Он так вкусно пахнет. Пахнет так, как моя собственность.

Приземлившись на одну лапу, стараясь не раздавить свое сокровище, я опустил их на траву. Наклонив голову, я высунул язык, впитывая еще больше ее сладкого аромата. Моя грудь заурчала от удовлетворения. Они все еще были связаны вместе, оба смотрели на меня снизу вверх с широко раскрытыми испуганными глазами.

Она пахнет демоном. Он пахнет человеком. Они пахнут вкусно. Я поднял коготь, протягивая руку к узлу на земле, и она взвизгнула, когда я разрезал лианы, связывающие их. Он вскочил, потянулся к ней, но я был быстрее. Это сокровище теперь принадлежало мне.

Я зарычал на мужчину, оттесняя его от того, что принадлежало мне.

«Слоан!» — закричал он.

Кто?

Я фыркнул на него, дым вырвался из моих ноздрей. Идиот попытался броситься вперед, к моему драгоценному сокровищу. Схватить его с земли было достаточно легко; мне просто нужно будет сделать клетку для этого человека. В конце концов, он сам был довольно красивым сокровищем.

Самка заплакала, когда я держал мужчину в плену, но я не обращал на это внимания. Чем скорее я его обезопашу, тем скорее смогу удовлетворить эти... позывы.

Я выдохнул круг огня и осторожно опустил мужчину в центр. Он ругался, кричал и возмущался, но он не мог сделать ни хрена.

«Слоан, пожалуйста», — закричала самка позади меня, и я развернул свое огромное тело, глядя на ее форму. Изумрудно-зеленые переливающиеся крылья, маленькие черные рога, хвост... но это были не самые интересные особенности. Ее полные груди почти обнажались над черным топом, один из ремешков был уже разрезан. Ее бедра раздавались так, что я был уверен — она идеальная пара. Она сможет принять меня.

«Слоан», — прошептала она, отступая от меня, когда я преследовал ее. Она была как бабочка — я поймал ее и теперь буду любоваться ее красотой все свои дни.

Красивая самка отступила к дереву, как раз когда я добрался до нее. Я почувствовал ее страх в воздухе, но также и что-то еще. Ее любовь. Любовь к кому? К мужчине в огненном круге?

Я сердито стукнул хвостом. Нет. Эта самка была моей. Прежде чем она успела среагировать, я осторожно разрезал когтем ее топ, задев и нижнее белье. Ее тяжелые груди выпали наружу, и я зарычал от одобрения, мое сердце забилось быстрее в моей огромной груди.

«Слоан, — заскулила она. — Пожалуйста, вернись ко мне. Вернись к нам». Она смотрела прямо на меня, но ее слова не имели смысла.

Потянувшись за ее лодыжкой, я дернул, и она соскользнула вниз по дереву. Я слышал мужчину вдалеке, поднимающего шум.

«Не делай этого», — закричала она, ударив меня по морде. Я фыркнул от наглости. Мои когти быстро справились с ее штанами, и я сел на корточки, чтобы полюбоваться своим сокровищем.

«Ты совсем меня не помнишь?» — прошептала она, слезы на ее красивых красных щеках.

Помню ли я ее?

Ее руки потянулись к моему лицу, и я оттолкнул ее головой. Маленькие руки. Мягкие, нежные руки. Я не причиню ей вреда. Я бы никогда...

Ее зеленые глаза сверкали в лунном свете, как звезды, а ее рыжие волосы выбились из пучка, развеваясь вокруг головы, как нимб. Красивое, красивое сокровище.

Расположиться над ней было задачей, но она не сопротивлялась. Она продолжала говорить о каком-то Слоане и о том, как сильно она его любит. Пара. Пара. Вот и все, что моя голова кричала мне; это было единственное, что я мог слышать сквозь стук моего сердца, которое, казалось, вот-вот вырвется из груди. Ее маленькая фигурка подо мной выглядела нежной и хрупкой — как я собирался достичь своей цели? Я должен оплодотворить ее и сделать полностью своей. Мое тело готово. Возможно, перевернуть ее будет лучше.

Фыркнув, я подтолкнул ее перевернуться с помощью своего большого когтя.

«ПРОКЛЯТЬЕ, СЛОАН! ОЧНИСЬ, БЛЯДЬ!» — закричал мужчина.

Боги, как бы я хотел, чтобы он заткнулся.

«ХОЗЯИН!»

Я замер.

«Инферно! Инферно!»

Стоп-слово. Мой... питомец?

«Слоан, мы любим тебя. Вернись, детка, пожалуйста, пожалуйста», — умоляла самка.

