— Не ври мне, — я подошел вплотную. — Красная герань в окне. Это был сигнал?

Мердок зажмурился.

— У меня не было выбора! — выкрикнул он. — «Железные Псы»… Они заставили меня!

— И ты решил нас сдать?

— Они клялись, что обойдется без крови! Говорили «Просто заберем золото у провинциалов и уйдем».

Он вдруг схватился за левую руку и застонал сквозь зубы, сползая по стене.

— Жжет… Как же жжет…

Трактирщик закатал рукав.

Зрелище было неприятным. На предплечье пульсировал багровый, воспаленный узор. Это была не татуировка и не рисунок краской. Это выглядело так, словно под кожу загнали раскаленную проволоку, скрутив ее в спираль.

— Они называют это «Поводком», — прохрипел Мердок, баюкая руку. — Оно чувствует, когда я пытаюсь схитрить или не подчиниться. Начинает жечь. А если они решат меня наказать — просто подадут сигнал, и эта дрянь остановит мне сердце.

Я взял его за руку, изучая структуру.

От спирали исходили тонкие магические нити, которые впивались напрямую в нервную систему и кровеносные сосуды. Если я правильно понял, это что-то вроде артефакта контроля, реагирующего на внешние команды.

Жестоко, грубо, но эффективно. В узлах стояла защита от снятия. Любая попытка срезать метку или подавить ее магией приведет к спазму сосудов и мгновенной смерти.

Мердок поднял на меня взгляд. В его глазах мелькнула догадка, смешанная с надеждой.

— Я слышал… — тихо произнес он. — Когда вы заселялись, ваш друг сказал что-то про Академию. Я тогда подумал, что ослышался. Простые люди туда не ездят. Но…

Он сглотнул и посмотрел на свою метку, а затем снова на меня.

— Вы ведь маг? — Голос его дрогнул. — Вы можете это снять?

Я молчал. Как инженер, я видел слабые места в схеме, но, чтобы распутать этот клубок, не убив носителя, мне не хватало теоретической базы. Возможно, в Академии я смогу найти нужные ответы.

— Не сейчас, — честно ответил я, отпуская его руку. — Схема завязана на твой ритм сердца. Одно неверное движение — и ты труп. Мне не хватает знаний, чтобы сделать это безопасно.

Надежда в глазах трактирщика погасла, сменившись отчаянием.

— Значит, выхода нет… Я буду служить им, пока не сдохну.

— Выход есть, — твердо сказал я. — Но мне нужно время. Полгода. Может, чуть больше. Я найду способ взломать эту структуру.

Мердок посмотрел на меня с недоверием.

— Зачем вам это? Вы можете просто уйти.

— Могу. И уйду. Прямо сейчас, — кивнул я. — Но я вернусь.

Я наклонился к нему ближе:

— Слушай внимательно. Для «Псов» ничего не изменилось. Ты сделал все, как они велели. Подал сигнал. Мы оказались слишком проблемными гостями, устроили скандал из-за шума и съехали. Ты — жертва обстоятельств. Понял?

— Понял, — кивнул Мердок, вытирая пот со лба.

— Не давай им повода дернуть за поводок. Жди.

Мы покинули трактир на рассвете. Салвер громко возмущался на пороге, проклиная «столичный сервис» и «проходной двор», чтобы любопытные уши услышали нашу версию событий. Мердок остался в «заложниках», но теперь в его взгляде вместо животного страха читалась надежда.

* * *

Когда город окончательно проснулся, мы уже стояли в центре Торгового квартала.

Перед нами было солидное трехэтажное здание с витринами из дорогого стекла. Над входом висела вывеска, выполненная золотом по черному дереву:

«Торговый дом Вэстмар. Официальное представительство Мастерской Данна».

Я усмехнулся. Лорен сдержал слово. Имя мастерской Салвера было на фасаде.

Мы вошли внутрь. Приказчик, узнав кто мы, тут же провел нас в кабинет управляющего.

— Мастер Арден, мастер Салвер! — управляющий, господин с цепким взглядом, приветствовал нас поклоном. — Мы ждали вас. Рады, что вы добрались без происшествий.

