Приехав в дом фармацевта в близком Подмосковье, Артем Николаевич увидел скромную, но каменную одноэтажную дачу. На первом этаже была кухня, ванная комната туалет, спальня хозяина, гостиная и его рабочий кабинет, совмещенный с библиотекой. Входная дверь была железной, как и решетки на всех окнах. Мебель и обстановка были старые, чтобы не сказать убогие. Воры если бы залезли в этот дом, могли оставить для хозяина сто рублей из жалости на столе.

Подойдя к одной из библиотечных секций, Константин Сергеевич нажал на одну из книг. Секция выдвинулась вперед и отъехала в сторону. Перед ними была гладкая железная стена.

Фармацевт снял с шею ключ и вставил его прорезь на боковой стенке библиотечной секции слева. Железная стена мягко отъехала в сторону, открыв железную лестницу, ступеньки которой вели вниз.

— Ничего себе, прямо пещера Али-Бабы! — удивился историк.

— Пещера Али-Бабы, это детский сад, по сравнению с моей лабораторией, — гордо ответил фармацевт. Они стали спускаться по лестнице вниз. Подземелье занимало два этажа. Это были облицованные белым кафелем помещения, залитые ярким светом и тесно заставленные многочисленными приборами и оборудованием. Причем некоторые были совершенно новыми.

— Это что? — поразился увиденному Артем Николаевич.

— Это мой Эдем, — с гордостью произнес Константин Сергеевич, — только тут я по настоящему счастлив, когда прихожу работать и отвлекаюсь от всей это суеты. Теперь Вы понимаете, что я не простой сумасшедший? Артем Николаевич, я вижу что Вы серьезный человек. В предлагаю Вам партнерство! Я один уже не справляюсь!

— И какова будет цена моего участия? — осторожно спросил историк.

— Вы должны обеспечить самую легкую часть этих исследований. После того, как мы найдем могилу этого Матвея, — пояснил хозяин, — Вы должны обеспечить меня финансами. И тогда, мы разделим мой успех пополам.

— Очень интересно, Вы же не думаете, что я миллионер? Как Вы себе это представляете? — изумился Артем Николаевич.

— Ну я же Вам не говорю, как мне трудно идти совершенно новым и не изученным путем научного открытия, и поверьте, это гораздо труднее, чем найти деньги. Я уже вижу Ваш вопрос, почему я сам этим не займусь, если это легко? Отвечаю, у меня нет времени. И сразу ответ на второй вопрос, почему я решил взять Вас в компанию владельцев этих исследований? Я один. Если со мной, что-то случится, то все пропадет, и никто ничего не узнает.

— Я все понял, — кивнул историк, — я подумаю, насчет денег. Через неделю едем на поиски могилы в старую Рязань. Работать будем вдвоем. То, чем мы будем заниматься называется вандализм. Надеюсь, Вы найдете, то что ищите, а нас не поймают. Наша легенда — мы проводим предварительную разведку для будущих археологических раскопок.

Через неделю они сходили с автобуса в селе Шатрище в Спасском районе Рязанской области. Найдя дом, где сдавали комнату, они расположились на постой. Потом они спросили хозйку как найти Гнилое ущелье. Оказалось, что локация, которую местные жители и кладоискатели называют Гнилым ущельем (или Гнилым оврагом), действительно находится прямо у села Шатрище. Это один из глубоких, заросших лесом оврагов, которые отделяют плато Старой Рязани от соседних холмов. Именно это место сильнее всего обросло мистическими слухами и легендами. Название «Гнилое» оно получило, потому что овраг очень глубокий, сырой, с каменистым дном. Туда почти не проникает солнце, из-за чего там круглый год держится высокая влажность, пахнет прелой листвой и гниющей древесиной. Локация выглядит мрачно и аутентично, что идеально подходит для страшных сказок, о которых любят рассказывать местные жители.