«Инферно, Хозяин. Хватит!»

Мое сердце начало замедляться впервые с тех пор... Я даже не мог вспомнить, когда. Я покачал головой. Это было так, будто открылась невидимая клетка, и вдруг я понятия не имел, где я, черт возьми, нахожусь.

Посмотрев вниз, я увидел Рыжую подо мной, голую и в слезах.

Нет. Слоан, что ты, блядь, наделал?!

Я издал скорбный рев и отпрянул, подальше от нее. Подальше от женщины, которую поклялся защищать. Они оба были так ужасно замучены и избиты в той лаборатории, пока я был вынужден беспомощно смотреть... и теперь я делал то же самое? Я даже запер Фишера в огненном кольце, чтобы он не мог помешать. Боже. Я гребанный дракон, а она женщина. Мой разум кружил от образов, которые я предпочел бы никогда больше не вспоминать.

Внезапно я не мог дышать, и все звуки были как под водой. В моей голове проносились вспышки того, что я видел в лаборатории, того, как я только что разрезал одежду Рыжей, даже того, как я предал всех до этого.

Со мной будет покончено. Я буду, в этот момент.

Я смутно заметил маленькие вспышки огня, загорающиеся на моем теле, прежде чем они быстро гасли, только чтобы появиться в другом месте.

Я теряю контроль.

«Эй, эй». Успокаивающий голос Фишера окутал меня, как утяжеленное одеяло. «Дыши, детка. Ты в порядке. Тсс».

Мой взгляд метнулся по окрестностям, и я обернулся, чтобы посмотреть на Фишера. Я не мог смотреть на Рыжую сейчас. Если бы я сделал то, что выглядело, я бы бросился с этой горы, как только найду обрыв.

«Ты не сделал того, о чем думаешь», — сказал он мне. «Тебя накачали наркотиками в той лаборатории, и мы вытащили тебя оттуда. Но ты не причинил нам вреда».

Я все еще не помнил. Последнее, что я мог вспомнить, это как Энни показала мне свою картину, хотя сам рисунок был смутным в моей памяти. О боги, Энни... Где теперь эта маленькая девочка?

«Слоан. Посмотри на меня. Пожалуйста?» — мягко спросила Рыжая, ее голос немного охрип от криков. Я закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. Мне нужно было подготовиться к тому, что я собирался увидеть. Медленно я открыл их и осмотрел окрестности, заметив каменистый уступ. В глазах собирались слезы, потому что я знал, что мне придется сделать, как только я увижу ее. Непростительно. Недопустимо.

«Детка, пожалуйста», — прошептала она, и ее слова дрогнули от мольбы.

Я медленно повернул свое огромное тело, найдя ее перед собой. Ее голое тело было исцарапано о лесную подстилку, но я не видел никаких травм. Кроме того, что она была голой и расстроенной, Рыжая не выглядела физически пострадавшей. Если бы я действительно занялся с ней разведением, она бы точно пострадала. Огонь, удерживающий Фишера, теперь прогорел достаточно низко, чтобы он мог перепрыгнуть через пламя. Он бросился вниз и обнял нашу женщину, глядя на меня своими проницательными карими глазами.

«Слоан». Мягкий голос Сейдж вырвал меня из мыслей, и я наблюдал, как она осторожно движется ко мне. Лунный свет, пробивающийся сквозь деревья, освещал ее тело и волосы, заставляя ее сиять, как богиня, которой она была. Она остановилась прямо передо мной, ее рука потянулась к моей морде, и я старался стоять как можно неподвижнее. Последнее, чего я хотел, — напугать ее еще больше, чем уже напугал. Я не мог поверить, что она все еще хочет быть рядом со мной.

«Превратись обратно, любовь моя. Вернись ко мне», — прошептала она. Фиш подошел к ней сзади и положил свою руку поверх ее ладони на мою чешуйчатую щеку.

«Ты нам нужен». Слова Фиша ударили меня в сердце, как самая острая стрела. В последний раз, когда я видел его, он был ужасно избит, его лицо обезображено от жестокого обращения. Как он мог быть здесь сейчас, выглядеть как ангел-мститель, пришедший спасти мое жалкое сердце?

Если я превращусь обратно, эти люди могут снова причинить им вред. Заставить меня смотреть...

«Слоан. Мы здесь, не прячься». Рыжая погладила мою щеку, и слеза, упавшая из ее глаза, была для меня последним ударом по сердцу. Моя кожа зачесалась и зазуденела, человек внутри меня хотел успокоить ее, прижать обоих моих любимых к себе.

«Вот так», — подбодрил Фишер. Я мог только представить, что они увидели, глядя на меня в тот момент.

