Альбарра. Небесный Град.

Площадь Света.

— Нисхождение, — неверяще выдохнул Илай, выпучив глаза. — Это же нисхождение оберега!

Слова Баламута оказались излишни, потому как я уже и сам учуял до боли знакомую божественную энергию.

— Тут ты ошибаешься, — мрачно рассмеялся я. — Не оберега…

— А оберегов, — выдохнула озадачено Вивиан. — Их… двое.

— Кто именно прибыл? — решил уточнить донельзя угрюмый Эйсон.

— А ты сам как думаешь? — расплылся я в коварной усмешке, а после весело тому подмигнул. — Сюда вот-вот заявятся мои «любимчики».

Судя по хмурому лицу Кристальной Ведьмы, она не ожидала подобного исхода. Увидеть здесь служителей в целом укладывалось в рамки подлянок Роланда, но нисхождение сразу двух небожителей не входило в её планы. К тому же помимо неё здесь отсутствовали иные служительницы Темиды, зато отмеченных из стана прочих оберегов имелось в достатке.

Нисхождение только завершалось, но патриархи в лице Роланда, Нэйтали, Барила и Меллы до сих пор стояли, склонив покорно головы, а следом их примеру последовали многие другие херувимы. Впрочем, отмеченные из стана Ареса и Танатоса пошли еще дальше и разом склонили колени.

Однако пока Дух Бойни упирал свой взор в гранитный камень площади Света и делал вид, что моей персоны просто не существует, какой-то женский субъект странной наружности из расы фурий, явно хотела прикончить меня глазами.

— Что за шаболда стоит рядом с Духом Бойни и пытается уничтожить меня взглядом? — спокойно спросил я, искоса взглянув на Вивиан.

— Шаболда? Рядом с Духом Бойни? — тотчас активизировался Илай, отыскивая глазами Вендигала и предчувствую знатную потеху. — Где? Где она? Хочу посмотреть!

— Угомонись, дитя Хаймона, и не зли меня. Нет там никакой… шаболды! — тотчас осекла его Ведьма, но на меня та посмотрела со вселенским укором. — К сожалению, только ты позволяешь себе столь нелестно отзываться об отмеченных. Иных бы убили на месте.

— Если бы ты на меня смотрела также, то я отзывался бы о тебе аналогичным образом, — холодно отрезал я. — Кто она?

— Эмбара Кошмарная, — тяжело выдохнула Вивиан, потирая лоб пальцами. — После того как ты убил в Инферно Гарона Горевестника, который приходился ей мужем и был вторым перстом Танатоса, она возжелала твоей головы. К тому же теперь она предводительница отмеченных бога Смерти, ведь первого перста Танатоса убил твоей отец еще в Аронтире на Великой Сотне. Помнишь Белевира Призрака Погибели? Именно тогда хранитель Земли вступился за тебя.

— Никого не знаю с таким именем, — солгал я, не моргнув и глазом. — Впервые слышу.

— Ох, Ранкар, как же с тобой тяжело, — напряженно выдохнула женщина, продолжая тереть лоб ладонью. — Молю тебя, хотя бы сейчас не лезь к оберегам и отмеченным. Пусть Тэйн сразится с братом и на том покончим. Очень прошу тебя, не усугубляй.

— Если не тронут меня, то и я никого не трону, — серьёзно заключил я, взглянув исподлобья на Ведьму. — Такой ответ тебя удовлетворит?

— Вполне, — с явным облегчением кивнула служительница Темиды. — Спасибо.

Честно признаться, прямо сейчас сдерживать себя было крайне трудно. Иллюзорные чудовища находились повсюду на площади, смех Опустошителя и его шепот то затихал, то вновь становился громче, а протест, такое впечатление, напрочь вышел из строя. Он стал реагировать на любое резкое движение и на любой косой озлобленный взгляд, который бросали в мою сторону.

