Я оказалась в маленькой комнате без окон, где на полках стояли чистящие средства, очевидно, подсобка для горничных в замке. Я почувствовала присутствие Фишера в своем сознании через несколько мгновений после того, как мы вошли в комнату, и я позвала его. Слоан и Йорис были заняты разговором, поэтому я позволила себе полностью сосредоточиться на своем парне, которого не видела неделями. Знать, что он так близко, и все же не видеть его, было жестокой пыткой.

Я описала ему окно, у которого мы стояли, глядя на двор. Поскольку мы были прямо за углом, я знала, что нам придется отправить Йориса на разведку. Когда присутствие Фишера исчезло, я увидела, что и Слоан, и Йорис смотрят на меня с любопытством.

— Ну? — спросил Слоан. — Что он сказал? — Он знал, без того, чтобы я даже говорила, что я только что вела внутренний разговор. Мой рот дернулся, желая улыбнуться, несмотря на напряженную ситуацию, в которой мы находились, потому что мы были на том этапе наших отношений. На этапе, где мы просто чувствовали друг друга, инстинктивно зная, что делает другой.

— Один из парней идет сюда; я не знаю, кто. Они приносят вакцины! Так что, как только они прибудут, нам нужно будет сделать укол.

Брови Слоана поднялись. — Ты уверена в этом? Что вообще в этой вакцине? Откуда мы знаем, что она безопасна? Мне не нравится, как это звучит, Рыжик. — Слоан сыпал миллионом слов в минуту, и я проглотила свое возмущение, потому что знала, что он беспокоится только о моей безопасности и безопасности детей. Но если у меня был шанс вернуть свою магию и использовать ее сегодня, чтобы спасти кого-то, спасти мою семью — разве это не был риск, на который я была готова пойти?

Я положила руку ему на грудь, чтобы успокоить. — Хорошо, давай просто на секунду переведем дыхание. Я не знаю ответов ни на один из этих вопросов, и, честно говоря, я понимаю, откуда ты. Нам придется спросить их, когда они придут, что они об этом знают. Можем мы попытаться сохранять спокойствие и прислушиваться к шагам? Йорис? — Я переключила внимание на молодого демона. — Как думаешь, ты сможешь выйти за дверь и последить? Я сказала Фишу, что мы видим платформу с того места, где стояли, но теперь мы в этой подсобке, так что я не хочу, чтобы они случайно нас пропустили.

— Конечно, моя королева, — без колебаний ответил Йорис. Он немедленно вышел и позволил двери захлопнуться.

— Значит, с ними все в порядке? — спросил меня Слоан.

— Да, — ответила я. — Согласно Фишеру, все в порядке. Им удалось собрать группу бойцов, и они смешаются с толпой. Так что, как только мы получим вакцины, мы сможем выйти туда тоже.

— Рыжик, послушай, — начал Слоан, но я не слышала больше ничего, потому что вдруг я ахнула. В моей груди пульсировала энергия, и с каждой секундой это чувство становилось все сильнее и сильнее.

— Кай, — прошептала я. Я едва успела развернуться, как дверь распахнулась, и мой Альфа занял всю ширину проема.

— Детка, слава богам. — В два шага тело Кая прижалось ко мне. Он дрожал. Или это была я. Или, может быть, оба. Все, что я могла делать, это повторять его имя, надеясь до звезд, что он действительно здесь, и что, произнося его имя, я делаю его реальным. Что я могу безопасно моргнуть и знать, что он не исчезнет.

На ощупь он был намного худее, чем я помнила, и я оторвала свое мокрое от слез лицо от его груди, чтобы посмотреть на него снизу вверх. Его глаза блестели от собственных слез, когда он сжимал мое лицо в ладонях.

— Никогда больше, Детка. Я не могу пережить это снова. Ты понимаешь? Каждая секунда, которую я не с тобой, — агония. — Я едва успела осмыслить его слова, как его рот врезался в мой.

Ритмичный бой барабанов все еще был слышен здесь, в нашей маленькой подсобке, хотя мне было трудно слышать их из-за стука моего сердца в ушах. Я застонала в поцелуй Кая, когда его язык коснулся моего. Воссоединение и обещание.