За время, пока мое сердце билось один раз, я оказался голым, лежащим в грязи. Рыжая вскрикнула и бросилась на мое тело, обхватив меня, как обезьянка.

«Слоан, о боги, детка», — заскулила она, когда мои руки обхватили ее за талию, прижимая к себе. Я вдыхал ее кокосовый и ванильный аромат, чувствуя, как ее сердце бешено колотится в груди. Черт.

Две руки скользнули под мои плечи, чтобы приподнять меня, Фишер опустился позади меня, зажав меня между ними. Его мягкие губы коснулись моей шеи, когда он уткнулся лицом в меня. Мы все вместе выдохнули с облегчением. Что-то мокрое коснулось моего плеча, и я понял, что Фиш, мой мальчик, плачет.

Повернувшись немного, крепко держа свою женщину, я потянулся вверх и запустил руку в его пышные волосы. Наши глаза встретились через плечо, и эмоции в его взгляде просто уничтожили меня.

«Ты...» — начал он, и я резко заткнул его, прижав наши губы. Слишком долго я не мог поцеловать его так, как мне нравилось.

Он застонал, когда мой язык ворвался в его рот. Ему не нужен был дополнительный стимул, его собственный язык встретил мой с нетерпением и страстью. Я слегка укусил его нижнюю губу и отстранился, снова глядя на него.

«Красивый», — хрипло сказал я. Рот Фиша приоткрылся от моих слов, и я понял, что, вероятно, никогда прямо не говорил ему, как он дорог мне. Да, я наконец вытащил голову из задницы и признался в любви к этому мужчине, но у нас никогда не было ничего подобного... Ничего, выходящего за рамки сессии или сцены, и, черт возьми, я хотел этого с ним. И с ней.

«Мне так жаль», — сказал я им обоим, опуская голову. Мне было чертовски стыдно. «Все эти избиения, изнасилования, пытки...»

«О чем ты говоришь?» — выдохнула Рыжая, взяв мое лицо в обе руки. Ее большие зеленые глаза искали ответы. «Они сделали это с тобой?»

Мой лоб нахмурился. «Что? Нет. Они сделали это с тобой. С Фишером».

«Нам никто ничего не делал. Мы здесь всего полдня», — объяснил Фиш.

Я усмехнулся без тени юмора. «Должно быть, я схожу с ума», — сказал я, совершенно сбитый с толку.

«Что случилось?» — мягко спросила она, опуская руки на мою грудь, когда Фиш обнял меня за талию, прижимаясь щекой к моей лопатке.

«Если я превращался из дракона обратно в человека, они заставляли меня смотреть, как они делают ужасные вещи. Ничто из того, что я делал — кроме того, что оставался драконом — не мешало этому. Если я не делал то, что они просили, они наказывали вас обоих. Я думал...» — Мой голос дрогнул, когда образы ужасов, которым я подвергался, пронеслись в моем сознании. Я быстро моргнул, когда лицо Рыжей на моих глазах трансформировалось из ее обычного потрясающего вида в избитое и в синяках, окровавленное до неузнаваемости.

«Нет. Нет. Нет!» — выругался я, вскакивая и отступая от них.

«Слоан, все в порядке. Все в порядке». Голос Фишера успокаивал меня, но слишком ненадолго.

«Помоги ему, Фишер, пожалуйста», — закричала Рыжая, выглядя все более и более раненой.

«Оставайтесь сзади. Я должен превратиться. Превратиться. Превратиться. ПРЕВРАТИТЬСЯ!» — Я расхаживал, проводя руками по волосам. Я не мог причинить им вред. Я не мог.

«Слоан, посмотри на меня», — крикнул Фиш, и мои глаза метнулись к нему. «Хорошо, так хорошо. Я помогу тебе, но ты должен понять, что все, что ты там видел, было ненастоящим».

«Это было настоящим! Я знаю, что видел! Это было так же реально, как этот момент здесь и сейчас!» — закричал я, отступая от них.

«Ты истекаешь кровью», — встревоженно сказала Сейдж, когда что-то влажное потекло у меня изо рта. Тыльной стороной ладони я вытер это и увидел ярко-красный цвет. Идеальное время для кровотечения из носа.

Мое сердцебиение снова начало замедляться, и успокаивающий груз опустился на мои плечи. Мои колени подогнулись, и я упал на землю.

Фишер и Сейдж снова обнимали меня, проводя руками по моей коже, шепча слова, которые в данный момент не имели для меня смысла. Я не знаю, что реально. Что реально?

