Глава 2.

Сидя за столом в доме Сергеича, именно к нему я пошёл, когда добрался до Калиновки, уперев взгляд в этот самый стол и не смея поднять глаза, на сидевшего напротив меня мужика, нет, не от стыда, а от злости. Да, как же всё намного проще в магическом средневековье, там не смотрят на твой возраст, а, в первую очередь, глядят на Силу Источника. В Мирах Содружества тоже всем плевать сколько тебе лет или на сколько лет ты выглядишь, там главное — какая у тебя нейросеть и какие Базы Знаний изучены. А здесь… в общем, над моим желанием переехать в деревню и «помочь», Сергеич только посмеялся и очень внятно и доходчиво разжевал мне все мои перспективы, заодно на корню разрушил все планы. Во-первых, всем плевать что я там задумал, я пока ещё дитё несмышлёное и не более, ничего не знаю и не умею. Что? Есть водительские права? А кому они сейчас на деревне нужны, если вся техника в МТС? Что? Могу создать удобрения, от которых урожайность вдвое увеличится? А я что, агроном? Химик? У меня есть диплом и эти мои удобрения уже испытаны, опробованы и одобрены? Нет? Так куда же я тогда лезу? Нет, если я твёрдо решил жить и работать на селе, то честь мне и хвала, рабочих рук катастрофически не хватает, но без образования, без опыта и, как он считает, без знаний и умений, единственная пригодная для меня работа, это, даже не пастух, мизерного колхозного стада, а его помощник, ну или, в самом лучшем случае, скотник. Денег в колхозе не платят, а расчёт идёт в трудоднях, на которые, после завершения всех сезонных работ, начисляют часть урожая и выдают его, так сказать, в натуральном виде. Вот только трудодень трудодню рознь и если максимум на что я могу претендовать в первый год-два, это работа с которой справляются десятилетние деревенские дети, то как и на что я собираюсь жить. Да и где? Полдеревни живёт в землянках или полуземлянках, стройматериалов днём с огнём не сыскать, а то что выделяется на колхоз, в первую очередь идёт на общественные нужды, во-вторую, лучшим колхозникам, а уже то, что останется, а ничего не останется, уже всем остальным. На МТС меня тоже никто не ждёт и на работу не возьмёт, потому как, опять же, формально, опыта у меня никакого.

Нет, я конечно же, мог бы продемонстрировать Сергеичу и Магию, и высокотехнологичное оборудование, вот только… нет, не поверит, а если поверит, то тут же сдаст, люди сейчас здесь такие. Нет, они не плохие, просто… такие, так воспитаны — ничего для себя, всё для Страны, всё для Народа. Не все, конечно, далеко не все, но и Сергеич, и Илья Степанович, да и подавляющее количество простых советских людей.

— И что же мне делать, Сергеич?

— Как это что, Руслан? Учиться же конечно! Учиться, учиться и учиться! А вот потом, когда выучишься, вот тогда уже милости просим.

— Учиться? Чтобы учиться нужны деньги. Деньги надо заработать, а вы сами сказали, что я, в свои шестнадцать, никому не нужен.

— А ты что, постановление Верховного Совета не читал? С этого года, при всех ВУЗах и техникумах, открываются подготовительные курсы. Если сдаёшь экзамены, то тебе выделяют койку в общежитии и год готовишься к поступлению. Правда… и курсы эти платные, ног там всего двенадцать рублей в месяц и пять рублей за общежитие. А в городе, да ещё и в крупном, работа для тебя всегда найдётся, по крайней мере, на обучение, общежитие и на поесть заработать сможешь — парень ты крепкий и голова у тебя, вроде, неплохо соображает. — да, об этих курсах я ничего не знал. Пожить годик в общежитии… да вообще не проблема, а там глядишь, осмотрюсь и найду способ заработать. Да чтобы маг и не смог найти денег в Мире неодарённых⁈ Не смешите. Просто светиться не хочется. А куда ехать, в какой город и в какой ВУЗ поступать, тут вопросов нет и быть не может — Москва и в идеале — Бауманка, но и МГУ сойдёт.

— Спасибо, вам Сергеич за подсказку. Так и сделаю. Сегодня же уеду.

