– Зачем он это делает? – спросил Аксель, изумляясь всё больше и больше.

– Он играет, – ответила сеньора Мадресельва. – Дай ребёнку кубики, и он сложит из них домик. Кид сейчас как в песочнице. Только масштаб другой: вместо машинок и куличиков – настоящие статуи и памятники.

Вдруг рядом с пирамидой, но уже по другую её сторону, появилась Эйфелева башня.

– Ой, здесь больше нет места, – с тревогой заметила Лола.

– Как же нет? На голову мне можно поставить, – мрачно сказал Тринадцатый. – Не знаю там… Пизанскую башню, например. Слушайте, что, если Кид и правда сейчас не остановится?

Конечно, из-за таких событий, до крайности необычных, во дворе школы собрались все: учителя, ученики и персонал. Их движения по-прежнему были ускорены. Многие, впрочем, стояли почти неподвижно – с открытыми ртами взирали на памятники, что возвышались теперь буквально в двух шагах.

И вдруг всё вокруг обрело свою обычную скорость.

– Мы вышли из пузыря времени, – облегчённо сказала директор.

Перед ними появился Кид. Спокойный и радостный.

– Гу-гу-гу! – смеялся он.

Остальные молчали.

– Сеньора Мадресельва, попробуете ещё раз? – тихо спросила Лола.

– Нет, слишком большой риск. Кид почувствует угрозу, и тогда неизвестно что будет.

Все смотрели на Кида со смесью любопытства и страха. Быть в центре внимания малышу явно нравилось. Он захихикал, оттопырил пальчик – и прямо у него за спиной, закрыв собой большую часть сада, возник гигантский динозавр. Хвост и шея невероятно длинные, лапы огромные, как столбы, туловище в длину метров тридцать, весом, наверное, тонн сорок.

Кто-то закричал, другие застыли от ужаса и удивления, не отрывая взгляда от этого чудовищного зверя. Сам динозавр выглядел озадаченным, будто спрашивал себя: «Хм, что я здесь делаю?»

Кид веселился от души.

– Это диплодок, – не растерялся Голиаф. – Спокойствие, он вегетарианец.

– А есть нас и не обязательно, – едко заметил Тринадцатый. – Захочет пробежаться – от нас мокрого места не останется.

– Детям нравятся динозавры, – произнесла директор задумчиво. – Это объясняет, почему Кид взял его сюда поиграть.

– А что же динозавры, они-то любят детей? – заволновался Аксель. – Этот, похоже, нервничает.

Диплодок, оправившись после внезапного перемещения во времени, и правда зашевелился. Его огромный хвост качнулся в сторону и снёс левое крыло школы.

Потом он испуганно взревел и снова задел здание, отбив от него правое крыло. Сеньора Мадресельва наконец поймала его взгляд и, применив телекинез, вцепилась в него ментальной хваткой. Животное почуяло на себе невидимые оковы и с перепугу забилось ещё сильнее.

– Он слишком большой, – сказала негромко директор, на лбу у неё выступили капельки пота. – Долго я его не удержу.

И тут прямо перед ними возникла из ниоткуда женщина лет тридцати. Она была высокой, стройной, с тёмными волосами, в красном комбинезоне.

– Кид! – закричала она, распахивая объятия. Ребёнок повернул голову. Увидев женщину, он радостно загукал, исчез и тут же опять появился.

Ещё секунда – и незнакомка подхватила его и крепко прижала к себе, расцеловала и воскликнула:

– Кид, я так волновалась!

Малыш весь сиял от счастья.

Диплодок, продолжавший бороться с неведомой силой, издал оглушительный рёв. Незнакомка нахмурилась и посмотрела на ребёнка:

– Ты принёс этого зверька?

От смущения Кид опустил глаза.

– Ну-ка верни его в своё время! – твёрдо сказала она.

Динозавр исчез. Женщина огляделась вокруг.

– И те памятники? – продолжила она. – Твоих рук дело, признавайся?

Ребёнок заёрзал.

– Какой непослушный мальчишка! А ну, верни их на место! И в своё время, слышишь?

В тот же миг пирамида, статуя и башня исчезли.

После нескольких минут замешательства директор подошла к незнакомке и спросила:

– Вы знаете Кида?

