В которой Фейри Грин достаются кексики

Мы сошлись в центре зала, клинки встретились с лёгким звоном. Пока лишь проверка дистанции, не атака. Выпад я сделала мгновением позже.

Противница чуть повернула кисть, уводя шпагу в сторону и сразу же ответила короткой связкой: обманный финт, попытка укола в плечо. Меня в очередной раз выручила скорость реакции — увидев начало движения, успела отшагнуть в сторону, разорвав дистанцию.

— Быстро, — прокомментировал тихий голос из тени, — но пусто.

Фигура в черном двинулась навстречу. Лёгкий финт в верхнюю линию, я подняла защиту, но чужая шпага уже пошла вниз, и одновременно черная шагнула еще ближе. Я парировала, но слишком резко и, как следствие, слишком широко. Противница снова изменила линию атаки, проведя укол в корпус. В этот раз я почти успела отпрянуть, но закругленный кончик шпаги все же коснулся белой рубашки.

— Ах, так!

Выпад, обманный финт, укол и сразу, без паузы, еще один. Примитивно, тупо — но быстро.

Фигура в черном отпрянула, и подняла шпагу вверх. Очень вовремя для меня, дыханье уже начало сбиваться.

— Что я в этот раз сделала не так?

— Ничего, — Maestro di scherma Паоло Моретти соизволил покинуть свое укрытие в тени, подойдя ближе к нам. — Хороший подход, вы уже просчитываете схватку на два хода вперед, работаете связками. Мисс Грин, как я вижу, не думает больше, чем на один. Она просто быстрее.

— У неё на голове нет этой дурацкой маски!

— У неё рефлексы эльфа, — пожал плечами маэстро, — и я в них верю. От выпада в глаз она сумеет уклониться. А у вас, мисс, как раз может хватить запала насадиться глазом на клинок, такое иногда случается. К тому же, — добавил он, — мне платят ваши родители, а не Великий Лес.

— Вы обещали, что будете одинаково к нам относиться.

— Я и отношусь, — улыбка маэстро Паоло почему-то заставляла вспомнить змею. — Но Творец в непостижимой мудрости своей создал нас разными. А мое отношение равными вас не сделает, лишь искусное владение клинком способно уравнять шансы. Впрочем, — вот сейчас он точно стал похож на змею, — в самом деле, почему бы не изменить условия на более интересные. Мисс Нортвуд, мисс Грин, прошу, наденьте защиту.

— Все-таки, маэстро, — пробормотала я, — вы прирожденный садист.

Прозвучало довольно тихо, но слух у Моретти если вообще уступал эльфийскому, то совсем немного.

— Учитель фехтования, мисс Грин, всего лишь скромный учитель фехтования. Поверьте, мне бы доставило куда больше удовольствия пожалеть, — маэстро взмахнул воображаемой шляпой, — двух столь прелестных особ в тренировочном зале. Но будут ли все ваши враги столь же восприимчивы к вашей красоте? Или же пыл некоторых остудит лишь холодная сталь?

Остудит…

Стянув рубашку, я подошла к умывальнику, с натугой крутанула вентиль. Хлынувшая вода с легкой ржавчинкой показалась холоднее льда. Так не бывает, Фейри, просто кое-кто слишком разогрелась.

По крайней мере, потеют эльфы меньше людей, так что возиться с мылом не обязательно. Хватит и просто растереться влажным полотенцем.

Рядом фыркала и плескалась во все стороны Марилена. Кажется, она до сих пор больше смущалась факта нашего совместного умывания, чем присутствия в том же зале маэстро Моретти. Он, разумеется, отвернулся, но — в сторону окон с большими стёклами.

— Надо будет приказать сделать загородку.

— Брось, — наклонившись, я подняла со скамьи вторую рубашку, из более плотной ткани, а следом — причудливое творение местных портных, поименованное «стеганный корсет». — Можно подумать, он увидит хоть что-то новое для себя. Многие старинные трактаты по фехтованию очень подробны… с анатомической точки зрения. Лучше помоги застегнуть эти крючки сбоку.