— Да не спеши ты, сегодня у меня переночуешь, я же тебя не гоню. Может что в дорогу сгоношу, я ведь уже понял, ты на Москву нацелился. — улыбнувшись сказал Сергеич. — И правильно, Москва… город большой, много предприятий, которым всегда нужны рабочие руки, да и строится он сейчас очень активно. Правда… с жильём могут быть очень большие проблемы, да и экзамены будет сдать сложно, но, я верю, у тебя всё получится.

На этом обсуждение «деловых» вопросов мы и закончили, хотя и проговорили потом ещё почти до полуночи. Я рассказывал о своём житье-бытье в детдоме, Сергеич всё сокрушался, что родители мои так и не нашлись, да рассказывал о нелёгкой жизни в деревне, в которой с войны не вернулся каждый второй, а половина из вернувшихся, как и он сам, к физическому труду почти и непригодны, потому как инвалиды, без рук, безног, а кто и без обеих. Жаловался на нехватку техники на МТС, на отсутствии кормов для немногочисленной животины, на план, да на всё на свете.

А на утро я отправился назад в Калинин, а оттуда, на поезде, уже в Москву. Откуда у меня деньги, туда-сюда кататься? Оказывается, есть в это время в СССР такое волшебное слово — Торгсин, где можно продать государству, по установленным им ценам, любые драгоценные металлы. Вот и в Калинине такая контора есть, туда я и отнёс пару золотых монеток, за которые мне заплатили аж семьдесят три рубля, это за почти десять грамм чистого золота. Так что, день, пусть и немного, но у меня были, по крайней мере на дорогу до Москвы хватит, ну и там недельку пожить, пока не найду способ официального заработка.

В Москву я прибыл двадцать восьмого июля на Киевский вокзал, но, из поезда вышел уже совсем другой человек, нежели севший в него в Калинине. Теперь это уже был не бывший детдомовец, а молодой, симпатичный юноша, одетый по самой последней моде Москвы того времени, то есть, чёрные брюки, белая рубашка, и лёгкая серая куртка, а в руках непривычного вида кофр. Нет, денег на одежду я не тратил, старый и не раз испытанный комбинезон джоре творит чудеса. Москва меня встретила лёгкой прохладой, всего-то около пятнадцати градусов и, скажем так, лёгкая облачность, хоть дождя нет и на том спасибо. Как я выяснил, занятия на подготовительных курсах начинаются с первого сентября, а экзамены с первого августа. С Училищем имени Баумана я, всё же, решил не связываться, хотя это был бы самый лучший вариант — сейчас почти все его выпускники на особом контроле и очень часто попадают во всевозможные шарашки, закрытые города и секретные институты, где работают, в основном, на оборонку. Мне такого счастья, в виде пристального внимания органов, совсем не нужно, поэтому я решил, что поступать буду в МГУ и, соответственно, на курсы пойду туда же. В это время Московский Университет ещё не переехал на Воробьёвы Горы, а всё ещё почти в центре города. Мне нужен был механико-математический факультет, он расположен на улице Моховой, дом одиннадцать, тот туда я и направился, чтобы успеть подать заявление и узнать расписание экзаменов.

Расстояние в полтора десятка километров я преодолел где-то минут за сорок, трамваи-то по Москве ходят. С подачей документов тоже никаких проблем не возникло, правда мадама, принимающая документы, недовольно сморщилась, увидав, что я детдомовский, но это уже её проблемы. А документы не я один подавал, народу тут хватала, от таких же как и я — вчерашних школьников, до уже взрослых мужиков, некоторые из них до сих пор ещё щеголяли в гимнастёрках и нередко можно было увидеть на их груди боевые награды. Как оказалось, приёмная комиссия тут была смешанная, принимали документы на подготовительные курсы мехмата и физфака, так мало этого, у нас ещё и вступительные экзамены будут совместные и одни и те же — математика письменно и устно, а потом и физика устно. Это при поступлении в Университет у каждого факультета экзамены свои, а для курсов решили совместить. Первый экзамен у меня должен был состояться уже третьего августа, а потом через каждые три дня следующий.

