Интерлюдия. Хант и Эстерн Дальт

Тяжелая дверь кабинета бесшумно открылась. Внутрь вошел мастер Хант. Он остановился в нескольких шагах от массивного дубового стола и положил на него тонкую кожаную папку с рапортами.

— Болотный марш завершен, ректор Дальт, — коротко отчеканил наставник. — Все студенты сейчас в лазарете или отсыпаются в своих комнатах.

Ректор медленно отложил документы в сторону и сцепил пальцы в замок.

— Я лучше послушаю твой доклад из первых уст. Как проявили себя наши будущие «антимагические команды»?

— Классы А-4 и А-11 оправдывают возложенные на них ожидания, — наставник скупо усмехнулся. — Разумеется, сами студенты уверены, что Болотный марш — это просто изощренная форма наказания. Они не понимают истинной сути происходящего. Но грязь, холод, голод и запредельные мышечные нагрузки делают свое дело. Запрет на магию заставляет кадетов адаптироваться, использовать веревки, ловушки, холодное оружие и смекалку.

Ректор удовлетворенно кивнул.

— Значит, проект подготовки отрядов для работы в зонах магического подавления идет по плану. Нам нужны люди, способные выполнять задания там, где любая магия заблокирована и совершенно бесполезна.

Хант скрестил руки на груди.

— Да, идут по плану. Но в этот раз с нами шел класс А-7. И я должен признать, что они меня удивили.

— Продолжай, — Дальт подался чуть вперед.

— Я считаю, что они сильный класс. У них большой магический потенциал. А в условиях проверочного марша они показали волю к победе и смекалку. Я хочу особо отметить четверых студентов. Арден продемонстрировал быструю скорость принятия решений под нагрузкой. Парень быстро сообразил, как облегчить транспортировку груза, и он же умело организовал группу для отражения атаки. Айлетт смогла взять растерянных кадетов под контроль, а Брэн с Ботордом вытянули на себе самую тяжелую работу. Из них получились бы превосходные бойцы. Если бы это зависело от меня, я бы забрал этих четверых ребят в свою группу прямо сейчас.

Ректор Дальт откинулся на спинку кресла. Его лицо оставалось непроницаемым.

— Твоя работа по созданию антимагических отрядов имеет для Королевства большое значение, Хант. Но мы не можем бросать все силы на решение задач в зонах подавления. Такие одаренные кадеты, как класс А-7, в будущем станут ядром нашей армии. Они будут сокрушать вражеские полки разрушительными заклинаниями и держать щиты над целыми городами. Мы не станем ничего менять. Эти студенты пойдут по своему пути, а ты продолжишь готовить антимагические отряды из менее одаренных учеников. Этот вопрос закрыт.

— Понял вас, ректор, — ровным тоном ответил наставник. — Тогда перейдем к задаче по разведке активности на границах топей.

Хант достал из папки небольшой лист плотной бумаги и придвинул его ректору.

— Я использовал уставших и шумных студентов как приманку, проведя их по самому краю безопасной зоны. И результаты меня насторожили.

Старый маг пробежался взглядом по строчкам рапорта.

— Тварь, которая на нас напала, оказалась аномально крупной для этого вида болотных жителей. И действовала она с неестественной агрессией. Обычно эти твари пугливы и стараются избегать больших скоплений людей. А эта целенаправленно пошла прямо на шум целой колонны. Я нанес первый удар, отвлекая чудовище, но кадеты из А-7 добили монстра сами, проявив завидную хладнокровность. Но сам факт такого нападения говорит о многом. Словно болотных обитателей кто-то намеренно направляет в нашу сторону.

Ректор нахмурился, откладывая лист в сторону.

— Ты хочешь сказать, что кто-то гонит болотных тварей к стенам Академии?

— Либо гонит, либо методично прикармливает, прокладывая им тропу прямо к нашим границам, — подтвердил наставник.

— Хм… Значит так, найди источник этой агрессии. Усильте патрули на внешнем периметре. Я не хочу никаких неприятных сюрпризов вблизи наших стен.

— Будет сделано, — наставник кивнул. — И есть еще один нюанс, ректор. То, чего я совершенно не ожидал увидеть на марше.

Ректор вопросительно поднял седую бровь.

— Один из студентов в классе А-7. Его зовут Кай.

