Тимофей

На похоронах тетушки Эльвиры собралось много людей. При всём, как мне тогда казалось, не слишком большом обаянии её характера, стало ясно, тётушку любили и ценили очень многие.

К нам с братом и сестрой, как к близким родственникам, подходили мужчины в черных костюмах, женщины в темных платьях и говорили о том, сколько сделала для них Эльвира Платонова, и как они ей благодарны. Это было удивительно, как много она сделала для других, но только для меня.

И снова я почувствовал себя виноватым. В том, что сам себя ограничил от семьи, сбежал и не пытался вернуться. А ведь здесь, с ними, возможно, всё было бы по-другому. Возможно, жизнь моя не была бы такой паршивой как в Северном.

Именно на похоронах я снова почувствовал, что мы — семья. И не нужно бежать от родных людей, чего бы ты ни совершил. Нужно просто посмотреть в глаза своей вине, принять её и попросить прошения. Но не бежать, не вычеркивать по-глупому столько лет из жизни.

Кто же знал? Тогда, всё виделось иначе. Иногда вещи становятся очевидными слишком поздно. Надеюсь, не для меня, и не в этот раз.

На кладбище, когда священник читал молитвенную речь над гробом, по ту сторону могилы я заметил девушку, что смотрела на меня грустным взглядом.

Не может быть! Я узнал её, в тот же момент. В строгом платье чёрного цвета, в черных туфельках. Её песочного цвета волосы гладко причёсаны. Милое личико, сощуренный в моём направлении взгляд. Рядом с ней стоял, теперь уже официальный жених Ольги — Владимир Зацепкин.

Странно. Девушка держала его под руку и как будто пряталась за него. Изредка выглядывала из-за его плеча, и порой казалось, что взгляд её даже сердитый.

Первые минуты, когда увидел её, я не мог понять, что она делает тут, и почему держит за руку Зацепкина? Но неожиданно быстро и остро пришла мысль, которая заставила забыть и про кладбище и про тётю, и про всех остальных.

Меня осенила, словно ветром ворвавшаяся в голову мысль, что она, эта девушка и есть — Анна Зацепкина! Моя невеста! Та, от которой зависит, получу я наследство, или нет!

В голове произошло что-то невероятное. Быстрое, радостное, и даже торжественное. Я уже слышал звук свадебных фанфар, и даже не сомневался, в том, что она с удовольствием примет моё предложение и уже совсем скоро мы сыграем свадьбу. В ушах стоял нескончаемый звон монет. Я представлял, как падаю на кровать усыпанную долларами и рядом со мной, падает моя прекрасная фея!

Резко я очнулся от грёз, вспомнил где нахожусь и подавил улыбку, которая чуть не натянулась на лицо. Все скорбно стоят, все несчастны, один я кажется радостнее всех.

Я скользнул взглядом по присутствующим и еле удерживал скорбную мину. Старался, но давалось это с трудом.

Священник почти прокричал последние слова:

— Да упокойся с миром!

Гроб вздрогнул и поехал вниз. Все стали бросать в могилу землю, и это было очень печально.

Когда всё закончилось, мы с Ольгой пошли к машине, она взяла меня под руку и сказала:

— Видел Анну?

— Нет, а она была?

— Конечно, она стояла как раз напротив тебя, рядом с Володей.

— Так это была она, та бледная девушка? Она же совсем ещё девочка.

— Она — моя ровесница. Ей — двадцать пять.

— А выглядит совсем девочкой.

— Младше меня? — Оля заглянула мне в лицо.

— Чуточку младше, — утешил я.

Мы подошли к машине, сели и поехали к дому, где к тому времени уже были накрыты столы.

В доме, когда все разошлись по углам и вели тихие беседы, я слонялся, не знал, куда себя приткнуть. Я был очень взволнован встречей с Анной и всё время оборачивался, пытаясь найти её взглядом.

Ни с кем заговаривать я не пытался, так как не знал никого кроме сестры, брата и его жены, да и ту считай не знал. Когда Оля наконец отошла от пожилого гостя и приблизилась ко мне, я испытал облегчение. Неловко было стоять в одиночестве и держать скорбное лицо, чтобы не дай бог никто не заподозрил меня в нелюбви к тетушке.

Я хотел ещё раз рассмотреть Анну, но её, как назло, нигде не было, хотя сам Зацепкин, показывался, то там, то тут.

Среди этих людей в чёрном, для меня всё смешалось. Я не мог разобрать, кто есть кто. Но вот, Оля подошла ко мне и потянула куда-то в сторону от гостиной, а потом в парк и указала на девушку, что сидела на лавке рядом со ступеньками. Когда мы показались, девушка встала и пошла нам на встречу.

— Тимофей, позволь тебе представить Анну Зацепкину, — торжественно сказала Оля.

— Добрый день, Тимофей, — девушка протянула тонкую ладонь, я взял и немного сжал её пальцы.

Лицо её показалось мне слишком бледным. Как будто в нем не было крови. Голубые глаза, маленький, розовый рот. В черном платье она виделась настолько тонкой, что казалось, тронь и она упадёт. Но во взгляде её серьезное и даже упрямое выражение. Он так контрастировал со всем её видом, даже странно было понимать, что у такой хрупкой девушки мог быть такой взгляд.

— Очень приятно, — сказал я и посмотрел ей в глаза.

И в тот момент, когда мы так близко стояли друг от друга, я честно сказать даже и забыл, что должен на ней жениться. Только пляж вспомнился, и я улыбнулся. Надеюсь не слишком самодовольно.

А потом — “Двадцать миллионов!” — пропел над ухом какой-то голос.

Интересно, правда? Я человек, который получит хорошее наследство, только за то, что женится на той, кого указала тётка. Нужно просто жениться и всё. Это веселило меня. Многие люди сами ищут на ком бы жениться, чтобы отхватить хороший куш. А мне, чтобы получить свои, собственные деньги, просто и легко нужно жениться.

Да и невеста моя, кажется, не такая уж и бедная. И я был на сто процентов уверен, что как только ступлю на порог её дома, с предложением руки и сердца, она сама радостно прыгнет в мои объятья.

Так в чём проблема Тимофей?