Откинувшись назад, я прервала поцелуй, потому что мне нужно было осмотреть его. Мне нужно было увидеть, что он действительно в безопасности, что он не ранен. Мои глаза скользнули по его фигуре, не найдя видимых повреждений, и облегчение захлестнуло мое тело. Худшее в разлуке было то, о чем я думала в темноте. То, как мой разум предавал меня, заставляя меня придумывать все эти ужасные, леденящие сценарии. Найти его таким, в целости... Еще больше слез вырвалось наружу. — Ты в порядке? — спросила я в неверии.

— Теперь да, — ответил он, одарив меня одной из своих фирменных игривых улыбок, которые никогда не переставали заставлять бабочек в моем животе порхать.

Взгляд Кая поднялся над моим плечом. Искренняя, полная улыбка расплылась на его лице, и я знала, что он видит Слоана. Скулеж был единственным предупреждением, которое получил Слоан, прежде чем Кай метнулся мимо меня и набросился на него, уронив их обоих на пол.

— Черт возьми, Кай, — пожаловался Слоан, хотя в его тоне слышался смех. Двое мужчин обнялись на холодном, пыльном каменном полу в подсобке. Как мы сюда попали, я никогда не узнаю, но я знала, что никогда не забуду эту сцену.

— О, заткнись, Слоуни Болони. Я знаю, что ты скучал по мне. — Без предупреждения Кай прильнул губами ко рту Слоана, заставляя мой рот открыться от шока. Слоан заерзал, но он не обманывал меня. Его это совсем не беспокоило. Это длилось всего секунду, и Кай вскочил, протягивая руку одному из своих лучших друзей, помогая ему встать.

— Ты закончил целовать всех, ты, переросший домашний кот? — спросил Слоан с фырканьем, делая вид, что ему все равно.

— Пока да, — поддразнил Кай. — Слушай, у нас мало времени; я просто не мог удержаться. Но у меня есть вот это. — Я смотрела, как Кай достал из кармана два шприца.

— Что это такое, Кай? — Слоан посмотрел на вакцины так, будто они собирались подпрыгнуть и укусить его.

— Мы мало что о них знаем, и я знаю, что это не идеально. Если коротко, то я был серьезно ранен. — Я не могла сдержаться — моя рука взлетела ко рту. Взгляд Кая переместился на меня, когда он потянулся к моей руке, взял ее в свою и наклонился, чтобы поцеловать ее. — Как видишь, я жив, и это благодаря этому.

— И мне, — сказал писклявый голос. Слоан и я переглянулись, наши глаза широко раскрыты.

— Кто, блядь, это сказал? — рявкнул Слоан.

— О, — усмехнулся Кай. — Это был бы Наполеон, и он прав. Без него я бы точно не стоял здесь. Он также дал себе дозу, и теперь он может разговаривать со всеми нами, как ни странно.

Наполеон выскользнул из кармана на груди Кая и устроился у него на плече. — Хорошо, отдавать должное, где это заслужено, — это, по сути, неписаная клятва солдата. — Его маленькая черная голова повернулась с Кая на меня. — Сейдж, — сказал он. — Ты выглядишь сегодня свирепо, как настоящий воин. Где ты раздобыла такое модное платье, подобающее битве?

Я не могла сдержать смех. — Его сшили для меня, Мышь, — вмешался Слоан, забирая свою долю похвалы.

— Хм, — хмыкнул Наполеон. — Ну, я не знал, что у тебя есть глаз на такие вещи. А я думал, все, на что ты годен, это хмуриться и быть драконом с острым языком. Хорошо знать, что у тебя есть другие таланты, если возникнет необходимость.

— Наполеон, достаточно, — одернул Кай, выхватывая маленькую мышь с плеча и держа его в руке. — Нам нужно сосредоточиться. Вакцины сделаны из камня Нокс. Мы точно не знаем, что еще в них. Но, как я и сказал, я был на пороге смерти, когда Кам ввел мне это, и я полностью исцелился и был полон магии в течение двух минут. То же самое произошло с Фишером, когда мы его нашли.

— Что ты имеешь в виду? Он был ранен? — спросила я, нервно теребя руки.