Хант оперся обеими руками о край стола и посмотрел ректору прямо в глаза.

— Я пристально наблюдал за ним всю дорогу. Этот парень двигается не как обычный кадет. У него идеальный баланс. Он идет по скользким корням в трясине, не совершая ни единого лишнего движения. Ровное дыхание, потрясающая скрытность. Это не природный талант, это результат долгих и профессиональных тренировок. Он обучен как тихий убийца или опытный диверсант. Разрешите мне начать глубокую проверку этого студента, чтобы выяснить его происхождение.

Дальт вдруг тяжело вздохнул и потер виски. На мгновение он показался очень уставшим стариком, на плечи которого давит слишком много опасных тайн.

— Нет.

Старый маг обошел стол и остановился вплотную к своему подчиненному.

— Я знаю, кто этот студент, Хант. И я прекрасно знаю, зачем он здесь находится. А вот тебе этого знать не положено.

Наставник удивленно моргнул, но ректор продолжил тем же тяжелым, размеренным тоном.

— Забудь о Кае. Твое дело — тренировать антимагические команды и выяснить причину миграции болотных тварей. К вопросу об этом кадете мы больше не возвращаемся.

Хант мгновенно взял себя в руки, принимая прежнюю бесстрастную выправку.

— Да, ректор Дальт. Я вас понял.

* * *

Вся следующая неделя для нашего класса прошла под одним негласным девизом. Никогда больше не попадать на болотный марш.

Мы слишком хорошо помнили запредельную усталость, пронизывающий до костей холод и грязь, покрывавшую нас с ног до головы. И эти воспоминания работали лучше любых уговоров наставников. На лекциях и тренировках наш класс показывал запредельное усердие.

В пятницу на рейтинговой доске обновились данные по классам. Наш А-7 совершил рывок и занял вторую строчку, уверенно обогнав А-5. Впереди нас оставались только непревзойденные лидеры из А-1. Стоявшие там же студенты этого класса бросали на нас раздраженные взгляды и тихо перешептывались между собой. Лучшим ученикам потока явно не понравилось, что недавние штрафники, которых буквально несколько дней назад макали лицом в грязь, теперь дышат им в затылок и всерьез угрожают сместить с вершины рейтинга. Но нас их недовольство сейчас мало волновало. После испытаний в ледяной трясине недовольные взгляды и перешептывания казались сущим пустяком.

В то же время внутри нашей группы произошли закономерные изменения. Айлетт окончательно перехватила лидерство у аристократов. А когда Валериан по привычке попытался отдать приказ на совместной тренировке, девушка даже не стала повышать голос.

— Твое право командовать осталось в болотной яме, Валериан, — ледяным тоном отрезала Айлетт. — Встань в строй.

И что самое удивительное, остальные мажоры молчаливо приняли ее сторону. Валериан скрипнул зубами, но отступил.

Новая глава местной элиты сменила тактику. Аристократы полностью прекратили попытки задевать меня или участников моего клуба. Вместо бесполезной вражды они начали усиленно тренироваться, наконец-то переняв практику командной работы. Между нашими половинами установился временный нейтралитет. Воспоминания о недавнем наказании были слишком свежи, чтобы тратить энергию на внутренние склоки.

Ближе к вечеру пятницы Брэн, Майлин, Седрик и я собрались в аудитории нашего клуба. Пришло время заняться рецептами Маркуса. Как только закрылась дверь, я решил обезопасить нас от чужих ушей. Заодно это был отличный шанс применить на практике навык, над которым я упорно бился всю последнюю неделю.

Я сосредоточился на внутреннем источнике. Невидимый купол Сферы тишины плавно развернулся в радиусе трех метров и накрыл нас, надежно отрезая помещение от звуков внешнего мира. Податливая энергия теперь жадно впитывала в себя любые колебания воздуха, не давая им выйти наружу.

Брэн удивленно покрутил головой, прислушиваясь к внезапно наступившей тишине — привычный гул прачечной с технического этажа резко пропал.

— Теперь снаружи никто не услышит, чем мы тут занимаемся, — с довольной улыбкой произнес я, убедившись в стабильности барьера.

— Очень полезный навык, — усмехнулась Майлин. — Рада, что у тебя наконец-то получилось его освоить.

— Я тоже решил перестраховаться и сходил к Селине Шарп, — заявил Седрик, выкладывая на стол пучки сушеных трав и стеклянные колбы.

