Андрей увидел над собой белый потолок, ощутил знакомый неприятный запах больницы.

«Где же я?» — подумал он.

Его локти упирались во что-то твёрдое. Оглядевшись, он увидел, что лежит в ящике, похожем на гроб, только обложенном изнутри незнакомым упругим материалом. Потрогал лоб — никакой шишки. На шее ни малейших следов от железного ошейника. Аккуратно сел — голова совершенно не болела. Он лежал в уже привычной одежде от «THE GAME», но на теле не осталось никаких следов от былых приключений.

'Значит, это всё виртуальная реальность была, — подумал Андрей. — Матрица рулит.

Но как же всё реально было!'

В комнату зашёл клерк. Причём тот же самый, что встретил их в офисе.

— Доброго дня, вижу, вы пришли в себя, прошу следовать за мной.

— Куда?

— Ваш тьюториал закончен, вы можете ехать домой. Кроме того, — продолжил служащий, — вам надо получить свою одежду, оформить «призы» и так далее. Следуйте за мной.

Андрей переоделся в свою одежду в раздевалке, потом, следуя просьбе, вошёл в уже знакомую комнату офиса, где их оформляли в экстремальный тур. У стойки стоял Тармахин и что-то подписывал.

— Влад, здорово, живой. А Лизка где?

— Госпожа Акользина захотела остаться на Свободной территории. Вы можете с ней увидеться, если снова захотите войти в Игру, — вмешался клерк.

— Что⁈ Да чё ты гонишь, это просто ваша фиговая эвакуация не сработала. Ты…

— С ней всё в порядке, — бесцветным голосом сообщил Тармахин.

— Точно? — спросил Андрей.

— Да. Мы с ней разговаривали, — и клерку: — Я всё подписал. Могу идти?

— Да, конечно.

— Мне нужно на пять минут поговорить с Андреем.

— Как угодно.

Оба искателя приключений отошли в угол.

— Словом, Андрей, извини меня, — начал Влад.

— Не понял?

— Ну тогда, как мы выбрались из фьорда, мне утром вдруг приспичило. Я отошёл, смотрю, подбирается к тебе кто-то. Ну, сам знаешь, на что те парни способны. Вдвоём мы бы даже с ним одним не управились. В общем, кинул я пару веток в тебя, чтобы разбудить, и дёру. Так что извини.

— Да нормально всё. Сказать по правде, я бы так же поступил.

— Ну вот, тем более для тебя всё хорошо обернулось. Да и сам помнишь: новичков не убивают, — в словах Влада прозвучала горькая усмешка, — а я с Лизой говорил. Она на Свободной территории захотела остаться. Как я не уговаривал.

— А ты что же? — спросил Андрей.

— А я… я пришлю тебе деньги, как и обещал. Оставшиеся три тысячи, твой счёт я знаю. Пока.

Влад попрощался и вышел из офиса.

— Господин Казаков, если вы урегулировали свои личные дела, то нам надо уладить небольшие юридические формальности. Подойдите, пожалуйста, ко мне. Что ж, прежде всего позвольте поздравить вас, господин Казаков. Вы прошли на первый уровень Большой Игры. Теперь вы полноценный игрок, а это приз гораздо больший, чем те трофеи, которые вам удалось добыть.

— Прошёл, то есть меня не унёс этот… эвакуатор. Время истекло в тот самый момент, когда я в воду упал?

— Нет. Скажем так, в нашей организации действует правило, по которому новичка нельзя эвакуировать, если он находится в активной стадии Игры. Поэтому вам пришлось немного подождать.

— Да уж, немного. А Влад, он тоже получил статус?

— Нет, он не смог продержаться необходимый срок в Игре, но вернёмся к теме разговора. Мой долг ещё раз напомнить, что теперь вы полноценный игрок и имеете возможность войти в Игру без входного взноса и спутников. Для этого вам достаточно прийти в этот офис. Далее. В Игре вам удалось добыть некоторое количество материальных ценностей. Потребуется некоторое время на оценку их стоимости и конвертацию в валюту. После этого деньги будут переведены на ваш игровой счёт либо на вашу кредитную карточку.

— Вы и номер карточки моей знаете? — спросил Андрей. Клерк только многозначительно улыбнулся. — И сколько примерно я заработал в Игре?

— Ориентировочно пять-шесть тысяч евро.

— Ничего себе!

— То, что вы получили статус, гораздо важнее.

— Понял я уже. Куда мне теперь идти?

— Домой. Машины у вас нет, а ваш автобус прибудет на ближайшую остановку через семь минут, как раз успеете дойти.

— Секундочку, нас на Свободную территорию везли три часа в каком-то вагончике.

— Вы в своём родном городе, господин Казаков, — клерк улыбнулся, давая понять, что разговор закончен.

— Что ж, ясно. До свидания.

