Артем закрывает за моей спиной дверь, а я осматриваюсь в роскошной комнате.

Когда-то мы с отцом остановились в Президентском номере в одной из самых роскошных гостиниц.

Там было примерно такое же великолепие. По уровню ничуть не меньше!

И это только гостевая комната!

Как во сне, просто расхаживаю по ней. Совершенно забывая о том, что у меня грязные ноги и что я могу здесь все испачкать.

Прикасаюсь к великолепным дубовым стенам. К белоснежной мебели и множеству красивых и утонченных безделушек. Некоторые из них созданы в единственном экземпляре. Это я знаю наверняка.

Все это больше напоминает мне сон.

Особенно то, что я в доме Артема! Через столько лет…

Чувствую наконец, что я и правда замерзла. Было бы очень неплохо принять ванну и согреться, но…

Первым делом совсем другое! То, что и всегда для меня на первом месте.

Сумочку из дома я забрать успела. Хорошо, хоть догадалась и вспомнила о ней! Особенно, когда вдруг оказалась в крепких руках Артема!

— Здравствуй, мой хороший.

Вопреки всем переживаниям, губы сами расплываются в счастливую улыбку, когда я вижу самое любимое личико на свете. Личико Тимура. Моего сына.

— Привет, мам!

Он машет мне рукой, широко улыбаясь во весь рот.

— Ты где была? Мы за тебя волновались!

— Телефон поломался, мое счастье. Ну, это все неважно. Как вы там?

— Я вас поздравляю, мамочка! У вас настоящий чемпион растет!

За спиной Тимура появляется его тренер.

Он весь так прямо и сияет от гордости.

— Первое место на предварительном турнире. Он тренировочный, конечно, но…

— Я победил тех, кто уже три года тренировались, мама!

Восторженно выпаливает мое счастье.

А у меня слезы на глазах.

Так и вижу, что будет дальше. Синяки. Травмы. Господи, ну за что мне все это?

Но его ведь теперь за уши не оттащишь! Тем более, когда Тимурка почувствовал силу победы! Оххххххх….

— Мы золото возьмем.

Уверенно заявляет тренер.

— Однажды ваш сын станет чемпионом мира!

— Давайте не будем так далеко загадывать. Сначала вернитесь домой.

— Мам? Ты что? Ты не передумала про борьбу? Ну хочешь, я всегда буду пирожки печь? Зато подумай, какой я стану сильный! Ты будешь мной гордиться, а я буду тебя защищать!

— Конечно, мой золотой. Мой самый лучший защитник в мире!

— Мам, ты что, плачешь? Тебя кто-то обидел? Тогда я приеду. Мам! Я прямо сейчас. Соберу вещи, и…

— Не надо, Тимур. Ну, ты что?

А ведь я и не плакала. Так. Слезинка просто с глазах мелькнула.

И как он только умудрился заметить?

Но мой сын замечает все. От него ничего не скроешь!

— Ты плачешь. Я вижу. Это не соринка.

Тимур упрямо сжимает губы.

И… Смотрит на меня так, будто в самую душу. Этот взгляд я видела совсем недавно. Никто другой, кроме моего Тимурки и его отца просто не умеет так смотреть!

— Это я от радости. За тебя. За твою победу, мой хороший.

— Пожалуйста. Обещай мне. Что ты никогда не будешь плакать! Даже от радости! Зачем мне победа, если ты от нее плачешь? Хочешь, я вернусь? И больше никогда не буду ходить на борьбу?

— Нет, ну что ты, мой хороший.

Только качаю головой.

Сколько в нем мудрости и добра! В таком еще моем маленьком!

— Ты должен исполнять свою мечту. А я не буду плакать. Буду только радоваться за тебя!

— Нам пора. Тренировка.

Снова встревает тренер.

— У нас режим, и… Я вам сбрасывал на телефон часы, когда можно быть на связи.

— Конечно. Просто я соскучилась.

— Бойцов нельзя отвлекать! У нас с этим строго!

Тренер усмехается, а Тимурка становится вдруг совсем серьезным. Таким взрослым.

— Пока, мой хороший. Больше не буду. Буду звонить только в назначенное время.

Я посылаю сыну воздушный поцелуй, а он прижимается губами к экрану, громко цмокая.

— Люблю тебя. Ты самое дорогое, что у меня есть!

— И я тебе люблю! Больше солнца!

Отключаю звонок первой, понимая, что это прощание может затянуться надолго. Лучше мы поговорим, когда у сына будет больше времени.

Грустно вздыхаю, отложив телефон в сторону. Чувствую вдруг, как на меня накатывает просто вселенская усталость.

Не только эта ночь. Столько времени в напряжении после того, как Булатов появился в моей жизни!

Падаю спиной на мягкую постель. Закрываю лицо руками.

А в голове…

Звучат совсем другие слова.

«Обещай мне. Обещай мне, что ты больше никогда не будешь плакать. Даже от счастья».

Почти таким же, только взрослым голосом.