Кай сделал паузу. Его рот открылся и закрылся, когда он обдумывал слова. — Мы все прошли через разное, пока были здесь. Скажем так, это было нелегкое время для всех. Но прямо сейчас вам нужно сделать эти уколы, и нам нужно, блядь, выбраться во двор, потому что мы хотим быть там, когда Азраэль начнет свою речь.

Я почувствовала, как Слоан напрягся рядом со мной. — И как ты знаешь, что эта вакцина безопасна для беременной женщины? Для нашей беременной женщины? Ты думаешь, мы должны дать это ей?

Кай пожал плечами. — Я не знаю, какой у нас еще есть вариант, мужик. Должен быть честным, мы в меньшинстве на данный момент. Если драконы не появятся, и если у Азраэля окажется больше поддержки, чем мы думали, все это пойдет прахом. Я думаю, нам нужно каждое преимущество, которое мы можем получить. Я не думаю, что это навредит ей или детям. Если что, это используется для исцеления. Кроме того, даже если она не будет использовать магию для наступательных действий, отрицать ее способность использовать ее для защиты было бы глупо... — Мой Альфа посмотрел на меня и быстро добавил: — Если ты, конечно, не хочешь делать укол. Тогда мы всегда можем...

Дверь внезапно распахнулась, и мы все подпрыгнули.

— Балор, что случилось? — спросил Кай с беспокойством.

— Я понял, что должен прийти и проверить королеву, быстро осмотреть ее, прежде чем мы выйдем туда? Это всех устраивает? — ответил Балор, но смотрел он прямо на меня, что я оценила.

— Снова здравствуй, Балор. — Я улыбнулась, положив руки на живот.

Он поклонился с поклоном. — Для меня честь снова видеть вас.

— Так это твой лекарь? — спросил Слоан, обходя демона и оглядывая его. Я покачала головой на его альфа-позирование.

— Да, Слоан. Он отлично заботился обо мне и о наших детях. Благодаря ему под моей подушкой было оружие, которое я смогла использовать, чтобы сбежать с тобой.

Слоан хмыкнул. — Спасибо. — Маленькая улыбка дернула мой рот от его неохотного спасибо.

— Пожалуйста. Для меня долг и удовольствие служить королеве, ее парам и ее детям. Это займет всего минуту — мне просто нужно приложить руки к вашему животу. Вы помните, как раньше?

Я кивнула. — Конечно. — Мои руки упали, давая ему доступ. Кай и Слоан оба смотрели с нетерпением, готовые услышать профессиональное мнение Балара. Он протянул ладони, и они начали мягко светиться, когда его магия почувствовала то, что он искал.

— Отлично. Они идеальны! — восторженно сказал он, явно довольный своими выводами.

— Сколько у нее осталось? Можешь оценить дату родов? — спросил Слоан, и Кай нетерпеливо кивнул. Я затаила дыхание. Дата родов. Частично поэтому мы пришли сюда — чтобы получить ответы о моей беременности, и все же у меня все еще не было даты или даже оценки.

Балор был сосредоточен на своей задаче, дети двигались внутри меня, как будто чувствовали его присутствие. — Не больше недели. Это моя лучшая догадка.

— Неделя? Семь дней? — Я отшатнулась от этой мысли, но не надолго. Мы должны были выйти во двор. Мне просто придется сжать бедра и удерживать этих детей, пока не станет безопасно рожать.

Слоан выглядел бесчувственным при этой новости — хотя я подозревала, что он был заморожен от шока, — а Кай подпрыгнул ко мне с широкой улыбкой. — Неделя, Детка. О боги, я не могу дождаться, чтобы увидеть их. — Он наклонился и поцеловал мой живот. — В ближайшие семь дней, маленькие леди, вы наконец встретите своего любимого отца. Я собираюсь поцеловать вас обеих и понюхать ваши головы. Предупреждаю.

Балор прочистил горло, и Кай выпрямился, совершенно комфортно чувствуя себя, когда его личный разговор был подслушан. Мне это нравилось в нем. Он был таким беззастенчиво самим собой. Со всеми недостатками.

— Вакцина безопасна для нее? — Слоан прижался ко мне, сцепив свою руку с моей, когда обратился к моему лекарю.

