3 июня. 08:00. 2 дня 1 час 30 минут до казни

Мария Муравьева заботливо переставила стаканчики из-под йогурта с проросшей рассадой в широкую корзину. На солнечном подоконнике рассада проросла быстро. Еще неделю назад были сомнения, что достались негодные семена, а сейчас сердце радовалось, глядя на нежные стебельки саженцев огурцов и сладкого перца.

Ну, все, за дело! Ждать нельзя, итак затянула, нужно отвезти рассаду на дачу и посадить в грядку под пленку. Хорошо, что сегодня суббота и с погодой повезло.

Мария собрала все необходимое для поездки на дачу, обулась, выдвинула ящик из шкафа-купе и не увидела ключей от семейного автомобиля. Пошуровала рукой в ворохе квитанций за коммунальные услуги — ничего.

— Денис! — громко позвала сына женщина. — Опять за свое! Где ключи и документы на машину?

В коридор вышел долговязый восемнадцатилетний подросток с заспанным лицом. Протер глаза, сунул руку в карман висевшей в шкафу куртки, достал ключ от «рено» с брелоком сигнализации.

— Я вчера ненадолго взял покататься.

— Что? Пока отец в командировке ты на машине гоняешь? У тебя же нет прав!

— И не будет, если не учиться. Я по району несколько кругов, — виновато объяснял парень.

— И позавчера тоже?

— Ну, мам. Я же все экзамены сдал, у нас каникулы.

— Только бензин зря потратил. Спасибо, что не вляпался. Если хочешь научиться, меня или отца попроси.

— Да вы всегда заняты, — проворчал парень.

— А вот сейчас я свободна. — Мать уперла руки в бока и скомандовала: — Поехали на дачу.

— Я за рулем? — заинтересовался Денис.

— Если за пять минут соберешься.

— Я мигом! — обрадовался парень.

Мать и сын вышли из подъезда, подошли к старому седану «рено» темно-синего цвета. Парень тащил большую сумку, женщина несла корзину с рассадой. Денис открыл багажник, плюхнул туда сумку, потянулся за корзиной.

— Я сама, еще перевернешь, — отодвинула сына мама, наклонилась и увидела в багажнике детский рюкзак. — Чей это?

Денис озадаченно почесал затылок. Муравьева достала красный рюкзачок с белыми вставками по бокам и мягкой игрушкой, прицепленной к молнии. Розовый зайчик с длинными ушками и толстыми лапками болтался на тесемке.

— Рюкзак девочки, маленькой девочки, — определила Муравьева, оценив проемы для рук, и вопросительно посмотрела на сына. — Откуда?

— Когда я с машиной возился, Димка Маркин с младшей сестрой подходил, — припомнил Денис. — Мы поболтали, а девчонка играть убежала. Наверное, ее.

— Что за растеряхи! Позвони Маркину, пусть заберет.

— Да потом как-нибудь, — отмахнулся Денис.

— Когда потом? Мы завтра вернемся.

Денис поморщился, отошел с рюкзаком к скамейке у подъезда, набрал номер приятеля. Димка долго не мог врубиться, о каком рюкзаке идет речь. Денис, нехотя объяснял, вертя в руках детский рюкзачок.

Неожиданно из подъезда выбежала Дарья Дорохова. Она провела бессонную ночь, то выходя на улицу в поисках пропавшей дочери, то сидя у окна в надежде увидеть Софью. Вместо дочери она увидела красный рюкзак с розовым зайчиком и сразу узнала его.

Дорохова выхватила рюкзачок, раздвинула молнию и обнаружила внутри белую кофту и ноты. Сомнений не осталось, в рюкзаке была кофта дочери и пьеса, которую Софья разучивала к областному конкурсу.

Женщина яростно вцепилась в плечи Дениса и затрясла его:

— Где Софья? Что ты сделал с моей девочкой?

Лицо парня прорезал испуг, он неуклюже пытался отстраниться.

— Где она? Где?! — истерично верещала Дорохова, дергая парня.

Подбежала Муравьева, попыталась вмешаться и разнять сцепившихся.

— Что такое? В чем дело? — не понимала она.

— Где моя дочь? Это ее рюкзак.

— Так забирайте!

— У меня Софья пропала. Где она?

Дорохова вцепилась ногтями парню в шею, тот дернулся, на шее остались кровавые царапины.

— Отпусти Дениса, ненормальная! — верещала Муравьева.

— Это он ее увез! Я видела, как вы достали рюкзак из машины.

Муравьева отпихнула взбесившуюся соседку и загородила сына.

— Давайте разберемся, — предложила она.

— А-а! Вы с ним заодно! Где Софья? Где вы ее прячете? Что вы с ней сделали? — голосила плачущая женщина, наскакивая на Муравьеву.

На шум подоспели соседи. Многие знали о несчастье Дороховой и вызвали полицию. Сердобольные женщины охали, показывая на детский рюкзак. Выбежал отец Софьи, Андрей Дорохов, с синими кругами под глазами и запахом перегара изо рта. Один из мужчин скрутил Дениса, а Дорохов ударил парня в живот, требуя рассказать, где девочка.

— Не знаю, — промычал Денис и получил еще несколько жестоких ударов.

Муравьева закричала и набросилась на Дорохова, пытаясь остановить избиение. Ее оттащили с молчаливым осуждением и отгородили от сына. Дарья Дорохова упала на колени, уткнулась плачущим лицом в кофту дочери и разрыдалась. Ее муж с еще большим остервенением накинулся на Дениса.

— Говори! — после каждого удара требовал он.

Парень невнятно шевелил разбитыми губами, умоляя его отпустить.

Наконец, под вой сирены во двор примчался патрульный экипаж. Быстро выяснив, в чем обвиняют парня, полицейские спасли Дениса Муравьева от расправы и запихнули в патрульную машину. Один полицейский охранял задержанного от разъяренных жителей, держа наготове автомат. Другой спешно вызывал по рации подкрепление, видя, как мрачные жители загораживают выезд из двора. Плач отчаявшейся мамы пропавшей Софьи подпитывал толпу ненавистью.

— Разойдитесь! Вы делаете только хуже. Не трогайте рюкзак. Мы вместе дождемся следователей, они во всем разберутся, — призывал к порядку полицейский.

— Пусть он скажет, — требовала толпа. — Где девочка? Что он с ней сделал?

В патрульную машину полетели камни.

— Не подходите! Разойтись! — отчаянно кричал сержант, угрожая автоматом.

Послышался гудок полицейской сирены. Вскоре во дворе стало тесно от полицейских автомобилей. Вооруженные омоновцы оттеснили озлобленную толпу и сумели увезти Дениса Муравьева в управление.