Буквально на мысах и склонах этого оврага и находится знаменитый Шатрищенский грунтовый могильник второго — седьмого веков. Поскольку это реальное древнее кладбище воинственных до славянских племен (рязано-окская культуры), слухи быстро превратили языческий некрополь в «могилы жрецов» и «проклятое место». В фольклоре местных кладоискателей Гнилое ущелье считается местом, где «барахлят компасы», «кружит техника» и якобы захоронены колдуны. На практике это связано с обилием железных артефактов в земле и сложным рельефом, где легко заблудиться. В овраге и на его склонах археологи находили древние артефакты: наконечники стрел, элементы конской упряжи и тяжелые бронзовые украшения финно-угорских воинов.

— И вот что, соколики! — строго сказала женщина, которая оказалась учительницей местной школы на пенсии, — имейте ввиду, что склоны Гнилого оврага очень крутые, глинистые и после дождей становятся скользкими и опасными для спуска. Любые раскопки с металлоискателем на этой территории жестко караются по закону, так как весь этот комплекс входит в охраняемую археологическую зону.

— Я сам профессор истории! Мы только прикинем план работ для официальной экспедиции, но позже, — успокоил ее Артем Николаевич.

— Короче, — стал заканчивать свой рассказ о знакомстве с фармацевтом профессор, — нашли мы там гроб этого Матвея, точнее его кости и взяли образец ДНК. Это было еще то приключение, как ни будь расскажу потом. И он стал работать над третьим препаратом. А деньги на его исследования я заработал продав коллекцию своих старинных монет и игрой на крипто бирже. А ты, Витя, пойдешь к нему и скажешь, что теперь ты будешь его партнером, вместо меня. Он же еще не знает, что я умер.

— А на каком основании я это скажу? Он же об этом спросит, — засомневался юноша.

— Скажешь ему, что ты мой сын! — неожиданно ответил пенсионер.

— А он поверит? Подождите, Вы сказали, Ваш сын? — до зумера наконец дошел смысл сказанных стариком слов.

— Он не поверит, — усмехнулся Артем Николаевич, — он проверит это.

— Как?

— Сделает тест ДНК на отцовство, у него там такое оборудование, что это рядовое исследование, — объяснил профессор.

— А Вы — мой отец? По настоящему? — прямо спросил Виктор.

— Думаю, да! Я был первым мужчиной у твоей мамы, и про срокам как бы все сходится, — ответил пенсионер, — и вот, что я думаю. Как ты считаешь, почему я попал именно в твою голову?

— Так я остался один в живых в том автобусе, — предположил зумер.

— Нет, в живых остался еще и водитель «Камаза», — опроверг его слова претендент на отцовство, — а попал я к тебе. Я вот думаю, потому, что мы прямые родственники.

— А прочему Вы бросили меня и маму? — резко спросил Виктор.

— Я Вас не бросал, это твоя мама меня бросила! — вздохнул новообретенный папаша, — вот почему, мне и самому интересно. Пойди и спроси ее зачем она это сделала, а потом мы будем думать, как оформить мое отцовство.

— Зачем? Не поздновато вы спохватились? — с обидой спросил юношу.

— Не хами отцу! — строго сказал старик, — я о твоем существовании узнал только когда умер. А то, что ты мой сын, стал подозревать когда маму твою увидел. А окончательную точку в этом проставит фармацевт после анализа ДНК. А нужно это, чтобы ты перестал быть безотцовщиной, с одной стороны, и мог вступить в мое наследство, с другой стороны.

— И какое это наследство? — улыбнулся Виктор, — старая деревянная дача?

— Не только, — усмехнулся пенсионер, — деньги, которые я тебе передал. Их нужно легализовать, включая миллионы долларов на крипто кошельке. И пятьдесят процентов доли в уставном капитале «Хронолизис» ООО, с которого начнется строительство твоей фармацевтической бизнес-империи. Достаточно, сынок.

— Я подумаю над этим после того, как поговорю с мамой о том, что случилось тогда! — твердо ответил юноша, — и если я узнаю, что Вы подло бросили нас, то ничего мне от Вас тогда не надо!

— Вот это правильно! — одобрил его слова профессор, — ну идем к маме. Скажешь, что тот человек, за которым ты ездил с адвокатом был я. Но только после того, как она расскажет, почему тогда так поступила. Идем! Я слишком долго ждал этой минуты.