Только сейчас до меня дошла истинная суть слова тёмной твари:

Всюду… будут… мерещиться… враги…

И они мерещились мне. Повсюду. А прибытие Ареса и Танатоса всё усугубило в сотни тысяч раз.

Прежде чем нисхождение оберегов полностью закончилось и прежде чем пространство вновь вернулось в норму, затылок засаднило нарастающей зубодробительной болью, протест завыл будто раненый вепрь, а затем на глазах у всей площади материализовалось два высоких силуэта, которые возвышались над остальными.

Танатос, как и ранее, скрывал своё тело и лицо за тёмными одеяниями, из-под которых виднелись лишь его тёмно-зеленые глаза и край лица. Ухмыляющийся Арес выглядел точно так же, как и на Великой Сотне — кроваво-красный роскошный доспех, несводимый шрам на полфизиономии и массивный клинок в ножнах.

— Приветствуем чтимых оберегов! — в один голос выдохнули патриархи вкупе с отмеченными.

— ПРИВЕТСТВУЕМ ЧТИМЫХ ОБЕРЕГОВ! — разом громыхнула площадь Света.

— Какой тёплый приём! Хорошо! Очень хорошо! — громогласно рассмеялся Арес, явно довольный увиденным, между делом оглядываясь по сторонам. — Мне всегда нравился Небесный Град. Очень нравился. Жаль, что вы держите нейтралитет в плане веры. Очень жаль. Но я не сержусь. Я справедливый бог. Очень справедливый.

— Благодарим вас за то, что прибили сюда, повелитель Арес! — угодливо пролепетала четверка патриархов в один голос, не разгибая спин. — И благодарим за ваше великодушие.

— Всё в порядке. Не стоит благодарностей, — величественно отозвался оберег. — Повторяю — я справедливый бог. Очень справедливый.

«Да ты кусок дерьма!» — вспылила тотчас Руна.

— Эйсон, Тэйн, Илай, вы видели когда-нибудь театр одного актера? — спокойно осведомился у них я и глазами указал на оберегов. — Вот, полюбуйтесь, пожалуйста!

Пару секунд те ничего не понимали, но когда до них всё-таки дошла моя колкая истина, те разом обнажили веселые ухмылки.

— Уймись, Ранкар, ты же обещал? — дёрнула меня за руку Вивиан, недовольная услышанным.

— А что я такого сказал?

— Зачем ты усугубляешь⁈ Они же…

— Ну и кто же они, Вивиан? — пожал я спокойно плечами и склонившись над её ухом, тихо заключил. — Может ты хотела сказать… боги? Знаешь в чем твоя проблема, Ведьма? Ты боишься. Ты боишься их. Ты боишься меня. Ты боишься того, что грядет. Но даже если боишься, то зачем своим страхом ты пытаешься заразить других? Для чего? Не нужно проецировать своё мнение на окружающих. Мы в таком не нуждаемся. Я сделал свой выбор. Парни сделали свой. Для нас уже поздно. Слишком поздно. Или тебе напомнить, что ты должна делать?

Глядя точно мне в глаза, Вивиан силилась что-то сказать. Что-то противопоставить услышанным заявлением, но, увы, она не сумела. Просто не смогла. Потому как прозвучавшие слова оказались правдой. От начала и до конца. И об этом явственно твердило её растерянное выражение лица.

— Хотя бы… хотя бы никого не убивай, — сдалась она, обреченно опуская руки, которые до сих пор крепко сжимали мои запястья. — Окружающие ведь не виноваты. Не впутывай в ваши разборки обычных смертных. Они… они не виноваты.

— На всё воля Небес, Ведьма, — с издёвкой рассмеялся я. — Вы же так любите говорить? Вы же именно такими словами перекладываете ответственность на других, не так ли?

Рот Вивиан открывался и закрывался как у рыбины, которая очутилась на суше. Однако пока мы с отмеченной Темиды выясняли отношения, на площади Света один позёр продолжал упорствовать в своей излюбленной манере.