К большому сожалению маэстро, в дворцовом арсенале не отыскалось настоящих биденхендеров из Мейнингена. Аранийские двуручные мечи, по его мнению, имели слишком примитивную конструкцию. Недостаточно длинный клинок, недостаточно развитая гарда, «клыки кабана» отсутствуют как явление. Плохое, негодное оружие, вооружить учениц ломом уличного рабочего можно почти с тем же результатом.

Лично у меня от одной мысли о более длинном и тяжелом клинке начинали дрожать руки. Наши школы фехтования специализируются на легких саблях, рапирах… ножах, наконец. Скорость и ловкость, эльф с двуручником выглядит почти так же нелепо, как орк в балетной пачке. Однако маэстро настаивал, и я ничего не могла возразить на его главный аргумент: в настоящем бою придется драться не тем, что удобно, а тем, что найдется под рукой. А еще — против неудобного противника и в месте, которое выбрал для боя не ты. Шрам на боку слишком наглядно подтверждал его слова — успей та полуэльфка чуть довернуть руку, выпотрошила бы меня как рыбу.

— Готовы? In guardia! Pronte! Combattete!

Марилена замерла в стойке, подняв меч на линию глаз. Я пошла по кругу, раскручивая медленную восьмерку. Защиту человека мне с ходу не пробить, пусть ударит первой, инерция клинка потянет её следом, заставить «провалиться». Вот чуть напряглись пальцы, вес начал смещаться на выставленную вперед правую ногу… сейчас! Меч пошёл сверху вниз, быстро, сильно — и в пустоту. Развернувшись, я пропустила его мимо и ударила на выходе из восьмерки, снизу. Тоже недостаточно быстро, Марилена успела среагировать и приняла удар на гарду. Отскок с разворотом, важно не дать клинку остановиться, потерять скорость. Если все делать плавно и правильно, восьмерка почти не требует дополнительных усилий. Точно легче, чем держать двуручник в верхней стойке. С орком и тем более гномом выжидательная тактика не сработает, коротышки могут часами махать кайлом в забое или молотом у наковальни. Но сейчас мой противник — юная девушка и предплечье у неё вовсе не из сплошных мышечных бугров.

Так, Марилена чуть прижала локоть, следующий удар будет справа. Шаг в сторону, доворот…

— Не давайте читать вас, как раскрытую книгу! — голос маэстро заставил Марилену вздрогнуть, как от удара хлыстом. — Ломайте ритм!

Хороший совет, интересно, как она…

Тело уже привычно изогнулось, уходя от наметившегося удара и лишь затем я осознала увиденное: вес не перенесен до конца. Сейчас она сменит ногу и…

Понять, что удар последует с другой стороны я еще успела, уклониться — уже нет. Пришлось отбивать встречным, из неудобной позиции, теряя набранную клинком скорость.

— Неплохо, совсем неплохо, — теперь маэстро Моретти звучал откуда-то из-за спины Марилены. — Запомните, она умеет предугадывать вас, мысленно мисс Грин уже в будущем. Вы должны заставить её поверить в неправильное будущее.

— Можно и мне совет?

— Зачем⁈ — даже не видя лица маэстро, я по голосу ощутила его насмешливую ухмылку, — вам известно все, что нужно и даже немного больше. Действуйте, не думая и думайте, как действовать, мисс Грин. Еще бой!

Сближение, отход. Марилена наблюдала за мной, держа меч над правым плечом. Подшаг вперед, я «считала» движение и почти начала уклоняться, так что пришлось одергивать себя. Обман, провокация, настоящий удар будет слева, надо успеть уйти, а на возврате попробовать достать уколом под руку. Почти получилось, но Марилена сумела встретить клинок своей гардой. А затем снова ударила, резко-размашисто, заставив меня отпрянуть за пределы досягаемости.

— Basta.

Только уложив меч на плечо, я ощутила, как устали руки.

— Мисс Грин…

Паоло шел вокруг меня по дуге — пружинящей «кошачьей» походкой. Лицом он сейчас тоже напоминал кота, наевшегося сметаны.

— … зачем вы здесь?

— Вам честно или по правде?