— Безусловно. Это медицинский и магический прорыв для нашего сообщества. Не только для демонов, но и для любого магически одаренного существа. Азраэль заказал его, желая создать что-то, что защитило бы его от риска быть контролируемым кем-то еще. Это лучший шанс для всех выбраться из сегодняшнего дня живыми. Я не хочу быть таким резким, моя королева. — Балор склонил голову в извинении, но я отмахнулась.

— Я прекрасно осознаю риски сегодня. Тебе не нужно извиняться. Я хочу вакцину. Я хочу быть в состоянии помочь против Азраэля и защитить себя и детей. — Я посмотрела на двух моих парней, чтобы увидеть, есть ли у них возражения, но оба кивнули. Повернувшись обратно к Балору, я слабо улыбнулась. Я нервничала, хотя пыталась быть храброй. — Пожалуйста, сделайте укол.

Я спустила рукав платья, обнажая плечо, и Балор быстро сделал укол. Я зашипела от легкой боли, заработав низкий предупреждающий рык от Слоана. Я посмотрела на Балара с выражением, которое, надеялась, говорило: «Извините за моего назойливого парня». Кай отвлек моего дракона, готовя его к его собственному маленькому уколу.

— Все готово. — Балор бросил шприц в мусорное ведро и потянулся к двери. — Мне лучше вернуться. Правда, рад снова вас видеть.

— Спасибо — за все, — ответила я, имея в виду это каждым фибром своего существа. Если бы Балор не помог держать меня без сознания... Я даже не могла думать о том, что могло бы случиться. Кивнув, он выскользнул. Звезды, пожалуйста, позвольте этому демону выжить сегодня.

— Ее нужно вводить в плотную мышцу. Поскольку твой мозг довольно хорошо защищен, мы введем в плечо, — пошутил Кай, и Слоан закатил глаза, закатывая рукав рубашки.

— Мозг — это орган, дурак, — проворчал он, зарабатывая усмешку от меня и Кая.

— Просто маленький укол, — пропел Кай, игнорируя попытку Слоана испортить его шутку. Он вонзил иглу в его руку и нажал на поршень. — Ну вот и все. — Он вытащил иглу и надел колпачок, бросив его в мусорную корзину в углу.

— Можем мы уже выбраться отсюда? — Мне не терпелось, и я не могла оставаться в этой комнате ни секунды. Мне нужно было видеть их, нужно было видеть, с чем мы столкнулись. Плюс, мне очень хотелось услышать, какую чушь Азраэль собирается нести. Оба моих парня кивнули, такие же готовые, как и я.

Кай открыл дверь, и мы нашли Йориса, ожидающего инструкций. — Ты можешь пойти с нами, — сказала я ему. — Какая дорога приведет нас во двор?

— Следуйте за мной. — Мы последовали за Йорисом, сделав пару поворотов, прежде чем вышли к большой открытой арке, ведущей в небольшой сад в углу двора. Здесь уже было так много демонов. В воздухе витал тревожный край. Люди были напряжены. Было ли это из-за тяжести ситуации, казни трех мужчин, или потому что они были на нашей стороне и готовились к битве, которая могла их убить, я не была уверена.

Какова бы ни была причина, воздух был густым от этого, и трудно было сделать полный вдох. У меня не было времени найти парик или что-то, чтобы замаскировать волосы, но, к счастью, они выглядели иначе. Они были намного короче, чем до того, как я их отрезала, чтобы сбежать от Азраэля. Стоя здесь, в задних рядах, я чувствовала себя в большей безопасности, зная, что есть шанс, что он может не узнать меня с такого расстояния.

Наступил официальный рассвет, и именно в этот момент бой барабанов ускорился. Они били так громко, что я чувствовала бас в пальцах ног. Толпа слегка сдвинулась, давая мне прямую линию видимости к платформе, и казалось, что весь воздух вылетел из моих легких.

Хол и Фарис выглядели ужасно. Было очевидно, что их содержали не в лучших условиях. Брам выглядел лучше всех, и я предположила, что это просто из-за его королевского статуса. У всех троих были небритые бороды и дикие волосы. Их руки были связаны, когда они стояли плечом к плечу. Выражение лица Хола было абсолютно убийственным — я никогда не видела его таким раньше. Бьюсь об заклад, именно так он выглядел, когда был воином короля Тейна.

