Уэна шла по длинному коридору Академии святого Вильхельма, прижимая к груди книги. После занятий здесь становилось тише: здание отзывалось гулким эхом шагов, из дальних окон тянуло холодом.

Собираясь свернуть к лестнице, она вдруг остановилась.

Одна из дверей тренировочного зала оставалась приоткрытой. Изнутри доносился низкий гул магии.

Уэна невольно сделала шаг ближе и заглянула внутрь.

В зале третьекурсники заканчивали занятие. Пространство освещалось множеством магических огней. Воздух, насыщенный силой, дрожал, откликаясь на призывы студентов.

В центре, притягивая взгляд и сгущая вокруг себя напряжение, стоял Икарис. А перед ним медленно поднималась магия.

Сначала - темное облако, густое, тяжелое. Уплотняясь, оно обретало очертания... коня. Высокого, мощного, вырастающего из самой тьмы. Его шерсть оставалась глубже ночи, а под копытами, касавшимися каменного пола, расползался дым, цепляющийся за трещины плит.

И вместо головы...

Уэна, затаив дыхание, не отводила взгляда.

Череп.

Вытянутый, белый, с пустыми глазницами, в которых тлел холодный призрачный свет.

Найтмар. Прекрасный и пугающий одновременно, он притягивал и отталкивал одной лишь своей природой.

Конь тихо фыркнул, выпуская из ноздрей клуб дыма.

Икарис, проводя рукой по призрачной гриве, оставался спокоен, принимая его присутствие как нечто естественное.

Не в силах оторваться, Уэна перевела взгляд дальше.

За плечом у одного из студентов извивался василиск, вытягивая длинное тело, покрытое тускло поблескивающей чешуей. Его белые глаза скользили по залу, и от этого взгляда по коже пробегал холодок.

Чуть поодаль у водного мага поднималась своя форма.

Из влажного тумана выступала келпи - лошадь, собранная из воды. Грива, стекая вниз, распадалась на капли, исчезающие при соприкосновении с полом.

Призванные существа кружили возле своих проводников. Разные, но каждое - отражение силы.

Уэна стояла в дверях, забыв о времени. В груди поднималось странное чувство - смесь восхищения и тихой зависти.

«Когда-нибудь…» - мысль не успела оформиться.

Икарис поднял голову.

Его взгляд точно, безошибочно остановился на ней. Он ничего не сказал, лишь чуть кивнул, давая понять, что заметил ее давно.

Уэна почувствовала, как сердце ударило сильнее, затем отошла от двери.

Коридор снова стал пустым и холодным.

И уже на следующее утро, задолго до начала лекций, девушка снова стояла там, где бывала чаще всего: посреди вековых сосен, на знакомой лесной опушке.

Воздух наполнял легкие, а вокруг стояла та особенная тишина, которую бывает слышно только в старых лесах.

Среди корней и темной хвои, магия некромантии чувствовалась иначе - глубже, честнее.

Уэна закрыла глаза, медленно поднимая кулаки.

- Остановись, – коротко произнес Вистэйн.

Уэна замерла, не сразу поняв, что именно он имеет в виду. Ноги были расставлены, палка в руках, дыхание сбивчивое, но привычное.

- Ты стоишь так, словно ждешь удара, - пояснил он. - Даже когда ничего не происходит.

- Потому что он будет.

- Нет. Потому что ты к нему готовишься. Это разные вещи.

Она нахмурилась.

- Разница в чем?

- В страхе, - спокойно пояснил Вистэйн. - Ты позволяешь ему управлять телом.

Уэна сжала пальцы на древке.

- А ты предлагаешь не бояться?

- Я предлагаю перестать сопротивляться земле. Ты все время держишься так, будто почва может предать. Опусти вес и доверься.

- Кому?

- Себе, - после небольшой паузы прошептал он. - Хотя бы раз.

Она выдохнула сквозь зубы и перенесла вес ниже, в ноги. Почва под ступнями была влажной, прохладной.

- Левое плечо, - продолжил голос. - Ты поднимаешь его каждый раз, когда собираешься ударить. Это выдает намерение.

- Ты это видишь?

- Я это чувствую.

Его слова прозвучали слишком легко.

Уэна медленно опустила плечо, выравниваясь. Центр тяжести сместился, дыхание на мгновение сбилось, и в груди неприятно кольнуло - защита ушла раньше, чем она успела удержать ее.

- Рука не должна доказывать силу. Она должна помнить путь.

