Разлепив глаза, Андрей увидел над собой дощатый потолок. Поднял раненую руку, покрутил ею — никаких неприятных ощущений. Зелёный кот на ней буквально блистал своим зелёным цветом. Мордочка у него была довольная, как будто отодрал кучу котов и кошек.

«Тоже мне, авантюрист», — фыркнул мысленно Андрей, понимая при этом, что разговаривает с татуировкой.

— А, очухался уже, — в комнату, где стояла ещё пара коек, заглянул Спиц. — Давай спускайся вниз, там наши обедают, учти, у нас с тобой на вечер ещё полно дел.

— А с этим что? — спросил Андрей, указывая на повязку.

— Снимай, — заявил Спиц и удалился.

Андрей размотал бинты… ничего себе! Никаких следов раны, только едва заметный светлый шрам, где коснулся щупальцем монстр.

— Блин, здорово! — вслух сказал Казаков, он чётко помнил боль, как от ожога, и онемение конечности. И на следующий день — ничего. — Так вот как действует этот регенерат. Клёво. Надо бы его достать побыстрее, но свою шкуру лучше всё рано беречь.

С этими мыслями Андрей накинул куртку и вышел из комнаты.

Его друзья сидели за столом и налегали на еду. У стойки в грязном фартуке стоял толстый хмурый мужик. Больше никого в помещении не было. А кстати, что это за помещение?

— Ого, какие люди, — обрадовался Хетцер. — Садись, угощайся.

— А мы где?

— На постоялом дворе форта, где же ещё?

— Для элитных персон, — подмигнул Гуга.

— Нам теперь можно, — подтвердил командир, — как самочувствие, Андрей?

— Вполне.

— Это хорошо, вы со Спицом сегодня в ночную смену пойдёте в «усы» сторожить. А пока отдыхай и развлекайся, раскрути Чалика по полной. Эй, Чалик, всё самое лучшее ещё для одного моего бойца, запомни его, помяни моё слово, он станет важным клиентом.

Острый взгляд из-под бровей. Нет, не забыл Хетцер пикировку в той канаве, да хрен с ним пока что.

— Две доли тебе даю от добычи, — словно угадав мысли Андрея, сказал ему командир. — За храбрость. Помог ты нам завалить Ревуна. Я тебе скажу — выйти из стычки с ним с одной царапиной на руке дорого стоит. А деньги все получишь, когда мы лицензию в окопах отобьём.

В другой раз эти слова насторожили бы Андрея, но не сейчас, есть хотелось очень. Хлопнула дверь, в столовую кто-то вошёл, на вошедшего никто не обратил внимания; Казаков лишь мельком взглянул на тёмный силуэт на светлом фоне и продолжил угощаться мясом неизвестного животного в остром соусе.

— А жук, ну что на нём взяли, оно ценное, много стоит? — спросил он.

— Считай, что со своим кредитом ты уже расплатился. — посулил Хетцер.

Андрей потянулся, а его командир курил что-то вроде электронной сигареты и внимательно поглядывал на своего подчинённого.

— И это если в Рекреации менять, здесь можно ещё дороже поменять, если ты, конечно, захочешь доверить деньги траппу.

— За что ж такие деньги?

— У ревуна много ценных желёз есть, — сказал Багор. — Из них всякое фармакологи делают: снотворное, анестетики… наркотики и ещё много всего.

— Яды и нервно-паралитические ОВ, — подмигнул Спиц. — Но это так… болтают в пустоту.

Андрей вспомнил ожог плеча, ему не захотелось, чтобы этот слух оказался правдой.

— Чай, кофе, ягоды цитра, укрепляющие отвары, сухофрукты, листики така, — промурлыкал над ухом Андрея немного низкий красивый женский голос, который заставил его дышать чаще.

— Мне листья така кинь, он у тебя, Элия, самый лучший, — попросил Спиц.

— Фрукты какие? — спросил Багор.

— Яблоки.

— Давай.

Андрей обернулся, девушка уже сняла со спины кофр и что-то в нём искала.

— Вот держите, парни, ноль шесть грамм цветного за оба, — девушка кинула бойцам два пакетика, и он смог её получше разглядеть: из одежды — мешковатый армейский комбинезон, туго подпоясанный, отчего становилась заметной отменная фигура. Длинные чёрные волосы привлекали внимание, но у девушки была очень необычная причёска. Широкая зелёная полоса ткани перехватывала голову, полностью скрывала лоб, отчего длинные прямые волосы, опускающиеся ниже плеч, полностью скрывали уши и щёки.

Заметив заинтересованный взгляд (а его мудрено было не заметить), Элия обратилась к Андрею:

— Что-нибудь ещё?

Робкая улыбка, немного грустный взгляд, чуть пухлые чувственные губы, нос с горбинкой и поразительные чёрные глаза.

— Эмм… да, — опомнившись, сказал Андрей, пытаясь быть уверенным, — да, кофе, пожалуйста.

Девушка достала из своего рюкзака термос, налила кофе Андрею и осталась ждать чего-то.