– Я его мать. Меня зовут Эмбер. А вы кто?

– Клара Мадресельва, директор этой школы… Точнее, того, что от неё осталось.

Эмбер огляделась. Деревья в саду были смяты и растоптаны динозавром. Здание лежало в руинах. А территория за ним – некогда прекрасный луг – была скорее похожа на поле боя, усеянное рвами, вздыбленной землёй и какими-то обломками.

– Та самая Школа Зенера, – сказала тихо Эмбер. – Выглядит, мягко говоря, плачевно.

Она посмотрела на Кида, шутливо погрозила ему пальцем и укоризненно сказала:

– Ужас какой непослушный мальчишка! Делаю тебе замечание.

– Замечание? – брови у директора поползли вверх. – Сеньора, известно ли вам, какая способность есть у вашего сына?

Эмбер кивнула.

– Да, он хронокинетик. Я тоже. Там, откуда мы родом, управлять временем может каждый.

– А вы, простите, откуда?

– Из будущего, – просто ответила женщина. – Тысячи лет спустя. Из 42-го века.

– Слушай, – сказал Тринадцатый Акселю, – ты у неё спроси, какие номера выпадут в лотерее. Сорвём рождественский куш!

Но вместо этого Аксель спросил:

– Неужели через двадцать одно столетие каждый сможет путешествовать во времени?

– Способность развивать у себя хронокинез открыли ещё в 31–м веке, – объяснила Эмбер. – Так что, да, у нас это умеет каждый.

– А почему мы до сих пор не видели ни одного путешественника во времени? – полюбопытствовала Лола.

– Потому что нельзя появляться в прошлом до 31-го века. Строго-настрого запрещено, – добавила она и с укором посмотрела на Кида.

Все замолчали. Сеньора Мадресельва пожала плечами.

– Ну, если это запрещено, – сказала она, – то почему вы здесь?

Эмбер вздохнула.

– Боюсь, это моя вина, – призналась она. – Три дня назад я сводила Кида в «Сады Галактики». Это такой парк развлечений. Помню, что ближе к полудню мы зашли в Лабиринт измерений. Сначала я заблудилась, а затем и Кид потерялся. Позже мне удалось обнаружить его след. Оказалось, он пересёк запретный рубеж и попал сюда, в XXI век. Еле выбила специальное разрешение! Ну и сразу же отправилась сюда, на поиски. Разрешение не сразу дали, поэтому всё так затянулось. Мне правда очень жаль.

Сеньора Мадресельва с тоской и болью смотрела на руины школы.

– Честно говоря, – сказала она, – мне радостно от мысли, что больше никаких путешественников во времени сюда не придёт. Один вот пришёл, ребёнок, даже не взрослый. Полюбуйтесь на результат.

Малыш, сидевший у матери на руках, залился весёлым смехом.

– Ещё раз прошу нас простить, – ответила Эмбер. – Вы не волнуйтесь, это не беда. Я лично верну всё на свои места.

– Каким образом?

– При помощи своей способности. Отправлюсь в прошлое, в тот самый момент, когда Кид потерялся, и заберу его из лабиринта. И тогда он не появится здесь, а значит, ничего тут не поломает. Всё будет как прежде.

Аксель на несколько мгновений задумался.

– И тогда мы забудем всё, что произошло?

– Нет, вы ничего не забудете, – ответила Эмбер. – Невозможно забыть то, чего не произошло. Я сейчас всё устрою. И Кид здесь никогда не появится. Мне правда очень жаль! От нас столько хлопот! Честное слово, сейчас всё исправлю. Прощайте!

Малыш махнул ручкой, широко улыбнулся и исчез вместе с матерью.

Вокруг стало совсем тихо.

Сеньор Тапиока, школьный завуч, подошёл к директору и спросил:

– Клара, что случилось? Кто была эта женщина?

Сеньора Мадресельва начала было рассказывать, но почти сразу остановилась. На губах у неё появилась усталая улыбка.

– Знаете, Аркадио, история приключилась и правда увлекательная. Но, боюсь, нет смысла рассказывать.

Мгновение спустя время ёкнуло, пространство вокруг задрожало, померкло и схопнулось. И то, что случилось, не произошло.