КЭЙЛИН

На следующий день я была сама не своя. Я пыталась отвлечься, сидя за компьютером и изучая всё, что могло оказаться полезным, но с такими ограниченными ресурсами у меня было мало вариантов.

Около полудня я уже не могла сидеть на месте и металась по коридору, как зверь в клетке. Буря не утихала всю ночь, и дождь продолжал лить всё утро, но когда он закончился, я почувствовала одновременно облегчение и ужас. Дождь замедлял Купера, но он же усложнял и наше спасение.

Всё утро Грэм укреплял здание после того, как откопал под пикапом несколько толстых листов металла. Он прикрепил их изнутри возле окон и проделал в досках щели, чтобы можно было стрелять сквозь них. Он притащил в центр комнаты массивный дубовый стол и перевернул его на бок, создав дополнительное укрытие. Затем он отвел меня в компьютерную комнату и вручил штурмовую винтовку. Я скептически уставилась на нее. Он показал мне основы того, как целиться, стрелять и перезаряжать, а затем серьезно посмотрел на меня.

— Когда они будут здесь, я займу позицию у передних окон. А ты будешь следить за коридором. Эти три двери и задняя дверь — точки входа, а задняя дверь — наше самое уязвимое место, поэтому, скорее всего, они сначала полезут оттуда. Я хочу, чтобы ты постоянно поддерживала со мной связь. Если ты выстрелишь, я должен об этом знать. Если ты в кого-то попадешь или ранишь, я должен об этом знать. Если кто-то войдет в дверь, я хочу знать, в какую именно и сколько их. Поняла?

Я кивнула.

— Купер, скорее всего, предвидит, что у тебя есть оружие, и он знает, что ты — наше слабое звено, склонное к панике. Если кто-то войдет в заднюю дверь, или в любую из этих дверей, не вздумай — НЕ ВЗДУМАЙ выпускать в них всю обойму. Именно этого они и будут добиваться. Помни: наша цель — сдерживать их и медленно отстреливать, пока Кэл не прибудет. Нам не нужно идти в лобовую атаку, нам нужно просто продержаться. С ним около двадцати, двадцати пяти человек, так что если мы будем действовать осторожно и стратегически...

— Откуда ты знаешь, сколько с ним людей? — с подозрением перебила я.

Он провел рукой по волосам и виновато улыбнулся мне.

— В ту ночь, когда я оставил тебя... я вернулся, чтобы посмотреть, с чем нам предстоит столкнуться.

— Грэм!

— Я должен был знать, на случай, если мне придется отправить тебя дальше, а самому дать последний бой.

— Господи... — пробормотала я.

— Так или иначе, я думаю, Купер сначала надавит, чтобы проверить, где мы слабее всего, а затем отступит и нанесет основной удар. У нас есть преимущество в виде узкого прохода, так что... — Он пожал плечами, не желая говорить ничего слишком оптимистичного, но и не желая меня пугать.

— Грэм... я... я не... если он снова заберет меня...

— Ш-ш-ш, — сказал он, проведя большим пальцем по моей щеке. Меня начало трясти. Если Грэм падет, а Купер заберет меня... я покончу с собой. Я не могла вернуться в «Логово». — Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы этого не случилось.

Я знала, что он сделает это, но двадцать с лишним против двоих — а я была скорее как половинка — это были плохие шансы. Остаток дня Грэм проверял всё оружие и боеприпасы, чтобы они были готовы к бою, затем устроил меня возле коридора со штурмовой винтовкой и патронами, и мы стали ждать. Он встал у окна, и мы ждали.

И ждали.

И ждали.

Солнце село, а в лесу по-прежнему было тихо.

Ни один из нас не спал, хотя он и говорил мне попытаться. Не знаю, как он ожидал, что я смогу отдохнуть, когда Купер мог появиться в любой момент и забрать меня обратно в ад. Даже мои сны не были безопасным местом. Но ночь прошла без происшествий. Грэм не выглядел напряженным или обеспокоенным. Он несколько раз обошел дом, но в остальном оставался на своем посту у переднего окна с пистолетом в руках.

Ближе к утру Грэм посмотрел на меня, метавшуюся за перевернутым столом.

— Да что он там так долго возится? — проворчала я.

— Куда-то торопишься? — спросил он, и я услышала в его голосе нотки веселья.

— Нет... но это ожидание меня убивает.

— Дождь, должно быть, сильно его замедлил, — спокойно сказал Грэм. Мне следовало помнить, что он бывал в ситуациях и похуже этой.

Прошло еще несколько часов, и вдруг Грэм резко выпрямился, услышав звук, уловимый только им. Он поднял руку, приказывая мне замереть, и я присела за столом, схватив винтовку, повернувшись к задней двери. Я напрягла слух, пытаясь уловить то, что услышал он, но ничего необычного не было. Он выглянул сквозь щели в досках.

— Он здесь, — пробормотал он. Страх пронзил меня ледяной, стремительной волной, заставив содрогнуться. — Он посылает троих к задней двери — они проводят быструю разведку. — Я заметила, как изменился язык тела Грэма, и поняла: он засек Купера.

— Эй, в доме! — крикнул Купер, его самоуверенный голос разнесся по лужайке перед домом. — Мы пришли на вечеринку! Точнее, мы пришли испортить вечеринку, но вы же знаете... — Я почти видела, как он пожимает плечами. — Вульфман, ты заставил нас побегать последние несколько дней. Когда это ты стал таким хорошим следопытом?

Он был ужасно болтлив, а затем я услышала скрип досок на задней веранде и поняла, в чем дело. Он пытался нас отвлечь. Матрас всё еще частично закрывал вход в коридор, но я могла видеть, как чья-то тень пересекла свет, падающий сквозь дверной проем.

— Задняя веранда, — тихо сказала я.

— Помни, что я говорил, — пробормотал он. — Береги патроны.

Я кивнула, но теперь понимала, что он имел в виду, потому что мне до смерти хотелось выпустить весь наш арсенал в эту дверь. Я крепче сжала винтовку и была наготове.

— Я бы действительно предпочел, чтобы всё прошло легко! — непринужденно продолжил Купер. — Рискуя прозвучать ужасно избито: отдай ее, и никто не пострадает, и мы сможем жить дальше.

Тишина затянулась: очевидно, Грэм не собирался ему подыгрывать. Я увидела, как он поднял пистолет, но Купер, должно быть, тоже его заметил.

— Ладно, думаю, я получил свой ответ, — сказал он, и теперь его тон был твердым, как сталь. Должно быть, он нашел укрытие, потому что Грэм не стрелял.

— Приготовься, — выдохнул Грэм.