— Говорят сегодня в Небесном Граде состоится очень занимательный поединок, — громогласно вещал Арес. — А бог Войны любит хорошую драку. Очень любит. Я обязан посмотреть лично на такое. Ты согласен со мной, брат?

— Целиком и полностью, — могильным тонном заключил Танатос.

Вот только пока Арес вёл беседу с патриархами и своими служителями, сам Танатос не забывал исподлобья сканировать мой силуэт разъярёнными глазами, которые пылали злобой и ненавистью. Причем делал он настолько долго и качественно, что я попросту не выдержал. Изможденный агонией разум сделал своё дело.

— У тебя какие-то проблемы? — ледяным тоном спросил я, склонив голову набок и встречаясь с ним взглядом. — Или, возможно, имеются какие-то вопросы? Так ты не стесняйся, спрашивай.

Мой голос прозвучал негромко, но тихо гудящая площадь Света внезапно замерла. Замерли патриархи. Замерли херувимы. Замерли отмеченные. Даже те, кто не желал выказывать низошедшим оберегам почестей в лице валькирий и остальных служителей, тоже замерли, а взгляды огромного количество разнообразных существ скрестились на мне и нашей группе.

Замер и Арес, который стоял спиной к нам, но стоило ему заслышать мою речь, как тот тихо рассмеялся и неторопливо повернулся в нашу сторону:

— Ах, точно, и как я не заметил! Значит, ты тоже здесь, — громогласно выпалил он, встречаясь со мной взглядом, но при этом он до сих пор продолжал играть на публику. — Граждане Небесного Града, а также моя уважаемая паства! Позвольте представить вам того, кто возжелал бросить тень на наше величие. Я предлагаю вам взглянуть на того, кто решил пошатнуть тысячелетний мир и порядок. Я представлю вам глупого смертного, который вознамерился прыгнуть выше собственной головы. Я представляю вам мальчика с грозной ковырялкой в руках. Я представляю вам наследника Пятой Династии — Ранкара Безродного. Бедный и запутавшийся ягнёнок. Последний кусочек проклятого народа.

Должен признать, что на публику Арес играл превосходно. Просто превосходно. Лучше кого бы то ни было.

— Однако я и мои братья с сёстрами по достоинству оценили его старания и способности, — продолжил распинаться бог Войны. — Мы не стали убивать столь талантливого наглеца сразу. Мы дали ему возможность одуматься. Мы дали ему шанс осознать свои ошибки. Но вместо жизни и служения нам, мальчик решил выбрать смерть. Да, друзья, именно СМЕРТЬ! — громко изрёк оберег. — Он начал убивать наших отмеченных, которые пытались заставить его одуматься. Он убивал их в спину. Убивал слабых и раненых. Он якшается с демонами! А затем он бросил вызов! Он бросил вызов лично мне и остальным! И мы великодушно покараем его! Покараем, когда придёт время. Вы увидите это воочию. Он заплатит за все убийства и порочные поступки. Как по мне, грешники должны страдать долго и мучительно. Ко всему прочему многие народы и расы стали забывать кто мы и на что способны, потому мы явим себя. И явим очень скоро.

Площадь Света находилась в гробовом молчании, а Арес в это время с довольным видом важно оглядывался по сторонам:

— Надеюсь, меня услышали все? Вскоре мои отмеченные донесут данную весть до всего Вечного Ристалища. Так или иначе, но Последователь Проклятых будет наказан. И то, что прямо сейчас он стоит перед всеми вами живой и здоровый, говорит о великодушии оберегов Альбарры. Даже после всего зла, которое он совершил, мы уважаем выбор глупого смертного.

«ПОДЛАЯ ТВАРЬ!!! — разъярённо ревела Истра. — ОН ЖЕ ПЕРЕВЕРНУЛ ВСЁ С НОГ НА ГОЛОВУ! Я УБЬЮ ЕГО! О, ДРЕВНИЕ, ДАЙТЕ МНЕ СИЛ И ТЕРПЕНИЯ!»

