Проснулась я звездой, правда, и до этого прославилась в Мороке сомнительной популярностью. Теперь многие пожелали вступить в ряды «отомстителей», а я не могла придумать, как отвязаться от новых участников нашей банды.

Я изначально против идеи разбиваться на группы. Попахивает дедовщиной и буллингом. И отказать не могла, отмахнулась, разрешив самым дружелюбным представителям вести переговоры за меня.

Эндрю и Мария принимали всех. Эндрю едва хвостом не вилял, а Мария останавливала, если же кто-то из Чародеек или оборотней пытался встать в наши ряды. Рубену подобное доверять нельзя. Сын казначея мыслил прагматично и денежно верно — хотел брать взятки за вступление, но я и Тамила умом не отличались, как и финансовой грамотностью.

— Белка, станется, обойдем всех по количеству участников, — проверяла списки адептка Маверик. — Мы будем непобедимы! Хахаха!

Смеялась она громко и… страшно, но радость подруги я разделяла. Это ядоварительницы ее виноваты, нет бы принять талантливую барышню, да она всех по ядам сделает, как два пальца об асфальт, они же придумали какую-то унизительную инициацию на вступление.

— Мы ни с кем не воюем, — напомнила ей на всякий случай.

— А Ходжес? — фыркнула Тамила. — Этот некромант получил второе место, потому что ты его пожалела.

— Защищая меня. Ты, кстати, сбежала.

— Можно Эша и в покое оставить, — моментально забурчала она себе под нос.

Мда, я как-то с детских лет усвоила, что ничто так не помогает найти общий компромисс, как наличие общего компромата. Но и по гордости Тамилы не больно вышагивала. Победа в играх и для меня много значила.

Если честно, я очень хотела помириться с парнем. Не ради условий Мерлина, не из-за короля, и, боги упасите, не ради поцелуев. Целовались-то мы в секунды ярости и слабости. Я по нему скучала. Мне недоставало его язвительных замечаний, я чувствовала себя виноватой перед ним. И книга у него осталась…

Может, у нас есть шанс на какое-то перемирие? Тамила права, я ему помогла.

Выйдя на улицу, направилась к общежитию парней, но, не дойдя нескольких метров, наткнулась на Фреда, парня Мадины.

— Веймарс, — распахнул юноша руки, не давая прошмыгнуть мимо него.

— Фреееед, — вторила ему, не понимая, чем обязана.

— А я расстался с Мадиной, — произнес он зачем-то и почесал рано лысеющий затылок.

— Сочувствую, мне не понять твоей утраты, но мне жаль, — сделала новую попытку обойти его.

— Да постой ты, Веймарс, — вспылил Фред. — Я свободен. Я знаю, что ты тоже свободна, — прищурился парень. — А скоро бал Всех Проклятых…

— Круто, — выставила вверх большой палец. — С логическими цепочками у тебя все в порядке, не зря в академии учился.

— Идем со мной, — расправил он горделиво плечи. — Слышала поговорку, что новичкам везет? В первом испытании ты победила, а во втором тебе понадобится помощь от кого-то сильного… — поиграл он своими мускулами на плечах и груди. — Могущественного, властного…

— Фред, эм… польщена предложением, — а я действительно растерялась, — но я буду без пары.

— Без пары? — не поверил мне здоровяк, оглядываясь назад. — А на кой тебе понадобилась наша общага?

Не пускаться же в рассуждения о том, что между мной и Эшем что-то есть, а брутальные оборотни без серого вещества в башке меня не привлекают?

Жаль, что на моем лице все это было написано.

— Эй, — боком толкнул меня Фред, — ты Ходжесу не отказала. А мне откажешь? Я, что, хуже этого бледного подонка?

Выпускник Морока на меня рычал, одной лапой ухватил сразу оба запястья, а второй удерживал за плечо.

Скотина. Интересно, а слово «скотина» подходит для представителей хищного вида?

Пока я мысленно разбиралась во фразеологизмах, возле Фреда образовалось облако из привидений. Я и напугаться не успела.

— Б…

— Баплолнная…

— Бапрнная…

— Белочка, — через это облако пробрался и Харт. Охраняющие меня призраки мигом рассеялись. — Тебя обижают?

Фред посмотрел на моего… друга и медленно отпустил.

— Никто твою Белку не обижает. Звал ее на бал.

— Да? — не верил тому Аарон. — Когда зовут на бал, девушку не заставляют, не тащат за собой.