— Почти, — я сел в кресло. — Но ближе к делу.

Я обвел рукой кабинет.

— Это помещение — отличная лавка. Витрины, склад, касса. Но для работы нам нужно больше.

— Больше? — удивился управляющий.

— Нам нужно здание, где мы сможем жить и работать. Салверу потребуется полноценная мастерская с усиленной вентиляцией и защитой от магических всплесков, вмещающая десять или даже лучше двадцать рабочих. Я кивнул на Лиссу. — А еще нам нужно отдельное рядом стоящее помещение с собственным входом с улицы. Для частного сыскного агентства.

Управляющий задумался, перебирая бумаги на столе.

— Производство, жилье и коммерция в одном флаконе… Задача непростая, учитывая цены на недвижимость в столице. Но у виконта Вэстмара есть несколько вариантов на примете. Давайте посмотрим карты.

Управляющий развернул на столе план города, и его палец, украшенный массивным перстнем, скользнул по улицам. Несколько минут он хмурился, что-то бормоча себе под нос, потом тяжело вздохнул и позвонил в маленький серебряный колокольчик.

— На бумаге вариантов много, — признал он. — Но бумага стерпит все, а вам там жить и работать. Здесь нужен человек, который знает изнанку города, а не только парадные фасады.

В кабинет бесшумно скользнул невзрачный мужчина с папкой бумаг под мышкой.

— Гарнет, — представил его управляющий. — Наш лучший агент по недвижимости. Займись гостями. Им нужно… — он замялся, подбирая слово, — нестандартное помещение. Покажи им все, что вписывается в бюджет, но при этом без сюрпризов.

Гарнет тогда лишь вежливо поклонился, заверив нас, что «в Аленграде найдется все».

* * *

— Мастер Арден, — Гарнет, лысеющий мужчина с вечно бегающими глазками, в третий раз вытер лоб платком. — Я, право, не понимаю, чего вы хотите. Мы обошли уже половину Торгового квартала. Это было отличное помещение! Безопасное, с надежной дверью и решетками на окнах…

— Это был подвал, Гарнет, — отрезал я, не сбавляя шага. — Сырой подвал с плесенью по углам. Мы собираемся продавать технологии, а не выращивать грибы.

Мы шли по брусчатке, лавируя между телегами и прохожими. Салвер шагал рядом, хмуро оглядывая фасады домов, а Лисса замыкала шествие, внимательно следя за нашими карманами — после истории на рынке она никому не доверяла.

— Но маги любят уединение! — взмолился агент. — Тишина, полумрак, таинственность… У меня есть на примете отличная башня на окраине. Старая, правда, но зато какой вид!

— Нам не нужна таинственность, — я резко остановился, заставив Гарнета чуть не врезаться мне в спину. — Нам нужен поток людей. Нужны большие витрины. И нам нужен производственный цех.

Я начал загибать пальцы:

— Первое, просторный первый этаж на самой оживленной улице. Никаких задних дворов. Фасад должен смотреть прямо на дорогу, где ходит толпа.

— И большие окна, — добавил я. — Такие, чтобы любой прохожий замирал и смотрел внутрь, забыв, куда шел.

— Витрины для артефактов? — агент посмотрел на меня как на умалишенного. — Мастер, вы шутите? Стекло разобьют в первую же ночь, а товар вынесут! Артефакты хранят в сейфах, за спиной продавца!

— Это уже наши проблемы, — отмахнулся я. — Второе, высокие потолки и вентиляция. Мы будем работать с химией и плавкой металлов. В обычной лавке мы задохнемся через час.

Салвер согласно кивнул.

— И третье, — я посмотрел на Лиссу. — Нам нужно смежное помещение. С отдельным входом. Для… конфиденциальных встреч.

Гарнет открыл рот, закрыл его, потом тяжело вздохнул.

— Жилье, завод и две лавки в одном здании? В центре столицы?

— Думайте, Гарнет. Вы знаете город лучше нас. Где есть большие пустующие площади, которые никому не нужны?