— Ты показал ей формулы Маркуса? — напряглась Майлин.

— Спокойно. Я сказал, что это старинные записи моих дальних родственников, которые я взял из дома перед отъездом. Селина знает наизусть все медицинские справочники в библиотеке Академии, поэтому я не мог сказать, что просто вычитал это в книгах.

— И что она ответила? — спросил я.

— Она была крайне удивлена. Сказала, что эти рецептуры нестандартные, и их не проходят в программе Академии. Но главное то, что Селина подтвердила их безопасность. Теперь мы смело можем пробовать готовые зелья, не опасаясь отравиться или загреметь в лазарет до конца учебного года.

Услышав эту информацию, мы с повышенным энтузиазмом перешли к делу. Разводить настоящий огонь в нашей глухой комнатушке без окон было бы чистым безумием, поэтому Седрик заранее раздобыл горсть магических нагревательных камней. Они выдавали плотный, контролируемый жар без единой струйки дыма, что делало их незаменимым инструментом для использования в закрытых помещениях. Аккуратно разложив камни под днищами котлов, мы активировали их.

К самому процессу варки Седрик нас ожидаемо не подпустил. Из всей нашей группы именно он проявлял наибольший интерес и талант к целительству. Он гораздо лучше нас разбирался в свойствах редких трав и температурных режимах, поэтому мы единогласно доверили ему руководство процессом.

Мы выполняли роль помощников. Я подавал стеклянные палочки для размешивания, Майлин отмеряла чистую воду специальными колбами, а Брэн дробил твердые коренья в ступке. Седрик же контролировал процесс приготовления и параллельно травил нам байки, как он любил.

— Мой дед рассказывал, — весело болтал наш друг, засыпая щепотку синего порошка в первый котел. — Один неопытный деревенский лекарь перепутал корень сонной травы с дурман-цветом. Хотел сварить успокоительное для капризного лорда, а в итоге заставил всю его свиту гоняться за воображаемыми розовыми свиньями по двору целые сутки. Так что точные пропорции — это залог того, что мы проснемся с ясной головой.

Так, шаг за шагом, сырые ингредиенты превращались в три совершенно разных зелья. Первое получилось густым и темным, второе отдавало морозной синевой, а третье напоминало крепкий чай с пряностями.

Горячие жидкости нельзя было сразу разливать по флаконам, иначе тонкое стекло могло лопнуть от резкого перепада температур. Но ждать естественного остывания мы, разумеется, не стали.

— Моя очередь, — сказал я, подходя к столу. — Но один я не справлюсь, мой предел сейчас — понизить температуру на примерно пятьдесят градусов. Так что готовьтесь продолжить после меня.

Касаться раскаленного чугуна голыми руками был верный способ получить ожог кожи. Поэтому я сначала сконцентрировал ману на поверхности ладоней, превращая ее в тепловой буфер, и только затем плотно прижал руки к горячему боку первого котла.

Навык контроля температуры второй ступени сработал надежно, но не мгновенно. Мне потребовалась почти минута предельной сосредоточенности, чтобы сбросить температуру на полсотни градусов. Варево внутри перестало булькать, но все еще густо парило. Я повторил ту же процедуру с оставшимися двумя котлами, чувствуя, как по лбу скатывается капля пота от напряжения.

— Основной жар я снял, — выдохнул я, отступая на шаг. — Дальше дело за вами.

Ребята не заставили себя ждать. Они так же сформировали на ладонях защитный слой маны и по очереди подошли к столу. Навык первой ступени позволял им скинуть всего по пять-десять градусов за раз, но благодаря нашей слаженной работе этого оказалось более чем достаточно. Сначала Брэн забрал часть тепла, следом Майлин охладила металл еще сильнее, а завершил процесс Седрик.

Спустя несколько минут такой эстафеты чугун, а вместе с ним и зелья внутри окончательно охладились и достигли комнатной температуры. Седрик аккуратно разлил их по стеклянным колбам и плотно закупорил деревянными пробками.

Мы договорились проверить их эффект на себе, чтобы убедиться в качестве нашей работы. Все три зелья я распределил между парнями. Майлин с легким сожалением посмотрела на флаконы, но я сразу пресек ее попытки поучаствовать в дегустации.

