Эли Александр ФИНБЕРГ

МИНСКАЯ СКАЗКА О ВЛЮБЛЁННОМ ВОЛШЕБНИКЕ

- Витька, а ты диван выключил?

- Да.

- Что-то мне в голову ерунда какая-то лезет.

Аркадий и Борис Стругацкий. «Понедельник начинается в субботу»

Часть первая

Утреннее купание в отделении длительного ухода Тель-Авивской больницы Шаарей Шамаим (Врата небесные) подошло к концу несколько минут назад. Распаренное тело пациента из 15-й палаты вернули в заправленную заново кровать так быстро, что он даже не успел как следует замерзнуть от работающего на полную мощность кондиционера. Санитаров ждал завтрак, они заметно спешили, тем не менее работали слаженно, пахли куревом, потели, обменивались шутками, смачно ругались матом по-русски. В их действиях явно чувствовался годами отлаженный профессионализм. Свежевыбритый и приятно пахнущий Сибелиус Райский был готов встретить свой очередной, 3698-й день в больнице.

Вечером предыдущего дня в кровати напротив умер его 25-й по счёту сосед по комнате. Умер настолько незаметно, что был искупан, будучи уже мёртвым. Новенький санитар с вечерней смены не заметил, что купает и укладывает в постель труп до тех пор, пока его внимание на это не обратила дежурная медсестра. Похоронные клерки забрали тело в морг около полуночи и поэтому с момента своего пробуждения и до следующего обхода в 11:00 рассматривать Сибелиусу будет некого, а с 11:00 до следующей пересменки персонала в 15:00 ему вообще придется любоваться серой стеной, на которой висело только одно выцветшее от солнца фото его жены.

Последний раз она приходила к нему 1028 дней назад. Её ежедневные до этого 2669 визитов ничем примечательным не запомнились, она всегда появлялась в одно и тоже время, оставалась ровно два часа тридцать четыре минуты сорок пять секунд, в основном проводя это время за чтением у его кровати, затем вставала, поправляла свои длинные светлые волосы, смотрела на него одним и тем же влюблённым взглядом, целовала в губы одинаковым, слишком длинным поцелуем после чего удалялась. Единственное, что менялось в ней ежедневно это её одежда. Она ни разу не пришла в наряде, который надевала до этого. Таким образом, если бы кому-то пришло бы в голову вести учёт, то накануне её последнего визита она поменяла 2668 разных комбинаций обуви, брюк, платьев, блузок и белья. Сибелиус Райский каждый раз наблюдал за этим с незаметным никому беспокойством. Он прекрасно понимал, что её поведение безрассудно и странно и способно вызвать если не подозрение то, как минимум удивление, но предъявлять претензии, в данном случае, было некому. Жена его была довольно простым кибернетическим роботом, созданным только с одной и очень банальной целью. Сострадание к превратившемуся в полуживой и недееспособный кусок мяса мужу в её программу заложено не было, поэтому все эти долгие 2669 дня она функционировала в состоянии фактического сбоя. Тем не менее ей удалось удивить Сибелиуса, имитация чтения у кровати (читать она сроду не умела) было в его глазах более чем трогательно. В эти моменты он ощущал по отношению к ней некое подобие симпатии и жалел, что не был к ней более внимателен до того, как был повержен тяжелым инсультом, оставившим его полностью парализованным, фактически овощем, только что бессмертным.

Сибелиус Райский родился в семье профессионального волшебника Виекослава Родкевича и посудомойки Епистимы Ясинской в 1654 году в Мозыре незадолго до того, как город пал жертвой очередной войны. Оставляя позади горящий дом, семья Сибелиуса покинула Мозырь, когда мальчику исполнился месяц. Так как речь шла о сыне волшебника и доказать материнство в данном случае не представлялось возможным, судьба Епистимы была предрешена. Виекослав поступил единственно правильным в его глазах образом - воспользовавшись уже тогда устаревшим параграфом в кодексе ежедневности Европейского магического общества, отец мальчика, без видимого сожаления, отрубил жене голову, а Сибелиуса передал на воспитание в замаскированное под монастырь магическое общество Вайчулевича в Менске.

На собственные хлеба закончив учёбу Сибелиус вышел за 100 лет до своего рождения в 1554-м и ожидаемо быстро зарекомендовал себя как крепкий и порядочный волшебник. Он был человеком дела весьма далёким от теорий вселенского смысла. Сибелиус любил рутинную работу, всегда отдавая предпочтение ей, а не отвлечённым исследованиям так популярным в среде творящих чудеса. Его привлекали путешествия, разные языки. География его странствий была впечатляющей - Викторианский Лондон, революционная Москва, растоптанный военными Буэнос Айрес. Были и курьезные назначения, например в Берлин, где он служил тигром в зоопарке в течение трёх месяцев в 1936 году. Никакого практического смысла или академической пользы это задание не несло, но подобное проявление сверх возможностей принесло ему высшую категорию и соответственно высокую зарплату.

