Глава 13

Миён первой прорвалась сквозь толпу — её разноцветные волосы развевались, а глаза сияли от восторга. Она с разбегу бросилась к Лике, обхватила её руками и завизжала прямо в ухо:

— Лика! Лика-а-а! Ты сделала это! Опять! Ты просто супер! Ты летала, как ангел… ну, злой ангел на байке, но всё равно!

Лика охнула, слегка пошатнулась и хрипло рассмеялась, осторожно отстраняя подругу:

— Миён, пощади, не души меня, пожалуйста. Иначе мой позвоночник, который и так еле держится после этого прыжка, окончательно рассыплется на запчасти.

Миён тут же отпрянула, прижала ладони к щекам, её глаза расширились от ужаса:

— Ой! Прости, прости, Лика! Я совсем не подумала… Но посмотри на себя — у тебя кровь на подбородке, спина… этот манёвр был смертельно опасен! Тебе срочно нужно в больницу!

— В больницу? Да ну, ерунда, — вслух сказала она, снова обращаясь к Миён. — Мне сейчас нужен мой выигрыш и как следует напиться — вот что мне нужно. А позвоночник… он уже столько раз собирался рассыпаться, что, наверное, привык и даже начал считать это частью рабочего процесса.

В этот момент к ним подскочил Джихун-хо — бледный, взъерошенный, с дрожащими руками. Он схватил Лику за плечи и затараторил, почти не переводя дыхания:

— Романова, ты спятила! Ты могла сдохнуть там, понимаешь?! Лететь с обрыва, как какой-то каскадёр из боевика… Ты же не бессмертная! У тебя же есть мозги — где они были, когда ты решала сигануть вниз?!

Пока друзья суетились вокруг, в её голове на мгновение всплыл образ Бэка — его улыбка, прищур глаз, его ледяной взгляд и едва уловимый запах его парфюма…

«Если бы я разбилась, могла бы и не увидеть его больше. Не почувствовать вкус его поцелуя на губах… — она резко тряхнула головой, мысленно выругавшись неприличным словом. — Блять, опять он. Опять эти мысли. Нет. Сегодня — только победа, только весёлая обстановка. Сон Джина в моей голове сегодня не существует».

Лика мягко отстранила его, похлопала по руке и подмигнула, несмотря на разбитую губу:

— Джихун-хо, я жива. И я победила. А это значит, что всё было не зря. Так где мой выигрыш? Давай, не томи — я уже чувствую вкус коктейля «Огненный дракон», и он зовёт меня.

Парень на мгновение замер, потом судорожно достал телефон, быстро пробежался пальцами по экрану.

— Гарри написал… Деньги привезли.

Лицо Лики озарилось восторгом. Она вскинула руки вверх и громко, на всю площадку, закричала:

— Ура-а-а-а! Мои деньги! Мои прекрасные, чудесные, хрустящие деньги!

Она повернулась к толпе, широко улыбнулась, несмотря на боль во всём теле:

— Так, народ! Слушайте сюда. Мы идём в клуб. Прямо сейчас. Отмечаем мою победу, мою невероятную удачу и то, что я всё ещё жива — и даже почти цела. Миён, Джин-хо — вы со мной? Или мне придётся праздновать одной и выпить за ваше здоровье все коктейли в заведении?

Миён, всё ещё слегка потрясённая, но уже заражённая азартом подруги, кивнула:

— Конечно, Лика! Но сначала… может, хоть пластырь на губу? И, может, всё-таки заглянуть к врачу? Ну хотя бы на пять минут?

— Потом, — отмахнулась Лика. — Сначала — клуб. Танцы до упаду, коктейли до отключки и музыка так громко, чтобы заглушить рёв мотора в моей голове. И чтобы никто не слышал, как мой позвоночник тихо жалуется на жизнь.

Джихун-хо покачал головой, нервно провёл рукой по волосам, но не смог сдержать улыбку:

— Ты чокнутая, Романова. Но… ладно. Я с вами. Только обещай, что завтра позволишь врачу тебя осмотреть. И что не будешь пытаться повторить этот трюк ради развлечения.

