Приставив к Фридриху Ширин в качестве телохранительницы, Стефан перестал переживать за безопасность приятеля. Судя по следам, оставленным демоном на местах нападений, демон был относительно слабым, по меркам Стефана. Для Фридриха он всё равно представлял опасность, но для Ширин, это был не соперник.

Однако и про себя любимого забывать не стоило, до объявления Императорского Указа, лишающего барона Гуго Церингена всех привилегий дворянского сословия, оставалось немногим больше суток, и Стефан понимал, что следующее нападение будет не чета предыдущему. Теперь противники подготовятся основательно.

Поскольку по дороге домой нападения не случилось, то ясно было, что следовало ожидать ночного штурма особняка.

К ночной атаке Стефан был готов. Особняк и окружающий его парк были укрыты мощными сигнальными и защитными формациями. В распоряжении Стефана находилось около сотни сильных бойцов, включая опытных боевых магов.

Стефан ожидал, что несмотря на то, что особняк располагался в довольно оживлённой части столицы, штурмовать будут большими силами и в средствах нападения стесняться не будут. Противники располагали значительными ресурсами и у них были сильные маги, которые наверняка накроют особняк и окрестности Пологом Отрицания или другим мощным заклинанием, которое делает недоступным для наблюдения происходящее внутри зоны действия заклинания. Поэтому нападающие будут уверены, что никто из властей не обратит внимания на происходящее, и не вмешается до того, как обороняющиеся будут уничтожены.

Спать в эту ночь никто не собирался, все готовились к обороне.

Сам Стефан ближе к полуночи опять вышел на балкон, обращённый в сторону Подпирающей Небо, и медитировал. Теперь он тянул магическую энергию непосредственно из Жаровни. Стефан использовал поток небольшой интенсивности, отрабатывая взаимодействие энергии Жаровни с энергией Источника Султаната.

Однако при этом Стефан не переставал пристально следить за округой и засёк накапливающиеся боевые отряды противника намного раньше, чем дозорные из охраны особняка.

Силы для ночной атаки противник задействовал значительные. Пятьсот бойцов давали атакующим пятикратное численное преимущество. Но куда более грозной ударной силой были пятьдесят боевых магов. Причём Стефан определил, что в ночном штурме задействованы аж целых два Архимага.

Штурм начался около трёх часов ночи. Пользуясь численным преимуществом, противник атаковал сразу с трёх сторон. Две группы возглавляли Архимаги, а в третьей группе, которой Архимага не досталось, было сосредоточено большинство остальных магов.

Внешний защитный контур не выдержал напора, и отряды противника просочились на территорию парка, где начали увязать из-за большого количества магических ловушек.

Сразу до рукопашной дело не дошло, поскольку началось активное магическое противостояние. Вражеских магов было намного больше, но боевые маги отряда Стефана были сильнее и опытнее. Среди них были даже два Архимага, которые пока не показывали своей истинной силы, сосредоточившись только на том, чтобы сдерживать дальнейшее продвижение противника, при этом сами не атаковали и не применяли особо мощные заклинания.

Появились первые потери. В основном у нападавших, среди обычных бойцов, попавших под магические удары. В то время как бойцы Стефана имели дорогие мощные защитные артефакты, которые пока спасали их от случайных заклинаний, которые не успевали отклонить маги обороняющихся.

Сам Стефан противостоял одному из отрядов, возглавляемых вражеским Архимагом.

Архимагами герцога были Мрачный и Безумный, их имена говорили сами за себя, личности эти были весьма неприятными и не совсем адекватными. Сейчас Стефан бился с Мрачным, который уверенно его теснил. Мрачный решил, что противник ему достался не особо сильный и вскоре будет повержен.

Стефан отступал под напором вражеского мага, но по какой-то странной траектории. Он двигался по некой дуге, огибающей особняк. В результате чего, в конце концов, его оттеснили в сторону отряда, возглавляемого другим Архимагом герцога, Безумным. Теперь Стефан оказался в крайне невыгодном положении, зажатый между двумя вражескими Архимагами, которые принялись атаковать его с удвоенным рвением, уверенные, что ещё пара минут и они прикончат главную цель ночного штурма.

В пылу сражения Архимаги герцога не обратили внимания на странное поведение обороняющихся. Вместо того чтобы грудью встать на защиту своего вожака, бойцы и маги Стефана отступили, оставив его во вражеском окружении, против уже подступивших к нему почти вплотную Архимагов противника.

Когда Мрачный и Безумный поняли, что дело нечисто, был уже поздно. В пространственно-временном континууме образовался разрыв, и Стефан вместе с обоими Архимагами провалились в провал Межмирового портала.

* * *

Император Аменемхет Мудрый опять стоял на крытой галерее дворца, взирая на раскинувшуюся внизу столицу. Но наблюдал в этот раз за происходящим он магическим взором.

Несмотря на поставленный магами герцога Полог Отрицания, он видел бушующие под куполом магические потоки от схватки и ощущал, как тянут энергию Жаровни сражающиеся маги.