Работа под прикрытием в мире обычных людей поставила его перед необходимостью выбора человеческого имени и фамилии (до этого с самого рождения, как и полагается волшебнику он обходился непроизносимым набором букв и цифр). Скучные имена, предлагаемые в отделе кадров, его не устраивали, перебрав десятки вариантов, он долго не мог остановиться на чем то, чтобы ему бы понравилось. Наконец работая в Финляндии в 1903 году, он попал на премьеру пьесы Арвида Ярнефельта «Смерть» музыку к которой написал Ян Сибелиус. Грустный вальс (Valse triste) произвел на него такое сильное впечатление, что он решил стать Сибелиусом. Фамилию он позаимствовал у дирижера эстрадного оркестра белорусского радио Бориса Райского, великолепного музыканта с которым познакомился во время своей первой командировки в Минск в 1969 году. Таким образом, неизвестно через сколько лет после своего физического рождения этому миру явился Сибелиус Райский - волшебник, романтик и шпион.

Часть вторая

Ко второй каденции в Минске Сибелиус подошёл уже опытным, зарекомендовавшим себя волшебником с безупречным послужным списком и репутацией. Пост в Минске стал венцом его карьеры, собственно на этом назначении его карьере и суждено было фактически завершиться. Он отработал в Минске с марта 1979 года до лета 1992-го.

Работа в брежневском, а позже в горбачёвском перестроечном Минске была уникальным для Сибелиуса опытом по двум причинам. Во-первых, потому что в условиях проведения исследования был прописан запрет на использование любого волшебства - мгновенных перемещений во времени и пространстве, волшебных палочек, гипноза и прочих манипуляций. По уровню экстремальности предстоящую работу Сибелиуса можно было сравнить с первым выходом космонавта Леонова в открытый космос. Во-вторых, тематика работы.

Любовь всегда занимала волшебников, поэтов и философов. Вся история человечества крутится вокруг тщетных попыток понять, объяснить, ощутить это таинство. Неудачные попытки научиться управлять любовью описаны в художественной литературе неоднократно. Поколения трудились над созданием эликсира любви. Вся человеческая культура отношений, искусство, литература, наконец вся история крутится вокруг неё. Из-за любви же начинались и заканчивались войны, из-за любви гибнут и, конечно, рождаются люди, во имя любви совершаются подвиги. И несмотря на это ответа на главный вопрос - что же это такое, любовь, - так и не было найдено.

Указанный исторический период, конкретно восьмидесятые годы в Минске, в своё время привлёк чьё-то внимание в департаменте Любви после чтения многочисленных и аутентичных свидетельств современников, не оставивших сомнения у аналитиков: это было особенное время, полное болезненных, пронзающих сердце и душу массовых переживаний.

Особенный, противоречивый и красивый белорусский народ выделялся своей изысканной чувственностью даже на фоне традиционно славившихся тем же русскоязычных соотечественников из других республик СССР.

Так было принято решение направить в Минск представителя проникновения для проведения полномасштабного исследования. Происходило это так: первое совещание научного магистрата состоялось в Минске в отдалённом от 1980 года примерно на тысячу лет будущем, точнее в 2978 году. После этого коллегия магистрата собиралась ещё дважды: тоже в Минске в 1630 году и в Москве в 1811 году. На этих совещаниях обсуждались кандидатуры для миссии и были совершены все необходимые бюрократические процедуры, необходимые для её запуска.

Хоть он уже и работал немного в советском Минске, выбор не сразу остановился на Сибелиусе. Он был талантливым и исполнительным волшебником, но речь шла о проекте департамента Любви. Тематика его была противоречива и амбициозна. Изучение любви с позиции волшебной науки с нулевым использованием магических инструментов, сложнейшие на уровне алгоритмов выстроенные схемы взаимодействия индивидуумов - здесь нужен был волшебник высшей категории. Сибелиус был именно таким, но начальство сомневалось. Искали кандидата, преданного делу, миссии и способного функционировать в рамках, очерченных другими, не допуская никакой самодеятельности. Вот в этом Сибелиусу действительно не было равных - он был солдатом по сути и смыслу своего существования. И поэтому, несмотря на то что ни с чем подобным он раньше дела не имел, из финального списка из пяти кандидатов выбор пал на него.