На лице Брама была маска безразличия, даже его глаза казались лишенными чувств. Фарис ерзал, переминаясь с ноги на ногу, крутил пальцы. И он... Я присмотрелась. Хорошо, да. Он щелкал и рычал на людей. О, лунные девы, это нехорошо. Я видела его клыки, что заставило меня задуматься, есть ли у него сила сверхскорости. Должно быть, нет, потому что он бы не стоял там, если бы она была.

Кай и Слоан стояли по обе стороны от меня, и когда я услышала тихий смех Слоана, я посмотрела на него и увидела крошечное пламя на кончиках пальцев его левой руки.

Внезапно барабаны замолкли, последние мощные звуки эхом разнеслись по двору, прежде чем затихнуть. Тишина опустилась на толпу. В задней части двора распахнулись две огромные двери, и в них вошел отряд охранников. Один из них крикнул: «Король Азраэль, король Бесмета».

И вот он появился, шествуя через эти двери, самый нарциссичный, позерский псих, которого я когда-либо встречала. Он был одет безупречно в королевские регалии. Острые, черные брюки с высокими сапогами, вся отделка золотом. На нем был плащ глубокого синего цвета с золотыми акцентами, который развевался за ним, когда он шел.

Все начали опускаться на колени перед королем. Я скрипнула зубами, понимая, что мне придется подчиниться. В противном случае я бы выделялась, а это было последнее, что мне было нужно. Опускание на колени для беременной женщины должно быть запрещено. Принуждение беременных женщин становиться на колени должно быть наказуемо. Если бы я действительно была королевой, это было бы правилом номер один. Нахер патриархат и их способность мочиться где угодно, и никогда не беспокоиться о том, как они получат свои огромные гребаные...

Мои гневные мысли были прерваны, когда, к счастью, мои парни схватили меня за талию и помогли опуститься. У меня совсем не было времени привыкнуть к этому новому телу. Мой центр тяжести был полностью испорчен, и мне действительно надоело немного обсираться каждый раз, когда я делала что-то физическое — чихание, кашель, смех, ходьба, не имело значения. Они просто должны были начать называть меня Сейдж, обоссанная ведьма. Видимо, это входило в комплект.

Все присутствующие опустились на колени, когда Азраэль прошествовал на платформу, как король, которым он притворялся. Было тошнотворно быть здесь, на коленях. Я никогда не думала, что окажусь в этом положении, склоняясь перед этим злым демоном, который полностью испортил мое простое, совершенно нормальное существование. Ну, я полагаю, оно на самом деле не было таким уж простым или нормальным, зная то, что я знаю сейчас. Что я была по сути привязана к Изумрудным Озерам моей злой мамашей. Боги, эта ярость часть беременности? Я не злая!

Слишком скоро Азраэль оказался перед тремя мужчинами, которые так много значили для меня. Он поднял обе руки в воздух, выглядя как самый напыщенный, нарциссический ублюдок, которым он и был. Он подал знак, давая всем разрешение подняться с колен. Как будто он был богом. Он скоро узнает, насколько он не божественен.

Слоан и Кай практически подняли меня с земли, и я не возражала. Мое правое колено уже болело от каменного пола, в который оно впивалось.

Я была рада, что сделала вакцину, потому что, честно говоря, не было никакого способа, чтобы я позволила им идти в этот бой в одиночку, не тогда, когда у меня была сила, которая, возможно, была сильнее, чем у кого-либо здесь. Я бы хотела, чтобы у меня было больше времени на практику и полную оценку пределов моей магии. Я дала себе обещание прямо тогда и там, что когда все это закончится, я попрошу Хола и своих парней обучить меня, чтобы я могла использовать свою силу в полной мере. Какой смысл был во всей этой силе, если я не знала, как правильно ею пользоваться?