— По сути, — хохотнул маэстро. — Серьезно, вас хорошо учили, а вы очень прилежная ученица. Но mi scusi, это же ужасно скучно, просто учить кого-то.

Моретти резко крутанулся на каблуках и начал обходить меня в обратном направлении.

— Вы фехтуете по учебнику, мисс Грин. Контроль дистанции, тяжелый клинок в постоянном движении, отличная реакция на опережение. Вас хорошо научили уходить от чужих ударов, сила на силу совершенно не ваше. Уход, уклонение, постоянное движение клинка, никакого размена силы на силу. Но вам не победить, играя от обороны, а для внезапных ударов у вас не хватает скорости перехода, мисс Дарнли успевает их блокировать.

— И что же вы предлагаете?

— Забыть хоть на мгновение, чему вас учили другие! — блеснул улыбкой Моретти. — Поймите, не только вы одна внимательно учились по учебнику! Я тоже читал — Тален Иру, «Песнь текущего клинка» и, конечно же, Саэви, «Слово о живой стали», прекрасная работа. Теперь я знаю, чего стоит ждать от эльфа, как и любой, кто прочтет эти трактаты. О, разумеется, каждая буква в них буквально квинтэссенция мудрости, но, как я уже сказал, вам не победить мисс Нортвуд, фехтуя по учебнику.

— Сейчас она меня почти два раза достала! — запальчиво возразила Марилена.

— «Почти» не в счет, — пренебрежительно махнул рукой Паоло. — Меня не интересует «победа по очкам», как увлеченно считают некоторые мои коллеги. Есть лишь одна победа, записанная кровью на песке. Мисс Грин, — снова обратился он ко мне, — скажите, какой смысл в этих дугах, сменах, переходах, восьмерках? Экономия сил? А зачем?

— Что значит «зачем»? — не поняла я.

— Вы же эльфийка, мисс Грин, mi scusi за очередную банальность. Длительный бой не ваша стихия. Даже мисс Нортвуд сильней и выносливей, чем дальше, тем больше шансов, что и она сумеет поймать вас обманной атакой. Или загонит в угол, а вас, уверен, совсем не прельщает роль крысы. Сломайте шаблон, мисс Грин, импровизируйте, дайте волю своей фантазии! Если у вас все равно мало времени, к чему пытается растянуть эти жалкие крохи⁈ Один удар, которого противник не будет ждать от эльфа и hai vinto!

— На жестком входе и уколе я себе запястья сломаю.

— Предпочитаете умереть? — осведомился маэстро. — Ваши кости не настолько хрупкие, как принято считать. Но решать вам, я лишь дал совет, как вы и просили. Подумайте над ним.

— Обязательно подумаю, — пообещала я.

* * *

В чем-то жизнь во дворце Дома Дарнли напоминала бурундука. Например, «ранний поднос», подаваемый в спальню, я считала светлой полосой, до самого завтрака. Урок фехтования являлся скорее темной — полезно, но утомительно. Пять или даже десять минут блаженства в горячей ванне после — несомненно светлая. Последующий же процесс одевания к «второму завтраку», он же «семейное чаепитие» являлся собой мучительный выбор. Причем выбор для Марилены, а вот «мучительный» как раз для меня.

— Мне кажется, Фейри, — отступив на шаг, Марилена придирчиво изучила дело рук, своих и еще двух горничных, — белый и голубой тебе к лицу!

— А мне кажется, ты в детстве не наигралась в платья для кукол, — вздохнула я, разглядывая в огромном зеркале одну такую куклу, с длинными ушами. Шёлк, кружевные вставки, золотое шитье. По крайней мере, покушения в стиле: «давай сделаем тебе прическу!» мне пока удавалось отбивать.

— Ну правда, мисс эльф, — поддакнула ей одна из горничных, темноволосая, с короткой стрижкой. Кажется, её звали Элен, а вторую, рыженькую — Эльза. — Вам взаправду идет, очень-очень!

— Цыц, подлиза! — тут же замахнулась на неё подушкой хозяйка.

— Ай!

