Поспать удалось два часа. В комнату зашёл Гуга, сказал, что Казакова уже ждёт Спиц. Андрей быстро собрался, на выходе из гостиницы его уже ждал напарник со здоровенным пулемётом на плече, напоминавшем ПК, только с круглым магазином. Кругом ещё царила темноте, улицу освещали редкие фонари на стенах.

— Здорово, откуда у тебе такая штука? — Пулемёт казался совсем уж большим, поскольку его обладатель не отличался богатырским телосложением.

— На складе выдали. В аренду, пошли быстрее, опаздываем.

Вдвоём они подошли к могучей бетонной стене и без проблем прошли под ней, спустились по ступенькам в арку подземного хода и почти сразу оказались в извилистой траншее, прошли по ней, оказались уже в другой траншее, параллельной стене. Спиц что-то показал, видимо, офицеру отделения или сержанту, тот опять повёл напарников куда-то по оборонительной линии, пока не указал на достаточно узкий подземный лаз.

— Туда? — спросил Андрей.

— Туда, вольный, попробуй на вкус землицы, с которой кормишься, — недружелюбно ответил офицер.

Спиц без лишних слов полез под землю, Казаков за ним.

— Слышь, Спиц, а вольными он нас назвал?

— Да, так ещё иногда трапперов называют, которые без клана на лицензии живут.

— А если…

— Помолчи, не шуми тут.

Подземный тоннель всё-таки был довольно обжитым, с отшлифованными стенами и с хорошей вентиляцией, идти в нём можно было на своих двоих, только пригибаясь. Примерно каждые десять шагов в туннеле висели аэроогни, таких светильников Андрей насчитал пять.

— Пришли, — тихо раздалось спереди, и задница напарника внезапно поднялась вверх. Казаков последовал за ней.

Со Спицом они оказались в узкой стрелковой ячейке, в которой тем не менее хватало место для двоих. Стенки её были обложены штукатуркой, но имелось множество углублений, куда можно было положить полезные для жизни предметы: сигареты или запасной магазин. Сверху ячейка была накрыта куполом из железных прутьев, основательно заброшенным травой.

— А это зачем? — Андрей постучал по решётке.

— Сам подумай, не все противники тут опасны огнестрелом. Значит, так, я держу сектор с семи до двенадцати часов, ты с двенадцати до четырёх. Огня открывать не разрешаю, почудится что — меня сначала позови. Вопросы?

— А что высматривать?

— Любое движение. Сейчас пока нормально, а вот когда солнце вставать начнёт и тени поползут, будет хреновее, так что не спать. Исполняй.

— Есть, — ответил Казаков, думая, что, может быть, игры со Шнабби были лишними.

Работёнка оказалась той ещё муторной. Высматривать в темноте чёрную кошку, которой нет. Спиц сбоку не выказывал никаких признаков усталости, стоял как вкопанный, только что-то жевал, судя по звуку.

— Спиц? — позвал он. — А ты ешь что-то?

— Нет, жую, так, листья такие, будешь? — предложил напарник.

Андрей отказался, мало ли что за реакция будет, ещё живот скрутит, куда бежать — обратно в тоннель? Зато, понимая, что его новый друг настроен на общение, Андрей решил спросить у него про расклады в Умирающей Земле — пора бы уже начать адаптироваться, сколько он тут находится — двое суток?

— Спиц? А чего Гильдия с Красными Орлами вздумала воевать? Ты не слышал?

— Слышал, как не слышать? Гильдия вздумала всех трапперов красных прижать, и вольных, и из кланов. Гильдейцы принялись форты ставить на маршрутах к Городу и потихоньку отжимать красных всё дальше от него или выдавливать на неудобные маршруты, вблизи Серого Пятна, например. Вот так они отжимают трапперов, отряды с добычей перехватывают, не торопясь, но настойчиво, суки.

— Но это ж долго, и сколько таких фортов нужно построить?

— До хрена, но гильдейцы стараются. Вон им подфартило — они и горючку под себя подмяли.

— Ты о чём?

— Да там история долгая была.

— А я никуда не спешу.