Впрочем, пока Руна бесновалась внутри, снаружи начал происходить настоящий бедлам. Очарованные речью Ареса, как жители Небесного Града, так и прибывшие гости находились на седьмом небе от счастья.

— Слава…

— Слава богам…

— Слава оберегам Альбарры!

— СЛАВА БОГУ АРЕСУ!!!

— ПОБЕДА БУДЕТ ЗА БОГОМ ВОЙНЫ!

— УБИТЬ ПОСЛЕДОВАТЕЛЯ ПРОКЛЯТЫХ!

— УБИТЬ…

— УБИТЬ!..

— УБИТЬ!!!

Чем дольше я вслушивался в рёв окружающих, тем быстрее в груди разгоралась буря из переполняющих эмоций. По большому счету было плевать на слова Ареса и на вопли толпы, но мой разум и без того уже находился на грани. На грани того, чтобы не учинить резню, а смех Опустошителя и его соблазнительные речи лишь сильнее подталкивали к действиям, которые отвергало здравомыслие.

Хе-хе-хе… Они… мясо… Просто… корм… Так… может… сдашься?.. Яви… им… НАШУ… суть… Ха-ха-ха…

— Ха-ха-ха… Хе-хе-хе…

Под яростный грохот толпы я и сам не понял, когда начал смеяться, но чем громче я смеялся, тем тише становились возгласы окружающих. Через пару секунд мой хриплый смех гремел над площадью, а сам я неторопливо зашагал к двум оберегам и квартеру патриархов.

— ХА-ХА-ХА-ХА… УБИТЬ⁈.. ХЕ-ХЕ-ХЕ… — сквозь дикий хохот повторил я, шагая вперед и параллельно с этим оглядываясь по сторонам. — И кто же хочет меня убить⁈ И кто же будет этим смельчаком⁈ Из какого народа? Из какого стана? Может быть, кто-то из патриархов Небесного Града хочет меня прикончить⁈ Ты, Мелла? Может Нэйтали или Барил⁈ — с весельем в тоне спросил я, обнажая зубы и глядя на разозлённых пернатых. — А может быть кто-то из прибывших служителей? Может быть, предводители отмеченных хотят стать героями и уничтожить зло? Вендигал, как насчёт бросить мне вызов? Тания, а что насчёт тебя? А почему молчит Магнус Ткач? А может Эмбара Кошмарная хочет отомстить за мужа? Уллуса, Каэрон, или это будете вы? А что скажешь ты, Арнлейв? Почему все служители заткнулись⁈ — рявкнул я с полубезумной гримасой на лице, а после снизу-вверх посмотрел на Танатоса и Ареса. — А может быть повысим ставки? Может быть, обереги покарают зло прямо сейчас? Как видишь, бог Войны, языком трепать умеешь не только ты.

— Не зарывайся, сопляк, — с холодной усмешкой заключил Арес, возводя полог тишины, который отделил нас от остального мира. — Не испытывай моё терпение. Оно не безгранично. Ты прекрасно знаешь, что мы не можем сражаться сейчас.

— Тогда тебе лучше захлопнуть пасть и не строить из себя всесильного, очень справедливый бог! Если хотел важничать и ссать в уши этим насекомым, то нужно было выбрать место, где меня не будет. Кстати, как рука, Танатос? — с издёвкой рассмеялся я, взглянув на бога Смерти. — Как рёбра? Как потроха? Не болят? Колики не мучают по ночам?

— Ты будешь умирать долго и мучительно! — ощетинился оберег, изнывая от ненависти и злобы. — Я лично выпотрошу тебя, щенок!

— Ты не представляешь, как я жду этого дня, — сплюнул презрительно я, глядя ему в глаза, а затем, развернувшись на месте, покинул полог тишины и громогласно выкрикнул: — ЕСЛИ ЗДЕСЬ НЕТ ТОГО, КТО ХОЧЕТ ПРИКОНЧИТЬ МЕНЯ, ТОГДА ПОРА НАЧИНАТЬ ТО, РАДИ ЧЕГО ВЫ ВСЕ СЮДА И ПРИТАЩИЛИСЬ!