Уэна сжала пальцы, ощущая, как напряжение уходит не туда - в кисть, в локоть, ломая движение еще до удара.

- Я не умею.

- Ты умеешь, - тихо возразил Вистэйн. - Просто тебя никогда не учили слушать, только подчиняться.

Он затих, давая ей почувствовать собственное тело - не как оружие, а как пространство, в котором движение рождается раньше мысли.

Уэна замерла, переводя внимание внутрь: в дыхание, в спину, в едва заметное напряжение между лопатками. Плечо больше не поднималось, но вместе с ним исчезала и привычная уверенность.

Девушка сделала шаг. Потом еще один. Движение получилось неровным, но странно цельным.

- Вот так, - в его голосе мелькнуло что-то теплое. - Видишь? Когда ты не пытаешься быть паладином… У тебя получается.

- А кем мне быть? - спросила она, не оборачиваясь.

Пауза затянулась.

- Той, кто выстоит, - вымолвил он. - Неважно, как это назовут другие.

Уэна резко остановилась.

- Ты говоришь так, будто знаешь, чем это закончится.

- Я знаю, чем обычно заканчиваются попытки быть «удобной». И не хочу, чтобы ты стала одной из них.

По спине пробежал холодок. Уэна закрыла глаза на короткое мгновение. На ее лице застыло отчаяние после десятков неудачных попыток.

Казалось бы, легкий ветер едва шелестел листвой, но ей чудился издевательский шепот: «Тебе не дано».

Она вскрикнула - коротко, зло, и швырнула палку в сторону, словно та была виновата больше остальных.

- Неугомонный детеныш, – с улыбкой произнес Вистэйн, - В группе принца есть куда более безнадежные экземпляры. Побереги силы.

Уэна промолчала. Вновь встала в стойку, стараясь сохранить равновесие и контроль над дыханием. Но стоило ей сделать первый удар, как руки вдруг предали ее, теряя всякую связь с телом. Ноги заплетались, дыхание срывалось в судорожные вдохи.

- Ты можешь, ты должна! - прошептала девушка сама себе, повторяя эти слова, как мантру, чтобы вернуть уверенность.

Снова и снова она пыталась повторить движения, но каждый раз результат был таким же жалким.

Пот стекал по лицу, каплями скатываясь с кончиков волос, глаза горели от напряжения и слез. А деревья продолжали молча наблюдать, лишь иногда вздыхая ветвями, осуждая неумеху.

- Тебе следует отдохнуть, - голос прозвучал серьезнее. - Возвращайся в Академию. Через пятнадцать минут начнутся занятия по зельеварению.

***

Казалось, время нарочно ускорялось, оставляя ее позади.

Уже прошло несколько месяцев учебы в стенах Академии, а в душе оставалось лишь глухое эхо разочарования.

Дни шли за днями, превращаясь в бесконечную череду однообразных занятий и утомительных тренировок.

Солнце едва проникало внутрь, боясь нарушить строгие правила учебного заведения.

Уэна спешила в аудиторию, повторяла упражнения и перечитывала учебники, пытаясь запомнить сотни формул и ритуалов.

Но сколько бы усилий ни прилагала девушка, результата не было видно. Ее руки дрожали от напряжения, голос становился тихим и неуверенным, а волосы спутывались от бессонных ночей, проведенных над книгами. Даже простейшее заклинание с зажиганием свечи не удавалось - фитиль оставался темным, будто упрямо отказывался признавать ее попытки.

Каждый вечер Уэна возвращалась в свою комнату, чувствуя усталость и пустоту внутри. Ей казалось, что кто-то наложил проклятие на время, ускорив его ход - дни сливались, ночи проходили, не принося отдыха, а мысли, едва успевая оформиться, тут же рассыпались, как пепел.

И теперь она стояла перед зеркалом, разглядывая свое отражение: бледная кожа, тени под глазами, потускневший взгляд.

Девушка плавно провела пальцами по скуле, проверяя, настоящая ли это она.

- Переутомление… - прошептала Уэна, больше убеждая себя, чем веря.

Она наклонилась ближе к зеркалу, всматриваясь в собственные глаза, надеясь найти хоть какой-то след прежней себя.

И вдруг на мгновение ей показалось, что отражение… запаздывает.

Уэна замерла, задержав дыхание.

Секунда. Две. Ничего.

Отражение снова двигалось вместе с ней - точно, правильно, без сбоев.

- Да что со мной... - она отпрянула, тихо выдохнув, и прикрыла глаза.