— Договорились, — легко согласилась Лика. — Завтра. А сегодня — клуб, друзья и выпивка! И ещё, может быть, пара танцев на барной стойке, если настроение будет.

Она сделала шаг вперёд, чуть покачнулась, но тут же выпрямилась, гордо вскинув голову. Миён подхватила её под руку, а друг пошёл рядом. Толпа расступалась перед ними, кто-то аплодировал, кто-то свистел, кто-то кричал поздравления. Лика шла, слегка прихрамывая, но с высоко поднятой головой — победительница, живая, упрямая, свободная.

Час спустя. Клуб «Атом».

Грохот басов вибрировал сквозь стены, разноцветные лазеры резали плотный воздух, пропитанный запахом парфюма и алкоголя. VIP-зона была забита народом — друзья, знакомые, просто случайные люди, которые хотели прикоснуться к удаче победительницы, то есть к выпивке за её счёт.

Лика сидела на диване, откинув голову назад, и чувствовала, как мир приятно покачивается. Джихун-хо, раскрасневшийся и расслабленный, рассказывал какую-то байку про Гарри, размахивая руками. Лика слушала вполуха, потягивая коктейль через трубочку и чувствуя, как лёгкое опьянение развязывает язык и мысли.

— Миён, — Лика повернулась к подруге, её глаза, уже немного мутные от алкоголя, блестели. — Миён, я кажется, влипла.

Миён, уже изрядно навеселе, сидела напротив, подперев щёку рукой, и смотрела на подругу с пьяным восхищением.

— Влипла? В смысле? Тебя кто-то хочет убить? Или ты опять пообещала спрыгнуть с чего-то более высокого?

— Хуже, — Лика сделала большой глоток, словно набираясь храбрости. Она понизила голос до драматического шёпота. — Мне кажется… я влюбилась.

Миён замерла на секунду, а потом её лицо расплылось в такой широкой, довольной улыбке, что она чуть не подавилась своим напитком. Она поставила бокал на стол и, игнорируя вопросительный взгляд Джихун-хо, практически набросилась на Лику.

— ВЛЮБИЛАСЬ?! Лика Романова, та самая Романова, которая утверждает, что любовь — это «биохимическая ошибка, ведущая к неоправданным тратам нервов»?! Ну-ка, колись! Кто этот смельчак? Тот гонщик с красным «Ниссаном»?

Лика нервно хихикнула, чувствуя, как к щекам приливает жар, который не имел никакого отношения к алкоголю. Она закусила губу, размышляя, говорить или нет. Но «Огненный дракон» уже сделал своё дело, разрушив все барьеры.

— Нет, — выдохнула она. — Это… это....

— Господин Бэк Сон Джин?! — взвизгнула Миён так громко, что несколько человек за соседними столиками обернулись. Она зажала рот рукой, но её плечи тряслись от беззвучного смеха.

— Слушай, это что так заметно? — спросила Лика, чувствуя себя уязвимой. Она залпом осушила в себя коктейль. — Ну, что я… того?

Миён расхохоталась в голос, откинувшись на спинку дивана. Она хлопала себя по коленке и вытирала выступившие слёзы.

— Ох, Лика… Это же надо было так вляпаться! Дорогая, это было заметно с того момента, как он вошёл в аудиторию.

Лика простонала и уронила голову на стол, стукнувшись лбом о деревянную поверхность:

— Господи, я так предсказуема?! Это ужасно.

Миён почти прокричала, перекрывая музыку:

— Ой, да ладно тебе, — подруга махнула рукой и вдруг хитро прищурилась. — Слушай… у тебя вид такой… мечтательный. — она погрозила пальцем, чуть не потеряв равновесие. — Я знаю этот взгляд. Ты смотришь в пустоту и улыбаешься. А потом хмуришься. А потом снова улыбаешься. Так выглядят только влюблённые люди! Ну, знаешь, когда человек думает о чём-то… или о ком-то? Прямо как ты сейчас.

