Елена кормила ребенка грудью, сидя рядом с кроваткой, это был самый верный способ спокойно уложить малыша спасть. Уже сытый ребенок по инерции муслякал грудь, не в силах удерживать открытыми слипающиеся веки.

Хлопнула входная дверь, через минуту в спальню на цыпочках вошел Марат. Муж думал, что двигается тихо, но младенец услышал, а может учуял приближение папы — от Марата пахло чем-то горелым. Малыш распахнул глаза, увидел, как папа чмокает маму в щеку и с ревнивым энтузиазмом сам заработал губами.

— Ты в точку проинтуичила, Самсонов прокололся, — зашептал Марат на ухо Елене. — Хотел сжечь улику, но я его…

Женщина повела плечом, метнула недовольный взгляд:

— Потом. Не надо при ребенке.

— Но он же совсем кроха.

— Ты хочешь, чтобы Саша с молоком матери впитал всю грязь нашего мира?

— Хорошим опером станет, — подмигнул Марат.

— Не порть настроение.

Жена отвернулась и принялась укачивать растревоженного малыша. Марат смирился, и покинул комнату.

Минут через десять из спальни появилась Елена, осторожно прикрыла дверь, выдохнула:

— Наконец-то заснул.

Марат попытался обнять жену, заглядывая в вырез распахнутого на груди халата.

— И ты туда же! — Елена отстранилась, плотно запахнула халат. — Хоть бы руки помыл. Чем от тебя пахнет?

— Пришлось поработать пожарным.

— Давай по порядку. Что у тебя?

— Не у меня, у Самсонова. Перчатки на крыше гаража, представляешь? Только вернулся в дом — и сразу полез за ними, как будто ничего важнее в жизни нет.

— Его перчатки?

— С виду мужские, я успел вытащить из огня. Погляди, я все снимал, как ты просила. — Марат показал видео на смартфоне. — Он взял их тайно, прикрыл гнездом и хотел сжечь.

— Подожди.

Елена отложила смартфон, включила ноутбук, нашла схему участка дома Самсонова. Она скопировала документы уголовного дела, чтобы иметь возможность работать дома. Кому бы не передали дело на доследование, главную ошибку сделала она — ей и исправлять.

Петелина рассмотрела видео, сверилась со схемой участка. Подхватила карандаш и стала задумчиво вертеть его между пальцами.

— А мы-то мудрили, носом землю рыли. Обследовали все кусты, канавки, помойки по пути бегства убийцы. А надо было снимать с беспилотника, — покачала головой она.

— Будет повод выбить финансирование, — поддержал идею Марат.

Елена нацелила карандаш на дисплей.

— Смотри, вот задняя дверь дома. Убийца покидает дом, бежит вдоль гаража, на ходу снимает перчатки и забрасывает их на крышу. Гениально! Там они и пролежали в водостоке все эти месяцы.

— А Самсонов, как только вышел, решил избавиться от улики.

— Прикрывает себя или кого-то другого, — задумалась следователь.

— Что для нас лучше? — спросил Валеев.

— Правда, Марат, правда! — в нервном возбуждении ответила Петелина. — Хватит версий, нужны факты. Перчатки у криминалистов?

— Лично передал Головастику.

— Крышу проверил?

— И крышу и водостоки. Сам залезал, больше ничего нет.

— А что говорит Самсонов?

— Заявил, что просто сжигает мусор, и права стал качать. Хотите, мол, снова предстать в дерьме на всю страну — обеспечу. Наглый, гад, у меня кулаки чесались.

— Надеюсь, ты его не тронул? — забеспокоилась Елена.

Оперативник отвел глаза:

— Действовал по обстановке. Надо было спасать улику.

— Марат, — покачала головой Елена. — Вы что, заперли Самсонова в изолятор?

— Да не стали мы его задерживать. Ваня пылинки с него сдувал.

— И слава богу. Подождем заключения криминалистов. — Следователь подсоединила телефон Марат к ноутбуку. — А я пока приобщу твою видеозапись.