В очередной раз, тренируясь в лесу, выпад Уэны закончился падением на землю. Она медленно поднялась, пытаясь понять причину своего поражения. Может, дело вовсе не в технике? Может, сила лежит глубже?

- В таком состоянии ты и минуты не протянешь на занятиях профессора Фобиуса.

- Замолчи уже!

- Ну как же? - наигранно удивился Вистэйн. - Кто же о тебе позаботится, кроме меня?

Взгляд девушки случайно упал на старую, почти сгнившую корягу, лежащую неподалеку.

Коряга была искривленной, узловатой, покрытой лишайником - и почему-то именно она притягивала взгляд, оставаясь частью леса. И разве ее жизнь была менее значимой? Ведь даже в таком состоянии она обладала особой мудростью и скрытой силой.

Девушка подошла ближе, осторожно взяла корягу обеими руками, ощущая, как постепенно приходит понимание.

Каждое последующее движение стало осознаннее, каждое усилие приобрело смысл. Теперь удары летели легко и свободно, позы обретали гармонию, дыхание становилось ровным и глубоким. Деревья перестали шелестеть насмешливо, их шепот сливался с ритмом ударов, наполняя пространство мягким, поддерживающим гулом.

Наконец, когда солнце начало опускаться за горизонт, заливая поляну золотистым светом, Уэна закончила тренировку.

Она улыбнулась, глядя на свою деревянную помощницу. Мысленно поблагодарив ее за урок мудрости, девушка быстро направилась на занятия по некромантии.

***

Свет свечей отражался на прядях, создавая иллюзию золотого ореола вокруг головы Уэны.

Она сидела, склонившись над своими конспектами, стремясь впитать каждую каплю знаний, которую преподносил профессор Фобиус.

Уэна сдвинула брови, как-то инстинктивно провела ладонью по затылку.

Сидящий позади нее парень, чей профиль был скрыт полумраком помещения, вновь наблюдал за ней. Его взгляд был странно спокойным. Не оценивающим - выжидающим, будто результат ему уже известен.

«Опять...» - с раздражением подумала Уэна. - «Почему именно сейчас?»

Сердце застучало быстрее, мысли запутались, как узор заклинания. Ей хотелось обернуться, посмотреть прямо в эти загадочные глаза, спросить, почему именно сейчас, когда она должна сосредоточиться на предстоящих поединках, кто-то нарушает ее спокойствие таким образом?

Уэна вздохнула, наклонилась ближе к столу, делая вид, что внимательно слушает профессора, хотя мысленно находится далеко отсюда, стараясь избежать чувства уязвимости под взглядом незнакомца.

Сегодняшняя тренировка по искусству некромантии обещала стать особенно напряженной и увлекательной. Каждый миг стремительно наполнялся энергией, рожденной из смеси магии и эмоций, скрытых за спинами одногруппников.

- Итак, студенты, сегодня мы вновь проведем учебные дуэли, - голос профессора эхом прокатился по аудитории. - Но в этот раз я поставлю вам совершенно иную задачу: тот, кто сможет контролировать больше душ, станет победителем. Помните, важно не просто выиграть, а продемонстрировать свои способности и то, чему вы успели научиться.

Уэна чувствовала волнение, смешанное с уверенностью.

Прошлый поединок был провалом. Ее противник, высокомерный студент, легко победил ее, показывая превосходство в управлении темной энергией. Но теперь все обстояло иначе. После поражения Уэна изучала древние ритуалы и оттачивала технику вызова духов.

Перед началом боя профессор Фобиус поднял руку, призывая тишину. Тени вокруг сгущались, воздух становился холоднее.

Сердце Уэны билось учащенно, но она сохраняла спокойствие.

- Начинайте! - как только рука мужчины рухнула вниз, тени сорвались с места, заполнив пространство зала.

Вокруг образовалось кольцо призраков, жаждущих служить сильнейшему. И вот тут-то началась настоящая игра власти и воли.

Уэна сосредоточилась, собирая энергию внутри себя. Медленно подняв руки вверх, она заставила силу пульсировать сквозь пальцы.

Призрачные существа стали двигаться в такт ее мыслям. Впервые за долгое время она ощущала контроль, абсолютную власть над своей магией.

- Наивный стриаф, - прошипел студент.

Из его рук вылетали потоки энергии, заставляя души колебаться.

Это была равная борьба, никто не хотел уступать первенство. Столкновение сил привело к вспышкам искр, сотрясавшим помещение Академии.