— Вы от меня ещё что-то хотите? — многозначительно спросил Казаков.

— Ну вообще-то да… денег.

Трапперы рядом заржали.

— Да ну вас, — рыкнул Андрей, хлопая по карманам и понимая при этом, что даже не знает, какая тут валюта в ходу.

— Успокойся, — улыбнулся Хетцер, и Элии: — Не обижайся на него, он вчера ревуна завалил, вот ещё не отошёл от победы. А деньги держи.

— Спасибо, — девушка ещё раз улыбнулась, принимая несколько серых монеток из руки траппера, — хорошо вам отдохнуть.

И удалилась. Андрею осталось только ей вслед смотреть.

— Кто она? — спросил он.

— Разносчица? Элия… у них тут целый свой цех имеется, — ответил Спиц. — В Городе не сталкерят, но по лесам окрестным шастают, лесных не боятся. Говорят, собирают ягодки, травки разные, товар у них самый лучший. Ты кофе попробуй.

Казаков послушался. Вкус оказался совершенно незнакомый и не похожий на кофе: пряный, с каким-то ягодным послевкусием, но совершенно точно очень приятный.

«Этот вкус я запомню», — подумал Андрей.

После обеда он по совету командира отправился к себе в комнату ещё немного отдохнуть — весь трапп ждала долгая ночная смена. Андрей честно пытался уснуть, но сон не шёл. Всё произошедшее за последние сутки крутилось в голове. И Элия эта… необычное имя, ещё бы, у всех тут необычные имена, и сама она необычная, надо бы с ней познакомиться получше. А когда у нас смена закончится, потом Хетцер нас что, опять в Город потащит?

Вот так, пытаясь собрать в кучу разбредавшиеся мысли, и лежал Андрей, пялясь в потолок, за этим занятием его и застала Шнабби.

— Привет! Ты что, тут забыла что-нибудь или Хетцер попросил чего?

— Я, вообще, тут живу, не заметил?

— Да, а, ну точно.

Три ведь койки, одна его, другая, по-видимому, Спица.

Шнабби меж тем сняла с себя майку, закинула на плечо полотенце, повернувшись спиной, расстегнула лифчик, на ходу спуская штаны, ушла в какую-то комнату. Вскоре оттуда донёсся шум душа.

Её поведение Андрея не оставило равнодушным, да, из головы не выходила Элиия, но со всеми этим приключениями он забыл, когда последний раз был с девушкой, да ещё нервотрёпка последних дней, адреналин и все дела. Кроме того, Андрей готов был поклясться, что во всём этом был намёк.

— А что, тут и вода есть? — будто даже против воли спросил Казаков.

— Есть, — донёсся ответ сквозь плеск душа.

— Серьёзно? Что, и горячая есть?

— Пойди проверь.

Андрей вмиг оказался перед ванной отдёрнул занавеску. Так и есть, Шнабби абсолютно голая мылась под струями воды, совершенно не стесняясь вошедшего мужчины.

— Что смотришь? — почти без кокетства спросила она.

— Нравишься, — ответил Андрей, чувствуя как учащается сердцебиение. — На тебя мудрено не смотреть.

О да, Шнабби могла понравиться: стройные ноги, упругая попа, тренированный живот, небольшая, но округлая грудь с острыми сосками, выразительное лицо, голубые глаза и волосы, потемневшие от воды, сделавшие её брюнеткой. Она напомнила Андрею другую брюнетку.

— Ну, раз нравлюсь, иди сюда, чего стоишь?

Снятие одежды у Андрея никогда не занимало много времени. Не стесняясь своего возбуждения, он зашёл в кабинку, прикоснулся к прохладной, но горячей коже женщины. Шнабби выгнулась, прижалась к нему своей попкой, вода по её спине стала стекать туда, где касались друг друга мужчина и женщина.

И всё-таки Андрей не хотел потакать этой горячей особе, которая так лихо развела его на секс. Своими ногтями он не спеша прошёлся по её спине. Шнабби только закусила губу, замерла, ожидая продолжения. Потом рука Андрея схватила её за грудь, пальцы сжали напряжённый сосок, прокрутили его. Снайперша выдохнула, попыталась сопротивляться, но была прижата к стене душа, рука мужчины скользнула по рельефному животу дальше вниз, и Андрей сорвал первый стон с уст девушки.

— Сволочь, ну что ты там тянешь? — потребовала Шнабби, за что удостоилась сочного шлепка по попе.

— Не командуйте, сударыня, вы не в том положении.

— Ах ты негодяй…

Шнабби прибегла к нечестному приёму, она опять выгнулась назад и прикоснулась к заведённому Андрею. Тут уже контролировать себя было невозможно. Шнабби тихо застонала, почувствовав мужчину, но сама подалась навстречу, стала подстраиваться под ритм. Андрей запустил руку ей между ног, другой сильно хватил за грудь, толкнулся ещё сильнее, укусил за ушко, и девушка забилась в сладких судорогах. Он сам после этого зарычал, сильнее прижался к Шнабби и вслед за ней испытал пик кайфа.