«Люди Бесмета, приветствую вас этим утром. Мы все здесь сегодня, чтобы стать свидетелями свершения правосудия над этими тремя преступниками. Они предатели короны, и предатели не будут терпимы в моем королевстве». — Раздались смешанные аплодисменты и шепот, разнесшиеся по толпе. Азраэль сделал паузу, давая людям время для осмысления его слов. Это было для него лишь представлением. Он был достаточно манипулятивен, чтобы использовать каждый свой трюк. «Я не хотел начинать свое правление таким образом. Мой племянник и я могли бы стать отличной командой. Но он не хочет иметь со мной ничего общего. Он скорее умрет, чем увидит, как наше великое королевство переживает свои лучшие годы, благодаря мне». — На этот раз освистывание и улюлюканье заглушили шепот и аплодисменты.

Свист быстро стих, но я нервно оглядывала толпу, потому что казалось, что почти все в нем участвовали. Надеюсь, это было просто для вида, и мы на самом деле не были в таком меньшинстве. Азраэль начал нести еще больше херни о том, какой он замечательный, и как Брам мудак. Честно говоря, я перестала слушать. Я поняла, что мне, по сути, наплевать, что он говорит. Я хотела выбраться сюда, и теперь его голос вызывал у меня тошноту.

Пытаясь переключиться, я не могла не искать взглядом Кама и Фишера в толпе, но нигде их не находила. Это меня не удивило, потому что если бы я могла их найти, то я уверена, что Азраэль и его охранники тоже смогли бы их найти.

Кожа на затылке покалывала от осознания — кто-то смотрел на меня. Взглянув направо, я встретила пару холодных голубых глаз. Его волосы были светло-русыми, и его внешность была поразительной, если не слегка устрашающей. Он был такого же роста, как Кам, но немного более худощавый. Его скулы были высокими, переходящими в выдающийся нос, который, я уверена, в молодости, вероятно, казался слишком большим для его лица.

Вокруг нас раздались аплодисменты, а мои глаза все еще были прикованы к этому незнакомцу. Это была странная связь. Почти как будто я знала его на каком-то уровне. Мои глаза опустились на его руку, сжимающую бедро. Он держал что-то. Это маска? Прежде чем я успела рассмотреть это, я услышала, как Кай пробормотал ругательство под нос. Как раз перед тем, как я прервала взгляд с русым демоном, он подмигнул мне, сверкнув усмешкой, которая была слишком зловещей, чтобы ее можно было спутать с игривой.

— Что? — спросила я Кая.

— Ты не слышала, что он только что сказал? — прошептал Слоан.

— Эээээ, — замялась я, — Хм, нет. — Они оба уставились на меня, как «какого черта ты не слушаешь, что этот человек говорит, когда он держит наше будущее в руках?!» — Что он сказал?

— Он сказал, что начнет с Брама. Наказание — обезглавливание.

Я никогда не узнаю наверняка, был ли это тот момент, когда вакцина подействовала, или это было просто мое сердце, взрывающееся в груди, неспособное вынести больше оскорблений от мужчин, которые думали, что могут помыкать мной и менять мою жизнь без моего согласия. Все, что я знала, это то, что мне было, блядь, все равно.

Вместо того чтобы ослабнуть, мои колени окрепли. Вместо того чтобы трястись от страха при мысли о потере Брама, мои руки сжались в кулаки. Мне хотелось кричать. Мне хотелось драться. Я не ответила Слоану или Каю. Вместо этого я повернулась, чтобы посмотреть на платформу.

Двое охранников Азраэля несли большой деревянный пень. Третий тащился за ними с огромным топором. Магия в моем теле начала появляться на медленном огне. Вид этого пня и этого оружия быстро превратил медленное кипение в бурление. Хол и Фарис бушевали против своих оков, но не могли вырваться; они были слишком крепко закреплены. Группа охранников работала над тем, чтобы освободить Брама ровно настолько, чтобы он мог подойти к тому месту, где они небрежно бросили пень.

Азраэль расхаживал по платформе, пытаясь раззадорить толпу. Это было отвратительно. Я чувствовала крошечные искры магии на кончиках пальцев, как маленькие разряды электричества, когда она умоляла быть выпущенной.

Скоро, но не сейчас. Когда Брама подвели к месту казни, Азраэль шагнул перед ним. — У тебя есть последние слова, племянник? — поддразнил он. Я видела, как верхняя губа Брама приподнялась от откровенного неуважения.

