась. Я, конечно, мог её вылечить и омолодить, но… она отказалась. Честно, не знаю почему, догадки, конечно, есть, но… Я, после этого, прошёл через процедуру омоложения, заодно, наконец-то, вернув себе свой настоящий облик и просто исчез для всех многочисленных наблюдателей, что, до этого, буквально, ходили за мной по пятам, а с недавнего времени начал замечать, что я… мешаю, что-ли. Вот и получается, что все мои дела в этом Мире закончены и я стал в нём лишний, а с другой стороны, прожитые здесь годы ведь не вычеркнешь из жизни и вот так вот просто взять и уйти, как-то не получается.

Ладно, оставив в проходе к Портальному Залу портальный маячок, переместился в свою квартиру. Да, мой дом в Успенке, впрочем, как и в Ростове, уже давно не мои. Теперь я живу в Симферополе, в трёхкомнатной благоустроенной квартире, на пятом этаже двенадцатиэтажного дома. Я только и успел, что включить чайник, как затрещал дверной звонок. Пришлось идти открывать, гадая — кто бы это мог быть, а смотреть по ауре было просто неинтересно и лень.

— Привет. Теряешь хватку, Руслан. — передо мной стоял генерал-полковник Воронов, собственной персоной.

— Какими судьбами, Николаич? Ладно, заходи, нечего на пороге стоять. И с чего это я теряю хватку?

— Ну, раньше ты по всему Миру гонял и никто тебя засечь не мог, а теперь вон как лопухнулся, что здесь, что в Аркаиме.

— Ну так, раньше и такого количества камер на улицах не было, да их вообще не было, а теперь на каждом столбе висят, да и не по одной. Давно вы меня тут вычислили?

— Пару месяцев назад. Ты же тогда просто исчез, вот мы и засуетились. То, что искать тебя по старым изображениям смысла нет, поняли только с полгода назад. Пришлось поднимать архивы, помнишь, тогда, после экзамена в МГУ тебя у нас сфотографировали, вот загрузили то старое изображение и уже по нему искали, хотя, скажу откровенно, шансы расценивали как минимальные. А тут, вдруг, пару месяцев назад — звоночек, совпадение почти стопроцентное, ну и так вышли на тебя и эту квартиру, установили скрытое наблюдение, чтобы убедиться, что это ты. А три часа назад новый сигнал, мелькнул ты на одной из камер в Музее, а наблюдение говорит, что ты квартиру не покидал. Пока в Аркаиме камеры перенастраивали, ты уже и оттуда исчез. Хорошо, что я уже тут был, вот и решил заглянуть по старой памяти.

— Ясно. Обложили значит. И что вам от меня нужно?

— Ну, под наблюдением ты потому, что до сих пор остаёшься неизвестным фактором. Ты вот на постоянное наблюдение обижаешься, а ты знаешь, что мои люди почти три десятка покушений на тебя предотвратили? Даже на товарища Сталина и то меньше было.

— Ну, предотвратили и молодцы, так работа у вас такая. А что дальше-то?

— Дальше? Что ты там, в Аркаиме, нашёл-то?

— А вот это уже вас не касается, извини, Николаич.

— Ага, значит что-то из этих твоих магических штучек. Уходить собрался? — неожиданно спросил Воронов.

— Нет… да… не знаю я, Николаичь, не знаю!

— Не знаешь? Уходи, Руслан. Если можешь, то уходи. В Министерстве что-то зашевелились по твоему поводу, как бы брать не пришли, а ты ведь не сдашься, значит будет бойня. А оно нам надо? Ты, на сегодняшний день, так и остаёшься главной тайной Союза, они там, в кабинетах, о тебе толком ничего не знают, поэтому могут столько дров наломать, что потом хрен расхлебаешь. Так что, уходи. Это я тебе не как генерал МГБ говорю, а как, надеюсь, твой друг.

— Чем же это я не угодил твоим начальникам?

— Они считают, что пришло время потрясти тебя как следует, да под химией. Считают, что слишком многое ты скрываешь. Да и мой пример, как и Иосифа Виссарионовича, ведь перед глазами, ты думаешь, что в Политбюро, в Совмине и в ЦК никто не хочет в сто с лишним лет выглядеть на тридцать?