Проходили минуты.

Оба студента напряглись до предела, пытаясь сломить сопротивление друг друга.

По лбу Уэны прокатился пот, руки задрожали от перенапряжения.

«- Теряешь контроль, детеныш,» - проговорил Вистэйн.

«- Нет! Не в этот раз! Я справлюсь!»

«- Не кажется ли тебе это несправедливым? Тебя второй раз ставят с третьекурсником, а он априори сильнее тебя.»

Уэна оскалилась. Гнев овладел всем телом, остановившись на щеках, от чего те раскраснелись и запылали.

«- Холодная голова - горячее сердце, некроманточка. Не забывай это.»

Уэна сощурилась. Силы были на исходе…

Но вдруг... неожиданное ощущение легкого прикосновения проникло в ее сознание. Уэна почувствовала невидимую поддержку, будто кто-то мягко взял ее руку и направил энергию.

Безотчетно повернув голову вглубь аудитории, она вдруг встретилась взглядом с парнем.

Это был тот самый студент, которого она часто ловила краем глаза.

Время замедлилось.

Крупные темные локоны обрамляли его лицо, придавая облику дерзкую привлекательность. Серые глаза смотрели прямо на девушку, полные интереса и озорства. Прямой нос подчеркивал аристократичность черт лица, а чуть заметная улыбка на губах излучала загадочную теплоту. Этот парень был красив, почти сверхъестественно привлекателен.

Уэна точно забыла, как дышать.

От него не исходило ничего заметного - и именно это пугало.

Девушка никак не могла отвлечься от взгляда незнакомца, чувствуя странное притяжение, необъяснимое желание узнать больше о нем, проникнуть глубже в тайну его личности.

Парень, поймав взгляд Уэны, почти незаметно кивнул головой, выражая молчаливое понимание. Стройный и изящный, он излучал загадочную ауру спокойствия и внутренней гармонии, несмотря на накаленную атмосферу зала.

«Вистэйн?..» - мысль возникла внезапно и тут же показалась нелепой.

«- Ты слишком напряжена,» – спокойно отозвался голос. - «В таком состоянии легко видеть то, чего нет.»

- Холодная голова… - прошептала Уэна, затем медленно выдохнула. - Горячее сердце…

Она сосредоточилась.

Призраки мгновенно повернулись, подчиняясь приказам Уэны.

Потеря контроля привела третьекурсника к панике. Он выругался и принялся размахивать рукой, пытаясь вернуть их.

Преподаватель остановил дуэль раньше, чем дело дошло до опасного исхода.

- Достаточно. Победительница сегодняшнего дня - Уэна, - объявил профессор торжественно, направляясь к девушке.

В глазах преподавателя мелькнул след гордости и одобрения.

Сердце билось часто, неровно. Победа ощущалась странно. Возвращаясь на место, Уэна не могла избавиться от ощущения, что сегодня на нее смотрели не как на первокурсницу…

***

Вечером в комнате общежития было тесно и по-домашнему беспорядочно.

На спинке стула лежало сразу два платья, еще одно было разложено на кровати Гвендолин, а четвертое - скомкано и брошено поверх сундука. В воздухе смешались запах воска, пыли от старых книг и легкий цветочный аромат - фейри снова переборщила с духами.

- Нет, ну ты посмотри, - Гвендолин крутанулась на месте, едва не задев локтем стол. - Оно нормально сидит? Или я себе льщу?

Уэна сидела на своей кровати с раскрытой книгой о танцах.

- Нормально, - ответила она. - Но то, серое… Оно тебе больше подходит.

- Вот! - Гвендолин хлопнула в ладоши. - Я тоже так думаю!

Не заботясь о приличиях, она быстро стянула платье и полезла за другим.

- Бал уже совсем скоро, - сказала она с придыханием, копаясь в сундуке. - Я до сих пор не верю. Музыка, свет, весь зал… - фейри высунулась наружу и лукаво добавила: - И... принц.

Уэна вздохнула.

- Ты опять за свое.

- А что? - девушка уселась на край кровати, скрестив ноги. - Он тебя пригласил. Не «когда-нибудь», не «может быть», а прямо.

- Я еще не ответила, – почти шепотом сказала Уэна.

- В смысле?

- В прямом, - она отвела взгляд. - Я ведь не умею танцевать.

- Уэна…?

- Совсем... Я начну сбиваться, путаться в собственных ногах. А все будут смотреть на это.