— Приходите ещё. Вам будут рады….

Андрей вышел из офиса на улицу. Привычный вид его города потряс. Такое ощущение бывает, когда выходишь из кинотеатра и видишь обычный мир, совершенно не тот, в который погрузился на экране. Только чувство, которое испытывал Андрей, было во много раз сильнее. Он включил плеер, воткнул наушники. Заиграла «Ария»…

Возле гаражей, прямо у поворота к жилому корпусу, где он жил, толклась шпана. Обыкновенная тройка приблатнённых молокососов, корчащих из себя крутых. Они были совершенно неопасны даже для Казакова, ещё не прошедшего обучения в Игре, а уж теперь-то тем более, но Андрей, проходя мимо, всё равно вынул один наушник. Один из шпаны что-то спросил у него. Андрей не ответил и буквально сразу освободившимся ухом уловил звук шагов за спиной. Прошёл ещё немного: его продолжали преследовать, тогда он резко развернулся. Так и есть: один из приблатнённых, прыщавый и худой, уже тянул руку к его плечу. Правда, конечность внезапно повисла в воздухе, когда её обладатель увидел лицо Андрея.

— Куда грабку тянешь? — осведомился он.

— Эй, чего куда? Ничё я не тяну, — молокосос спрятал руку за спину и ещё пытался храбриться.

Андрей добавил холода во взгляд и спросил раздельно:

— Ты, чего. За мной. Волочился?

И «надавил» взглядом. Паренёк инстинктивно отступил на шаг. Андрей последовал за ним и так, «поддавливая», привёл его к остальной компании. Шпана заметно перетрухала, но, скучковавшись, вновь обрела храбрость.

— Слышь, мужик, те чё надо? — спросил тот, что постарше и повыше.

Андрей оглядел всю компанию целиком и каждого по отдельности.

— Вы кто такие? — спросил он, проигнорировав вопрос. — Я вас раньше здесь не видел. А ну взяли руки в ноги и смотались отсюда быстро.

— Э, мужик, послушай, — из компании слева выдвинулся один с бутылкой пива в руке, явно намереваясь сократить дистанцию и затеять диалог. — Я не знаю, чего…

Андрей, не глядя, выщелкнул от себя пощёчину внешней стороной ладони прямо по наглой роже. «Парламентёр» согнулся и заскулил.

— Свалили все, пока ноги не переломал, — отчеканил Казаков.

— Всё поняли, уходим, — ответил старший.

— Ты… да я тебя урою, — запричитал блатной, которому пришлась плюха.

— Чего он сказал? — спросил Казаков.

— Всё нормально, мы уже сваливаем, всё нормально, мы врубились, — старший шпаны развёл открытые ладони и злым шёпотом товарищу: — Пасть закрой, Гнутый. Мы уходим уже, всё.

«Развелось всякой негоди», — подумал Андрей, глядя в спину уходящей шпане, и воткнул наушник обратно в ухо.

— Мама, я дома! — громогласно объявил он, вешая свою ветровку на вешалку.

— Сивка-бурка! Вернулся наконец-то, — вышла навстречу мать с половником, — беги быстрей в душ, а потом поешь, я как раз всё разогрела. Устал, наверное? — спросила она вслед проходящему сыну.

— Да, конечно.

Андрей покривил душой, физически он чувствовал себя превосходно: ничего не болело, даже застарелая рана на ноге не беспокоила, но вот дух его был измотан. Психика отказывалась принимать произошедшее, когда всё решалось там, в Мидгарде, — некогда было предаваться размышлениям, но сейчас, оказавшись дома, в спокойной обстановке, он волей-неволей пытался осознать свои приключения, и у него не получалось! Всё случившееся просто не укладывалось в голове, логика и здравый смысл элементарно пасовали. Осмысление событий, произошедших всего-то несколько часов назад, тяжёлым грузом ложилось на молодую личность.

А ещё ужасно, нестерпимо хотелось туда! Обратно в Игру! В этот дивный, полный всего необычного и нового мир! Андрей пытался отогнать это чувство, но у него плохо получалось, да он и не старался особо.

Прокручивая в памяти эпизоды прошедшей недели, Казаков яростно тёр мочалкой правую руку, и тут его ожидало новое потрясение.

За смытой струями воды пеной внезапно проступила татуировка. Андрей открыл рот от удивления: он точно помнил, что никаких татуировок не набивал! Тем не менее с его правой руки на него пялился зверь зелёного цвета, явственно напоминающий рысь или другую крупную лесную кошку.

Зверёк был изображён довольным, словно ему были приятны тёплые струи душа.

Несколько придя в себя от увиденного, Андрей провёл по татушке мочалкой, но зверёк и не думал исчезать. Только, как показалось, рожа стала ещё довольнее.