— Ну… правильно считают, в принципе. А ты, значит, пришёл…?

— Задержать тебя, не дать исчезнуть.

— Ясно. Спасибо тебе, Николаич, что помог определиться и… прощай. Помни, я не держу на тебя зла. — последние слова я говорил уже перешагивая через зеркало портала.

— Стой! — рванулся ко мне Воронов, но было поздно.

Хороший всё же человек Воронов, но… служака до мозга костей. Весь разговор поглядывал на часы, а в конце ещё и активно потеть начал, да и говорил так, словно в чём-то оправдывается. А уж когда истинное зрение показало, что на крыше соседнего дома появилась парочка снайперов, мой дом взяли в плотное кольцо, а на лифте и по лестнице приближаются целые группы неизвестных, то и решение принять стало легко. Правду Воронов сказал — меня будут брать, вот только умолчал, что не когда-то там в будущем, а прямо сейчас. Да и он пришёл не предупредить, а удостовериться, что я на месте и, по возможности, задержать, заговорить зубы. Ладно, прощён.

Из портала я вышел там же, откуда совсем недавно переместился в свою квартиру. В Портальном Зале даже светильники ещё не успели до конца погаснуть. Я сделал несколько шагов вперёд и уставился на «карту порталов».

— Какого чёрта⁉ — ни одна из координат не была активна и вообще, сложилось у меня впечатление, что это просто декорация, бутафория и не более. Начал взглядом искать систему аварийной эвакуации и… и тут облом — все стены, кроме занятой «картой» оказались девственно чисты, нет, какие-то, скажем так, фрески на них были, некоторые даже довольно интересные, но это были просто фрески и ничего более. И только сейчас мне бросились в глаза, пусть и незначительные, но отличия от привычных Залов. Во-первых, как я уже говорил, это толстый слой пыли. Во-вторых, как я сказал, абсолютно мёртвая карта портальных переходов и, в-третьих, в самом центре портальной площадки возвышается какой-то столб, примерно с метр высотой. Вот только в прошлое моё посещение его не было, это я точно знаю.

— Последний шанс. — пробормотал я, направляясь к этому столбу, рассчитывая, что именно он и является аварийным эвакуатором. — Если нет, то придётся уходить через Перу, а там как повезёт.

Да, с портальным переходом в этой горной стране я разобрался и честно всё выложил старейшинам кечуа, даже накопители подготовил и полностью зарядил. Но, после долгих обсуждений они всё же решили не рисковать погибнуть всем племенем и остались на Земле.

Подойдя к столбу, я встал поудобнее, смахнул с него толстый слой пыли и с радостью разглядел на нём оттиск Знака Искателя. Значит я не ошибся и этот столб и на самом деле аналог аварийной эвакуации. Странно только, что сам столб расположился в самом центре какой-то спирали, на которой, через неравномерные промежутки поблёскивали какие-то тёмные кристаллы. Уже уверенно вложил свой Знак и… поверхность столба слегка засветилось и на ней появилась точная копия спирали с пола, а те самые кристаллы на спирали начали разгораться, один за другим. Правда не все, далеко не все, всего с десяток, примерно, я не считал.

— Выберите пункт назначения. — раздался механический голос.

Я невольно осмотрелся, слегка напрягшись. Да, весь этот «Портальный Зал» только напоминал уже знакомые мне сооружения, да и выбор «перехода» был совсем небольшим, как я уже сказал, только около десятка доступных точек. В принципе, я хоть и сорвался с места спонтанно, но по уже устоявшейся привычке, всегда и всё своё ношу с собой, в хранилище. Конечно, кое-какие личные вещи так и остались в квартире, но ничего критично, скорее, как просто память. На всякий случай снял с себя все амулеты и отправил в хранилище. После чего, собравшись с духом, мысленно попрощавшись со всеми друзьями и просто знакомыми, слегка коснулся четвёртого, от центрального, кристалла, едва заметно светящегося зелёным цветом. И спустя мгновение на меня обрушился световой столб, а Реальность начала расплываться и искажаться. И никакого тебе портала.

Конец.