До сосудистого центра добиралась больше часа. В обшарпанном холле отделения сосудистой патологии я быстро разделась, натянула выданные бахилы и одноразовую накидку.
— Больше получаса не задерживаемся, — строго гаркнула дежурная из-за стойки регистрации. — Здесь не дом отдыха, а больница!
Я медленно поднималась по лестнице на третий этаж, где лежала мама.
В груди болезненно щемило. Как сказать ей, что мы съезжаем? И как объяснить почему, чтобы не обидеть? Поймет ли она, что это для ее же блага? Но ведь мама без мальчиков жить не может.
Спазмы перехватили горло, к глазам подступили слезы…
Вопросы, одни вопросы…
Осторожно постучав, открыла дверь в палату. Три койки. Две из них аккуратно заправлены, а на третьей спала мама. Спала так крепко, что даже не почувствовала моего прихода.
Я поставила на тумбочку пакет с соком, бутылочку минералки, выложила контейнер с котлетками, фрукты…
Подвинула к изголовью кровати стул, присела на краешек.
— Мама, мамочка, — прошептала нежно. Осторожно провела ладонью по волосам. — Любимая моя… родная. Как ты?
Мама распахнула глаза, недоверчиво охнула, поспешно приподнялась.
— Варюша?! Пришла… — голос радостно дрогнул, но в глазах мелькнуло беспокойство. — Надо же было такому случиться! Ничего не предвещало… Но все позади, дочка. Обещали в понедельник отпустить. Господи, как ты там без меня… Потерпи…
Мне захотелось разрыдаться от жалости к ней, от неизбывного чувства вины… Ведь это из-за меня мамуля разболелась! Все из-за меня! Из-за моей неустроенности, из-за того, что взвалила на нее все невзгоды, хлопоты о внуках. Ей не до себя, не то что просто отдохнуть — присесть было некогда.
Вот и случилось то, что случилось…
— Мамочка, ты не переживай. Все хорошо. Лежи, отдыхай…
— А с кем мальчики? — вдруг встревожилась она. — К соседям отвела? Ох, это ты зря, Варюша… Не надо было приезжать тебе…
— Нет, мам! Ни за что не догадаешься, с кем они, — вырвался у меня нервный смешок.
— И с кем? — удивленно взметнула брови.
— Артем соскучился! Пришли с Вероникой и забрали к себе в гости до вечера.
Мама охнула и схватилась за грудь.
— Как бы чего не вышло, дочка…
— Я не могу ему запретить, мам.
Она ничего не ответила.
Я набралась смелости.
— Мамуль, у меня для тебя новость. Не знаю, как ты к ней отнесешься. В общем, Филипп Алексеевич …
Мама меня перебила:
— Знаю, Варюша. Мы с ним вчера разговаривали. А потом с врачом. Съезжайте. Я все понимаю. Мне со своими болячками покой нужен, чтобы совсем не свалиться. И как еще врач сказал… погоди, вспомню… Дозировать нагрузки, вот. А как тут дозировать с двумя озорниками? — мама с досадой махнула рукой.
— Так ты, правда, не против? Спасибо, — я сжала ее мягкую руку. — Гора с плеч!
— Только я Филиппа Алексеевича попросила, чтобы рядом вам жилье подыскал. В нашем районе. Чем смогу, помогу вам.
Я молчала, глотая слезы.
Мама продолжила:
— И еще… У нас через дом частный детсад открыли. Ты не знала?
— Откуда? — пожала я плечами. — К остановке несусь сломя голову. Некогда по сторонам смотреть.
— Вот бы наших туда, а? — предложила она вкрадчиво. — Открывают сад рано, работают долго. И в группах, вроде как, по семь человек, больше не берут. Даже, сказали, если форс-мажор — командировка или еще что — ночная няня предусмотрена.
Мама смотрела на меня выжидающе.
Я опустила голову и начала рассматривать дрожащие кончики пальцев.
— У меня нет таких огромных денег. Двое детей в частном саду — это не про нас, — ответила глухо.
— А алименты от Артема? Вот и пустим их на это дело! — осторожно начала перечислять мама. — Я из пенсии выкрою, а остальное добавишь. Кто-то из молодых мамашек говорил, что за двоих детей скидка предусмотрена…
— Подумаю, — вздохнула я. — Зарплату-то еще ни разу не получала…
— Получишь, — махнула она рукой. — А сейчас иди, Варенька. Обо мне не думай. Дел у тебя много. Впору только управиться, пока дети в гостях у отца…
Но заняться своими делами не получилось.
Едва перешагнула порог квартиры, как в кармане пальто запел мобильник.
Звонил Артем.
Что-то случилось! В голове со скоростью света пронеслись предположения одно страшнее другого.
Зачем я доверила ему Кирюшу с Дениской?! Дура!
Меня пробило горячим потом. Мигом сделавшиеся ватными ноги отказывались держать, и я рухнула на банкетку прямо у входной двери.
— С-слушаю, — заикаясь, просипела в трубку. — Что с детьми, говори!
— А что с детьми? — вопросом на вопрос спокойно ответил Артем. Но я почувствовала в его голосе запах приближающегося скандала. — Нормально все с ними.
— Ты что-то не договариваешь. Где они? — истерично вскрикнула, не в силах унять панику.
Артем не выдержал, злость и раздражение хлынули из трубки лавиной:
— Ненавижу тебя, слышишь? Клуша мерзкая. Что дядя в тебе нашел? Вечно неухоженная, расхристанная! Блевать от тебя тянет… Но ведь поди же ты… А Веронику знать не хочет! Это ты все подстроила… сука подлая.
— Причем тут дядя! Где Кирюша с Дениской, я тебя спрашиваю? — гневно выпалила я. — Отвечай, скотина, иначе в полицию заявлю!
В трубке раздался короткий смешок.
— У дяди мальчишки остались. В гостях.
Меня перестало колотить, и в мозгах просветлело.
— В гостях они должны быть у тебя. Или я что-то не поняла?
— Да где уж тебе, дуре недалекой, понять! — зло прошипел Артем. — Мы с Вероникой решили с детьми к дяде сходить. Проведать его. Ну, думаю, сердце у него дрогнет. Обрадуется им и с Вероникой решит познакомиться, и ко мне помягче станет…
— И что дальше? — спросила осторожно, хотя примерно понимала, что произошло.
— А ничего, — злобно прошипел Артем. — На Веронику опять не взглянул, меня выпроводил, а детей, сказал, сам тебе привезет. Старый козел!
— А я-то здесь при чем?
— При всем! Это ты, змея, ему жалуешься! Ну не сошлись мы с тобой характерами… Всякое бывает. Насильно мил не будешь. Вот только дядя напрочь понимать это отказывается.
— Все не так, Артем… — предприняла я попытку оправдаться, но он не захотел слушать.
— Я говорил тебе, чтобы никаких контактов с дядей? Никакой дружбы? Отвечай! Войны захотела? Ты ее получишь по полной. И не ищи потом виноватых. Я тебя предупредил.