Глава 4

Господин Бэк вел занятие с пугающим, почти сверхъестественным спокойствием. Его голос, глубокий и бархатистый, разносился по аудитории, заставляя даже самых заядлых прогульщиков выпрямить спины. Но для Лики каждое его слово было подобно удару хлыста.

— Тема сегодняшней лекции: «Управление рисками и устранение критических ошибок в системе», — произнес Бэк, изящно записывая заголовок на доске. Мел в его руках не скрипел — он скользил, словно скальпель по коже. — В макроэкономике, как и в жизни, цена ошибки может быть фатальной. Но еще опаснее — это «лишний элемент», который нарушает работу всей структуры.

Он медленно спустился с подиума и начал неспешно прохаживаться между рядами. Студенты завороженно следили за ним, а Лика чувствовала, как её позвоночник превращается в ледяной столб.

«Браво! Какая тонкая метафора! — Лика погрузилась в пучину истерического сарказма, пытаясь не закричать. — "Устранение критических ошибок". Наверное, следующая глава в его учебном плане — "10 способов упаковать свидетеля в бетон, чтобы он не портил статистику". Он же буквально читает лекцию о том, как он собирается меня прикончить! А эти идиоты вокруг еще и конспектируют».

Лика мельком посмотрела на подругу.

«Эй, Миён, записывай внимательнее, это же инструкция к моим похоронам! Может, он еще и домашнее задание даст — выбрать себе цвет гроба под цвет учебника?»

Бэк остановился прямо напротив их ряда. Он не смотрел на Лику в упор, он изучал свои идеально чистые манжеты, но его аура давила на неё физически, вытесняя кислород из легких. Лика видела краем глаза его туфли — начищенные до зеркального блеска, в которых, как ей казалось, отражалось её собственное перепуганное лицо.

— Как вы считаете, — он внезапно повернул голову к ней, и его глаза, холодные как арктический лед, впились в неё, — студентка... ариран? Если в системе обнаружена утечка данных, что эффективнее: попытаться договориться с источником или... полностью его изолировать?

«Он ещё и моё прозвище знает, какая милота», — прошептала Лика сама себе.

Миён, не подозревая о смертельной игре, ткнула Лику локтем в бок и зашептала:

— Эй, он тебя спрашивает! Скажи что-нибудь умное, он же просто ходячий секс, не позорься!

Лика почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Она попыталась вдохнуть, но легкие будто склеились.

— Я... я думаю, — её голос дрожал, — что источника... лучше оставить в покое, если он обещает... молчать.

Бэк медленно наклонился к её столу, опершись руками о край. Лика почувствовала тонкий аромат его парфюма — дорогой табак и что-то металлическое, напоминающее запах крови.

— Обещания — это самая нестабильная валюта в нашем мире, — тихо, почти интимно произнес он, глядя ей прямо в душу. — Только тишина гарантирует безопасность. Вы согласны?

Он выдержал паузу, которая показалась Лике вечностью, а затем, едва заметно улыбнувшись одними уголками губ, выпрямился и пошел дальше.

Миён, совершенно не чувствуя разлитого в воздухе электричества и смертельной угрозы, начала активно ерзать на стуле. Каждый раз, когда господин Бэк проходил мимо их стола, её глаза расширялись, а на губах играла заговорщицкая ухмылка. Как только он отошел к другому краю аудитории, она навалилась плечом на Лику и зашептала, едва сдерживая смех:

— Подруга, я всё поняла! Твоя «битва с комаром» была на самом деле ритуалом призыва горячих профессоров! Ты видела? Он уже четвертый раз проходит мимо нас. И каждый раз притормаживает так, будто у него тут личная зона турбулентности. Ариран, признавайся, ты надушилась какими-то феромонами «вызови у преподавателя желание поставить автомат»?

Лика застыла, уставившись в пустую тетрадь. Её рука, сжимающая ручку, затекла так, что пальцы начали неметь.

«О да, Миён, феромоны называются "запах свидетеля, которого забыли убрать", — Лика почувствовала, как внутри всё клокочет от истерического смеха, который грозил вырваться наружу в виде вопля. — Это не "зона турбулентности", это он просто выбирает угол, под которым удобнее будет свернуть мне шею, чтобы не забрызгать свой безупречный пиджак. Он не "притормаживает", он проверяет, не выпрыгну ли я в окно от ужаса. Какой там "автомат"? Он поставит мне финальную точку в биографии, и это будет единственная оценка, которую я получу в этом семестре!»

— Миён, перестань, — одними губами выдавила Лика, не оборачиваясь. — Он просто... ответственный преподаватель.

— Ага, конечно! — Миён прыснула в кулак. — Такой ответственный, что прямо сейчас он смотрит на твой затылок так, будто пытается прожечь в нем дыру силой своей любви... или страсти! Смотри, он опять идет! Лика, выпрямись, сделай лицо загадочной нимфы, а не зомби. Может, он предложит тебе «дополнительные часы» для изучения... рисков? Боже, я уже вижу это в заголовках: «Студентка и её опасный наставник». Это же чистый сюжет для дорамы!

Бэк действительно возвращался. Его шаги были бесшумными, но Лика чувствовала их каждой клеткой кожи. Он остановился так близко, что его бедро почти касалось края её стола.