— А наблюдать тут будет кто? — обернулся Спиц, но сменил гнев на милость: — Ладно, если вкратце, нашёл один клан отморозков-ублюдков черноухих подземный склад с цистернами соляры. Тут на них наткнулся трапп Добрых Чистильщиков — это чисто игровой клан, ну в нём одни игроки. В траппе том везучим, говорят, был Химера, это что-то вроде особого такого вида игрока. Вот им везёт, говорят, ещё немерено, насчёт этого не знаю, но взяли Добрые Чистильщики тот склад почти без потерь, даже с трофейными танками, и даже партию соляры успели толкнуть гильдейцам, но тут на них наскочили черноухие, да только не на склад, который охраняли, а на базу клана, где все веселились по поводу удачи. Но Чистильщики как-то умудрились отбиться, как им это удалось, не знаю, они об этом не любят трепаться. Сам понимаешь, половина клана там полегла. Вот… в общем, после той бойни сил у Чистильщиков, чтобы и склады, и базу удержать, не осталось. Они, конечно, попытались, но на них навалились сразу несколько кланов, Орлы тоже в этом решили поучаствовать, и Чистильщики решили плюнуть и уйти. Дальше пошла грызня уже между самими кланами, тут уж гильдецы показали себя на высоте, согнали всю технику, которая у них была, даже дежурные машины с ярмарки убрали. Куш им целиком достался, правда, говорят, они уже почти вычерпали всё.

— То есть теперь всё веселье только начинается?

— Типа того.

Опять настала минута молчания, тягомотного безделья, скуки — короче, хоть песни пой.

— Сейчас бы перекусить, — вздохнул Андрей. — А вот как ты думаешь…

— Глохни, — оборвал Спиц.

Казаков спорить не стал — они на задании, но чего это Спиц так завёлся? Андрей, зевая, прошёлся взглядом по полю, по которому уже ползли утренние сумерки, и едва не прикусил язык от грохота, раздавшегося над ухом.

— ЧТО⁈

— На три часа, пентюх?

Казаков глянул куда сказали: ровная трава, или вот… показался какой-то силуэт, поднялся над кочкой. Андрей пригляделся — без толку: все окрестности скрыла тьма из-за пулемётной вспышки, осветившей ячейку. И новый грохот.

Казаков вслепую выпустил очередь — туда, где видел подозрительное движение, тут уж темнота перед ослеплёнными глазами ожила множеством жёлтых вспышек.

Крик Спица «Ложись» опоздал.

Андрей и сам понял, что надо срочно укрыться. До ушей лишь сейчас докатился раскатистый стрекот на все лады, а за ним звон от ударов пуль по прутьям железного купола. Свет опять залил ячейку, но не от выстрелов. Загрохало теперь, казалось, уже с другой стороны.

— Долбанули! — прокричал Спиц. — Поднимаемся.

И сам рывком поднял свой здоровенный агрегат. Андрей встал во весь рост. Вот же!.. Всё кругом было исчерчено пунктирами трассеров, кто куда стреляет, понять было вовсе не реально, а сзади им в спины светил прожектор. Казаков плюнул и не стал долго разбираться, прицелился в один из множества мелькающих огоньков впереди и разрядил в него весь рожок. Только успел перезарядить, бабахнуло особенно громко, но не так, как до этого, а как-то звонко, звук повторился, и прожектор, освещающий ячейку, погас. Поле боя окуталось тьмой, по которому шныряли сотни злобных светляков.

— Сейчас по нам врежут, — крикнул Спиц, добавил что-то ещё.

Но Андрей не услышал, грохот и стрёкот стали особенно сильными, и он увидел, как особенно много яростных светляков летит в их со Спицом сторону. Казаков сообразил, что надо опять ныкаться, но тело слушалось с трудом. Что он увидел дальше, он запомнил на всю жизнь.

Длинная очередь летела прямо в него, в воздухе свистело множество пуль, но Андрей видел только эти, что неслись точно к нему. Одна за другой они зарывались в земле, не взбивали красивые фонтанчики песка, а рассекали её, как торпеды, скрывались в ней, но другие пули летели следом, и каждая всё выше над травой и всё ближе к нему. Андрей с большим трудом потянул себя вниз и плюхнулся задницей на дно окопа. Какое облегчение он испытал, когда понял, что находится в безопасности — на передовой, посреди разгара боя, но в безопасности.

Андрей увидел перед собой точно так же укрывшегося Спица, тот смотрел на него как-то странно, сочувственно-снисходительно, что ли? Казаков встряхнул головой, отгоняя странное… видение? Чтобы окончательно прийти в себя, поднял автомат на вытянутых руках, дал длинную очередь до щелчка, всё равно голову поднять не было никакой возможности. Ловите, суки. На темя посыпались горячие, резко пахнущие гильзы. Мир снова стал привычен и всё так же опасен.