«Так-так, ну и дела, — подумал он, — хотя, чему удивляться, после мгновенного перемещения из древней истории обратно в офис. А тут какая-то татушка. Знать бы только ещё, что она значит».

Андрей несколько отстранённо, но весьма быстро поедал домашние угощения, мама по привычке сидела рядом, смотрела:

— Проголодался?

— Ага. Мам, я вот хотел показать, — начал Андрей, — я тут во время поездки татуировку сделал, небольшую. Тебе понравится. Глянь.

— Что, татуировку, ты серьёзно?

— Ну она маленькая, тебе понравится. Смотри.

— Куда?

— Как куда, я же тебе показываю, вот, — Андрей вытянул руку.

— Не вижу я никакой татуировки, шутишь, что ли?

— Да? Так она это… смывающаяся была.

— Вот разгильдяй, — покачала головой мама, — добавки будешь?

— Угу.

Инструктор-экстремал в глубокой задумчивости почесал себе затылок. Он татуировку прекрасно видел. Зелёный зверёк продолжал нагло скалиться, разве что не мурчал от удовольствия.

Поужинав, Андрей вернулся в свою комнату, проверил почту, отбил друзьям, что вернулся, а у самого не выходила из головы Стратегия. Ложась спать, он ещё раз посмотрел на руку: татуированный зверёк, положив голову на лапки, мирно спал.

«Ничего себе, он ещё и позу меняет», — напоследок удивился Казаков и провалился в сон, недавние события его вконец доконали.

Утром, бодрый и полный сил, Андрей сделал лёгкую гимнастику, кинул Оле привет в «ВК», сказал, что ждёт её нового приезда, и побежал собираться в «Отрыв». По идее, он должен был там угощать друзей, раздавать долги, веселиться и праздновать, но сейчас его интересовало только одно: кто, что может знать о Большой Игре. Может, кто-то там уже побывал и теперь тихарится?

От сборов его оторвала пиликнувшая эсэмэска. Пополнения на счёте. Ему на карту упало два перевода: три с половиной и пять тысяч евро. Первый наверняка от Влада, а второй от кого… от Стратегии. Помнится, служащий в офисе что-то говорил о выигрыше. Андрей глянул на татушку: хищный котяра стоял на всех четырёх лапах, словно собирался куда-то идти или что-то учуял.

«Ладно, потом разберёмся, сейчас главное информация», — решил Андрей и вышел из дома, напоследок сказав матери куда уходит.

В «Отрыве» ему встретились Лёха и Стёпка, последний по кличке Банан, прозванный так за вытянутую голову, обросшую пшеничной шевелюрой. Оба приятеля были знатными любителями выпить за чужой счёт, ну и потрындеть о последних новостях, а значит, являлись ценными источниками информации для Андрея. Вдвоём они сидели за столиком, пили соки и явно маялись бездельем. Кроме них, в баре никого из своих не было.

— Здорово, мужики!

— А, кто пришёл! — воскликнул Лёха, невысокий, крючконосый. — Слыхали, ты куда-то в турпоход ходил?

— Ходил-ходил, — ответил Андрей, присаживаясь, — Аркашу не видели, что-то его мобильник не отвечает.

— Вроде как он в Турцию свинтил, на месяц, — пробасил Банан, шириной плеч он превосходил Андрея и был в два раза больше Лёхи. — А что, долг тебе зажал?

— Скорее я ему. Слушайте, парни, — Казаков перешёл на шёпот, — вопрос у меня есть к вам интересный. С меня пиво.

— Ну так угости сперва, — резонно заметил Банан.

— Да, ты прав… Лилечка, две «светлых» и пожевать чего-нибудь.

— Будет сделано, Андрюша, — ответила милая блондинка в блузке и короткой чёрной юбке.

Лиля, двоюродная сестра Бори, работала в его баре официанткой. Хорошая, симпатичная девочка, но приставать к ней или делать излишне сальные намёки — никто не смел. Характер у её брата был спокойный, но крутой.

— Парни, вы ничего не слышали о Большой Игре? — спросил Андрей, когда пиво и закуска ополовинились.

— Чё?

— Песня есть ещё такая, — встрял Лёха, типа пошутил.

— Погоди, — остановил его Банан. — Что за Игра, конкретнее?

— Тема такая. Она называется ещё Стратегия. Тройку экстремалов забрасывают хрен знает куда, а через неделю они возвращаются неимоверно крутыми, где были, не говорят, но, шадец как офигенно прошло, всем рассказывают.

Друзья переглянулись.

— Нет, о таком мы ничего не слышали, — ответил Лёха.

— Ну, может, пропал кто недавно. Пообещал денег много поднять и исчез.

— Не знаю, я бы слышал о таком, по идее, тебе лучше об этом у Бори-бармена спросить, — сказал Лёха.

