— МЕЛКАЯ ТВАРЬ! — заревел свирепо Арес, изнывая от злобы и глядя на массовое разрушение. — ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ⁈
— Вот теперь, бог Войны, у нас с тобой ничья…
Невозможно было развидеть то, что творилось внизу. Крик и вопли нарастали. Паника охватила округу. Огромное количество херувимов взмывали в небо, наблюдая за нарастающим хаосом, а те, кто не умели летать уносили ноги от эпицентра разрухи как можно дальше. Таран Опустошения сделал своё дело. Часть Небесного Града навсегда исчезла с лица Альбарры. Площади Света попросту не стало. Она перестала существовать. На её месте прямо сейчас зияла сквозная дыра.
Вот только разрушения и не думали останавливаться. Пространство продолжало трещать по швам, а расщелины увеличивались с каждой пройденной секундой. Однако всё это было лишь частью беды. На протяжении нескольких мгновений остров всё еще держался в небе, но затем на глазах у всех он стал медленно падать вниз.
— ГРЯЗНЫЙ СУЧЕНЫШ!!! — свирепо зарычал бог Войны во всю глотку, глядя то на меня, то на Небесный Град, то на Танатоса. — Я УБЬЮ ТЕБЯ… Я…
Однако я не стал выслушивать его бредни и просто рассмеялся. Я расхохотался как умалишенный, что было сил, а мой смех эхом разнёсся по всему пространству.
— Ха-ха-ха… Почему ты стоишь, Арес⁈ — громко осведомился я, сквозь издевательский хохот, а затем мой громогласный бас набатом зазвучал по округе. — ПОЧЕМУ ТЫ БЕЗДЕЙСТВУЕШЬ, БОГ ВОЙНЫ⁈ ПОЧЕМУ ТЫ ЗАЩИЩАЛ СЕБЯ ВО ВРЕМЯ АТАКИ, А НЕ ДРУГИХ⁈ ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛ ПРИНЯТЬ УДАР НА СЕБЯ⁈ ТАК ПОЧЕМУ СТРАДАЕТ ГОРОД⁈ ТЫ ОБЕЩАЛ ПОЗАБОТИТЬСЯ О ПОСЛЕДСТВИЯХ! ТАК ПОМОГИ ЖЕ ИМ! А ЧЕМ ВЫ НЕДОВОЛЬНЫ, ЖИТЕЛИ НЕБЕСНОГО ГРАДА⁈ ПОЧЕМУ ВЫ КРИЧИТЕ ОТ УЖАСА⁈ ПОЧЕМУ ВЫ БЕЖИТЕ В ПАНИКЕ?.. ХА-ХА-ХА… САМЫЙ СПРАВЕДЛИВЫЙ БОГ УЖЕ ЗДЕСЬ! ОН БЫЛ ТУТ С САМОГО НАЧАЛА! ОН ПОМОЖЕТ ВАМ! ОН ЖЕ ОБЕЩАЛ! Я УВЕРЕН, ЧТО ОН СДЕРЖИТ СЛОВО…
Всего на пару секунд, но образовалась тишина. Однако грохот землетрясения по-прежнему нарастал. Но даже сквозь грохот земли яростный рёв бога Войны не утихал, наоборот, он звучал так же громко, как и я сам.
— ВОНЮЧИЙ ВЫРОДОК! ТЫ ЗАПЛАТИШЬ ЗА ВСЁ! Я КЛЯНУСЬ НА КРОВИ, ЧТО ПРИКОНЧУ ТЕБЯ ОЧЕНЬ СКОРО…
Я видел злобу в глазах у колеблющегося Ареса. Видел ненависть во взгляде Танатоса. Видел, с какой радостью они бы разорвали меня на части, однако, увы. Выброшенные на ветер слова невозможно вернуть назад. Оба оберега стремглав рванули вниз. Они рванули прямиком к Небесном Граду, который весьма быстро набирал скорость и все быстрее мчался к земле. Впрочем, божества были не единственными, кто устремился на помощь. Многие отмеченные взяли пример с Ареса и Танатоса и попытались помочь хоть чем-то.
Я же просто завис в воздухе и продолжал наблюдать за тем, как Небесный Град становится всё меньше и меньше. Через минуту он и вовсе скрылся за густыми облаками, но вопли, рёв и грохот разрушающейся земли еще очень долго звучали в пространстве.