А вот найти себе жильё, хоть и временное, в Москве оказалось очень сложно — город, буквально, перенаселён, а общежитие обещают только после зачисления на курсы и начала занятий, то есть только после первого сентября, да и то… есть нюансы. Поэтому, в этот день я так вопрос с жильём и не решил, пришлось ночевать на вокзале, делая вид, что жду своего поезда. Поэтому, на утро двадцать девятого июля я был злой и невыспавшийся, зато с чётким пониманием, что вопрос жилья — первостепенный. Искать квартиру или, хотя бы, комнату в коммуналке я и не подумал, это я отложил на потом, сейчас мне надо найти просто угол, где можно поспать и, возможно, перекусить. Поэтому мой взгляд пал на частный сектор, там всегда можно арендовать хотя бы какую сараюшку, благо, что сейчас лето и на улице ещё вполне тепло, а с амулетом климат-контроля так и вообще. В общем, к вечеру я уже обустраивался на веранде дома в небольшом городке вблизи Москвы под всем известным названием… Люберцы. Ага, на какое-то время я стал люберецким. Закрытая веранда, размером два на четыре метра, сильно уставший от времени диван, стол и стул, вот что я получил за сорок рублей в месяц от бойкой старушки. Ну, она ещё обещала мне готовить, но из моих продуктов, хорошо, что с этим у меня никаких проблем и я всё же забрал с покидаемого мной рейдера всё что можно, а не бросил как планировал изначально и что чуть не сделал, в самый последний момент смахнув всю «мелочовку» в хранилище. В конце концов, в продуктах нет ничего высокотехнологичного и если можно забрать даже мелкую технику, то почему нельзя забрать продукты, да и не только продукты? Рейдер и корабль, это да, это уже совсем другой уровень, а всё остальное…

Письменный экзамен по математике я сдал, как-то походя, что-ли. То, что рассчитано было на три часа, у меня заняло чуть больше получаса, да и то только потому, что пришлось писать пером, да ещё и аккуратно. Когда сдавал свою работу, немного напрягся, потому как уловил недоуменный взгляд присутствующего на экзамене преподавателя, он даже задержал меня, но, достаточно быстро пробежавшись по моим листочкам глазами, разрешил уйти. Странное поведение для преподавателя МГУ, да и задачки-то там были… скажем так, в моё время даже какой-нибудь кулинарный техникум постеснялся бы предложить их на вступительных экзаменах, даже учитывая, что большинство из экзаменуемых не имеют полного среднего образования — война.

Седьмого августа я сдавал устный экзамен по математике и тут меня ждал первый сюрприз — экзамен проходил не по билетам, а в форме этакой беседы между преподавателем и абитуриентом. Как нам сказали, такой формат предполагает получить более точное представление о наших знаниях. А второй сюрприз заключался в том, что уже минут через двадцать, беседующий со мной препод подозвал к нашему столу ещё одного, а минут через десять и ещё одного. В общей сложности эти трое пытали меня почти три часа, хотя с другими управлялись минут за десять-пятнадцать. Смысл этой пытки я так и не понял, но знаю одно, мне стоило огромного труда сдержаться и остаться в рамках современной математической науки… я очень на это надеюсь. Почему? Да как-то странно, очень странно на меня смотрела эта троица, когда один из них предложил мне доказать, как он выразился, простенькую математическую теорему. Ну да, теорема и на самом деле простенькая, что тут было доказывать-то, правда у джоре эта теорема проходила по статье «математические курьёзы», но её доказательство само всплыло в голове, стоило мне только привести её в привычный вид, то есть, в привычный для джоре и Содружества. Правда доказательство заняло у меня аж три страницы, ну нет ещё в земной математике, ну, или я их не знаю, таких определений и формул. А теорема и правда простая — уравнение: Z в степени N равно X в степени N плюс Y в степени N не имеет целых решений для N больше двух. И ведь спрашивал так… с издёвкой, мол сможешь, или эта задачка тебе не по плечу. А чего не по плечу-то, если даже теорема Пифагора является всего лишь частным случаем этой теоремы и доказательство её ненамного сложнее. В общем, полчаса пыхтел, пока не вывел доказательство, зато получил твёрдую пятёрку, уже вторую и мне осталось сдать только физику, так же устно.