Из дверей здания выбежало еще несколько парней. Кто-то остался позади Харта, кто-то остановился возле огромного оборотня. За ними я разглядела и Эша, вставшего у порога.

— Ты, что, хочешь конфликта? — получив поддержку от своих, Фред порядком расхрабрился.

— Может и хочу. Эш, — его Аарон тоже заприметил. — А ты? Ты ничего не скажешь?

У меня сердце гулко забилось. По Эшу не прочитать эмоций, никогда не догадаться, что он думает.

Я ждала, что он ответит. Согласится с Хартом, и у меня появится надежда.

— Нет, мне нечего сказать, — вздрогнул адепт Ходжес, не удостоив меня взглядом. — Меня в ваши скандалы не приплетайте.

Из меня словно весь воздух выпустили. Нет, я все понимала, мы в ссоре, но то, что Эш просто пройдет мимо…

— Белочка, подожди, — отогнал меня в сторону Аарон, — я тут кое с чем разберусь…

Лишний раз предлагать не потребовалось. У меня померкло в глазах. Чувствовала, что на ресницах образовываются слезы.

Вот гад! Эшу хватило наглости просить, чтобы мы не вмешивали его в скандалы. А я мира с ним искала, мечтала зарыть этот топор войны, найти способ объясниться, обходя все клятвы.

Пошел он в ж… желоб ливневки к ползучему клону.

Развернувшись, ускорила шаг, побыстрее удалясь от мужской общаги. Понятия не имею, по какой причине, но меня опять принесло к колодцу с Тамарой. Аура, что ли такая, скорбная. Учитывая, что оттуда не доносилось ни звука, брюнетка с длинными, нечесаными патлами отсутствовала. Кого сегодня кошмарит?

Усевшись на парапет, я горько зарыдала. Оплакивала и свое хорошее отношение к парню, и свое тупое попаданство, и то, что я ничего не могу с этим сделать.

Все больше приходила к выводу, что разбивать сердце нельзя. Оно одно, то ли дело руки и ноги, их целых четыре штуки. Вот бы вырвать проходимцу.

Пока я плакала, ночь окончательно загустела. Рабочий день, то есть рабочая ночь в Абердине близилась к завершению. Вот-вот прозвенит звонок, сообщавший о комендантском часе.

Я не боялась опоздать, несколько адских гончих, привлеченных моими стенаниями, расположились у ног, утробно рычали, но довольно, а не зло. Все, я навеки их добрая хозяйка. У меня есть мячики.

Казалось, что я переночую на открытом воздухе, но неожиданно с южной стороны почувствовалось движение.

— Тамара, это ты? — думала, что хозяйка колодца вернулась.

— Раз, два… — бурчал кто-то шепотом.

В академии отчего ввели комендантский час, в эти мгновения монстрам разрешали издеваться над студентами. Убивать нельзя, но помучить для острастки можно.

Тамара, я об этом хорошо помнила, феерично считала до семи. Этот же незнакомец дошел до цифры четыре.

— Вау, ты кто? — изумилась, когда свет от луны осветил лицо чудовища.

После своего краткого обучения я перестала бояться ночных созданий. Пришла к выводу, что в них нет ничего страшного, по крайней мере, их мотивация ясна. Страшнее люди, ты не знаешь, что у них на уме.

На меня глядел… Клоун, естественно, в самом страшном своем макияже. Алые губы, фиолетовый нос, который этот клоун иногда сжимал, и раздавались леденящую душу писки. Рыжие космы торчали из-под шапки с помпоном.

— Я Ленни, — представился он и добавил шепотом, — пять, шесть. Мы с тобой знакомы. Помнишь?

Еще бы я такое забыла.

— Тот Ленни, — утерла я свой опухший, покрасневший нос, — который тащил в подвал и собирался сожрать меня заживо?

Когда мы жили с мамой, всегда мотивировала ее переехать. За стенкой жили любители хмельных напитков. Они галдели, ссорились, не работали и вечно пили. Даже завидно как-то становилось. Ныне со мной в замке обитали и вот такие существа. Я мысленно перебрала свою соседскую философию.

— Тебя? — скривился собеседник. — Не пойми меня неправильно, ты не толстая, ой, — получил мой неодобрительный взгляд, — небольшая, аккуратная, с таким же носом увесистым.

Мои глаза налились яростью.