«Мы реальны. Это реально. Ты сбежал, и они, должно быть, обманули тебя с помощью оборотней или чего-то в этом роде», — предположила Сейдж, целуя меня в грудь. Она чувствовалась такой хорошей.

«Мне так жаль, Рыжая. Я чуть не... раньше, я имею в виду, я не хотел...» — Проклятье, я не мог даже говорить, когда думал о зверстве, которое чуть не совершил.

«Мы знаем это, Слоан. Тебя накачали адреналином. Они заполнили твою клетку им, и это что-то спровоцировало. То, что чуть не произошло, не на тебе, чувак. Это на них. На твоем гребаном отце», — прорычал Фишер.

Мой отец. Рык вырвался из меня, прежде чем я успел его проглотить.

«Он мертв».

Я поднял глаза, мой взгляд метался между двумя людьми, о которых я заботился больше всего на свете.

Слова, когда они пришли, были не более чем шепотом. «Что ты сказала?»

Рыжая взяла одну мою руку и переплела наши пальцы. Ее рука была маленькой, теплой и идеальной, и я понял в тот момент, что никогда раньше не держал никого за руку. Я сглотнул, осознавая, что мне это нравится. Я никогда не хотел отпускать ее руку.

«Кай убил твоего отца», — сказал мне Фишер, и я потянулся за его рукой тоже. Такие разные, мои две любви. Там, где ее рука была изящной и женственной, рука Фишера была почти такой же большой, как моя, но ощущалась так же хорошо.

«Скажи что-нибудь», — мягко сказала Рыжая, все еще голая, как в день своего рождения.

«Он обещал мне, что сделает это», — сказал я им. Когда никто не заговорил, я продолжил. «Когда мы были детьми, в ночь первого превращения К, на самом деле... Он обещал мне, что однажды сделает это». Я видел, как Сейдж бросила на Фишера беспокойный взгляд, и я покачал головой. «Я думаю, я сейчас в оцепенении? Я никогда не чувствовал себя так раньше. Я рад, что он мертв. Он заслужил что-то более худшее, чем то, что получил. Даже если это была самая ужасная смерть, которую человек может получить... Он. Заслужил. Худшее».

«Нормально чувствовать оцепенение. Ты только что пережил травматическое событие», — рассудил Фиш. Возможно, я был в каком-то шоке.

«Мы любим тебя», — твердо сказала Рыжая, привлекая мое внимание к своему красивому лицу.

Мои большие пальцы медленно поглаживали их руки. «Я не знаю, что реально. Это тоже может быть трюком», — заметил я, мой голос звучал почти механически.

Сейдж пододвинулась ближе, и, прежде чем я понял, она выдернула свою руку из моей и оседлала мои бедра, обхватив руками мою шею. «Почувствуй меня, любовь моя. Почувствуй, насколько я реальна», — пробормотала она у моего горла, и я застонал, когда ее твердые соски коснулись моей груди. Рука Фишера покинула мою, скользя вниз по моей руке.

Я позволил своей руке скользнуть вверх по позвоночнику Сейдж к затылку, прежде чем притянуть ее ближе, чтобы наши губы встретились. Я издал глубокий стон в ее рот, который, клянусь, исходил из моих яиц.

Большая рука провела по моим волосам, и я улыбнулся в губы своей женщины, зная, что Фишер здесь, очень даже часть нас.

«Ты теперь веришь, что мы реальны?» — спросил он, его голос был глубоким и соблазнительным. Боги, прошло слишком много времени с тех пор, как я слышал этот голос, обращенный ко мне. Мой член дернулся, коснувшись лона Сейдж.

«Думаю, он начинает верить». Моя девочка ухмыльнулась Фишеру, и на ее щеках расцвел красивый румянец.

«Хм, — задумчиво хмыкнул Фишер. — Наверное, нам стоит убедить его дальше, как думаешь, сладкая?» Он протянул руку и провел большим пальцем по губам Сейдж, прежде чем наклониться и страстно поцеловать ее. Луной, я не испытывал их обоих так, как в тот раз, когда мы возились в ее саду. Это казалось целой жизнью назад.

«Вы двое пытаетесь взять инициативу в свои руки?» — я приподнял бровь на двух сексуальных созданий передо мной.

Фишер усмехнулся. «Я забыл, ты здесь уже некоторое время. Есть кое-что, о чем ты не знаешь. С тех пор, как я освободился от Фариса, появились новые вещи, которые мне нравится... практиковать», — туманно объяснил он, и мне вдруг отчаянно захотелось узнать больше. Я жаждал любой информации об их жизни с тех пор, как меня не было. Даже до того, как я ушел, если считать все те способы, которыми я был таким идиотом.