Андрей на руках вынес снайпершу из ванной, бросил на кровать, навалился сверху так, что прижал ноги девушки к её плечам, а она не выказала ни малейшего неудобства. Гимнастка, однако.

— Ты что, ещё хочешь? — спросила Шнабби, а сама блуждала руками по мужскому торсу, спине.

— Сейчас узнаешь.

На этот раз всё не так быстро, а размеренно. Андрей двигался не спеша, прислушиваясь к своим ощущением и своей партнёрши, уловив следы напряжения на её лице, перевернулся на спину и позволил ей самой выбирать темп и позу. И она выбрала что надо.

— В самом деле негодяй, загонял меня всю, — сказала Шнабби, лёжа на груди Андрея.

— Сама напросилась.

Снайперша куснула его в шею, Андрей никак не отреагировал, ему сейчас всё было в кайф.

— Тебе понравилось?

— Угу, — вяло ответил Казаков, с одной стороны чувствовал он себя прекрасно с другой.

Всё что случилось было как-то странно, а он, Андрей, никак в этом не разобрался. Легко поддался чарам Шнабби. Хотя Элия по-прежнему вызывало в нём возбуждение. Чарующая загадочная девушка. Андрей на секунду даже на испытал укол разочарования, что рядом с ним лежит не она. Да что с ним твориться, Шнабби тоже хороша, даже очень. И прикрывала его в бою.

— Может быть продолжение, — спросил он, целую женщину в шею.

Шнабби провела языком по его груди.

— Хорошего понемногу, тем более на дежурство скоро. Хетцер разозлиться, если мы опоздаем или придём уставшие.

— Кстати, а как Хетцер к этому отнесётся? Всё-таки там разложение состава, подрыв боеспособности?

Шнабби засмеялась.

— Ну что, он сам будет рад, что его боец разрядился, сбросил, так сказать, лишнее напряжение, перед боем это важно.

— Эмм… то есть он в курсе.

— Да.

— А Спиц, и Багор?

— Тоже, тебя это отталкивает?

— Да нет. А Лось и Гуга?

— Они ещё не заслужили, — Шнабби испытующее смотрела на Андрей.

А тот испытывал смесь чувств из злости, обиды, ревности и… благодарностью. В конце концов Шнабби искренне отдавалась ему, ничего не обещая. И им было хорошо вместе. А ещё всё встало на свои места.

— То есть ты что-то вроде приза, награды?

— Ну да. — Шнабби собрала волосы в пучок, подняла руки, вытянулась. — Хорошая награда?

— Даже очень, — Казаков погладил стройный живот, скользнул пальцами по грудям. — Получается, вы как бы семья.

— Мы трапп, клан, — девушка вздохнула. — Если ты вступаешь в клан, значит, ты вступаешь в семью. Здесь так.

— А там, ну за границей, в…

— В миру? Там всё как положено, семья: дети, муж. Он у меня тренер по биатлону, параолимпиец и стрелок. Он меня научил с винтовкой обращаться, но пять лет назад одни ублюдки ему позвоночник сломали.

— Прости.

— Ничего страшного. Главное, после этого я попала в Игру. А здесь, сам понимаешь, многое возможно.

— В смысле? Нам же вроде нельзя ничего выносить из Игровых зон.

— Ты ещё такой наивный. — снайперша села и посмотрела на него с высока во всех смыслах. — Для одних закон, для других рекомендация. А третьи… третьи вообще пишут эти законы для себя и пишут.

— Ты про третий уровень?

Шнабби засмеялась.

— Нет. Третьи маловаты. Ты непример знаешь, что для мастеров в учебке их работа, что-то вроде искупительного ценза.

— Как это?

— Ну не совсем конечно, что-то вроде: никто не может уйти вверх не поставив на предыдущую ступеньку кого-нибудь. То ли они должно положенное число новичков обучить, то ли из этого числа определённое количество должно получить новый уровень. Или вместо себя в учебке кого-то оставить. Не суть… я про то, что третий уровень они хоть крупные фигуры, не то, что мы, мешки, но есть кто выше.

Снайперша многозначительно воздела палец к потолку. Андрей честно пытался её слушать и даже осмысливать сказанное, но взгляд опять будто сам собой концентрировался на голой груди, а вслед за ним потянулась и рука.

Шнабби мягко её перехватила.

— Тебе сегодня в самом деле в поле работать. Выспись, как следует. Иначе если с тобой может что-то случиться и мы уже не встретимся, а мне понравились наши встречи. — Обнажённая, она приняла собранный и деловой вид. — Я душ, но теперь не вздумай за мной идти — отрежу всё лишнее, — и, прежде чем скрыться в ванной, она напоследок кинула: — Если ты думаешь, что тебе та лесная даст, то не обольщайся, она из чужого клана, и её вообще тут быть не должно.

— То есть?

Андрей хотел уточнить, что имела в виду Шнабби, но выяснять отношения с женщиной после секса не было никакого желания. Придёт время, он сам всё узнает.