В этот момент, когда она подняла голову, чтобы ответить Миён какой-нибудь колкостью, её взгляд скользнул в сторону барной стойки. На минуту ей показалось, что она увидела ЕГО. Бэка.

Высокий, широкоплечий силуэт. Тёмные волосы, модная стрижка. И этот взгляд. Тот самый, который она чувствовала спиной в сотне метров.

Он стоял у барной стойки, с бокалом виски в руке, и смотрел прямо на неё.

Лика моргнула. Мотнула головой. Снова посмотрела.

Никого.

«Та-а-ак, харэ, это галлюцинации. Алкоголь, конечно, виноват... Но и твоя больная фантазия, Романова тоже не отстаёт. Ты просто слишком много о нём думаешь. Ты видишь Бэка в каждой тени. Возьми себя в руки, параноичка!».

Она сделала ещё один глоток коктейля, пытаясь смыть наваждение. Когда она снова посмотрела в ту сторону, силуэт исчез, растворившись в толпе.

«Фух. Показалось».

— Ты чего? — спросила Миён, заметив её замешательство.

— Ничего, — Лика тряхнула головой, прогоняя наваждение. — Показалось.

Но внутри всё перевернулось. Мысли о Бэке, которые она так старательно заталкивала в самый дальний угол сознания, теперь рвались наружу с новой силой.

«Его улыбка. Его запах. То, как он смотрит на меня — будто видит насквозь. Блять, — простонала она мысленно. — Романова, ты влипла. Ты влипла по самые уши, и это конец».

В этот момент заиграла новая песня — тяжёлый, чувственный бит, от которого пол завибрировал под ногами. Лика почувствовала, как энергия наполняет её тело.

— О! Моя любимая! — воскликнула она, вскакивая с дивана, чуть не опрокинув столик. — Миён, я танцевать!

— На шест? — вскинув бровь поинтересовалась Миён, зная страсть подруги. — Лика, у тебя спина! — попыталась остановить подруга, но было поздно.

Та уже пробиралась сквозь толпу к сцене, где возвышался блестящий шест. Она запрыгнула на подиум, схватилась за холодный металл и — тело само вспомнило движения.

Танец был дерзким, провокационным, полным силы и грации. Она крутилась вокруг шеста, делала смелые прогибы, её огненные волосы развевались в такт музыке. Толпа взревела. Кто-то свистел, кто-то хлопал, кто-то пытался подобраться ближе. На мгновение она забыла о Бэке, о гонке, о боли — остались только музыка и он

Когда трек закончился, она спрыгнула со сцены, тяжело дыша. И тут же к ней подлетел какой-то накачанный парень в белой рубашке, расстёгнутой на груди. От него разило дорогим парфюмом и дешёвым самомнением.

— Эй, красотка, — он схватил её за локоть, притягивая к себе. — Ты была великолепна. Может, продолжим вечер где-нибудь в более уединённом месте, тет-а-тет?

Лика выдернула руку, её глаза сузились.

— Слушай, красава, — её голос был ледяным, несмотря на опьянение. — Я сегодня выиграла кучу бабла, я пьяна, и у меня нет ни малейшего желания тратить свой вечер на выслушивание твоих пошлых комплиментов. Чеши педалями, пока я в настроении.

Парень нахмурился, но не отступал.

— Да ладно тебе, не будь такой стервой. Я видел, как ты на меня смотрела.

— Я смотрела сквозь тебя, придурошный, — отрезала Лика и, развернувшись, направилась в сторону туалета, чувствуя на себе его прожигающий взгляд.

В туалете она умылась холодной водой, посмотрела на своё отражение. Растрёпанные волосы, размазанная тушь, но глаза горят:

«Чёрт, я хороша. Но я слишком пьяна, чтобы продолжать этот цирк, кажись пора заканчивать этот вечер».

Она вышла из туалета, и в ту же секунду тот самый парень преградил ей путь. Он прислонился к стене, поигрывая ключами от машины.