— Студентка Миён, — его голос прозвучал неожиданно близко, заставив Миён подпрыгнуть, а Лику — почти перестать дышать. — Я вижу, у вас очень активное обсуждение темы лекции. Может быть, вы поделитесь своими соображениями о «непредвиденных факторах» с остальной аудиторией? Или ваша подруга... — он сделал паузу, и Лика почувствовала, как его взгляд медленно скользнул по её волосам, —...слишком занята анализом ситуации, чтобы говорить?

Миён густо покраснела и уткнулась в учебник, а Лика сидела, боясь поднять голову, чувствуя, как тень Бэка накрывает её стол, словно саван.

Внезапный звонок, возвестивший об окончании лекции, прозвучал для Лики как похоронный звон. Студенты начали шумно собирать вещи, переговариваться и спешить к выходу. Лика судорожно заталкивала тетрадь в сумку, мечтая только об одном — раствориться в толпе и бежать до самой границы.

— Лика, ты видела, как он на тебя смотрел? — Миён всё не унималась, сияя от восторга. — Я прямо вижу картину твоего нового романа!

— Господи, Миён, угомонись уже, — прошептала Лика, толкая подругу к выходу. — я не встречаюсь с преподавателями! Тем более с такими... суровыми.

— Студентка Романова, — голос Бэка, прозвучавший над притихшей аудиторией, заставил Лику замереть. — Задержитесь на минуту. Мне нужно уточнить ваши личные данные для ведомости. В ваших документах есть... некоторые несоответствия.

Миён игриво подмигнула подруге, показала большой палец и, хихикая добавила:

— Удачи, тигрица, — она выскользнула за дверь вместе с остальными студентами.

Лика осталась одна. Дверь аудитории медленно закрылась, отсекая шум внешнего мира.

«Несоответствия в документах? Серьёзно?» — внутренний голос Лики сорвался на визг.

Бэк медленно подошел к первой парте и сел на неё, сохраняя безупречную осанку. Он не торопился. Он наслаждался моментом, как хищник, который знает, что добыча загнана в угол и бежать ей некуда.

— Подойдите ближе, — негромко сказал он. Теперь он не использовал её студенческое прозвище. — Я не кусаюсь. По крайней мере, в стенах университета, пока что.

Лика на ватных ногах сделала несколько шагов к кафедре. Между ними оставалось всего пара метров. Тишина в аудитории стала настолько густой, что она слышала собственное прерывистое дыхание и тиканье часов на стене.

— Вы очень бледны, — заметил он, рассматривая её с тем же холодным любопытством, с каким патологоанатом изучает интересный случай. — Плохо спали? Или вас что-то... тревожит? Возможно, вы увидели какой-то страшный сон и никак не можете проснуться?

Он протянул руку и медленно, почти нежно, поправил воротник её блузки. Лика замерла, боясь, что если она шевельнется, его пальцы сомкнутся на её горле.

— Я люблю порядок, Лика, — продолжил он, понизив голос до шепота, который заставил волоски на её руках встать дыбом. — И я не люблю, когда в моей системе остаются... неучтенные свидетели. Это создает риски. А мы ведь сегодня обсуждали, как важно устранять риски, не так ли?

«Что он делает? Зачем обходит меня? — внутренний крик Лики заглушал все слова Бэка. — Он выбирает место, куда ударить? Или наслаждается тем, как я дрожу? Господи, Миён, почему ты ушла?! Вернись, скажи, что забыла здесь свой дурацкий блеск для губ, прерви этот кошмар!»

— Я... я ничего не видела! — выпалила она, резко развернувшись к нему. Голос сорвался, но она продолжала, глотая слова. — На парковке... в ту ночь... там никого не было. Я просто проходила мимо. Я буду молчать, клянусь! Я ничего не помню, у меня плохая память на лица, на события...

Бэк остановился. На его губах промелькнула тень улыбки — хладнокровной, почти эстетической. Он протянул руку, и Лика зажмурилась, ожидая удара, но почувствовала лишь легкое, почти невесомое прикосновение к своим волосам. Он медленно пропустил прядь сквозь пальцы, словно оценивая качество шелка.

— Молчание — это хороший выбор, Лика, — прошептал он, склонившись к самому её уху. Его дыхание было холодным. — Но есть вещи, которые нельзя отменить. Ваша участь уже предрешена в тот момент, когда вы открыли глаза не в то время. Она... неизбежна. Это просто вопрос тайминга.

Господин Бэк нырнул в карман своих брюк и достал оттуда ключи от мотоцикла Лики.

— Ваш Ducati уже находится около вашего дома, — он отпустил ключи и они ловко упали на дрожащую ладонь девушки, когда она их поймала. — пользуйтесь им пока ещё у вас есть такая возможность.

В этот момент ручка двери резко дернулась. В аудиторию, громко смеясь и обсуждая предстоящий зачет, ввалилась группа первокурсников. Бэк мгновенно отстранился, его лицо в долю секунды приняло выражение вежливой академической отстраненности. Лика, не помня себя, схватила сумку и буквально вылетела из аудитории, едва не сбив с ног входящих студентов. Она бежала по коридору, чувствуя, как на месте его прикосновения к волосам кожа горит, словно от ожога.