Агент задумался. Он шевелил губами, перебирая в памяти варианты, и вдруг его лицо скривилось, словно он разжевал лимон.

— Есть одно место… Но оно вам не понравится.

— Веди.

Мы шли минут двадцать. Шумный, богатый центр Торгового квартала остался позади. Улицы стали уже. Мы приближались к границе с Ремесленным кварталом, туда, где дымили кузни и стучали молоты кожевников.

— Вот, — Гарнет остановился и брезгливо указал тростью на здание через дорогу. — Бывшая ткацкая мануфактура рода Харгривз. Разорились два года назад. С тех пор стоит пустым.

Я поднял голову и почувствовал, как сердце пропустило удар.

Это было оно.

Двухэтажное здание из красного кирпича выглядело мрачно. Огромные арочные окна первого этажа были грубо заколочены почерневшими досками, на крыше рос мох, а ворота во внутренний двор висели на одной петле.

Но я видел другое. Я видел пространство. Огромные окна — готовые витрины, которые дадут море света. Кирпичные стены — надежность. А главное — масштаб. Это была не тесная лавочка, это был настоящий промышленный лофт.

— Внутрь можно попасть? — спросил я.

Гарнет пожал плечами и достал тяжелую связку ключей.

— Я взял ключи от всех свободных объектов в этом районе, — проворчал он, отыскивая нужный. — Но предупреждаю сразу, внутри все еще хуже, чем снаружи.

Замок со скрежетом поддался. Тяжелая дверь распахнулась, и мы шагнули в полумрак.

— Главный зал, — прокомментировал агент. — Здесь стояли станки.

Я прошел на середину зала. Полы были деревянными, крепкими, хоть и грязными. Потолки уходили вверх метра на четыре, поддерживаемые чугунными колоннами.

— Салвер? — окликнул я наставника.

Он уже был у дальней стены, ковырнул штукатурку ножом, потом приложил ухо к кладке и постучал рукоятью.

— Кладка в два кирпича, — его голос гулко разнесся по залу. — Строили на века. Звукоизоляция отличная.

Он указал на широкую трубу под потолком, уходящую в стену.

— И вытяжка. Старая, надо чистить, но тяга есть. Для плавильной печи хватит.

Я мысленно разделил зал на зоны.

Здесь, у входа будет торговая зона. Стеллажи вдоль стен, посередине станут демонстрационные столы. Вон там, где колонны, сделаем перегородку, за ней — цех. Склад разместим в подвале.

— А что там? — Лисса кивнула на дверь в боковой стене.

— Контора управляющего, — скучающим тоном ответил Гарнет. — Там выход в боковой переулок.

Мы прошли туда. Небольшая комната, пыльный стол, камин и отдельная дверь на улицу.

— Идеально, — выдохнула Лисса, оглядывая помещение. — Здесь поставлю стол для приема клиентов, пару кресел… Вход незаметный, с улицы не просматривается. То, что нужно для тех, кто не хочет светиться.

Я повернулся к агенту.

— Второй этаж?

— Жилые комнаты, — махнул рукой Гарнет. — Там раньше жили мастера. Шесть спален, кухня, общий зал. Требует ремонта, конечно, но крыша вроде не течет.

Я подошел к заколоченному окну. Сквозь щель было видно оживленную улицу. Место было проходным, на стыке двух кварталов, и гарантировало поток покупателей.

— Сколько? — спросил я.

— Хозяин просит пятьдесят золотых в месяц. Но, учитывая состояние… думаю, сторгуемся до сорока. Плюс ремонт за ваш счет.

Сорок золотых. Это дорого. Чертовски дорого для заброшенного сарая. Но для базы, которая станет сердцем нашей новой артефакторской империи — копейки.

— Тридцать пять, — твердо сказал я. — И договор аренды с правом выкупа по фиксированной цене через год. Мы берем на себя вывоз мусора и ремонт фасада.

Гарнет почесал нос, прикидывая свою комиссию.

— Если заплатите за три месяца вперед… я уговорю владельца.

Я посмотрел на Салвера. Наставник едва заметно кивнул. Ему тоже нравилось это место. Здесь можно было развернуться.