— Ладно, и на том спасибо, если услышите что-то похожее, позвоните.

«Если эти двое не знают, значит, и остальные не слышали ничего или совсем держат язык на замке», — решил Казаков.

— И ещё, последний вопрос: видите что-нибудь?

Он засучил рукав, открыв друзьям татуировку. Те удивлённо посмотрели на него.

— Чего мы должны видеть? — несколько обиженно спросил Банан.

— Ничего, проехали, без обид. Ещё свидимся, я пока тут буду.

— Странный ты какой-то, — заметил Лёха напоследок.

— Что есть, то есть.

Андрей подошёл к стойке:

— Боря, сколько я должен тебе?

И, расплатившись, задал бармену всё тот же вопрос: не знает ли он о Стратегии. Боря сначала молчал долго, потом ответил:

— Я знаю, что это очень крутые ребята. Очень. И это всё, что я бы хотел о них знать.

Ни убавить, ни прибивать, как говорится.

— Понятно. Когда Аркаша вернётся, не знаешь?

— Говорил, через три недели, ещё сказал, что ты ему пиво должен.

— Это само собой. А ты, если узнаешь что-то интересное, ну ты понял. Маякни мне, хорошо? Я в долгу не останусь, видишь, богатый теперь. Ну бывай.

Раздумывая, Андрей бродил по городу, и ноги сами принесли к спортзалу, где он занимался карате. Изнутри, сквозь старые окна, доносился шум: каратеки долбили по грушам и макиварам. Он зашёл в раздевалку, встретил там Диму Васильева, Василича, если по-простому, бритого мускулистого улыбчивого парня.

— О, какие люди, казаки пришли, — с хлопком Дима пожал руку Андрею. — Что, захотел прийти проведать.

— Да так, соскучился.

— Ну понятно, — Дима расплылся в заразительной улыбке.

— Сэм здесь?

— Да, пока за молодняком глядит. Через десять минут наша смена начинается.

Самуил Марушев, или просто Сэм, тренер, сэнсэй и основатель школы окинавского карате в их городе. Он своим трудом с нуля создал секцию, и Андрей был одним из первых его учеников. И хоть потом бросил, дружбы не растерял, периодически заходил в зал, как сейчас.

Сэм сидел, скрестив ноги, и смотрел, как ребятишки выполняют последние упражнения. Идеальная осанка, высокий лоб, большие круглые глаза, тонкий нос, который никогда не был сломан, бородка «якорем». Тренер, заметив Андрея, приветственно махнул рукой.

Школьники убежали в раздевалку, наступило время старших учеников. Одежда у Андрея была не слишком подходящая для занятий, но Сэм, по крайней мере для старших, следовал китайкой мудрости: «тренируйся в том, в чём ходишь каждый день, иначе в бою тебя могут ждать неожиданности». С каждым из пришедших Сэм поздоровался. Когда дошла очередь до Андрея, задержал рукопожатие, глядя ему прямо в глаза, но ничего не сказал.

Тренировка прошла, если описать одним словом… оф-фиген-но. У Андрея получалось всё! Элементы ката и боевых связок сами собой всплывали в памяти, тело слушалось великолепно. И в каждом упражнении он теперь сразу угадывал скрытый боевой смысл. Кое-что он даже и изменил: для большей эффективности подстроил под себя.

После тренировки Сэм попросил его задержаться:

— Поработаем шестами? — предложил он.

О, от такого предложения нельзя было отказаться. Шест в руках Сэма творил чудеса. Тренер спокойно мог в одиночку стоять против трёх своих самых сильных учеников. Причём работать не насмерть, а реально, но аккуратно. И понятно, ученики не были бездарями, просто… ну талант был у Сэма к этому оружию. И Андрей показал на что способен.

— Я бы тебя поставил на экзамен, на первый дан, через месяц, когда из Москвы представительство приезжает, — сказал бывший наставник, потирая ушибленное плечо. — Но ты ведь не согласишься?

— Нет, не то чтобы не хочу, дела у меня, скорее всего, буду занят через месяц.

— Понимаю, — Сэм посмотрел на правую руку Андрея, где под рукавом была скрыта татуировка, невидимая для обычных людей. — Будь осторожен, друг, впереди тебя ждёт интересная судьба.

— Сэм, вот за этим я и пришёл, я хотел спросить…

— Не спрашивай. Всё равно я ничего не знаю. Уж точно знаю меньше тебя. Это твой путь, и он не хуже других, иди по нему.

— Тогда… может, ты пойдёшь со мной?

Сэм задумался.

— Нет, у меня тоже свой путь. Возможно, когда-нибудь наши пути пересекутся, но сейчас нет. Удачи тебе, Андрей. Мне нечему тебя учить, могу только сказать, будь всегда бдителен и осторожен — эти качества никогда не бывают лишними.