— Ты пить не будешь, — твердо заявил я. — Если что-то пойдет не по плану, кто-то должен нас подстраховать. Вдруг мы начнем задыхаться или пускать пену изо рта, тогда именно тебе придется бежать за целителями.

Майлин вздохнула, но возражать не стала, признав мою правоту.

— «Глоток холода» достанется Брэну, — распорядился я, передавая здоровяку стекло с синеватой жидкостью. — Ты из-за своих габаритов вечно страдаешь от духоты в помещениях, тебе нужнее.

Брэн согласно кивнул, вытащил деревянную пробку и смело выпил содержимое. Он удивленно моргнул, а затем шумно выдохнул, выпустив изо рта облачко белого морозного пара.

— Как ощущения? — поинтересовалась Майлин, дотрагиваясь до его руки. — У тебя кожа совсем холодная.

— Ощущения отличные. Будто я вышел раздетым на зимний двор, но при этом мне не холодно, а просто очень свежо.

Я взял второй флакон. «Теплая кровь». Мне было необходимо проверить эффект этого зелья, чтобы заранее подготовиться к суровому климату северного Бастиона. Жидкость на вкус напоминала крепкий чай с пряностями и жгучим перцем.

Стоило мне сделать глоток, как по венам мгновенно разлился густой приятный жар. Температура тела слегка повысилась.

Я вышел в коридор технического этажа, где всегда гулял сырой сквозняк. Но этого оказалось мало, чтобы убедиться, что зелье работает как надо.

Тогда я направился в небольшую душевую, расположенную по соседству с прачечной. Стянув с себя куртку и рубашку, я выкрутил вентиль холодной воды до упора. Для надежности я приложил ладонь к металлической трубе и пустил в ход свой навык Температуры, вытягивая из потока последние крохи тепла.

Когда вода стала обжигающе ледяной, я шагнул под струю.

Ощущения оказались поразительными. Ледяная вода стекала по плечам и груди, но я не испытывал никакого озноба. Кожа чувствовала резкий холод, однако густой жар зелья пульсировал глубоко внутри, словно раскаленная печь, надежно согревая кости и мышцы. Мое тело совершенно не остывало, а зубы даже не думали стучать.

Выйдя из-под душа, я без труда нашел, чем вытереться — благо мы находились рядом с прачечной, и на стеллаже у входа обнаружилась аккуратная стопка чистых полотенец. Быстро высушив волосы и накинув одежду, я вернулся в аудиторию 104 и удовлетворенно улыбнулся.

— Зелье работает безупречно, — уверенно произнес я, подходя к столу. — Ледяной душ оказался не страшнее теплого летнего дождя.

— Я в своих навыках не сомневался, — довольно хмыкнул Седрик, собирая пустые колбы. — От тебя даже сейчас словно от натопленной печки жар идет, хотя волосы еще влажные.

Третий флакон, содержащий «Сон без снов», достался Седрику.

— Я выпью его уже в спальне, — разумно рассудил он, пряча свою порцию во внутренний карман куртки. — Если я отключусь прямо здесь, вам придется тащить меня на себе через всю Академию, а нам не стоит привлекать лишнее внимание.

— Верная мысль, — согласился я. — Но у нас есть одна проблема. Кай.

— Точно, — нахмурился Брэн. — Этот тихий парень замечает абсолютно все. Если Седрик уснет так, что его пушкой не разбудишь, Кай точно заподозрит неладное.

— Мы можем сделать так, — предложил я. — Седрик ляжет в кровать, и незаметно выпьет зелье уже там. А если что, мы скажем, что ему после болотного марша дали снотворное в лазарете, чтобы он смог выспаться.

На том и порешали. Мы покинули технический этаж и, попрощавшись с Майлин, поднялись в свою комнату мужского общежития.

Эффект наших с Брэном зелий длился ровно час, как и обещал рецепт. Действие прекратилось достаточно резко, без плавного перехода. Брэн, сидевший на своей кровати, тоже ощутил окончание действия зелья. Здоровяк тяжело выдохнул, но на этот раз изо рта не вырвалось никакого морозного пара. Он поморщился и стер со лба внезапно выступившую мелкую испарину.

— Снова эта духота, — недовольно проворчал он, стягивая через голову форменную куртку.

Первая часть нашего плана прошла успешно. Оставалось проверить последнее зелье…