— Договорились, — я протянул руку. — Готовьте бумаги, Гарнет. Мы заселяемся сегодня.

К вечеру, когда формальности были улажены, а агент получил свой задаток, мы остались одни посреди огромного, пыльного зала. В углу догорала свеча, отбрасывая длинные тени. Мы сидели на ящиках с инструментами, уставшие, грязные, но довольные.

— Работы здесь — непочатый край, — проворчал Салвер, отпивая воду из фляги. — Окна менять, полы циклевать, перегородки ставить…

— Зато это наше, — я обвел рукой пространство. — Посмотри на эти стены, Салвер. Здесь мы построим не просто лавку. Здесь будет конвейер. Лучшая мастерская в столице.

Лисса подошла к окну и попыталась оторвать одну из досок. Гнилая древесина поддалась с треском, и в зал ворвался шум вечернего города и свет фонарей.

— «Мастерская Милтона и Данна», — задумчиво произнесла она, глядя на улицу. — Звучит?

— Звучит, — улыбнулся я. — Только вывеску сделаем такую, что ее с луны будет видно.

Я достал из кармана список задач.

— Завтра разделимся. Салвер, ты возьми на себя обустройство цеха. Нам нужны верстаки, печи и люди. Много людей. Найди рабочих.

— А ты?

— А я пойду смотреть, чем торгуют наши конкуренты, — я прищурился. — Нужно понять, как именно мы будем выделяться среди остальных лавок и мастерских.

* * *

На следующее утро я отправился в город. Рынок Аленграда был огромен, и я решил изучить его слой за слоем, начав с самого низа. У городских ворот, где обычно толпились приезжие крестьяне и беднота, царил хаос. Тесные ряды, кривые прилавки, грязь под ногами.

— Амулет удачи! Настоящий клык василиска! — хрипел какой-то старик, тыча мне в лицо облезлой желтой костью.

— Камни света! Горят неделю! — кричала торговка с корзиной мутных кристаллов.

Я брал эти поделки в руки, щупал структуру. Мусор. Нестабильные плетения, зарядка «на коленке», КПД ниже плинтуса. «Клык василиска» видимо вообще сделали из дохлой крысы. Камень света выдохнется через два дня, а не через неделю.

Это был рынок дешевых подделок и суеверий. Товара было много, но настоящей магии в нем — кот наплакал. Я не собирался лезть в эту нишу. Моя совесть не позволила бы мне продавать людям откровенный мусор под видом артефактов.

Затем я направился в центр. На «Золотую Милю» — улицу, где располагались резиденции старых магических домов и элитные салоны.

Здесь даже брусчатка была вымыта с мылом. Витрин, как таковых, не было. Вместо них — тяжелые дубовые двери с бронзовыми молотками и таблички: «Салон высшей магии Эфир», «Артефакториум магистра Вальца». В такие места не заходят «просто посмотреть».

Я выбрал самый пафосный фасад — «Золотой Резерв».

Швейцар в ливрее смерил мой дорожный плащ презрительным взглядом, но дорогу преграждать не стал — видимо, уверенность в моем взгляде стоила дороже одежды.

Внутри царила тишина, прерываемая лишь тиканьем напольных часов. Мягкие ковры глушили шаги. Товара видно не было. Вообще. Только бархатные кресла и приказчик в безупречном сюртуке, который материализовался передо мной, словно джинн.

— Чем могу служить господину? — в его голосе было столько холода, что можно было замораживать напитки.

— Я ищу подарки для партнеров.

Я достал из внутреннего кармана сложенный лист плотной бумаги с сургучной печатью и небрежно бросил его на прилавок так, чтобы был виден герб.

— Торговый дом Вэстмар.

Глаза приказчика на секунду расширились, когда он узнал оттиск. Торговый дом Вэстмар — это имя, с которым в столице было принято считаться. Холод мгновенно сменился елейной учтивостью.

— О, прошу прощения! Рад приветствовать партнера уважаемого виконта. Прошу, присаживайтесь. Кофе? Вино? У нас есть уникальные поступления из мастерских Архипелага.