Рыжая потянулась к Фишеру, стягивая с его плеч тактический жилет. Их губы встретились, и я с жадностью наблюдал за мельканием их языков. Моя рука потянулась к подолу рубашки Фиша, помогая Рыжей снять ее через голову. Я вдохнул, увидев его татуировку на груди, которую видел сотни раз. Крылья дракона... мои крылья дракона.

«Святое дерьмо», — выдохнула Сейдж, и мы оба провели пальцами по замысловатому рисунку. «Это ты, Слоан».

Мой взгляд поднялся к моему мужчине, моему якорю. Человеку, который проявил ко мне сострадание и любовь, несмотря на мои сексуальные предпочтения и очаровательную личность.

«Это всегда был ты», — объявил он. Если кровь в моем теле обычно была горячей, сейчас она просто кипела. Руки Рыжей скользили по Фишеру и мне, когда мы прижались лбами друг к другу. «Хозяин...»

«Нет», — хрипло сказал я. Он отпрянул, глядя на меня в замешательстве. «Я не хочу, чтобы ты так меня называл. Это не мы. Не сейчас».

Фишер моргнул несколько раз, прежде чем открыть рот. «Я называл тебя так, потому что ты был таким. Не в унизительном для меня смысле, но когда я был так неуправляем и кружился в спирали, ты был хозяином моих эмоций. Но если ты больше этого не хочешь, я понимаю».

Я сглотнул комок, внезапно образовавшийся в горле. «Дело не в этом. Я просто чувствую, что те имена, которые мы дали друг другу — те отношения, которые у нас были — это не то, что у нас есть сейчас. Я хочу быть с тобой. Я хочу настоящих отношений с вами обоими». Я вздохнул, пытаясь объяснить то, что чувствовал. Это было нелегко. Чувства все еще заставляли меня вздрагивать от опасения.

«Ты хочешь начать с чистого листа». Рыжая убрала выбившиеся волосы с моих глаз, погладив мою щеку ладонью.

«Да».

Фиш с редкой улыбкой толкнул меня вперед, укладывая на землю. Мои глаза расширились. Это было так необычно для нас. Но я хотел этого; мне был нужен этот опыт. Когда его губы встретились с моими, я застонал. Когда рука Рыжей сжала мой член, я прошипел, мои бедра уже приподнялись в поисках сладкого трения.

«Смочи его хорошенько для меня, сладкая», — приказал Фишер Сейдж, помогая ей устроиться над моими бедрами. При первом же трении ее мокрой киски о мой член я мог бы кончить, как фонтан. Она чувствовалась так чертовски хорошо. Горячая и скользкая, теплая и, блядь, моя.

«Встань, Рыбка. Я хочу снять с тебя штаны», — прерывисто сказала Рыжая, тихо застонав, когда мои руки легли на ее бедра и подтолкнули ее тереться об меня сильнее. Мой мальчик встал, его глаза были прикованы к нашей девочке, когда он перешагнул через мою талию, вставая прямо перед ней.

Я наблюдал, как его рука исчезла в заднем кармане его штанов, доставая бумажник. Мои глаза закатились, когда я понял, что это значит. Рыжая быстро расстегнула его и стянула штаны. Они даже не дошли до его колен, когда она наклонилась и начала ласкать его член языком.

С моей точки зрения, я видел не так много, но я слышал это. Я чувствовал, как сильно это возбуждало ее — влаги, собирающейся на моем члене, было достаточно.

«Дааа», — прошипел Фишер. «Вот так, сладкая».

Я использовал одну руку, чтобы остановить движения Рыжей, и другой направил свой член к ее тугому входу. Она опустилась на меня, как королева на свой законный трон, и я набух еще сильнее, заставляя ее застонать с членом Фишера во рту. Мне нравилось видеть ее такой, обезумевшей от похоти и желания. Когда мои глаза не закрывались от ошеломляющего ощущения ее киски, сжимающей меня, я сосредоточился на том, как напрягаются ягодицы Фишера, когда он скользит в ее рот и обратно.

«Я больше не могу. Снимай эти гребанные штаны, Фишер», — процедил я сквозь зубы. Он посмотрел на меня через плечо с усмешкой на своем красивом лице, но послушался. Отойдя в сторону, он быстро снял ботинки и одежду. «Иди сюда и дай мне эту задницу, красавчик».

«Мммм», — мой маленький котенок промурлыкал от моих слов, и я подмигнул ей в ответ.

«И как я должен «дать тебе эту задницу»?» — спросил Фишер, неуклюже подражая мне, что заставило Сейдж хихикнуть.

«Устройся на моем лице».

«О, лунные девы...»