Получив добро от самых высоких инстанций, Сибелиус Райский не раздумывая согласился. Согласно неписаной традиции волшебника никогда не посвящали в детали его будущих назначений. В то время, когда его кандидатура обсуждалась, Сибелиус не имел об этом никакого понятия и находился в отпуске в подмандатной Палестине, чтобы посетить 26 декабря 1936 года первый концерт только что созданного израильского филармонического оркестра, которым дирижировал великий и ужасный Тосканини.

Все волшебники знали, что в департаменте Любви работают лучшие умы. В профессиональных изданиях магического общества, на которые Сибелиус был подписан, иногда публиковались материалы об их безумных исследованиях. Их задачи и цели, тем не менее, были всегда убедительно глубоки, и работать над ними, он полагал, будет одним удовольствием - то есть удовольствие само по себе тоже станет предметом его исследований.

Сибелиусу не терпелось окунуться в этот новый, таинственный, притягивающий мир.

Часть третья

У Сибелиуса Райского, как и у всех других волшебников, не было возраста. В канцелярии департамента статистики хоть и вёлся нигде и никогда не публикуемый учёт ими прожитых отрезков времени, сам он не имел даже приблизительного представления о том, сколько ему лет. Владыки времени, определившие задолго до рождения Сибелиуса, как будет выглядеть магический мир, справедливо полагали, что вечная жизнь - это тяжёлое бремя, и знание возраста не облегчит его, а скорее наоборот. Поэтому волшебники стали появляться на свет с запрограммированным отсутствием интереса к количеству прожитых ими лет. Это, кроме всего прочего, накладывало определённый отпечаток на то, как они воспринимали себя, как понимали и оценивали мир, их окружающий.

Сибелиус думал, что видел и знает всё - и был прав по сути, но, приехав в Минск во второй раз, понял, что не видел и не знает ничего. И причина этого была в том, что ничего и никогда в своей жизни он не воспринимал через призму отношений и любви. Сибелиус Райский как будто заново родился в этом городе, в другой версии которого он вырос в своё время. Минск был полон таинств и неожиданностей, перед лицом которых этот маститый волшебник сразу ощутил себя маленьким ребёнком, потерявшимся в лесу.

О любви и отношениях Райский не знал практически ничего, поскольку человеком в привычном понимании этого слова не являлся. Его единственный профессиональный опыт, когда он действительно изучал человеческие отношения, ограничился увиденным и услышанным в короткой командировке в Чикаго 1924 года, где он превращался в позолоченную трубу Henry Selmer, на которой играл Луи Армстронг в период, когда тот ухаживал за своей второй женой, пианисткой Лил Хардин. Задание было технически трудным и невероятно скучным: он долгими часами пролеживал в темноте закрытого футляра и поэтому многого не увидел и не узнал. Вообще превращение в неодушевлённый предмет, кроме неописуемой сложности исполнения, является ещё и очень опасным трюком. Дело в том, что из неодушевлённого состояния в обычное сами себя волшебники вернуть не могут - здесь нужен партнёр, которому ты полностью доверяешь. «Книга времён», самая полная когда-либо изданная книга по истории магии, полна историй про волшебников, оставшихся навсегда безымянными артефактами или пропавших без следа именно после превращения в неодушевлённый предмет.

Первое назначение в Минск было тактической командировкой, во время которой Сибелиус с помощью боевого заклинания убил человека, написавшего анонимку в ЦК Компартии БССР на дирижёра оркестра радио Бориса Райского - того, у кого позже Сибелиус позаимствовал фамилию. В анонимке утверждалось, что закончивший Высшую музыкальную школу имени Глазунова в Харбине Райский не имеет высшего музыкального образования. После этой истории у Бориса Ипполитовича случился инфаркт. В «Книге времён» инфаркту незаметного сутулого дирижёра Райского была посвящена целая глава, описывающая, как провалилась - или, вернее, достигла лишь частичного успеха - операция, задача которой была предотвратить случившееся.

В первоначальном варианте никакой анонимки вообще в принципе быть не должно было. Но что-то пошло не так, и в результате потрясения, пережитого им из-за чудовищных по лживости обвинений и последовавшего за ним инфаркта, дирижёр Райский скончался. Скоро после его безвременной смерти эстрадно-симфонический оркестр белорусского радио был расформирован, вследствие чего вся запись музыки к фильмам на киностудии «Беларусьфильм» перешла к другим оркестрам. В частности, музыку Евгения Глебова к фильму «Последнее лето детства», вышедшему в 1974 году, записал созданный годом ранее Государственный оркестр БССР под руководством молодого дирижёра Финберга. Знаменитый саундтрек зазвучал как цирковая реприза стараниями целой группы минских джазменов, пришедших за Финбергом в новый оркестр из цирка.