— Я так не люблю, когда меня посылают, — процедил он. — Думаю, нам нужно прояснить этот момент.

Лика закатила глаза. Она уже открыла рот, чтобы высказать ему всё, что думает о навязчивых идиотах, как вдруг за спиной парня выросла высокая, широкая тень.

— Я думаю, тебе стоит убрать от неё руки и исчезнуть, пока ты ещё в состоянии сам передвигаться.

Голос был низким, спокойным, но в нём звучала такая сталь, что у Лики мурашки побежали по коже. Она узнала бы этот голос из тысячи.

Бэк.

Парень обернулся. Увидев перед собой мужчину, который был чуть выше его, шире в плечах и смотрел на него с таким холодным превосходством, будто решал, раздавить его сейчас или оставить на потом.

— Эй, дядя, это не твоё дело, — попытался возразить он, но голос его слегка дрогнул. — вали в дом престарелых.

— Я сказал, убирайся, — повторил Бэк, и в его голосе послышался рык. — трижды я не повторяю.

— Советую тебе свалить, — фыркнула Лика в сторону парня. — тебе с ним не сравнится.... Вернее не справится.

Парень, видимо, оценив соотношение сил, ретировался, бросив на Лику злобный взгляд.

Она всё ещё стоя у стены, икнула и пьяно улыбнулась.

— Ну надо же… — протянула она, качаясь на каблуках. — А я-то думала, ты — галлюцинация. Моя пьяная, навязчивая галлюцинация. А ты, оказывается, настоящий. Какая прелесть. Значит, я не сошла с ума. Или сошла, но это уже неважно.

Бэк не ответил. Он просто смотрел на неё сверху вниз, и в его карих глазах плясали опасные огоньки.

— Ты пьяна, — констатировал он.

— Гениальное наблюдение, Шерлок, — фыркнула Лика. — А ты, значит, следишь за мной? Это так мило… и жутко одновременно. Ты в курсе, что это ненормально? Следить за студенткой? Прямо как сталкер какой-то.

Бэк молчал. Он сделал шаг вперёд, и Лика инстинктивно тоже шагнула к нему, но едва не упала. Сон Джин успел схватить её за локти. Он оказался так близко, что она снова уловила тот самый запах. Запах, от которого у неё подкашивались колени.

— Ты поедешь со мной, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

— Ой, правда что ли? А если я не хочу? — вызывающе спросила Лика, хотя внутри всё трепетало.

Бэк не удостоил её ответом. Он лишь повернул голову и кивнул кому-то, стоящему в тени. Тут же из темноты появился крупный мужчина в чёрном костюме.

— Проводи гостью до машины, — приказал Бэк.

Мужчина подошёл к Лике, и прежде чем она успела возмутиться, он аккуратно, но крепко подхватил её и, словно пушинку, перекинул через плечо.

— Эй! — возмутилась она, пытаясь брыкаться. — А ну отпусти меня, годзилла! Я сама могу идти! Поставь меня на место, слышь ты?!

Но её пьяные мышцы не слушались. Она болталась на плече охранника, как тряпичная кукла, молотя кулаками по его спине. Это было бесполезно. Она чувствовала себя маленькой и беспомощной, и это злило её ещё больше.

— Бэк! — крикнула она, когда они проходили мимо него. — Это похищение! Я буду жаловаться! Ты за это ответишь! Я найду на тебя управу!

Бэк шёл следом, не говоря ни слова. Он даже не смотрел на неё. Он просто шёл, и его молчание было страшнее любого крика.

Охранник вынес её из клуба через чёрный ход. Ночной воздух ударил в лицо, немного отрезвляя. Лику бесцеремонно засунули на заднее сиденье чёрного автомобиля, напротив сел Бэк.

Дверца захлопнулась. Машина мягко тронулась с места. Лика сидела, надувшись, и сверлила Бэка взглядом, в котором смешались злость, обида и… восхищение, которое она отказывалась признавать.