— Да чего тебе не нравится? — терялся клоун. — Ты же Веймарс, да? С тобой готов пойти куда угодно! Хочешь, я из солидарности и грязью извазюкаюсь? Будем как два урода. — Наступила микропауза, а затем: — Ну в смысле я урод, а ты красивая, ты всегда красивая, и худая, ооочень худая.

Никогда еще этот клоун не был так близок к собственной смерти.

— А зачем тогда тащил? — поджала обиженно губы я.

— Ты поживи лет десять во влажном подвале, посмотрю, как ты будешь собирать всех на чаепитие, — вызверился Ленни.

— Хорошо, присаживайся, — пододвинулась, случайно разбудив одного из псов.

Животное пооткрывало пасть, но в целом заснуло также быстро, как и проснулась. Диву даюсь, как легко нахожу общий язык со всеми: с привидениями, с чудовищами. Взять Бугимена, он нас молниеносно принял, как родных, а ведь ходили слухи, что в той комнате никто селиться не желает. Гончие вот тоже. Тамара на меня не каждый день огрызается. Призраки охраняют.

Я сидела и осмысливала происходящее, а Ленни рядом бубнил:

— Мне же скучно. Как минул ураган, так места себе не нахожу, надо ходить по периметру, напоминать, какой я злобный. А я не злобный.

— Стоп, — остановила поток информации, льющийся из напомаженного рта, — а что ты имел в виду, когда сказал, что я Веймарс, и ты готов пойти со мной куда угодно?

— Сказал и сказал, — вздохнул клоун.

— Не заставляй прибегать меня к насильственным методам.

Увы, рычать так грозно, как Эш, я не умела.

— А ты можешь? — скептично хмыкнул Ленни. — Ты же благословенная.

— Кто? — воскликнула я.

— Ну, благополучная, местами блаженная, — изучал меня ползучий клоун. — Блаженная так точно. Ты не знала?

— А можно хоть какое-то пояснение?

— Эм… — произнес растерянно собеседник, пока я все еще пыталась выбраться из впечатления, что я не двинулась умом, я же болтаю с клоуном, — ну благословенная, которую наши боги благословили. Ты к призракам хоть раз прислушивалась?

— Да, они несут белиберду на букву «Б», — припомнила все возгласы привидений.

— На «б», да? — посмотрел на меня Ленни, как на дуру.

— Да ты не понял, у меня же проклятие такое, никто не может выговорить мое настоящее имя, я же Б… Б… Да раздери тебя ползучий клоун.

— Благословенная, получается?

— Вот же напасть, благословенная? — повторила несколько раз. — Благословенная Юля, благословенная Юля. О, выходит.

— А ты не знала? — он порядком удивился. — Иногда в Абердине такие рождаются. Их монстры защищают, всем хочется их потрогать. Они еще умеют всякие магические заклинания снимать.

Ох, понеслось мое сознание в Суровый лес. Если я это Б… Значит…

Мне очень надо почитать книгу по Магическим беспорядкам. Мы столько раз перелистывали злополучную страницу…

Хотела спрыгнуть и побежать, но Ленни до меня дотронулся.

— Куда спешишь-то?

— В общагу.

— А меня поблагодарить? — хмурился ползучий клоун.

Естественно, я рассыпалась в благодарностях, но это не способствовало улучшению настроения у нового знакомого. В конце моей речи, он деловито обозначил.

— Приятно слышать, но мне нужно другое, — его пальцы с длинными когтями сомкнулись на моем запястье.

— Что? — испуганно вздохнула я.

Благословенная, это хорошо, это отлично, но вот зомби мой статус не мешал меня мучить. О чем мечтают клоуны, если не сожрать целиком? Ту стадию мы прошли.

Рассмешить до смерти? О новых прибамбасах? Купить ему ручную обезьянку? Из своего мира не принесу, но, полагаю, что за хорошее вознаграждение, можно договориться с гарпией.

— На бал хочу, — признался Ленни. — Пригласи меня.

— Серьезно? — мои брови стали напоминать идеальную косую линию.

— Поживи в подвале с мое. Обещаю, галстук и нос я поправлю.

Если тот боялся, что меня смутит его костюм или кровожадный вид, то он ошибался. Ухажеров у меня не имелось, единственному, кто пригласил, я уже отказала… Ползучий клоун из подпола не самый плохой выбор. Оригинально. В моем стиле. Нельзя принижать собственный уровень, следует держать марку.

— Да пойдем, — пожала плечами. — Я в какой-то степени рада.