- Они и так смотрят, - фыркнула соседка. - И, честно? Думаешь, принца Икариса волнуют твои шаги?

Уэна промолчала, глядя на собственные ладони в следах чернил и мелких царапинах.

- Я просто… - она замялась. - Я не из тех, кто красиво двигается. Я не знаю, как там себя вести.

Гвендолин вздохнула и неожиданно сказала мягче:

- Ты не обязана соответствовать. Просто... будь собой.

Уэна подняла на нее взгляд.

- Бал - это всего лишь вечер, - продолжила та. - Не экзамен, не дуэль. Ты можешь прийти и уйти, если захочешь. И к тому же у нас есть несколько дней. Я могу научить тебя хотя бы не наступать на ноги, – по-доброму усмехнулась она.

- Ты неисправима, - Уэна невольно улыбнулась.

- Зато настойчива, – фейри подмигнула. - Так что?

- Я… подумаю.

- Это уже почти «да», - победно заявила девушка и снова полезла к сундуку.

Уэна помолчала, слушая, как Гвендолин что-то напевает себе под нос, перебирая платья. Потом, будто между прочим, сказала:

- Кстати…

Та обернулась, прищурилась.

- О-о. Это «кстати» мне не нравится.

- Я серьезно, - Уэна чуть повернула голову. - Ты… Стала иначе говорить о Серлине.

Фейри замерла, медленно опуская платье на кровать.

- Иначе - это как?

- Нежнее...

Гвендолин помолчала дольше обычного.

- Он не изменился, - ответила она наконец. - Я просто… перестала смотреть так, как меня учили. И знаешь, что самое мерзкое? Внешне мы одинаковые.

- Когда ты не видишь в нем «эльфа», все становится проще: можно смеяться, спорить, злиться.

- А когда начинаешь помнить… – фейри замялась. - Тогда каждый жест несет за собой историю, которую ты не выбирала. Историю, где вам говорят, что вы по разные стороны, даже если стоите рядом.

В комнате стало тише, даже шум из коридора отступил.

- Но он же не виноват, - осторожно проговорила Уэна.

- Я знаю, – на выдохе ответила Гвендолин. - И именно поэтому мне сложнее. Если он - не враг… тогда кто?

- Иногда, – прошептала некромантка. - Самый страшный момент - это не когда рушатся стены, а когда ты понимаешь, что они вообще были не твоими.

Фейри посмотрела на нее внимательно, почти с благодарностью.

- Ты правда так думаешь?

- Я думаю, - Уэна улыбнулась чуть криво, - …Что мир любит подсовывать нам готовые роли. А потом удивляется, когда кто-то отказывается играть.

Гвендолин фыркнула.

- Ты сейчас говоришь, как человек, который собирается пойти на бал с принцем и делает вид, что это ее вообще не касается.

- Мы не возвращаемся к этому-у-у, – простонала Уэна.

- Мы обязательно к этому вернемся, - сладко поправила Гвендолин. - Просто не сейчас.

***

На улице вечерело.

В окнах общежития загорались первые огни, отражая бледное золото заходящего солнца. Тревога не имела формы - она просто была, сжимаясь внутри тугим, терпеливым комком.

Уэна сидела в кресле, подтянув ноги к груди, и листала книгу медленно, опасаясь, что страницы закончатся слишком быстро.

На иллюстрациях пары двигались легко, словно сам мир был создан для этого: для ритма, для шага, для плавного поворота.

- Это глупо… - пробормотала она, задержав взгляд на очередной позе. - Танцы… Когда в моем поселении даже времени на сон не было.

Голос возник не сразу, ожидая, пока она договорит сама с собой.

- Но ты все равно читаешь, - тихо сказал Вистэйн.

Уэна вздрогнула, но головы не подняла.

- Читать - не значит уметь, - ответила она. - И не значит, что это… нужно.

- Тогда зачем ты держишь книгу?

Она перевернула страницу резче, чем хотела.

- Потому что… - Уэна замолчала, подбирая слово. - Потому что иногда хочется представить, как это - жить иначе.

- Встань…

Уэна усмехнулась, глядя в пустоту комнаты.

- И что дальше? Здесь нет музыки.

- Музыка не всегда звучит снаружи.

Она закрыла книгу, положив ладонь на обложку.

- Ты говоришь так просто.

- Я говорю так, потому что ты уже слышишь ритм, - ответил он. - Иначе ты бы не волновалась.

Уэна опустила ноги на деревянный пол, излучающий легкий холод.