Вот только радость моя сошла на нет. Причем весьма быстро. Альянс Душ прекратил своё действие, о чем явственно обозначил до боли знакомый шепот Опустошителя. К тому же голос у тёмной твари стал снова прежним:
Время… вышло… Хе-хе-хе…
Альбарра.
Земли великого дома Ксант.
Твердыня великого дома Ксант — Андар.
В личных апартаментах Кайсы Ксант воцарилось молчание. Впрочем, молчала не только она. Помалкивали все, кто находился в помещении. Сиана то и дело поглядывала на часы, а Морриган переглядывалась с дочерью.
— Минуло почти пять часов, — буркнула феникс, невольно хмурясь. — Наверняка схватка уже состоялась.
— Победа же за падшим, да? — неуверенно осведомилась Кайса, то ли у себя, то ли у кого-то из присутствующих.
В кабинете вновь воцарилась тишина, но теперь она оказалась недолгой.
— Между прочим, я слышала о нём, — тихо пробормотала Морриган, продолжая смотреть в пол. — Уже во времена последней войны с демонами он был знаменит. Очень знаменит.
— О ком вы говорите? — не поняла Сиана женщину.
— О падшем, конечно же, — пояснила наследница Медузы. — Тэйн по прозвищу Златокрылый. Если не ошибаюсь, он был восходящей звездой и блистательным талантом всего народа херувимов. Самый молодой пятипарный серафим в истории. Не знаю, что с ним стало за эти годы, но я очень удивилась, когда увидела его рядом с Ранкаром.
— Мама, ты же что-то скрываешь от нас, не так ли? — вдруг в лоб спросила Кайсанари, когда речь зашла о Безродном. — Ты знаешь что-то о Ранкаре, чего не знаем мы с Сианой.
— Да, знаю, — утвердительно кивнула Морриган. — Но рассказать я вам всё равно ничего не смогу. Это не мой секрет. Это его секрет. И не мне их раскрывать.
— Мама, ты же понимаешь, что он не в себе? С ним что-то происходит.
— И это очень мягко сказано, — многозначительно заметила феникс, слегка приподняв брови.
— Мама, я думаю тебе стоит рассказать нам, — стояла на своём Кайса. — Вдруг мы сообща сумеем ему помочь и…
Молодая горгона резко осеклась, потому как с губ Морриган сорвался печальный смех.
— Ох, шипучка, — огорченно прошептала женщина. — Я очень люблю тебя и понимаю ваши общие посылы, но вы обе слишком переоцениваете себя и свои возможности. К сожалению, вы ничем не сумете ему помочь. Ранкар не глупец, а вы не всесильные. Вам двоим известно кто его отец, кто его семья и вы знаете каким влиянием обладают Лазаревы. Но боюсь даже они не способны помочь мальчику. Вероятнее всего, даже сам хранитель Земли сейчас находится в отчаянии из-за…
Громкий хлопок и шелест расслоившегося пространства не позволил наследнице Медузы довести мысли до конца. Две горгоны и одна феникс моментально вскочили на ноги и с неверием уставились на силуэт черного зверя, который материализовался прямо посреди апартаментов.
— Грация⁈ Что за…
Удивлению Сианы не было предела, её взгляд почти моментально упал на два бессознательных тела — на руках у Эйсона покоилась Вивиан, а на спине у Аванона лежал залитый кровью Тэйн.
— Илай, что случилось⁈
— Дерьмо! ОТБОРНОЕ ДЕРЬМО СЛУЧИЛОСЬ! — вышел из себя Баламут, соскальзывая со спины оцелоты и бережно укладывая падшего на пол. — Будь они все прокляты! Нужен целитель! Да поживее!
— ЗЕЙН, ЦЕЛИТЕЛЯ КО МНЕ!!! — яростно рыкнула в пространство Кайса.
— Твари! Какие же они твари… — бормотал Илай себе под нос, склонившись над другом и отслеживая его дыхание и искоса наблюдая за тем, как Август укладывает на постель бессознательную Вивиан. — Не зря мы отреклись, Эйсон. Ох не зря! Ну ничего-ничего, Тэйн! Сейчас Ранкар им устроит. Вовек не забудут! Но какие же они уроды конченные!
