Шесть

КУИНН

Слово «ошеломленная» всегда таилось где-то на задворках моего словарного запаса, и хотя я знала его значение, до этого самого момента я никогда не ощущала его на себе в полной мере.

— Вы? — каким-то чудом выдохнула я. — Вы и есть клиенты?

Эван скрестил татуированные предплечья и оперся ими о стол, из-за чего я на секунду отвлеклась, завороженная тем, как под разрисованной кожей перекатываются и играют все его мышцы.

— Да.

Мой взгляд заметался от одного мужчины к другому. Эван сидел, барабаня по столу своими не менее татуированными пальцами, все восемь из которых были унизаны массивными серебряными кольцами. Сексуальные светлые волосы Джошуа падали ему на один глаз, но его открытый взгляд был с тревогой устремлен на меня. А еще там был третий мужчина...

Святые угодники.

Кем бы он ни был, этот третий парень оказался просто колоссальным; его коротко остриженные волосы были иссиня-черными, а густая борода ложилась плотным ковром на квадратную, мужественную челюсть. Он выглядел абсолютно пугающим, опасным и смертоносным — за исключением глаз под двумя темными бровями, которые оказались потрясающего, кристально-синего цвета.

— Ну хорошо, — я нервно сглотнула. — И кто из вас...

— Вот в том-то и дело, — перебил меня Джошуа, и, до боли знакомым жестом откинув волосы назад, добавил: — На самом деле, мы и сами не знаем.

Его ответ, при всей своей простоте, доходил до моего мозга несколько долгих секунд, потому что в нем просто не было никакого смысла.

— В смысле, кто отец? — переспросила я, решив, что они меня не так поняли, и моя рука бессознательно легла на низ живота.

— Мы все, — уверенно заявил Эван. — У ребенка будет три отца. И ты смотришь прямо на них.

До этого я была сбита с толку, но теперь я окончательно растерялась.

— Если ты спрашиваешь, кто из нас выступил донором для твоей яйцеклетки, то это мы все трое, — сказал Джошуа. — Я понимаю, что звучит странно...

— «Странно» — это слабо сказано, — встряла я.

— Знаю, — признал он. — Но мы трое друзей, которые пытаются достичь одной цели. Трое мужчин, желающих вместе воспитывать одного и того же ребенка. Это правда, мы могли бы выбрать кого-то одного, но вместо этого мы все... внесли свой вклад, — он прочистил горло. — Твои яйцеклетки были оплодотворены нами всеми одновременно, а эмбрионы для имплантации отбирались по качеству, поэтому мы понятия не имеем, кто станет биологическим отцом.

— Значит, вы все... живете вместе.

Джошуа невинно кивнул, а вот губы Эвана изогнулись в ухмылке.

— Она не спрашивает, живем ли мы вместе, — пояснил он другу, не сводя с меня глаз. — Она спрашивает, вместе ли мы как пара.

Брови Джошуа поползли вверх. — О.

— И ответ — и да, и нет, — плавно добавил Эван. — Да, мы живем вместе. Всегда жили и всегда будем, — он опрокинул свою кружку, допив пиво до самой пены, и со стуком опустил массивный бокал обратно на стол. — Но, отвечая на твой второй вопрос: нет. Боюсь, что мы все стопроцентные натуралы.

Двое мужчин, сидевших ближе ко мне, заерзали, но огромный здоровяк напротив остался сидеть неподвижно. Теперь, когда я знала, кто он такой, он пугал меня чуть меньше, и я смогла разглядеть, что под всей этой бородой он был сурово-привлекательным. Но в нем крылось и кое-что еще — какая-то почти первобытная аура, словно он был частью дикой природы и в его жилах текла волчья кровь.

— Но разве ребенок не будет похож на кого-то из вас? — спросила я, указав на молчаливого гиганта. — Эти синие глаза ни с чем не спутаешь, — затем я кивнула на Джошуа и Эвана. — Или эти светлые волосы, или этот выдающийся римский профиль.

Эван пожал плечами. — Со временем, возможно. Но сейчас все на равных: есть вероятность, что биологически это может быть ребенок любого из нас, но он всегда будет нашим сыном или нашей дочерью, — его взгляд оторвался от моего лица и на мгновение опустился к моему животу. — Ребенок с тремя отцами, тремя защитниками, тремя...

— И без матери, — брякнула я не подумав.

Все трое переглянулись; за какую бы ниточку я сейчас ни дернула, было очевидно, что они уже обсуждали это раньше.

— Извините, — пошла я на попятную. — Я не это имела в виду, я просто...

— Нет, не извиняйся, — наконец произнес Эван. — Возможно, когда-нибудь мать появится. Если мы когда-нибудь найдем ту самую женщину.

Женщину...

Это слово застряло у меня в голове: казалось, он намеренно употребил единственное число.

Женщину, а не женщин. Так он сказал.

Мой желудок ухнул вниз, как на американских горках.

— Послушай, мы делаем это по весьма специфическим причинам, — вмешался Джошуа. — Наша нынешняя работа... — его голос затих под резкими взглядами обоих друзей. — Ну, скажем так, она мешает нам заводить традиционные отношения.

Я усмехнулась и наконец-то взяла в руки стакан с водой. — Я убедилась в этом на собственном опыте, когда вы двое засунули меня во френдзону.

Парни по обе стороны от меня наконец-то смутились; я явно двигалась в правильном направлении.

— Послушай, Куинн, мы не хотели...

— Идти со мной на свидание? — перебила я его. — Вытаскивать меня куда-то несколько раз с абсолютно нулевым намерением довести дело до конца?

Они яростно замотали головами; оба открыли рты, чтобы возразить, но я оказалась быстрее.

— В таком случае, возможно, тебе не стоило так горячо целовать меня на прощание.

Я склонила голову в сторону Эвана, который внезапно стал белым как мел, а остальные метнули в него сердитые взгляды.

Интересно, подумала я про себя.

— Куинн, я никогда...

— Кстати, к чему вообще весь этот цирк? — потребовала я ответа. — Я имею в виду, я ведь уже вынашиваю вашего ребенка, я подписала все бумаги и делаю все, о чем вы просили в своих письмах.

С этими словами я достала все еще нераспечатанный конверт, который только что получила от узистки, шлепнула его на стол и оттолкнула от себя.

— Кстати, больше мне такие не нужны, — заявила я. — Точно так же, как не нужны очередные «свидания». И раз уж мы проясняем ситуацию, мне в особенности не нужно, чтобы за мной следили.

Мои последние слова сопровождались ледяным, пронизывающим взглядом через весь стол; бородатый гигант стойко выдерживал его секунду или две, прежде чем, наконец, хмыкнуть.

— Я за тобой не следил.

— О, — сардонически рассмеялась я. — Он разговаривает! Отлично. Мне не терпится услышать, каким будет твое оправдание того...

— Я следил за человеком, который следил за тобой.