— Ох, Б… Б… Благословенная моя, ты не пожалеешь, — обнял меня жуткий парень.

— Да, кстати, — отстранилась от него, — не мог бы ты никому не рассказывать о том, кто я такая.

— Людям, конечно, но монстры-то в курсе.

Очень захотелось прибить Бугимена за секрет. Вот чудовище. Серый козел он, а не чудовище. Ему, что, моего экзистенциального кризиса в романе с попаданкой не хватало?

Снова поблагодарив Ленни, вновь пообещав, что буду ждать его на балу, с цветами и в яркой бабочке, я пошагала к мужскому общежитию.

Опять окрыленная, опять довольная, еще и жмурилась, потому что в на территории Морока забрезжил рассвет. С удовольствием подставляла свое лицо утренним лучам.

— Кто это тут у нас? — услышала мужской голос, едва выйдя из-за угла.

Мне можно было не бояться адских гончих, так как я их, во-первых, приручила. А во-вторых, оказывается, мне бы вреда и не причинили. Но радость сомнительная.

Если старшекурсник не один, то страшные псы к нему не подойдут. А Фред, у которого сиял синяк под глазом, явно оставленный Хартом, был не один.

Складывалось впечатление, что его оборотни, да и он сам, словно специально меня поджидали. Человек десять, не меньше. Какая же я предсказуемая.

Они рассредоточились, ведомые хищническими, волчьими инстинктами, окружили со всех сторон. И в волков обратились для устрашения.

— Отвали, Фред, — промямлила я, отчетливо чувствуя, что сила не на моей стороне. Никакие призраки не помогут.

— Отвалить? — гоготал выпускник. — Белка, так же тебя все называют? Я ведь тебя по-хорошему звал. Это ты меня унизила. Я, может, тоже хотел по-хорошему.

— Тебе, что, девушки никогда не отказывали?

Я была близка к панике. Да, клубок из привидений, живущих в Абердине, образовался, но на них и не посмотрели. Пара оборотней присели на лапы, но в общем фоне стаи они и затерялись.

— Прикинь, никогда. Знали, что ненавижу отказы.

Самое отвратительное, я не представляла, как избавиться от Фреда. Бежать и вопить на всю Ивановскую? Он быстро заткнет мне рот.

Сердце неистово забилось, а на лбу проступил пот. Где, мать их, монстры, я же кто-то там…

Юноша наслаждался моим ужасом, подходил медленно, а его свора на меня рычала, суживая круг и подталкивая к нему.

Я задохнулась от гнева, ярости, приготовилась неистово отбиваться, когда по земля словно разверзнулась.

— Фред, — узнала интонацию Эша. — Отойди.

— Тебе чего? Вы же расстались.

Мельком взглянула на неожиданного защитника. Адепт Ходжес лениво наблюдал за всем со своего окна на этаже, прислонившись к откосу.

— Может, расстались, может, нет. Отойди от Веймарс.

— А если не отойду? — щурился здоровяк. — Ты что сделаешь?

Фред не чтобы семи пядей во лбу, там бы на одну набралось. Его вели животные инстинкты и подростковый пубертат. У некоторых он и в двадцать пять лет не завершается.

«Как интересно», — явно думал мой обидчик.

«Если в Абердине рай для оборотней»? — размышляла я.

Эш же просто перемахнул через подоконник и очень грациозно приземлился. Шумно, но эффектно. Почувствовала шевеления в других окнах. Половина мужской общаги на нас пялилось.

— Ты забыл про договор, Фред? — сощурил свой взгляд выпускник.

Зрачков опять не было, а вот земля под нами задрожала, да и на ладонях Ходжеса образовались искры. Это состояние Эша я мысленно называла припадком.

После «припадка» весь пыл волчары поугас, а его сторонники и вовсе поджали лапы, бросились наутек в двери корпуса.

— Тогда держи ее при себе, — отозвался Фред. — Нечего на рассвете разгуливать.

— Сам с ней разберусь. Так, что, тебе показать, что я сделаю? — спокойно говорил парень, а я со страшным восторгом оглядывалась по сторонам.

Посмотри, что делается. Деревья трясутся, крылатки переместились к другому зданию. Эх, мне бы такую силищу. Что толку, что я «благословенная»? Авторитета-то нет.

— Отвали, не больно-то хотелось, — с силой толкнул меня оборотень в объятия юноши. — Забирай.

Он прошелся до входа медленно, но заметно, что страх сковал его движения.