Он щелкнул пальцами, и из задней комнаты выплыли два помощника с подносами, накрытыми бархатом.

— Извольте взглянуть. Шедевр бытовой магии.

Он откинул ткань. На подушке лежало перо. Белое, с золотым наконечником.

— Самопишущее перо уровня магистра, — с придыханием произнес продавец. — Распознает почерк владельца, не требует чернил. Идеально для ведения бухгалтерии. Вы диктуете, а оно само пишет.

Я взял перо. Оно было теплым. Структура внутри… Боги, это было не плетение, а симфония. Тончайшая работа с ментальными контурами. Чтобы создать такое, маг высокого уровня должен был трудиться над заготовкой неделю.

— Цена? — сухо спросил я.

— Всего сто пятьдесят золотых.

Я не повел и бровью, хотя внутри присвистнул. Сто пятьдесят золотых. За эти деньги можно купить дом в Крамме.

— А это? — я кивнул на второй поднос.

Там лежала ткань. Легчайший шелк переливался, уходя от нежно-розового к глубокому синему при каждом движении.

— Платье «Хамелеон». Реагирует на настроение хозяйки или на ее желание. Хотите быть в красном на балу? Просто пожелайте. Пятьсот золотых.

Я смотрел на эти вещи и понимал одну простую истину. Это было искусство. Высокая мода магии.

Салвер — отличный ремесленник, и я — неплохой инженер, но мы не сможем сделать такое перо. Не тот уровень. Местные магистры учились этому десятилетиями. Пытаться конкурировать с ними в качестве магии — это самоубийство. Это как пытаться обогнать скакового жеребца на рабочей лошадке.

— Благодарю, — я вернул перо на бархат. — Я подумаю. Мне нужно что-то… более практичное.

— Практичное? — приказчик скривился, словно я попросил продать мне навоз. — У нас есть «Несгораемая бумага». Пятьдесят золотых за стопку. Ваши векселя уцелеют даже в доменной печи. Или, скажем, Фляга с вечным льдом за восемьдесят.

— Восемьдесят золотых за холодное вино? — уточнил я.

— Это ручная работа, сударь! Кристалл из Северных пустошей, огранка лучших столичных ювелиров…

— Я понял. До свидания.

Я вышел на улицу и с наслаждением вдохнул пыльный городской воздух.

Голова шла кругом, но не от восторга, а от понимания открывающихся перспектив.

Я огляделся. По улице шли люди.

Вот купец средней руки вытирает потный лоб платком. Ему жарко. Купит ли он флягу за восемьдесят золотых? Никогда. Он удавится за такую сумму. Но купит ли он флягу за пять золотых, которая делает то же самое, но выглядит не как ювелирное украшение, а как надежный инструмент? Да он возьмет две!

Вот клерк с чернильными пятнами на пальцах тащит кипу бумаг. Есть у него сто пятьдесят золотых на самопишущее перо? Нет. Но если я предложу ему недорогой артефакт, который просто подсушивает чернила, чтобы они не размазывались по бумаге — он станет моим клиентом.

Рынок был разорван пополам. С одной стороны — копеечный мусор, который не работает. С другой — шедевры для элиты, которые стоят как крыло дракона. А посередине — огромная, зияющая пустота.

Средний класс. Ремесленники, владельцы лавок, трактирщики, наемники, лекари, мелкие чиновники. Тысячи людей, у которых есть деньги, не сундуки золота, но вполне реальные монеты, но которым никто ничего не предлагает.

Магистры слишком горды, чтобы делать «ширпотреб». А недоучки слишком слабы, чтобы создать что-то надежное.

Губы сами растянулись в улыбке. Вот она — моя ниша. Соревноваться с элитой в изяществе плетений или создавать платья-хамелеоны нет никакого смысла. Мой путь другой. Взять физику, добавить к ней щепотку магии, упаковать в надежный корпус и завалить этот город товарами, которые просто работают. Не «сияют», не «поражают воображение», а решают реальные проблемы.

Развернувшись, я решительно зашагал обратно к нашей новой базе. Нам с Салвером придется попотеть, ведь у меня уже появились идеи, которые перевернут этот город.