Не один Император заметил возмущения магических полей в столице, бушевавшую в магическом эфире бурю, ощутили многие сильные маги.

Император знал, что происходит там внизу. Тайная Канцелярия своевременно уведомила его о предстоящем этой ночью сражении. И хотя подобные вещи в столице жёстко пресекались, но сейчас никто не торопился вмешиваться в ход схватки.

Причина была в том, что Императора беспокоило неустойчивое положение, сложившееся в государстве. С одной стороны, готовящееся вторжение армии Королевства Ночи и ночные бесчинства, творимые диверсантами врага, а с другой стороны, таинственные заговорщики, планомерно устраняющие сторонников Императора.

Ситуация была непростой, поэтому Императору приходилось действовать осторожно.

Имперская Канцелярия уже подготовила Указ о лишении барона Гуго Церингена всех прав и привилегий. И если ничего непредвиденного не произойдёт, то Император будет вынужден подписать этот Указ, иначе дворянство взбунтуется, поскольку затронуты вопросы чести. Но это значило нажить непримиримого врага престола в лице могущественного герцога Людвига Церингена, в лояльности которого и так имелись большие сомнения. Накануне большой войны, это было бы весьма неосмотрительно.

Возможно, если бы противником барона на дуэли был кто-то другой, то вопрос можно было бы урегулировать, вряд ли бы кто-то их подданных Империи отказал Императору в просьбе проявить благоразумие и заключить мировое Соглашение с семейством Церингенов, тем более что герцог готов был щедро заплатить.

Но в данном случае, речь шла о подданном другого государства. И не просто соседа, а могущественного соседа и союзника, помощь которого может оказаться решающей в предстоящей войне. Что касается личности Паши Стефана Буревестника, то предпринимать против него резкие действия, вроде высылки из страны, или запугать его, было чревато крупным скандалом.

С кем-то другим, возможно, это бы и сработало. Но Император был осведомлён, что этот Паша тесно связан с официальной Наследницей Султана, Мадиной Суровой. А дама та была весьма решительной и своенравной, и в случае открытых враждебных действий со стороны властей Империи в отношении её ближайшего соратника, Султанат легко мог превратиться из союзника, во врага.

Именно поэтому Император и предпочитал в данный момент бездействовать. Если нападение на дом Паши Буревестника пройдёт успешно и закончится гибелью последнего, то некому будет настаивать на подписании взрывоопасного Указа. Султанат в этом случае, конечно, выразит протест, но поскольку Император напрямую не причастен к противостоянию Герцога и Паши Стефана, то дело можно будет уладить малой кровью.

Если же ночной штурм провалится, то пусть Герцог сам выпутывается из сложившейся ситуации. Главное сейчас выиграть время, советники работают над поиском вариантов как выпутаться, чтобы не подписывать Указ, глядишь, чего и придумают.

* * *

Провалившись через Межмировой портал, Стефан и два вражеских Архимага оказались в месте мрачном и странном. Каменистая пустыня, где дул пронизывающий ветер, едва освещаемая тусклым светом багрового солнца и нагромождения беспорядочно разбросанных скал.

Мрачный и Безумный враз растеряли всю свою самоуверенность. До них вдруг дошло, что даже если они победят Стефана, то вернуться обратно домой не смогут, поскольку сами они не владели искусством построения подобных порталов.

И если первоначально в голове более разумного Мрачного мелькнула мысль о переговорах, то она была сразу же отброшена, поскольку Архимаги герцога испугались, что Стефан сбежит, оставив их в безвыходном положении.

Они единодушно решили, что сначала надо ранить Стефана и захватить его в плен, а уж после договариваться, но уже с позиции силы. Поэтому навалились на противника с удвоенной силой.

Стефан пока только оборонялся. Он мог бы прикончить обоих противников или действительно убраться с места сражения, построив очередной Межмировой портал, но предпочёл действовать по-другому.

Оба Архимага предпочитали в основном стихию огня, и хотя их атакующие заклинания были мощными, но довольно однообразными. Они привыкли подавлять противников мощью, но со Стефаном такой подход не срабатывал. Он по большей части просто отклонял огромные огненные шары или струи пламени, не тратя при этом много энергии.

Сам Стефан изредка бил по противникам в основном молниями, похоже не особо стремясь пробить их защиту. При этом удары молний сопровождались страшным грохотом, от которого тряслась даже каменистая почва. Складывалось впечатления, что Стефан стремится не столько поразить противников, сколько создать побольше шума.

Причина такого поведения Стефана вскоре стала ясна, поскольку на шум отреагировали местные обитатели. Мир, в котором оказались сражающиеся, явно принадлежал или к демоническим, или к тёмным Мирам, и пожаловавшие на шум схватки твари, явно не имели ничего общего с человеческими Мирами.

Из-за нагромождений скал, с разных сторон появилось с десяток бронированных ящериц, размером под десять метров каждая. Они неспеша вразвалку приближались к замершим противникам, окружая их со всех сторон.