Я знала, что если бы он мог, он бы оторвал голову другому демону за секунды. Его магия все еще была подавлена, и он не будет свободен, пока либо Азраэль не умрет, либо кто-то из нас не сможет достать ему вакцину.

Брам выпрямился в полный рост, выглядя таким же неотразимо красивым, как и тогда, когда я впервые встретила его во сне. Это казалось таким давним, хотя на самом деле прошло всего несколько месяцев. Мы нашли друг друга в фантазии нашего собственного создания. В пространстве сновидений, которое было и всегда будет нашим.

Отвернувшись от Азраэля, Брам повернулся к толпе. — Единственное, что я хотел бы сказать сегодня, — начал он, его громкий голос разнесся по воздуху, достигая ушей каждого, — это то, что, если бы мне представилась возможность, я бы с удовольствием был вашим королем. Меня растили для этого, и я всегда знал, что однажды это станет моей ролью. Я здесь, чтобы сказать вам сегодня, что даже если бы мы не собрались вместе по такому волнующему поводу... — Он сделал паузу и усмехнулся, и толпа присоединилась к нему. — Я не мог бы быть вашим королем.

Тишина, которая опустилась на двор, была всепоглощающей. Повсюду раздались резкие вздохи, моргающие глаза неверия и растерянные взгляды, когда его слова были осмыслены.

— Меня растили, чтобы я был вашим королем. Я всегда думал, что у меня нет другого выбора, но потом что-то изменилось. Я встретил любовь всей своей жизни. Мою истинную судьбу. Я знаю, что каждый из вас понимает, насколько это редко и драгоценно.

Мое сердце серьезно собиралось взорваться. Я видела, как многие в толпе согласно кивали его словам. Если уж демоны могли в чем-то согласиться, так это в динамике отношений пары.

— За последний месяц я много размышлял о своей жизни. Если бы я не был королем, кем бы я был? У меня нет братьев и сестер, нет семьи, о которой можно было бы говорить, — кроме дяди, который сегодня здесь, чтобы убить меня без причины. — Один из охранников шагнул вперед, его рука легла на рукоять оружия. К моему удивлению, Азраэль махнул ему, чтобы он отступил. — Так что бы я делал, если бы не умирал сегодня? Я все еще чувствую ответственность и любовь ко всем демонам в Бесмете, и именно поэтому мне стало ясно, что монархия больше не отвечает интересам королевства.

Ну, это взбудоражило людей, включая некоторых охранников. Все просто взорвались. Крики, аплодисменты, плач. Все было и сразу, и шум был оглушительным.

Азраэль выглядел абсолютно убийственно, его челюсть сжалась, а лицо покраснело. — Достаточно! — рявкнул он охранникам, сигнализируя им схватить Брама и усадить его на место.

— Пришло время перемен! Боритесь за то, во что вы верите! — взревел Брам, и я почувствовала, как задыхаюсь от своего гребаного сердца. Я думала, оно просто прорвется сквозь мои ребра. Моя сила была на полном кипении. Маленькие пузырьки тепла лопались, разбрызгиваясь. Я была на той точке, где если бы что-то не произошло, чтобы разрядить это напряжение, я бы переполнилась.

Не было никаких признаков драконов, и я чувствовала, как у меня падает живот, когда Брам боролся с охранниками. Их было пятеро, пытающихся удержать его, и когда один из них сильно ударил его ногой по задней части колена, заставляя его упасть на землю, другие не замедлили потащить его вперед, прижимая его щеку к дереву.

Я начала двигаться, даже не осознавая, что делаю. Я слышала, как Слоан и Кай кричали мне, но это было далеко, как будто я была под водой. Меня нельзя было коснуться. Я проскользнула сквозь демона за демоном, двигаясь к платформе, удивленная, что никто не схватил меня, чтобы остановить. Затем я посмотрела вниз и заметила слабое зеленое свечение, которое окружало меня, как аура. Оно пульсировало с каждым моим шагом.