Сдавать экзамен по физике народа собралось заметно меньше, чем на математику, отсеялись видать, остались только самые подготовленные. И это подтвердилось минут за пять до начала экзамена, когда из полусотни человек в сторону отозвали четверых и меня в том числе и сказали, что мы будем сдавать экзамен в особом порядке. В чём этот «особый порядок» заключался нам тут же пояснили, сообщив, что если мы и физику сдадим так же, как математику, то нас зачислят не на подготовительные курсы, а сразу на первый курс Университета, дескать, по знаниям мы вполне проходим. Вс. Нашу четвёрку тут же развели по разным аудиториям и началась… пытка.

Да-да, самая натуральная пытка. Достаточно сказать, что экзамен у меня принимало аж пять человек и длился он больше четырёх часов, за чисто теоретическим вопросом тут же шла задача, а за ней опять теория. Меня гоняли по всем вопросам, начиная с элементарной механики и заканчивая теоретической ядерной физикой, было всё и оптика, и электротехника, и гидравлика и теория относительности и ещё многое и многое другое и, если честно, то у меня сложилось такое впечатление, что некоторые вопросы и задачи явно выходят за рамки школьной программы, но, я ещё со своей юности помню, как нам говорили преподы — хочешь учиться в ВУЗе, не ограничивайся одной только школьной программой. В общем сдал и как и раньше на «отлично», а вот потом у меня состоялся несколько неожиданный разговор, как позже выяснилось аж с самим деканом физического факультета.

— Товарищ Найдёнов, вы же заявление на мехмат подавали?

— Да, товарищ декан, на мехмат.

— А почему именно туда? Почему не на физфак? Судя по вашим знаниям, физика вам очень интересна.

— Честно?

— Конечно честно!

— Я не уверен, что мне надо было вообще идти в Университет.

— Вы считаете, что вам нечему учиться в стенах нашего Университета? — мужик был явно удивлён.

— Нет, вы меня не так поняли. Учиться всегда есть чему. Просто мне надо было идти в Машиностроительный Институт, или в Технологический, а может быть в Авиационный. Я слишком поздно понял, что Университет готовит не инженеров, а учёных, не практиков, а теоретиков.

— Есть хорошее выражение — теория без практики мертва. Так что и практики во время вашей учёбы будет более чем предостаточно.

— Нет, я не об этом… понимаете, я хочу создавать новые машины, что-то такое, чего ещё никогда не было… А после Университета у меня такой возможности не будет. Инженерия, конструирование, разработка нового, вот что мне и интересно, интересно по-настоящему.

— И какие же машины вы хотите создавать? Новый трактор? Автомобиль? Самолёт? А может быть танк или корабль? Так без глубокого знания физических законов, умения их применять, или без знаний и умений проводить очень сложные расчёты ничего такого вы создать не сможете.

— Ну, танк или самолёт и без меня есть кому создать. — улыбнулся я.

— А чего же вы тогда хотите?

— Я хочу… туда. — ответил я и показал на небо. — Я хочу, чтобы человек полетел к Звёздам, а для этого одной теории явно будет маловато. Я так понимаю, что концепцию придумывают и разрабатывают учёные, а вот в металл её претворяют инженера, техники, технологи. И очень часто получается так, что одних голых цифр и формул недостаточно.

— К Звёздам? Вы хотите заниматься ракетами?

— Чем? Ракетами? О нет, ракеты — это тупик! Нет, как оружие они очень даже перспективны, а вот для полёта к другим планетам, к другим Звёздным Системам…

— И что же вы, молодой человек, предлагаете? Какие альтернативы? — улыбаясь поинтересовался декан.

— Вариантов достаточно много… надо считать…

— Ладно, до начала учебного года время ещё есть, предлагаю вам, молодой человек, подумать над моим предложением и серьёзно рассмотреть физический факультет. А на мехмате вам делать нечего, вы… сами можете там преподавать. Всего доброго. Экзамены вы сдали на отлично и в любом случае будете зачислены на первый курс. — и что это сейчас было? Додумать эту мысль мне не дали — распахнулась дверь и какая-то веснушчатая девица, буквально, ворвавшаяся в аудиторию, с порога заявила.

— Найдёнов здесь? К ректору, срочно!- оставшиеся в аудитории преподаватели только понимающе улыбнулись. Да что тут такое творится-то⁈