Сражение внезапно замерло, и Архимаги настороженно наблюдали за приближающимися новыми противниками. Когда монстры приблизились, маги попытались их атаковать, но оказалось, что твари неплохо защищены против магии. И главной их защитой была не бронированная шкура из мощных костяных пластин, а магия, которой, как оказалось, бронеящеры обладали.

Вспыхивающие силовые экраны отражали большую часть направленных на них заклинаний. А те магические удары, которые преодолевали силовую защиту, по непонятной причине не причиняли тварям особого вреда, поскольку магическая энергия растекалась по костяной броне, подобно большим кляксам. Броня ящеров оказалась с подвохом, поскольку обладала непонятным свойством рассеивать концентрированные сгустки магических заклинаний.

При этом сами бронеящеры, как оказалось, обладали мощной атакующей магией, что они и продемонстрировали, приблизившись на близкое расстояние. Чем-то эта магия была схожа с магией, приписываемой драконам. Ящеры тоже умели изрыгать струи жгучего пламени, которые Архимаги отражали с трудом.

Им уже было не до Стефана, которого бронеящеры почему-то не атаковали, и даже складывалось впечатление, что они стараются держаться от него подальше.

Архимагам было неведомо, что Стефан держит тварей на расстоянии с помощью магии, но совершенно особого рода. Стефан генерировал направленные звуковые волны на частотах, которые человеческий слух не воспринимал, зато вызывал у бронеящеров сильные боли и потерю ориентации, а также нарушал их способность творить магию. Поэтому твари, попав под воздействие таких звуковых направленных ударов, старались держаться от Стефана в стороне.

Стефан некоторое время с интересом наблюдал за потугами Архимагов отбиться от бронеящеров. Затем, видя, что дело идёт к концу, поскольку внутренние запасы магической энергии у обоих магов стремительно таяли, а местная магическая энергия была весьма специфической, и к её использованию надо было ещё суметь приноровиться, обратился к противникам, усилив голос магией:

— Ладно, господа. Вижу, что вы сильно заняты, поэтому не буду вас отвлекать. А мне уже пора, дела не ждут, поэтому вынужден откланяться. Счастливо оставаться, развлекайтесь.

И Стефан, насвистывая весёлый мотивчик, зашагал прочь от кипящей схватки. Отойдя на безопасное расстояние, Стефан создал Межмировой портал, через который благополучно отбыл из этого мрачного Мира, оставив двух незадачливых противников в состоянии всё нарастающего отчаяния.

Вернувшись обратно в парк особняка, Стефан увидел, что обстановка за время его отсутствия не сильно изменилась. Напор атакующих после внезапного исчезновения Архимагов, которые составляли основную ударную силу нападавших, заметно спал, и они топтались на месте, вяло обмениваясь ударами с магами защитников.

Вступать в полноценное сражение и рисковать своими людьми Стефан не хотел. А использовать по-настоящему убойную магию в столице Империи тоже было как-то не с руки. Поэтому Стефан использовал достаточно редкий, но тем не менее эффективный вид магии.

Сложную ментальную магию маги применяли редко. Способности к такой магии встречались редко, да и в работе она была, пожалуй, чересчур сложной. Особенно когда воздействовать нужно было не на отдельного человека, а на нескольких людей одновременно, не говоря уже о больших группах людей. Зато и защитой от такой магии мало кто владел даже из числа сильных магов.

А вот Стефану хватало и умения, и магической мощи. Поэтому он ударил ментальной волной, накрыв окружающий особняк парк. Так как использование такой магии в ночном сражении Стефан планировал заранее, то его люди имели мощные защитные амулеты, снижающие воздействие ментальных заклинаний. А вот нападающим не повезло.

Сначала бойцов противника и большинство магов, которые послабее, охватила беспричинная паника, а потом у них начались галлюцинации, и нападающие начали сражаться друг с другом. Воспользовавшись возникшей неразберихой, маги защитников, и бойцы с артефактными луками и арбалетами, атаковали магов противника, которые пытались блокировать ментальные атаки и быстро их перебили.

Тем временем остальные бойцы противника активно истребляли друг друга. Дождавшись, когда примерно половина атакующих пала, Стефан снял ментальное воздействие, его люди отступили поближе к особняку, а маги, вместе со Стефаном, окружили их мощным энергетическим барьером, отгородив от бойцов противника.

Пришедшие в себя, выжившие командиры противника, обнаружили, что половина их бойцов убита или ранена, а боевые маги почти все истреблены. Продолжать в такой ситуации штурм особняка, после таких потерь, было бессмысленно. Единственное, что могли сделать уцелевшие, это, убедившись, что люди Стефана их не атакуют, собрать своих раненых и тела убитых и покинуть поле боя.

Стефан и его люди им в этом не препятствовали. И вскоре только почти полностью разрушенный парк, напоминал о случившемся здесь сражении. Потерь среди бойцов Стефана почти не было, только несколько раненых, которым маги и целители своевременно оказали помощь. Особняк, в отличие от парка, совсем не пострадал.

Удар Герцога цели не достиг, и в запасе у семейства Церингенов оставались всего сутки.

Но Стефан понимал, что расслабляться не стоит.