— Побереги патроны, — укорил Спиц. — Слышишь, сейчас со стены ударят, и мы поднимемся. По моей команде вылезаем.

Оглушительная перестрелка на миг затихла, примерно на время, требующееся для перезарядки магазина, снова… таррааах… трааах.

— Подъём, — рыкнул Спиц и сам первый рывком поднял свой агрегат, как невесомый.

Пулемёт, не смолкая, выпустил рой пуль, раскаляя ствол и давая такой огненный факел, что даже в ослепительном салюте боя только слепой бы его не заметил. Андрей в меру своих сил помогал создавать плотность огня, да толку-то, сколько же этих врагов набежало! И кто они⁈

Снова защёлкали пули в опасной близости и опасно часто. Совсем рядом бабахнуло, комья земли посыпались сверху на решётку, ударная волна прошла сквозь землю и больно ударила по рёбрам.

— А вот это уже серьёзно, — сказал Спиц спокойным голосом.

Ещё один взрыв грохнул дальше и позади.

— Так, патронов большую часть мы истратили, так что можем идти. Андрей, ты первый.

— А ты⁈

— Да успокойся, никуда я не денусь.

Казаков нырнул в туннель, прошёл метров пять и остался ждать напарника. А тот ковырялся что-то на дне окопа, ковырялся, а потом тоже резко побежал обратно под землю.

— Давай вперёд, чего встал! — рыкнул Спиц.

И Андрей побежал, пока сзади конкретно не рвануло и весь туннель не заволокло пылью.

— Это… кхе… что было?

— Подарок… кхм… гильдейцам… надеюсь, парочка их взорвалась.

Пробираться по узкому лазу, забитому пылью, где из освещения только химические фонари, было тем ещё удовольствием, но Андрей справился, вдохнул свежий воздух, где его сразу приняли в тёплые объятия красные, наставили стволы.

— Свои, мы свои, протрите глаза, — закричал Спиц. — Пароль «курц».

— Так бы сразу и сказал, — буркнул один из красных. — Что там у вас было?

— Патроны все истратили, ячейку взорвали.

— Понятно всё с тобой, идите занимайте оборону.

— Мой трапп где?

— В третьем секторе посмотри, они возле Баккара тёрлись.

Спиц уверенно пошёл куда-то по переплетению траншей, Андрей, понятно, за ним. Стрельба стала не такой яростной, но периодически рядом раздавались взрывы, взрывная волна больно била по ушам, или он просто ещё не привык к этому.

Баккар нашёлся неподалёку от стены форта и рассматривал поле боя в перископ, рядом с ним в самом деле находился Хетцер со всей остальной командой.

— Спиц, Андрей, живы!

— Так точно, командир, ну что, как у вас тут дела?

— А ты не видишь? Хреново, гильдейцы сюда то ли полк, то ли целую дивизию подогнали.

— За подкреплением послали? — спросил Андрей, подсаживаясь ближе к друзьям.

Только Шнабби здесь не было, она расположилась метрах в десяти от основной команды и наблюдала за боем сквозь оптику винтовки, а может, целилась в кого-то.

— Смотри какой умный? Послали, конечно, только толку? Как у вас всё прошло?

— Заметили гильдейцев, расстреляли две трети боезапаса и ушли.

Совсем рядом прогремела серия взрывов, Андрею за шиворот посыпалась земля, хорошо что не осколки.

— Мля… я думал, тут постапокалипсис, мы все тут будем сталкерить, артефакты собирать, а тут настоящая сраная война, — выкрикнул он.

— Так-то тебе, — улыбнулся Хетцер, — Умирающая Земля — это тебе не Зона.

Траншею осветила яркая вспышка; пулемётная вышка, с которой работали по полю, исчезла в огненном пузыре; в лицо Андрею ударила волна горячего воздуха, он еле успел прикрыть голову от посыпавшихся сверху осколков.

— Что это было⁈ — прокричал он со дна окопа.

— Ничего хорошего, — ответил кто-то из своих.

— Паровоз это, — пояснил Багор и легко поставил Андрея на ноги.

— Чего?

— Паровоз, танк здешний на паровой тяге, и не тот, что гильдейцы в аренду дают, а настоящий боевой.

Андрей сам выглянул наружу, в сумерках он отчётливо увидел большой угловатый силуэт с округлой башней, который спустя секунды полностью скрыл гигантский огненный всполох. А в стену форта будто врезался метеорит. Грохот, свист осколков.