Один Эш против целой стаи. Всегда его недооцениваю. Кровь — не водица, могущество королевской семьи не сотрешь, как и тщеславие, которое присуще их потомкам.

Мы остались наедине, если не считать ребят, которые так и не задвинули шторы. Понятия не имею, что ждали случайные свидетели. Поцелуя? Да Эш меня в порошок сотрет быстрее, чем Фреда.

— Чего застыла? Неси свой зад в комнату, — ощерился Ходжес. — Помог тебе по старой памяти. Это в последний раз.

— Мне нужен учебник по магическим беспорядкам, — заныла я, осознавая, что умолять о снисхождении, просить выслушать смерти подобно. Он не станет.

— На кой он тебе сдался? — изогнул одну бровь Эш.

Я была благодарна за спасение, но он до этого столько наговорил, что эта благодарность не перебивала обиды.

Высказалась бы на русском народном, но известные мне ругательства здесь не в чести, а посему ответила вопросом на вопрос (умельцы матерного перефразируют):

— Тебе-то какая разница? Добывали мы его вместе. Если он не нужен, я заберу. Рано или поздно ректор обнаружит, что его украли.

— Хорошо, — кивнул Эш, наморщив нос, — зайдешь, но также быстро уберешься.

— Пф, не больно-то хотелось. Могу подождать, пока ты вынесешь.

— Ага, чтобы тебя потом боевики прижимали? Я задолбался за тебя впрягаться. Шагай.

Зайдя на первый этаж мужского общежития, обнаружила вяжущую леди Винчестер. Совхоза, кажется, вообще не смущало, что со студенткой чуть не расправились на ее глазах. У нее на спицах было что-то на подобие шапки для трехголового монстра. И я совсем не хочу знать, для кого она вяжет это изделие.

— Леди Сара! — воскликнула я возмущенно.

— Что?

— Меня же там чуть не убили. Почему вы не вышли?

— А прямо не убили? — уточнила седовласая женщина, пересчитывая петли и больше обращаясь к моему сопровождающему.

Эш замотал головой, будто это привычная ситуация.

— Да я была за гранью, — продолжила я утверждать. — Фред и его стая…

— Ох, моя милая Б… Б… Да раздери тебя бездна, — выругалась хозяйка замка. — Те, кто за гранью или на грани — это все адепты Морока. Что я, сумасшедшая, по каждому шороху подниматься?

Все, академия довела меня до ручки. Я смирялась с тем, что помощь утопающим оказывают сами утопающие. Лучше ни о чем не просить, а то с силой притопят. Единственное, отчего не удержалась:

— А какой у вас был договор с Фредом? — дотронулась до плеча старшекурсника.

Он моментально и брезгливо смахнул мою ладонь.

— Мы договорились, что они не лезут ко мне и к моим приближенным, а взамен я не заливаю их кровью территорию Морока. Объяснение тебе подойдет?

Еще как.

Мы вошли в комнату, и Эш вытащил из-под подушки фолиант.

— Держи, что-то еще?

Но я уже листала труд Джекила и Хайда, ища данные на букву «Б». И нашла:

«Среди редчайших феноменов, известных современным магозоологам и некропсихологам, особое место занимает так называемые» Благословенные» — существа, обладающие врождённой харизмой такой силы, что даже самые свирепые чудовища, призраки и инфернальные твари стремятся не сожрать их, а… усыновить.

Представители данного феномена, окружены невидимым эскортом из призраков-защитников, которые вступают в активную фазу агрессии при любом проявлении угрозы. Это делает Благословенных почти неприкосновенными в боевом смысле, хотя преподаватели настоятельно не рекомендуют пытаться это проверять на практике.

Кроме того, Благословенные обладают редчайшим даром — способностью снимать злые проклятия, включая самые черные и древние. Считается, что их сила может взаимодействовать с остатками древних существ, давно исчезнувших из нашего мира, но доступных для призыва в особо неудачных практических занятиях.

Стоит отметить, что монстры, демоны и прочие обитатели Абердина проявляют к Благословенным неагрессивный интерес, зачастую предлагая им «услуги опеки», «контракт на вечную защиту» или, в некоторых случаях, «усыновление с последующим наследованием замка».

Важно! При встрече с Благословенными рекомендуется:

Не пытаться наложить на них проклятие.

Не предлагать им душу в обмен на дружбу.

Не пытаться пригласить их на свидание, если вы не готовы к общению с призрачными или монструозными «опекунами».»