Виктор встал и направился на кухню, где мама хлопотала над ужином. Увидев вошедшего сына она улыбнулась и сказала:

— Потерпи немного, скоро будем ужинать.

— Мамуля, — начал юноша, — расскажи мне, почему мой отец не живет с нами.

Женщина замерла на секунду и вздохнула:

— Рано или поздно, это все равно пришлось бы сделать. Это было мое решение, сынок.

— Как? Почему? — изумился зумер.

— Понимаешь, сынок, твой папа, был глубоко женат, у него было двое детей, правда они уже были взрослыми. Он был профессором, заведующим кафедрой, если бы вскрылась, что у него роман с первокурсницей, да еще которая беременная от него, его бы выгнали с позором и волчьим билетом из университета, и больше нигде бы на работу не взяли, — вздохнула женщина.

— То есть, он испугался разоблачения своих интрижек со своими студентками? — уточнил Виктор.

— Нет, как раз наоборот, — улыбнулась мама, — он был готов на мне жениться. Это я не хотела этого.

— Но почему? — растерялся сын.

— Понимаешь, я получалось, что разбила чужую семью, оказалась разлучницей. Его карьере наступил бы конец. А он очень любил свою профессию. И, когда я поняла, что ношу под сердцем тебя, я решила разорвать наши отношения. Я взяла сначала академический, а потом и декретный отпуск. Потом перевелась в педагогический институт, подальше от него, — вытерла глаза мама.

— И что? Он так просто сдался? — хмуро спросил юноша, — и отступил?

— Нет! Он был не такой, — улыбнулась женщина, — он нашел меня, просил выйти за него замуж, сказал, что разведется с женой. если я соглашусь. На коленях стоял. А я сказала, что беременна от другого мужчины. И тогда он не сдался, сказал, что готов принять чужого ребенка, как своего. И когда я поняла, что он не отстанет, я ему сказала, что больше не люблю его. Если бы ты видел тогда его глаза. Он сразу постарел лет на десять, — мама вытерла снова глаза, — и он ушел. Потом через несколько дней вернулся, молча положил конверт на стол, и ушел уже навсегда. Я тогда неделю белугой ревела.

— А что было в конверте? — спросил зумер.

— Там была наша фотография, где мы гуляли в парке, и десять тысяч долларов с запиской, «Для твоего ребенка», и документы на эту квартиру, оформленные на мое имя, — мама зарыдала. Сын подбежал к ней и обнял.

— Прости меня сынок, наверное я поступила неправильно тогда, — всхлипнула мама.

— Мама, расскажи мне, какой он был, мой отец? — попросил зумер, что бы отвлечь ее от рыданий.

— Он, он был необыкновенный! — улыбнулась сквозь слезы женщина, — я в него влюбилась на первой же лекции. Как он их читал! Никаких бумажек, никакого бубнение. Живой интересный разговор, множество шуток, ярких образов, искрометный юмор! У нас все девушки были без ума от него. А он. А он заметил меня. Мы встретились глазами на первой лекции и я пропала. После лекции я набралась нахальства и подошла к нему спросить, можно ли записаться к нему в студенческий кружок.

— А он? — слушал рассказ о знакомстве своих родителей Виктор.

— А он улыбнулся и сказал что будет со мной заниматься индивидуально! Так начался наш роман! — глаза мамы затуманились от сладких воспоминаний.

— И как это было? — удивился юноша.

— Мы ходили по музеям. Он подробно рассказывал о истории разных экспонатов, а я даже не слышала, что он говорит. У него был такой голос, что его просто хотелось слушать. Потом мы первый раз поцеловались. А я и не умела ничего. Это было так трогательно и смешно, что мы после этого рассмеялись. А потом он снял мне квартиру рядом с университетом, чтобы я не добиралась долго на учебу. Там все и случилось первый раз. Это было самое счастливое время в моей жизни. А потом я поняла, что у меня появился ты. Ну и дальше ты все знаешь.

— Мама, а как его звали? Моего отца? — спросил зумер.

— Артем Николаевич Крашенинников, — вздохнула женщина.

— Мама, — осторожно произнес Виктор, — ты помнишь, я ездил с адвокатом в Шатуру для того, чтобы забрать тело погибшего в аварии автобуса мужчины?