Он смотрел на меня тогда так же тревожно и серьезно. Его отец….

Посмотрит ли он однажды снова на меня так?

А какими могут стать его глаза, если он узнает, что я скрыла от него сына?

Что он тогда сделает?

Заставляю все же себя подняться с постели.

Иначе просто отрублюсь от усталости прямо здесь.

Отправляюсь в ванную, которая теперь намного больше, чем наши две комнатушки в доме, где мы живем вместе с Тимуркой.

Откручиваю изящный кран и с наслаждением погружаюсь в горячую воду.

Совсем некстати вспоминая, как когда-то Артем вносил меня на руках совсем в другую ванну…

И как жестоко поставил тогда прямо под ледяной душ!

Кто бы мог подумать, что наша встреча так сильно изменит всю мою жизнь!

Прикрываю глаза, намыливаясь ароматным гелем.

В этой ванной не стыдно принимать даже саму Королеву! Как и в этом доме.

На миг мелькает ужасная мысль.

А, может, я неправа? Получается, что я лишаю Тимура всего этого?

Совсем другой жизни, которую мог бы все эти годы обеспечивать ему отец. Лучших учителей, которых только можно найти в стране? И… Самого отца…

Нет. Это все глупости.

Даже дергаю головой, заставляя эти мысли рассеяться подальше.

На самом деле совсем не в деньгах счастье. Мне ли этого не знать?

После того, как Артем поступил тогда, я была в полном праве не говорить ему о сыне! Я вообще ничего не должна ему после его поступка!

А счастье…

Оно не в деньгах. И не в роскоши.

Оно в любви, которой у нас с сыном намного больше, чем по размеру весь этот дом! Аж до солнца, как говорит мой малыш!

А, значит, я все сделала правильно! Главное теперь, чтобы и Артем ничего не узнал!

Интересно, что сделает Булатов? Наверняка он уже в курсе, что я сбежала.

Я готова отдать ему все, если он потребует. Лишь бы получить гарантии, что он никогда больше не тронет нас с Тимуром!

Я скучаю по своей прежней жизни. По Вале с ее бесконечно носящейся и шумящей малышне. По парфюмерному дому, в котором я по-настоящему счастлива. По нашим тихим вечерам за городом вдвоем с Тимуркой. Да и даже по работе официанткой!

Только теперь понимаю. Как бы ни было мне трудно все эти годы, а мне совсем ничего не хочется менять в этой жизни.

Жаль только, что отец так и не принял внука. Тогда счастье было бы для меня полным.

Нет. Я не скажу Артему ничего.

Принимаю окончательное решение.

Тем более, я прекрасно помню, что он сказал тогда в приемной своей невесте! И моего сына я ему никогда не отдам! Тем более, той крашеной самовлюбленной эгоистке!

Обтираюсь насухо пушистым огромным полотенцем.

Только сейчас понимаю, что мне совершенно не во что переодеться.

Надо было все же догадаться взять несколько вещей. Но свобода в этот миг была дороже!

Завернувшись в полотенце, выхожу в комнату.

Распахиваю двери шкафов, но увы. Они оказываются пусты.

Никто не предвидел, видимо, случая, что гость может оказаться здесь без одежды!

Ну и ладно. Это не самая моя большая проблема.

Просто беру еще одно огромное полотенце, закутываясь в него.

Падаю на постель и тут же проваливаюсь в крепкий сон.

* * *

Уже почти темно, когда я просыпаюсь.

Осень снова изменила свое направление. И сквозь огромное панорамное окно пробиваются почти летние вечерние лучи.

Выхожу на балкон, или это, скорее, терраса.

И…

Медленно поворачиваюсь на запах ароматного кофе.

Артем. Здесь. Совсем рядом.

Если протяну руку, то коснусь.

Он, кажется, и не замечает меня.

Смотрит куда-то перед собой, попивая свой извечный кофе.

А я… Я замираю. Даже шумно сглатываю, глядя на него во все глаза.

Он явно только что из душа.

На крепкой груди и бугрящихся сталью мышцах капельки воды.

Бедра обернуты белоснежным махровым полотенцем, от чего его кожа кажется еще более смуглой.

Он красив. Как Бог.

Его тело просто идеально. Под кожей перекатывается чистая сталь.

Его профиль. Глаза. Чувственные губы…

И эти капельки воды, которые переливаются под солнцем, заставляя мои глаза убегать куда-то вниз по черной дорожке густых волос….

Я как будто чувствую его губы на вкус. Вот такие жадные. Ненасытные. С капелькой кофе, который он всегда так обожал.

Эти губы будили меня когда-то каждое утро. А руки… Руки творили безумие.

Я помню, какая она, сталь его мощных мышц. Она горячая. Будто расплавленная. Она впивалась в мою кожу, заставляя ее вспыхивать каждый раз…

— Оксана.

Его голос звучит бархатом.

Мне приходится сжать руки в кулаки так, что ногти прорезают кожу ладони, чтобы прийти в себя. Сбросить наваждение, в котором я так явственно ощущаю на себе каждую клеточку его тела… И этот вкус кофе с его губ. Он до сих пор не проходит.

