Глава 31

Бэк шел по коридору больницы с огромным букетом нежно-голубых гортензий — цветов, которые казались ему такими же хрупкими и прекрасными, как Лика. Он уже представлял, как она закатит глаза, увидев этот жест, и как он, наконец, скажет ей, что больше никуда её не отпустит.

Сон Джин замер в дверях. Посреди палаты стоял доктор, бледный как полотно, и Хани, который выглядел так, будто его только что пропустили через центрифугу: галстук набок, пиджак в пятнах воды, лицо выражает крайнюю степень отчаяния.

— Где она? — голос Бэка был тихим, но от этого звука у доктора поползли мурашки по спине.

— Господин Бэк... мы... мы как раз выясняем... — начал мямлить Хани, пятясь назад.

— Я спросил: ГДЕ ЛИКА?! — взревел Бэк.

Букет с глухим стуком упал на пол, рассыпаясь по линолеуму. Бэк в один шаг преодолел расстояние до охранника, схватил его за шкирку и с силой припечатал к стене.

— Она сбежала, господин Бэк! — выкрикнул доктор, пытаясь вклиниться. — Пациентка покинула палату через технический выход!

Бэк проигнорировал врача. Его пальцы сжались на горле Хани, перекрывая тому кислород.

— Я доверил тебе самое ценное, что у меня есть, — прошипел Бэк прямо в лицо задыхающемуся охраннику. Его глаза налились кровью, а челюсти были сжаты так, что желваки ходили ходуном. — Тебе вообще можно доверить что-то серьезное?! Как она могла уйти на одной ноге?! Куда ты смотрел, идиот?! Ты спал? Ты жрал?!

— Г-господин... — Хани хрипел, его лицо начало приобретать багровый оттенок, он отчаянно цеплялся за руки Бэка. — Я... я был здесь... всё время... Она... она обманула меня...

— Как?! — Бэк встряхнул его, как тряпичную куклу.

— Сказала... плохо... сердце... — выдавливал из себя Хани. — Лежала на полу... я подошел... она схватила за галстук... облила водой... ударила... Она... она как дьявол, господин... прыгнула в дверь и заперла...

— Господин Бэк, остановитесь! — доктор схватил Бэка за локоть. — Вы его задушите! Не делайте хуже, вам нужно её искать, а не трупы в палате складывать!

Бэк резко разжал пальцы. Хани мешком рухнул на пол, судорожно хватая ртом воздух и кашляя. Бэк тяжело дышал, глядя на пустую кровать, где еще недавно лежала Лика. Одеяло было откинуто, подушка смята. В воздухе всё еще витал слабый аромат её духов.

— На одной ноге... — Бэк ударил кулаком в стену рядом с головой доктора. — Если с ней что-то случится, Хани, я лично прослежу, чтобы ты до конца жизни охранял только общественные туалеты в метро. Мне нужен доступ к камерам. Сейчас же, — отрезал он, глядя на доктора взглядом, не терпящим возражений.

Доктор лишь молча кивнул, понимая, что спорить бесполезно:

— Сейчас всё организуем. Идемте в кабинет службы безопасности.

Бэк стоял за спиной оператора, его фигура казалась огромной и угрожающей в полумраке комнаты.

— Перемотай на десять минут назад. Парковка, — скомандовал он.

На экране замелькали серые кадры. Вот Лика, хромая и держась за стену, выбирается на улицу. Но через секунду его сердце пропустило удар. Из тени вышел Киян Чховен.

Бэк смотрел, как Киян кричит на неё, как Лика пытается защититься, и, наконец, как тяжелый удар сбивает её с ног. Когда Киян грубо за волосы потащил бессознательную Лику к машине, Бэк с такой силой ударил кулаком по столу, что монитор подпрыгнул, а по пластику пошла трещина.

— Ублюдок... — выдохнул он. Его ярость сменилась ледяным, расчетливым холодом.

Он резко выхватил телефон и набрал номер своего начальника службы безопасности.

— Слушай меня внимательно, — голос Бэка вибрировал от напряжения. — Мне нужно знать точное местоположение кулона. Да, того самого. Прямо сейчас. У тебя десять минут или ты пойдешь искать новую работу... в морге.

— Нужно сообщить в полицию, — прохрипел нервно доктор, глядя на то как Лику похищает какой-то парень.

— Я сам с этим разберусь, — пробасил Бэк покидая комнату. — и не вздумайте куда-то сообщать доктор, иначе я сожгу эту больницу до основания!

Лика открыла глаза. Сознание возвращалось рывками, вместе с тошнотворным запахом сырости и дешевого виски. Она была привязана к тяжелому стулу, веревки впивались в кожу, а перед ней, в неверном свете единственной лампы, стоял Киян.

— Где мы? — Лика постаралась, чтобы голос не дрожал.

Киян промолчал. В тишине Лика уловила далекий, мерный гул воды.

— Шум воды. Мы недалеко от реки, да? — она криво усмехнулась, превозмогая боль. — Ты наверное даже из Сеула меня вывезти не сподобился. Киян, у тебя серьезные проблемы. Я уверена, Бэк сейчас переворачивает этот город вверх дном. Он найдет тебя, даже если ты зароешься в ил на дне реки. И поверь, «укокошит» — это самое мягкое, что он с тобой сделает. Он из тебя оригами соберет, просто чтобы посмотреть, как ты будешь складываться.

— Заткнись! — Киян резко вскрикнул. — Бэк мне вернёт гонорар за те гонки, которые я должен был выиграть! Либо он платит, либо ты сдохнешь здесь.