— ХВАТИТ УЖЕ БОРМОТАТЬ! — раздраженно выкрикнула феникс, глядя в спину Илаю. — ОЪЯСНИСЬ ЖЕ ТЫ, НАКОНЕЦ, ЧТО СТРЯСЛОСЬ? НЕУЖЕЛИ ТЭЙН ПРОИГРАЛ? И ГДЕ РАНКАР, В КОНЦЕ-ТО КОНЦОВ? И О КАКИХ ТВАРЯХ ТЫ ГОВОРИШЬ…
— Арес и Танатос снизошли в Небесном Граде, — глухим тоном отозвался Эйсон, присаживаясь прямо пол и устало потирая лицо руками. — Именно об этих тварях и говорит Илай.
— ЧТО⁈ — в один голос выкрикнули обе девушки и Морриган.
— Такого не может быть… — неверяще обронила Сиана, расширив глаза.
— Поверь, может! — угрюмо пробасил Баламут. — Еще как может! Я всё своими глазами видел! Там была еще уйма отмеченных со всех пантеонов. Даже валькирии притащились. И нет, Тэйн не проиграл. Еще бы секунда и он бы прикончил ту крылатую крысу Роланда, но в битву вмешался лично Арес. Он выставил всё таким образом, будто Тэйн на него напал. Он за одно движение почти прикончил его. Если бы не Ранкар, то наш падший погиб бы от рук оберега… ОБЕРЕГА!!! — свирепо рявкнул Аванон. — Вы представляете себе это? Бог напал на смертного!
— Где Ранкар⁈ — встрепенулась Морриган. — Где он⁈ Неужели он схлестнулся с богами?
— Он… остался, — удрученно признал Эйсон. — Остался в Небесном Граде. И боюсь, в скором времени нас будут ждать очень хреновые новости.
— Ранкара ранили? — переполошилась Кайса.
— Хуже. Всё гораздо хуже, — нехотя заключил Баламут, падая на ближайшее кресло, а затем речь его стала прерывистой и напряженной. — В общем, Ранкар… он… он был не в себе… Снова. Но последнее, что мы ощутили это беспрецедентная сила. И принадлежала она отнюдь не оберегам… Да где этого целителя бесы носят⁈ — раздраженно процедил он сквозь зубы, поглядывая на дверь.
— Не надо… целителей… — вдруг раздался ломкий и обессиленный голос Тэйна, который очень медленно разлепил глаза — Я… я в порядке…
Илай и Эйсон почти одновременно дёрнулись в сторону смертельно бледного падшего и быстро помогли перекочевать ему с пола на кресло. В тот же миг в помещение ворвался Зейн в обществе двух целительниц, но Кайса вновь оказалась неумолима.
— Все прочь!
От званых гостей почти моментально простыл след, а всё внимание в кабинете тотчас скрестилось на бывшем серафиме.
— Ты точно в норме? — хмуро вопросил Баламут.
— Жить буду… — выдавил он из себя, а после растеряно оглядел с ног до головы себя и поднял взгляд на Августа и Аванона. — Ранкар… спас?
— Он самый, — устало буркнул Эйсон.
— А что с Вивиан? — вдруг спросила Кайса, когда возникла гнетущая тишина.
— Её Сумрак приложил, когда она начала путаться под ногами, — отмахнулся кисло Аванон. — Ну она вроде дышит, так что не помрёт. Сейчас меня больше интересует Ранкар. Если всё пошло наперекосяк, то есть огромная вероятность того, что случилась бойня…
После злополучных слов Опустошителя всё и вправду вернулось на круги своя. Стоило неизвестной технике рассеяться, как невыносимый груз агонии возвратился. Иллюзии вновь начали одолевать разум и сознание. Они и в небе не давали покоя. На удивление был спокоен протест, но даже такой краткой передышке я был бесконечно рад.
Я до сих пор не понимал, как именно удалось достичь Альянса Душ, а спрашивать у посмеивающейся твари оказалось бесполезно. Одно лишь не давало покоя — левый глаз. Отныне там навечно поселилась тьма. Но если такова цена за спасение Тэйна, то это очень маленькая плата. Вот только сражаться с одним глазом буде сложно. Возможно, очень сложно.
Я не знал, что творилось позади. Не понимал, что произошло с Небесным Градом. Я не стал ждать и отказался наблюдать за падением города. Но так или иначе очень скоро я обо всём узнаю. И моя догадка оправдалась достаточно быстро.