Настолько, что я провожу пальцами по собственным губам.

Как будто, для того, чтобы убедиться, что на них нет кофе.

А губы начинают гореть. Да я и сама вся вспыхиваю.

— Ты отдохнула. Думаю, вечером нам нужно будет поговорить. Серьезно. Я уеду пока на какое-то время. Дом в твоем распоряжении. Но сама понимаешь. Выходить даже в сад не следует. И… Не звони никому. Сигнал можно отследить.

— Что сделал Булатов, когда узнал, что меня нет?

— Он принял меры.

Его голос звучит жестко. Очень жестко.

— Он… Знает, что это ты мне помог?

Боже!

А ведь об этом я совсем не думала! О том, что подставляю Артема под удар!

Но в тот момент я думала лишь о том, чтобы вырваться из родного дома и этого человека!

Что он может сделать дальше, этого я и близко себе не представляла!

— Мне нужно кое-что решить. Ложись спать, если меня долго не будет.

Артем уходит, а я обвиваю плечи руками.

В один миг становится вдруг совсем холодно. По-осеннему.

Ухожу с балкона, возвращаясь в выделенную мне комнату.

Я до сих пор вся горю. А перед глазами он… В этом невозможном полотенце!

Нет. Пожалуй, мне лучше дождаться, пока Артем уедет, в этой комнате. Хоть желудок очень явственно дает о себе знать.

С каждой минутой мне все труднее и труднее находится рядом с этим мужчиной!

Зато Артем, похоже, совершенно непроницаемый. Или все дело в том, что я его совсем не интересую как женщина.

Я спускаюсь вниз только после того, как слышу, что машина Артема уехала.

В отличие от Булатова и даже моего отца, у него здесь почти совсем нет охраны.

Еще долго брожу по коридорам огромного дома. Осматриваюсь. Любуюсь картинами и лепниной на стенах, красивой мебелью и деревьями с цветами в огромных. До самого потолка, горшках.

Очень странно все это.

Никак не могу совместить эту роскошь с Артемом.

А еще мне кажется почему-то, что этот дом еще совсем не обжит.

Как будто его только недавно купили. Или сам Артем бывает здесь очень редко.

Наверное, все это глупости.

Ну, что я могу знать о том, каким он стал теперь и как живет?

Как оказалось, я и тогда его совсем не знала!

Все же я позволяю себе одну вольность.

Осмотревшись по сторонам и убедившись, что меня никто не видит, я пробираюсь в соседнюю спальню. В спальню Артема.

Замираю у разобранной кровати.

Поднимаю край простыни, поднося к лицу.

Это тот же запах. Из прошлого. Из моего прежнего счастья.

Я глубоко вдыхаю его, просто не в силах надышаться…

Нет. Я даже не думаю о том, что что-то можно было бы когда-нибудь вернуть.

Артем и так сделал для меня намного больше, чем должен был.

Наверное, в этом все дело. Не в любви и не в каких-то воспоминаниях с его стороны.

Я ведь по Тимурке вижу все его гены.

Артем не был подлецом. Просто… Просто поступил так со мной когда-то.

Наверное, он и правда чувствует вину и хочет ее загладить. Поэтому и помогает мне.

Наши пути разойдутся и уже, наверное, навсегда. Возможно, сразу после того, как он вернется вечером.

Но…

Этот запах… Запах того времени, когда я была счастлива. Полностью. Абсолютно. И мне хочется его вспомнить. Почувствовать снова.

Заставляю себе отвлечься. Иначе позабуду обо всем на свете и так и простою здесь до самого утра.

Но рядом с постелью на тумбочке замечаю стопку аккуратно сложенных и выглаженных футболок.

Все-таки беру одну из них.

Перемещаться по дому в полотенце очень неудобно.

Думаю, Артем меня простит и не воспримет это как посягательство на его личную территорию. Ну, в крайнем случае, если он спросит, всегда можно будет сказать, что дверь была приоткрыта, а полотенца в моей комнате влажными.

Надеваю его футболку.

В этом плане ничего не изменилось. Она мне как платье. Намного ниже колен.

Добираюсь до кухни.

В этом доме, в отличие от нашего прошлого, холодильник набит битком.

Здесь есть все. Мясо, рыба, деликатесы. Глаза разбегаются. Почти как у нас в ресторане.

Беру два сочных стейка. Сегодня можно и забыть о более легком и здоровом питании.

Кроме того, Артем их любит больше всего.

Возможно, он будет голоден, когда вернется, и тогда я хоть этим смогу его отблагодарить.

Нарезаю салат. Уже чувствую, как текут слюнки от аромата запекающегося мяса.

Предвкушаю, как наконец сейчас поем, впервые за весь день, как…

Просто подпрыгиваю у стола. От истошного визга.

И мне даже не нужно оборачиваться, чтобы понять. Этот визг принадлежит Карине.