Над площадью Света воцарилась могильная тишина и на добрую минуту времени я оказался в эпицентре всего внимания, но стоило мне дойти до парней, как из-за спины раздался радостный бас бога Войны, который продолжил играть на публику:

— Глупый смертный прав. Давайте же начнем поединок. Роланд, надеюсь, ты порадуешь нас всех славной битвой и…

Слух пришлось отключить, чтобы не слышать словесный понос, который изливался из пасти Ареса. Подойдя почти вплотную к страшно довольным парням, я тотчас возвёл полог, чтобы нас не слышала Вивиан, а после мягко водрузил руку на плечо Тэйна.

— Я знаю, на что ты способен, дружище. Знаю, как долго ты шел сюда. Знаю, чего это стоило для тебя. И я прекрасно знаю и вижу, что ты скрываешь… — на этих словах пришлось осечься, ведь услышанное изумило не только Тэйна, но и Эйсона с Илаем, которые с озадаченным видом уставились на падшего.

— Давно понял? — с лёгкой растерянностью осведомился бывший смертник.

— Это сейчас неважно.

— Прости, что скрывал, — виновато прошептал Тэйн.

— Тебе не за что просить прощения, балда, — миролюбиво хмыкнул я, крепче сжав его плечо. — Мне ведь тоже приходится лгать вам, и я не испытываю радости на этот счёт. Однако, чтобы наш план сработал, тебе придётся отвлечь внимание двух этих уродов сражением. Прибытие Ареса и Танатоса спутало карты. Думаю, пары минут хватит.

— Я всё сделаю, не переживай. Эту битву они никогда не забудут! — твердо произнес падший, но его холодный взор невольно сместился в сторону. — Ранкар, эта сука, которая предала меня, тоже пришла… Велена здесь. Стоит рядом с Роландом. А вот моего папаши нет. Неужели сдох? Хотя нет, вряд ли…

Пришлось обернуться в указанном направлении и взглянуть на очень привлекательную пятипарную серафиму, которая подготавливала патриарха Сияющего Ветра к поединку.

— Пусть наблюдает, — злорадно хмыкнул я, предчувствуя славную потеху. — Ей же хуже.

Заслышав мои слова, падший вдруг тихо рассмеялся, а после подобно мне, крепко сжал моё плечо.

— Спасибо тебе… брат. Спасибо за то, что ты сделал как для меня, так и для парней. Если бы не ты, мы бы давно все сгинули в той проклятой коллизии под стенами Аделлума. И не вини себя за то, что случится дальше, — попытался успокоить меня Тэйн напоследок. — Помни, что это мой план. Моя месть. Ты всего лишь протянул мне руку помощи.

— На моей душе уже столько всего, что и не сосчитать. Так или иначе, мы все заплатим за то, что натворили в жизни. Кто-то поздно, а кто-то рано, — печально хмыкнул я, опуская глаза. — Иначе быть попросту не может. Не сдерживайся и действуй во всю силу, а о последствиях позабочусь я. Теперь ступай и сделай то, что должен, брат.

В ответ Тэйн кратко кивнул и глаза его запылали ужасающей решимостью. Напоследок тот крепко обнял Илая и Августа, а пару секунд спустя над площадью зазвучал пронзительно-громкий голос неизвестного пожилого серафима.

— ПРОШУ ПРОСЛЕДОВАТЬ ПРОТИВНИКОВ К ЦЕНТРУ!

— Заканчивай побыстрее и поскорее возвращайся, — ободрительно ухмыльнулся Эйсон.

— Прикончи ублюдка! — грозно выпалил Баламут, хлопнув падшего по спине.