Барьеры над Андаром я пересёк без каких-либо проблем, но вернуться в Твердыню Ксанта удалось только к сумеркам. Причем одной из первых, кто меня встречал оказалась Кристальная Ведьма. Не знаю, сколько она пробыла на придворцовой площади, но судя по всему, ждала отмеченная достаточно.
Волосы её были взъерошены. В глазах пылали ярость и боль. Шаг её ускорился, и та уже успела занести ладонь для пощечины, но удара так и не последовало — дрожащая рука служительницы Темиды застыла в нескольких сантиметрах от моей щеки.
— НАГЛЫЙ ПОДОНОК! ЧТО ТЫ НАТВОРИЛ? ЗАЧЕМ⁈ ЗАЧЕМ ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ⁈ ДЛЯ ЧЕГО⁈ ТЕБЕ ХОТЬ НЕМНОГО ИХ ЖАЛЬ⁈ ТЫ ХОТЬ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, СКОЛЬКО РАЗУМНЫХ ПОСТРАДАЛО⁈ ОНИ ЖЕ ЛИШИЛИСЬ ВСЕГО! ВСЕГО!!! НЕБЕСНЫЙ ГРАД БЫЛ ИХ ДОМОМ! НЕБО БЫЛО ИХ ДОМОМ! А ТЕПЕРЬ…
— И что же теперь? — грубо вопросил я, перебивая отмеченную. — Просвети меня, Вивиан. Скольких я убил? Сколько пострадало от моей руки?
Вот только ответа не последовало, потому как я и сам уже обо всём догадался.
— Почему же ты молчишь? — хрипло рассмеялся я, присаживаясь на одну из ступеней, которая вела к главному входу во дворец. — Давай же, говори.
— Она молчит, потому как почти никто не погиб, — раздался из-за спины голос Морриган, а через пяток мгновений её силуэт присел слева от меня. — Потери среди жителей минимальны на фоне произошедшего. Арес и Танатос каким-то чудом усадили Небесный Град в Пустошах на границе Иерихона и Аххеса. Точнее они усадили то, что от него осталось. Примерно пятую часть. На большее их сил не хватило.
Слова матери Кайсы изумили до глубины души. Даже постоянная агония ненадолго отступила, ведь мне захотелось расхохотаться. Вот только смеха на сегодня уже было достаточно.
— И чем же ты недовольна, Ведьма? Теперь ты понимаешь, что я редкостный гуманист.
— Мне кажется, что в большей мере она недовольна тем, что ты вырубил её как несмышлёную девку!
— Прикуси язык, падший! — ощетинилась служительница.
Вместо того, чтобы обернуться, я лишь устало прилёг на ступени и, откинув голову назад, почти моментально встретился взглядом с Тэйном, Илаем и Эйсоном, а через пару мгновений к ним присоединились Кайса с Сианой.
— Рад, что ты в порядке, — хмыкнул ободрительно я.
— Что с глазом? — мрачно поинтересовался бывший смертник, медленно спускаясь по ступеням.
Впрочем, почерневший глаз успел рассмотреть не только Тэйн, но и почти все присутствующие.
— Мы все за что-то платим. Это была моя цена, — уклончиво отозвался я, а после метнул на виду у всех в руки падшего артефакт из драгоценного камня. — Грация всё сделала. Дальше решать только тебе.
Почти моментально воцарилась тишина. Несколько долгих мгновений Тэйн не сводил глаз с артефакта и лишь крепче сжимал его пальцами. Изначально я считал, что тот задействует его немедленно, но падший сумел удивить — он просто спрятал активатор в накопительное кольцо.
— Я в неоплатном долгу перед тобой… брат, — с какой-то грустью заключил бывший смертник, опуская лицо. — Ты лишь отдаёшь и ничего не берешь взамен. Даже свой глаз ты отдал, чтобы спасти меня и…
Мириада сраных бед!
— Прекращай скулить! — осёк я его ледяным тоном, с кряхтением поднимаясь на ноги и невольно сгорбившись, пришлось как можно быстрое удалиться прочь из-за очередной волны проклятых иллюзий. — Еще ничего не закончилось. Твоя месть не окончена. Тебе лишь осталось довершить начатое. Остался финальный шаг.
— Ранкар, ты куда⁈ — вдруг ударил мне в спину голос взволнованный голос Илая.
— На полигон, — тихо отозвался я, игнорируя смех Опустошителя. — Хочу… хочу побыть наедине с собой…