— Так скоро? — я сглотнула пересохшим горлом.

— Тебя это удивляет? — старый банкир пристально взглянул мне в лицо. — Я почему-то думал, что чем раньше, тем лучше…

В его голосе уловила растерянность.

— Нет-нет, нормально все. Просто неожиданно…

Почувствовала, как меня охватило странное состояние. Ощущение нереальности происходящего, что ли…

Неужели мне предстоит работать в серьезной компании с выходом на мировой уровень?

Вот так, сразу… Нет, я не могла поверить в удачу. Что-то тут не то…

В голове шумело, туманилось, хотя я все воспринимала адекватно.

— Старый пень, — с досадой прихлопнул ладонью по столу банкир. — Такие известия требуют подготовки! А я сразу карты раскрыл. Не подумал, деточка… — проговорил он с расстроенным видом.

Меня словно облили холодной водой.

Какая мне, дуре истеричной, работа? Разнюнилась, как девчонка сопливая, вместо слов благодарности…

Решительно встала из-за стола и подошла к старику.

— Спасибо! — благодарно приобняла его за плечи. — Я даже не смела мечтать о таком. Ну да, растерялась немного — не ждала так быстро… — выдохнула прерывисто. — Честное слово, вам не придется за меня краснеть.

Филипп Алексеевич ободряюще погладил по руке.

— Пора спускаться в холл, Варенька. Сейчас Анна с Павлом приведут с прогулки мальчиков.

Дети вернулись радостные, со сверкающими глазами.

— Мама, лошадь зовут Хризантема! Тетя Аня сама рулила на Хризантеме, она умеет! — делились хором впечатлениями, перебивая друг друга.

— Не рулила, а правила, — механически поправила сорванцов, растерянно улыбаясь.

— Мы на сене в санях сидели! Сено это сухая травка, и Хризантема любит ее жевать, — важно разъяснил Дениска.

Кирюша тут же добавил:

— А еще мы кормили ее морковкой и сахаром! Такими сладкими твердыми кубиками. И Хризантема их смешно грызла! Она очень любит сахар!

Потом последовал восторженный рассказ про Деда Мороза и Снегурочку, и бабу Ягу с Кощеем, которых никто не боялся.

«Аниматоры, значит, мальчишек развлекали», — догадалась я.

Я заметила, как по лестнице в холл спускается мама.

— Ну вот, а я все проспала! — заявила она без тени сожаления. — Не представляешь, Варя, не успела к подушке прислонится, как все… Уплыла в страну Морфея!

С облегчением выдохнула. Зря я беспокоилась. Нужно просто дозировать мамуле нагрузку. Все хорошо в меру: и радость, и волнение, и возня с внуками или по дому.

Мне не терпелось добраться до дома и хорошенько обдумать предложение старого банкира.

Интересно, в фирме есть дресс-код для служащих? А если есть, то какой? Как я смогу добираться до работы? Интересно, во сколько рабочий день начинается?

Множество вопросов кометами проносились в голове. И хотя бы на некоторые нужно постараться найти ответ до собеседования.

У Филиппа Алексеевича решила ничего больше не уточнять. Если постараться, то почти всю интересующую информацию можно найти в интернете.

Старый банкир с мамой о чем-то оживленно разговаривали.

— Поедем-ка мы домой, Филипп Алексеевич. У мальчиков вагон впечатлений, боюсь, не уснут. Им нужно время успокоиться, — объявила я с улыбкой. — Спасибо огромное вам за все.

— О, нет! — сверкнул глазами старый банкир. — Пока не поужинаем, не отпущу.

Он поискал глазами Анну.

Она сидела с мальчишками на диванчике и, судя по зачарованному виду сорванцов, рассказывала что-то интересное.

— Сейчас Анна распорядится, чтобы накрывали стол в гостиной. А потом Павел отвезет вас, — он с грустью вздохнул. Уголки его губ растерянно опустились, между сведенных бровей залегла глубокая складка.

В груди что-то резко сжалось.

Я порывисто шагнула к нему.

— Приезжайте к нам в гости, Филипп Алексеевич! В любое время приезжайте. Когда только захотите…

— Спасибо, деточка… — его потухшие глаза оживились. — Обязательно навещу вас. Но… тоже хочу попросить тебя. Пусть дети навещают меня почаще. Разрешишь? Понимаю, у тебя заботы, и ты не сможешь сопровождать их каждый раз. Но я буду сам их забирать с твоего разрешения. Или с твоего согласия присылать Павла.

Его глаза замерли на моем лице. В них плескалась надежда.

— В любое время! Как только заскучаете, мои сорванцы в вашем распоряжении, — я сглотнула подступивший к горлу комок.

— Спасибо, Варенька, — с чувством выдохнул старый банкир. — Ты подарила мне счастье.