— Знаешь, Киян, — Лика наклонила голову, глядя на него с притворным сочувствием, — у тебя явно беды с башкой. Тебе бы клизмы поделать на основе тибетских трав, говорят, отлично прочищает не только кишечник, но и застоявшиеся мозги. Попробуй, вдруг полегчает? А то ты выглядишь как человек, у которого запор идей.

Лицо Кияна исказилось. Он шагнул вперед и со всей силы ударил ее по поврежденной ноге. Вспышка боли была такой силы, что Лика едва не потеряла сознание снова. Она закричала, закусив губу до крови.

— Посмотрим, как ты заговоришь, через час, — прошипел он и отвернулся, доставая телефон, чтобы набрать номер Бэка.

Лика, обезумев от боли и адреналина, рванула руки. Веревка немного растянулась, от того что Киян слабо её завязал. С хрустом в суставах она вывернула кисть и освободилась. Схватив со стола какую-то железную деталь, она вскочила и, не давая Кияну обернуться, обрушила её ему на затылок.

Киян рухнул. Лика, прихрамывая и давясь всхлипами, выскочила за дверь.

— Черт, черт, черт... Еперный балет... — шептала она, оглядывая ряд дверей. — Куда?! Направо или налево? Господи, только не сейчас, только не падай! — пробубнила она хватаясь за больную ногу.

Сзади донесся яростный рев. Киян пришел в себя.

— Я ТЕБЯ УБЬЮ! ТЫ НЕ УЙДЕШЬ НА ОДНОЙ НОГЕ, СУКА!

Лика ввалилась в первую попавшуюся открытую дверь. Это был огромный склад, заставленный ржавыми контейнерами. Она нырнула за ближайший массивный ящик, зажимая рот рукой.

Дзынь! Удар!

Киян вошел на склад, волоча за собой железную арматуру, которой он скрежетал по стенам.

— Выходи, русская... — его голос вибрировал от ярости. — Выйдешь сама — поживешь дольше. Я просто сломаю тебе вторую ногу.

Лика лихорадочно огляделась.

«Напряги извилины, Романова, — пробубнила она себе. — или этот даун тебя здесь похоронит, до приезда Бэка. — вспомнив про Сон Джина на глазах Лики появились слёзы. — надеюсь он будет меня искать, если конечно он не убил папаню Кияна и не сидит сейчас в наручниках».

Рядом, на полу, лежал кусок старой цепи. Она медленно, стараясь не издать ни звука, поползла к ней на четвереньках. Пальцы коснулись холодного металла.

Только она схватила цепь, как Киян, почуяв движение, резко обернулся.

— Попалась!

Он замахнулся железкой. Лика попыталась увернуться, но удар пришелся по плечу. Она упала, отползая назад.

— Бэк... он тебя... на куски порежет за это... — прохрипела она, превозмогая боль.

Киян занес арматуру для решающего удара, но Лика, вложив всю оставшуюся ярость, размахнулась цепью. Тяжелые звенья с глухим звуком врезались Кияну в предплечье. Арматура вылетела из его рук, он взвыл, сгибаясь.

Лика не ждала, вскочила, игнорируя адскую боль в лодыжке, выбежала в коридор и захлопнула дверь склада. Схватив подвернувшийся деревянный ящик, она из последних сил придвинула его к ручке, чтобы хоть как-то задержать Кияна. Она бежала по коридору, едва касаясь пола больной ногой, сердце колотилось где-то в горле. Нырнув за угол, она в полумраке на полной скорости врезалась в чью-то широкую, твердую грудь.

Лика закричала, замахиваясь кулаками, но сильные руки мгновенно перехватили её запястья, а знакомый запах дорогого парфюма и табака ударил в нос.

— Тише, тише... Ариран. Это я, — раздался низкий, дрожащий от ярости и облегчения голос.

Бэк обхватил Лику руками, прижимая её к своей груди так сильно, словно пытался спрятать её внутри себя, защитить от всего мира. Он чувствовал, как её тело сотрясает крупная, неуправляемая дрожь, как она судорожно хватает ртом воздух, утыкаясь лицом в его грудную клетку.

Но когда он чуть отстранился, чтобы осмотреть её, его сердце на мгновение остановилось, а затем забилось с удвоенной силой, наполняясь обжигающей яростью. Разбитая губа, багровая ссадина на щеке, кровь в районе плеча и то, как безвольно подвернулась её больная нога — всё это вспыхнуло перед его глазами кровавыми пятнами.

— Ты в безопасности, Лика, — у него был такой голос, будто у человека, который уже вынес смертельный приговор. — где он?

— Там, — дрожащим голосом произнесла девушка и указала вперёд. — не ходи туда, давай просто уйдём отсюда...

— Будь здесь, я сейчас вернусь, — сурово произнёс Бэк.

Лика вцепилась в рукав Бэка, её пальцы дрожали, пачкая дорогую ткань рубашки кровью и пылью.

— Бэк, не надо... — прошептала она, заглядывая ему в глаза, в которых плескалась холодная ярость. — Пожалуйста, давай просто уйдем. Он сумасшедший, у него кукуха окончательно съехала! С дураков спросу нет, он болен. Не пачкай об него руки, он того не стоит.

Бэк на секунду замер, его челюсти были сжаты так сильно, что на скулах заиграли желваки. Он накрыл её ладонь своей, осторожно отцепляя её пальцы от своего рукава. Его прикосновение было удивительно нежным, контрастируя с тем убийственным холодом, который исходил от всей его фигуры.

— Жди меня в коридоре, Лика. — его голос был тихим, лишенным эмоций, что пугало еще сильнее. — Это не просто «спрос». Это плата за твой страх.