На полпути к центру площади в руках у бывшего смертника материализовались парные клинки Нанна, которые я подарил Аванону, а еще через секунду всё тело Тэйна оказалось облачено в иллириумный доспех… Дракона Ксанта. Чтобы прикончить Роланда Кайса даже не пожалела наследия собственного отца. Вкупе с пятью парами черных крыльев Тэйна тёмная броня Данакта выглядела на порядок более угрожающей.

— С клинками твоя идея? — тихо осведомился я у Илая.

— Для такого дела не жалко, — предвкушающе улыбнулся Аванон, а после подозрительно прищурился и переглянулся с Эйсоном. — Что от нас скрывает Тэйн?

— Сейчас сами увидите.

Впрочем, Роланд выглядел не менее защищенным и опасным. В лучах Сиги и Меры белоснежный доспех патриарха и его белые клинки сияли ослепительным светом, а шесть пар распростёртых крыльев лишь сильнее заставляли ликовать толпу.

— РОЛАНД СИЯЮЩИЙ И ТЭЙН ЗЛАТОКРЫЛЫЙ, ПРАВИЛА ПОЕДИНКА ВАМ ОБОИМ ИЗВЕСТНЫ! — громко загрохотал пожилой серафим, обращаясь к братьям. — ПРОИГРЫВАЕТ ТОТ, КТО ПЕРВЫМ КАСАЕТСЯ ЗЕМЛИ, ЛИБО ТОТ, КТО ПОГИБАЕТ В БОЮ! НО ВЫ ОБА НАСТОЯЛИ НА ТОМ, ЧТОБЫ ЖИЗНЬ ПРОИГРАВШЕГО ОКАЗАЛАСЬ В РУКАХ ПОБЕДИТЕЛЯ! БИТВУ НАЧИНАТЬ ПО МОЕЙ КОМАНДЕ! И ПУСКАЙ НЕБО СТАНЕТ СВИДЕТЕЛЕМ ВАШЕГО СРАЖЕНИЯ…

На миг судья притих и поочередно взглянул на бойцов, а затем оставшись довольным от увиденного и сделав несколько шагов назад, тот громогласно выкрикнул во всю глотку:

— К БОЮ!

Тэйн и Роланд почти одновременно и на одной скорости взмыли в небо. Но прежде чем поднять взор к небосводу, как это сделали все остальные, я мягко коснулся ладонью головы Грации и едва слышно прошептал:

— Пора, крошка…

— Мр-р-р-р…

В ответ оцелота довольно мурлыкнула и отступив скрытно ото всех ко мне за спину, исчезла в пространстве.

В небе же в это время разгоралась далеко нешуточная баталия. Точных воинских и магических рангов Роланда я не знал, да и не хотел знать, но наличие шестой пары крыльев твердило об очень многом. Не всем пернатым дана возможность и способности пробудить шестую пару. Лишь сильнейшие и могущественные херувимы были способны на такое. Вот только на старте битвы Тэйн практически ни в чем не уступал своему брату.

Яростные вспышки света в небе говорили о том, что оба сражаются на пределе сил и возможностей. Клинки рассекали небесную гладь, оставляя после себя чудовищные вихри. Боевой арсенал, что у одного, что у другого был схожим. По всей видимости мечи Роланда тоже были какой-то реликвией Ушедших Эпох, потому как они весьма рьяно и безбоязненно вгрызалась в клинки Нанна.

Сталь впивалась в сталь. Магия света разрывала на куски такую же магию Света. Однако тёмный и ослепительный силуэт говорили о том, что сражаются сейчас в небе не два носителя Света. Нет, совсем нет. Прямо сейчас бой между Тэйном и Роландом напоминал извечную войну Мрака со Светом. Вот только не имелось во Вселенной абсолютного добра и абсолютного зла.

— Сверши свою месть, брат, — пробормотал тихо я, слегка прикрывая веки.