— Да? И что? — удивилась мама.

— Его тоже звали Артем Николаевич Крашенинников, ему было семьдесят пять лет, — тихо произнес сын.

— Что? — лицо женщины побелело, — подожди, — она выбежала из кухни и вернулась с фотографией. На ней стояли тесно обнявшись молодая мама и еще молодой профессор, — это он?

— Он, мама! — вздохнул Виктор. Женщина рухнула на стул, закрыла лицо глазами и снова зарыдала. Сын подбежал к ней обнял и ее и пытаясь утешить сказал, — Мамуля, он погиб мгновенно и не мучился.

— Что я наделала! — плакала мама, — я все надеялась, что однажды он постучит в эту дверь и я ему расскажу, какой у нас вырос замечательный сын! А теперь этого никогда не будет. И он умер, так и не узнав правды с обидой на меня!

— Папа! — сказал Виктор, — может быть скажем ей. Смотри как она убивается, у меня сердце разрывается!

— У меня самого сердце кровью обливается, — вздохнул его отец, — и что ты ей скажешь? Что у тебя в голове поселился твой отец? Хочешь, чтобы она решила, что ты с ума сошел?

— Давайте скажем ей, что я после аварии получил способность с тобой говорить! — предложил юноша, — как та гадалка в фильме «Призрак»! Но только с тобой! А для доказательства ты назовешь что, то о чем знаете только вы вдвоем и больше никто!

— Ну давай попробуем! Рано или поздно, это все равно придется сделать, — согласился пенсионер, — только осторожней.

— Мамуля, — обнял женщину Виктор, — я должен тебе что-то рассказать.

— Что? — сразу насторожилась мама, и прекратила рыдания.

— Помнишь я поехал на дачу к твоим знакомым в Шатурский район, и не доехал туда? — начал осторожно сын, — а остался на стройке и заработал денег?

— Да, и что?

— Я немножко слукавил, — вздохнул юноша, — на самом деле я поехал туда в том автобусе, который попал в аварию. В том автобусе и ехал со мною отец, не ни я, ни он, не знали друг о друге. В аварии все погибли, кроме меня. Я несколько дней пролежал в больнице. Но ничего страшного со мной не произошло.

— Господи! Ну прочему ты мне ничего нес сказал? — всплеснула руками женщина, — подожди, а откуда тогда у тебя эти деньги?

— Подожди, я все расскажу, — продолжал зумер, — так вот после аварии у меня появилась одна способность.

— Какая такая способность? — насторожилась мама.

— Ты только не волнуйся, — снова обнял ее сын, — я не знаю как это объяснить, но одним словом, я могу общаться с духом моего отца!

— Что? — поразилась мама, — каким духом? Никаких духов не бывает! Боже мой, это последствия травмы головы. Тебя нужно срочно врачам показать!

— Врачи меня уже смотрели и ничего не нашли! Я полностью здоров. А ты можешь проверить эту способность! — успокоил ее сын.

— Это как? — заволновалась мама.

— Отец, он сейчас тут. И просит свое мышонка не волноваться! — сообщил юноша слова отца.

— Мышонок! Да, он меня так наедине называл! — воскликнула женщина.

— Еще он говорит о трех его любимых родинках, — продолжал зумер повторять слова профессора, — первая под левой грудью, втора на правой попе, а третья, ты сама знаешь где!

— Тёма! Это ты? — воскликнула пораженная мама, а потом возмущенно добавила, — ну ты нашел о чем при ребенке говорить, бесстыдник!

— Он просит его извинить, но иначе ты бы не поверила, — объяснил зумер, — он предлагает поговорить с ним, когда я усну, тогда я не буду вам мешать!

— Правда? — обрадовалась мама, — обязательно, нам так многое нужно сказать друг другу!

— Он просит пока передать тебе, что по прежнему любит тебя, хотя ты так с ним поступила, — передал зумер.

— Я тебя люблю, — призналась женщина.

— Все! Дальше будете ночью общаться! — объявил Виктор, — когда я усну. Мамуля, все эти деньги, это то, что мне передал отец. Он провел меня в те места, где спрятал свои деньги.