Происходило так много всего, что меня либо не заметили, либо людям было все равно. Они не могли оторвать глаз от того, что происходило на платформе. Я не могла их винить, потому что я тоже не могла. Брам был зафиксирован на месте, его лицо повернуто к толпе. Его глаза на мгновение поднялись, и этого было достаточно. Наши взгляды столкнулись, как океан встречается с песком во время урагана. Это было яростно и всепоглощающе. Я видела его рот. Я знала, что он кричит «Нет», но я не слышала его, и я не знала, почему он говорит нет. Не было никакого способа, чтобы я позволила этому случиться.

Внезапно звук, который я могла описать только как сотни грузовых поездов, прогремел вокруг нас, полностью замораживая всех на месте, когда мы оглядывались в поисках источника. Даже Азраэль выглядел на мгновение отвлеченным. Злая улыбка расплылась на моем лице, когда глаза Брама остановились на мне.

Драконы были здесь. Это был момент, которого мы ждали.

Большая часть толпы все еще смотрела в небо, когда я увидела, как Азраэль поднял топор над головой.

О боги. НЕТ.

Брам тоже это увидел, и его лихорадочные, панические глаза пригвоздили меня, пронзив прямо через мое сердце. Все, что я увидела, это красный цвет, и как раз в этот момент я переполнилась. Никакая крышка не могла сдержать силу, которая теперь кружилась во мне, как торнадо. Мои руки вылетели передо мной, когда я закричала; мои крылья щелкнули в тот же момент, как и мои рога и хвост. Толстые лианы

вырвались из моего тела, найдя свой путь к топору Азраэля. Они остановили его в дюйме от шеи моего парня. Я чувствовала, что вокруг нас началась битва, но я игнорировала это, резко дергая лианы и вырывая топор из рук Азраэля.

Я знала, что никогда не забуду замешательство на его лице, когда я использовала свои лианы, чтобы сломать топор и ударить им его по лбу. К сожалению, это был не острый конец, но он был достаточно сильным, чтобы он отшатнулся назад, что означало, что Брам смог вырваться, а ближайшие охранники были отвлечены битвой.

Я никогда не чувствовала столько магии в своей жизни. Может быть, это было потому, что это была жизнь или смерть, или вакцина вызывала это, возможно, беременность... В любом случае, я была далеко не закончена. У меня была гребаная вендетта, и я собиралась гарантировать, что правосудие восторжествует.

Затем я отправила свои лианы к Холу и Фарису, которые оба смотрели на меня широко раскрытыми глазами, как будто галлюцинировали. Мои лианы обвились вокруг их оков, быстро развязывая их. В тот момент, когда их веревки упали, Фарис спрыгнул с платформы, прыгнув в битву, в то время как Хол остался на платформе. Они с Брамом начали окружать Азраэля, их глаза обещали убийство.

Было так много сражений. Хаос. Демоны падали слева и справа. Неподвижные и безжизненные, если им везло. Крики тех, кому не везло, будут преследовать меня до конца моей жизни. Мои лианы стали живым существом, продолжением моего тела. Они знали, что делать, без приказа. Я была в опасности, и они знали, как защитить меня, и все же силы было так много.

Слоан споткнулся рядом со мной, и три охранника-демона окружили его. Мой дракон давал им бой. Количество крови, разбрызганной по его одежде, говорило мне, что он уже убил немало. Одному из демонов удалось нанести удар исподтишка, в то время как другой подошел к Слоану сзади с поднятым ножом.

В мою голову пришла мысль — если я смогла вернуть Фишера из мертвых, смогу ли я также отправить кого-то на ту сторону? Моя магия всегда была о жизни и росте, но сегодня мне не нужно было это от нее. Все, что я знала, это то, что я не могу потерять никого из своих парней. Любой, кто представлял угрозу, должен быть устранен.

Я выбросила руку перед собой, целясь в человека с ножом, когда магия хлынула из моих пальцев. Демон застыл, нож упал на землю с лязгом, когда Слоан пришел в себя и быстро убил двух других охранников. Я с ужасом наблюдала, как демон превращается в увядшую версию себя. Он был похож на растение, которое оставили на девяностоградусной жаре на несколько дней без воды. Слоан посмотрел с охранника на меня, не в силах вымолвить ни слова.

Теперь, когда я знала, на что способна, я полностью дала себе волю. Все они пожалеют о том дне, когда они подумали, что могут отнять то, что принадлежит мне.