Небеса дрогнули, когда падший и серафим сошлись в очередном ожесточенном столкновении. Их крылья, ярко-белые и иссиня-черные, расправлялись во всю ширь с каждым разом всё чаще и чаще. Воздух наполнялся гулом ослепительной стихии, а пространство искажалось от мощи аур с каждым разом сильнее.

Внимательно наблюдая за Тэйном, я всё отчетливее понимал, что тот двигался не как обычный херувим или та же валькирия. Нет, совсем нет. Он перемещался с царственной грацией, в каждой его атаке читалась непреклонная воля к мести. Роланд же отвечал ему стремительными выпадами. За счёт большего количества крыльев он кружил вокруг брата, как сраный вихрь, нанося удары с неожиданных ракурсов. Бывший смертник парировал с безупречной точностью. Клинки встречали удары противника с оглушительным звоном, от которого разлетались искры белого пламени. Однако, чем дольше длился бой, тем отчетливее виднелась разница между братьями — Тэйн начал сдавать. Количество пар крыльев сказалось на битве.

Сияющему необходимо отдать должное — он не спешил атаковать. Он методично изучал стиль соперника, отражая атаки и изредка контратакуя короткими, выверенными выпадами. Роланд медленно подавлял брата. Ублюдок играл на публику. Играл на публику точно так же, как и Арес. Тэйн начал сдавать сильнее. Причем конкретно.

— Ранкар, у нас же всё идёт по плану, да? — невольно переполошился Эйсон и быстро переглянулся с хмурым Илаем. — Мне не нравится то, что происходит в небе.

Правда, ответ мой оказался излишним, потому как над площадью вдруг раздались тихие аплодисменты бога Войны:

— Неплохо. Совсем неплохо. Судя по всему, победитель вскоре определится. Что скажешь, брат? — вдруг обратился тот к Танатосу.

Впрочем, херувимы тоже не отставали от оберегов. Все почуяли еще не пролитую кровь.

— РОЛАНД!

— РОЛАНД!

— РОЛАНД!

— Да, — согласно кивнул я парням. — Всё идёт по плану.

Движения Тэйна начали замедляться. Они стали вялыми и будто неторопливыми. Ему пришлось отступать под градом сокрушающей магии света брата, а подгоняемый ликующей толпой Роланд, решил форсировать события. Улыбка его стала шире, он усилил натиск и… кровь пролилась.

— СМЕРТЬ ПАДШЕМУ!

— УБЕЙ ПАДШЕГО!

— УБЕЙ!!!

Толпа бесновалась и кровь действительно пролилась. Вот только пролилась кровь не Тэйна. Пролилась кровь Роланда, который будто ошпаренный отшатнулся от брата и с неверием уставился тому за спину. И с таким же неверием в небо уставились многие другие, потому как позади Тэйна медленно материализовалась новая пара крыльев. Изгнанник, преданный и гонимый собственной расой, совершил невероятное — он пробудил шестую пару. Некогда падший серафим продемонстрировал то, что считалось невозможным среди изгоев.

— ХА-ХА-ХА!!! ТАК ЕГО! — радостно заголосил Илай во всю глотку и не сводя глаз с Роланда, вцепился руками в плечи Эйсона. — ВЫКУСИ, КРЫСА КРЫЛАТАЯ!!!

Одна из пар крыльев Сияющего оказалась надрублена у самого основания. С каждой секундой мощь Тэйна становилась больше, а под конец почти по всем параметрам полностью подавила ауру противника.

— Невозможно… — прошипел яростно патриарх, расширив от удивления глаза. — Это… НЕВОЗМОЖНО! КАК ТЫ СУМЕЛ⁈ ТЫ ИЗГНАНИК! ТЫ ИЗГНАННЫЙ МУСОР!

Площадь с херувимами после воплей Роланда пораженно затихла и в той тишине раздался тихий голос падшего:

— Ты сдохнешь, брат! Сдохнешь как собака! А следом за тобой сдохнут и другие…

Впервые я видел Тэйна настолько яростным. Впервые я видел его злобу во всей красе. От прежнего улыбчивого падшего не осталось ни единого следа. Сейчас перед херувимами предстал преданный Златокрылый, который просто желал отомстить за отнятых Небесным Градом мать и сестру.