Сразу после этого на линию обороны красных обрушился огненной шквал, постоянные взрывы и свист мин. Так что предыдущая перестрелка показалась безобидным детским салютом. Отвечали ли чем-нибудь на этот огненный град красные, Андрей не мог понять, глянул на Баккара. Тот равнодушно сложил перископ, оглушительно свистнул.

— Ворчун, оставляй в предполье пятерых наблюдателей, остальных уводим за стены, — и Хетцеру: — Пойдемте, парни, передохнём немного.

Большая часть солдат красных ушла за стену, где они заняли позиции вперемешку с совсем уж ополченцами: женщинами, стариками и юношами, вооружёнными кто чем. Укрепления за стеной были оборудованы по уму, с превышениями над окопами передовой, так что, если по ним полезет враг, чисто теоретически по нему будет удобно стрелять. В стенах были проделаны длинные узкие щели — бойницы, удобные для наблюдения и для ведения огня. Но из траппа Хетцера никто не стрелял, кроме Шнабби, та изредка давала выстрел и сразу меняла позицию, но, судя по недовольному личику, всё мимо.

Гильдейцы утюжили позиции красных ещё полчаса из танков и миномётов. Танки-паровозы били по окопам и стене, но, сложенная из бетонных плит, укреплённая стальными листами и сеткой, она вполне уверенно держала снаряды. Из форта изредка отвечала артиллерия, если её можно таковой назвать. Три выстрела, свист мин и потом молчание. Небо между тем синело на восходе, его изредка скрывал дым от горящих строений в поселении. Гильдейцы же взяли пока перерыв.

— Привет, ребята, водички не хотите, — знакомый голос.

Андрей обернулся. Разносчица с постоялого двора. С неизменной зелёной повязкой на голове и робкой улыбкой. За спиной у неё на этот раз кроме кофра висела ещё двустволка вертикально спаренная.

— Привет, ты тут откуда? — удивлённо спросил Андрей.

— Вообще-то я тут свой родной город защищаю, — несколько обиженно проговорила девушка.

Казаков смутился.

— Сколько? — улыбнувшись, спросил Хетцер.

— Какие для тебя деньги сейчас, всё за счёт цеха.

— Ну тогда всему траппу наливай, все ведь пить хотят.

— Вот и здорово, водичка хорошая, ключевая, из лесных родников.

— То есть, значит, почти без радиации, только с химией? — съехидничал Спиц.

— Тебе вообще можно пить из лужи радиоактивной, ничего не сделается, — одёрнул его Багор. — Не слушай его, Элия, раз он такой умный, обойдётся без воды.

— Я выпью порцию Спица, — сказал Андрей, чем заслужил несколько многозначительных взглядов.

Элия на разговор не обращала внимания, наливала из фляги в жестяную кружку воду, по очереди передавала всем.

Когда она поднесла кружку Андрею, он накрыл пальцы девушки своими, продержал чуть дольше, чем следовало.

— А ты всё-таки храбрая девушка, — сказал Казаков.

Теперь уже настал черёд Элии смущаться.

Андрей пригубил из кружки. Ух ты, в самом деле отличная вода, холодненькая, ключевая, то что надо после ночного боя. Даже лучше кофе.

— Ты бы хоть представился девушке, — опять влез Спиц, — а то только смотришь, слов не говоришь.

Вот болтун! Но Казаков реагировать на него не стал, вместо этого и правда назвал своё имя:

— Андрей, а как тебя зовут, я уже знаю.

Девушка опять улыбнулась.

— У тебя необычное имя, откуда ты?

Вот тут Андрей растерянно посмотрел на своего напарника.

— Из-под Волги мы, — сказал Спиц. — Тут неподалёку и познакомились. Это далеко отсюда, на юго-западе, — и подмигнул Андрею.

Тот офигел от таких слов, но, блин, и в самом деле ни капли не соврал, действительно Волга отсюда далеко, как и его родной город.

— Вот как, теперь понятно, почему у вас такой странный говор, а мне…

Слова Элии прервал взрыв: метрах в десяти левее и на два выше головы в стальном листе раскрылся цветок из разорванных кусков железа. Внутри дыра в стене, руку просунуть можно, и торчащая арматура по краям.

— Началось, к бойницам, работаем по своим секторам, патроны бережём, — закричал Хетцер.

— Шла бы отсюда, — напоследок сказал Андрей Элии.

— Вот ещё, это мой город, сам иди куда хочешь.

— Нашла время, когда упрямиться, — буркнул Казаков, беря на прицел приближающихся гильдейцев.