- В поселении было не до танцев… - тихо проговорила она. - И музыку я слышала всего пару раз за всю жизнь.

- Попробуем? - вдруг спросил Вистэйн.

Сердце откликнулось раньше мыслей.

Уэна поднялась, вышла в середину комнаты, опустив взгляд в пол. Неловкость ощущалась в каждой клеточке тела.

- Не бойся, - совсем рядом прошептал голос.

Она вздрогнула, затем почувствовала тепло - легкое, почти невесомое, коснувшееся ее ладони.

Невидимая сила мягко подтолкнула ее вперед, заставляя сделать первый шаг.

- Не надо так напрягаться, - проговорил он почти у самого лица.

Девушка пробормотала что-то невнятное - и в тот же миг ощутила его ладонь на своей талии.

Тело двинулось само.

Не видя его, Уэна чувствовала каждое движение. Рука на ее талии направляла не силой - вниманием, легкими касаниями, подсказывая повороты и изгибы.

- Хм… - Вистэйн вдруг остановился. - Ты все еще напряжена.

- Потому что это не мое… - пробубнила она.

- Все зависит от партнера, детеныш. Закрой глаза.

Она хотела возразить, но лишь шумно выдохнула и подчинилась.

Сначала ничего не произошло. А потом... сердце дрогнуло.

Пол под ногами стал гладким, как паркет. Стены общежития растворились, потолок исчез, оставив невесомое пространство, наполненное мягким мерцанием свечей.

- Доверься мне, - прошептал Вистэйн.

Его присутствие ощущалось раньше, чем осознавалось. Не весом, не тенью - теплом.

Ладонь коснулась ее спины почти бережно. Другая нашла ее пальцы и переплелась с ними уверенно, но осторожно.

Он не вел - он приглашал.

Каждый шаг вдруг становился понятным. Тело вспоминало то, чему никогда не училось. Вистэйн был настолько близко, что она чувствовала его дыхание у виска - ровное, спокойное.

- Слушай не музыку. Слушай себя.

Плечи расслабились. Движения стали текучими, мягкими. Его пальцы иногда задерживались чуть дольше, чем требовал шаг - и от этого внутри растекалось странное, щекочущее ощущение.

- Вот так... Дыши со мной.

Уэна вдохнула, и на мгновение поймала его дыхание у своих губ. Живое... Совсем рядом.

С каждым выдохом напряжение уходило, словно он уводил ее за собой не только в танце, но и в тишину внутри.

Танец стал глубже. Медленнее.

Вистэйн направлял ее вниманием: легким давлением пальцев, едва заметным поворотом кисти, паузой, в которой она угадывала следующий шаг - и угадывала правильно.

Иногда он оказывался так близко, что между ними не оставалось воздуха.

Его присутствие было плотным и обволакивающим, как заботливо накинутый на плечи плед.

Уэна ловила себя на улыбке - не ему, а этому ощущению принятой близости.

Он провел рукой по ее плечу, плавно, словно запоминая. Пальцы скользнули к ключице, задержались на миг. Сердце сбилось… и тут же выровнялось, когда он прижался ближе.

- Ты прекрасна, - тихо произнес он.

Не как комплимент. Как факт.

Ее тело отвечало раньше мыслей. Движения стали смелее, свободнее. Она чувствовала себя не наблюдаемой - видимой.

Он, замедляя танец, положил ее ладонь себе на грудь.

Уэна ощутила ритм его сердца: ровный, настоящий. От этого стало удивительно спокойно.

- Запомни это. Даже... когда меня не видно.

Девушка кивнула и медленно открыла глаза.

Комната была на месте: обычная, тихая. И именно это отзывалось странной пустотой.

Тело все еще помнило танец. В пальцах жило тепло, в плечах - мягкость, в груди - глубокий покой.

- Все хорошо? - раздался его голос уже не рядом, но все еще здесь.

- Д-да… Просто...

- Ты была очень честной в движении, - нежно произнес он. - Это редкость.

От этих слов внутри что-то дрогнуло.

- Спасибо, - тихо вымолвила Уэна.

- Отдохни, детеныш.

Голос стих.

Тишина снова заполнила комнату, но уже другая - наполненная ожиданием.

Уэна выдохнула и поняла: теперь каждый раз, когда мир будет казаться слишком обычным, ей захочется закрыть глаза. Не чтобы убежать, а чтобы снова почувствовать того, кого она никогда не видела - и к кому ее тянуло все сильнее.