— РОКСАНА БЫЛА ТВОЕЙ МАТЕРЬЮ! — озлобленно заревел падший с едкой обидой в голосе.

Стремительное движение и старший из братьев превращается в тёмный порыв ветра, а вниз летит еще одна пара отсеченных крыльев и следом из глотки Роланда вырывается сдавленный хрип боли.

— ТИИНА БЫЛА ТВОЕЙ СЕСТРОЙ!!!

Тэйн перестал быть ветром. Он стал отблеском света. Крик Сияющего прозвучал громче и следом за второй парой окровавленных белоснежных крыльев вниз рухнула третья, но падший по-прежнему был неумолим и безжалостен. Четвертая и пятая пара отправились туда же, куда и предыдущие. К этому моменту патриарх едва мог держаться в воздухе, спина его кровоточила, а кровь водопадом лилась на площадь.

— ВСЯ ВАША ВОНЮЧАЯ СЕМЕЙКА ПРОГНИЛА ДО НУТРА!!! Я НЕНАВИЖУ ВАШУ СЕМЬЮ! НЕНАВИЖУ ЭТО МЕСТО! НЕНАВИЖУ КАЖДОГО ЖИТЕЛЯ НЕБЕСНОГО ГРАДА!!! БУДЬТЕ ВЫ ВСЕ ПРОКЛЯТЫ! И БУДЬ ПРОКЛЯТ ТЫ, РОЛАНД, С НАШИМ УБЛЮДКОМ ОТЦОМ И С ТОЙ СУКОЙ ВЕЛЕНОЙ! — в этот момент клинки Нанна были занесены над головой Тэйна для заключительной атаки и резко двинулись вперед. — ВЕЧНЫХ МУЧЕНИЙ ТЕБЕ НА ТОМ СВЕТЕ, ТВАРЬ…

Вот только удар, который должен был быть смертельным для Роланда так и не состоялся, а всё потому, что я опоздал. Замешкался. Прозевал момент. И если честно, по собственной глупости и всего на секунду я поверил, что поединок может пройти честно. Однако, увы…

Из-за постоянно пульсирующего протеста, шепота Опустошителя и чудовищных иллюзий, я упустил момент, когда Арес ринулся вперед.

— Бой окончен! — процедил холодно он и за долю секунды тот очутился между Роландом и Тэйном.

Остановить свой стремительный выпад падший попросту не мог. Улыбка бога Войны стала донельзя довольной и тот преспокойно заблокировал рукой атаку Тэйна. Встретившись с плотью бога, клинки Нанна сумели выбить лишь сноп искр с кожи, но оберег лишь на то и рассчитывал.

— Ты меня плохо слышал, смертный?!?! — заревел с наигранной яростью Арес в лицо ошеломлённому Тэйну, быстро занося руку над его головой. — И как ты смеешь поднимать оружие на меня⁈ ПРОЧЬ С ГЛАЗ МОИХ!!!

В ответ бог Войны нанёс падшему удар наотмашь тыльной стороной ладони. В тот же момент на глазах у огромного количества разумных тело бывшего смертника с невероятной скоростью устремилось к земле, а отчетливый хруст костей и звук разрываемой плоти твердил о том, что Тэйн получил урон несовместимый с жизнью.

Злорадный гогот Опустошителя напомнил оглушительный набат. Протест ревел. Голова разрывалась от чудовищной боли, я же просто стоял и не верил в то, что произошло. А затем внутри что-то окончательно надломилось. Нечто надломилось с жестким треском и хрустом под крики Илая и Эйсона, которые рванули на помощь к убитому другу.

— ТЭЙН…

За долю секунды мир перевернулся с ног на голову, а с губ вдруг слетело несколько незнакомых фраз:

— Путь Опустошителя. Альянс душ…