Насколько я знала, обычно в аристократических семействах, а уж тем более в Великих Домах даже слугам «ближнего круга» редко позволяется выходить за рамки довольно строгих правил этикета. Возможно, Дом Дарнли представлял исключение из правил, тот же черно-белый секретарь Королевского Паука явно представлял куда большую величину, чем безымянное «подай-принеси». В случае же с Мариленой и её личной стайкой горничных, как мне рассказали, катализатором стало появление, а затем отставка мадам Клементины, вызвавшая у всех, кто по долгу службы близко общался и уж тем более, находился в подчинении данной особы, приступ восторга, переходящий в длительную эйфорию. В первую «ночь свободы» служанки решили отпраздновать наступление новой Эпохи совместным распитием горячительных напитков, а самым подходящим для этого местом сочли спальню молодой госпожи… которая не просто дала согласие, но и приняла самое деятельное участие в процессе. Кое-что перепало и на мою долю — часть восторга и обожания, а не спиртное. От запасов алкоголя к утру осталась лишь куча пустой посуды, спешно распиханная по всевозможным укромным уголкам и теперь наполняющая спальню Марилены весьма характерным букетом ароматов.

Надо будет выбрать момент и поговорить с кем-нибудь из горничных более откровенно. Позже, когда они перестанут смотреть на «нелюдь ушастую» со смесью восхищения и опасения и начнут воспринимать как нечто более привычное и обыденное. Прислуга сплошь и рядом оказывается бесценным источником информации, который многие склонны недооценива… ох!

— Как с дыханием, мисс Грин? — вторая горничная не стала отвлекаться на битву подушками. — Достаточно свободно или ослабить завязки корсета еще больше?

— Дышать можно, — прислушавшись к своим ощущениям, констатировала я, — а вот есть…

— Во время второго завтрака не принято наедаться. Там подают лишь печенье и сладости к чаю.

— Именно ими я и планирую наестся!

— Но правила приличия… — Эльза посмотрела на меня и вздохнула, — постарайтесь не испачкать платье кремом. Крошки стряхнуть легко, а вот отстирывать кружева от жирных пятен довольно сложно.

— А что, — заинтересовалась я, — будет большой торт?

Увы, но торта на столе в «малой западной столовой» не оказалось. На столике рядом к чайным комплектом стояла лишь тарелка с несколькими крохотными кексиками. Наверняка произведением кондитерского искусства, но я бы предпочла, чтобы количество не компенсировалось качеством.

Зато сегодня на «втором завтраке» отсутствовала леди Беатрис и, судя по радостному оживлению Марилены, это что-то значило.

— Ма не появится?

— Она сразу после завтрака отправилась с визитами, — лорд Реджинальд Нортвуд поправил очки, перевернул газетный лист и принялся изучать вторую страницу «Клавдиумских ведомостей». — Сначала к Эшборнам, затем к Олдервикам. Обещала вернуться к обеду, но…

— … но светская жизнь порой так утомительна и непредсказуема, о да! — подхватила Марилена. — Хочешь поставить пепельницу, Па?

— Если не сложно…

Вскочив, Марилена схватила со своего столика тарелку с кексиками, сунула один в рот, остальные высыпала ко мне и скрылась за дверью.

— Можете взять и мои, если хотите, — неожиданно предложил из-за газеты лорд Реджинальд. — Дни, когда я мог безнаказанно потреблять сладкое и мучное, давно минули.

— Спасибо, сэр, я…

Дверь снова хлопнула — Марилена ворвалась обратно, с торжественным видом неся перед собой бронзовую пепельницу на витой чугунной ножке. Следом один из слуг, пожилой мужчина, чем-то смутно напомнивший мне секретаря Джотто, нес на подносе коробку сигар и спички.

— Благодарю, Чарльз, — произнес лорд Реджинальд. — И да, курить можно всем, если кто еще пожелает. Ри упоминала, что вы предпочитаете трубку, так что…

— Па! — Марилена топнула ногой… затем подскочила и обняла отца за шею, причем так, что со стороны это напоминало удушающий прием. — Фейри сейчас подумает невесть что! Будто я только и делала, что все-все про неё наушничала и кляузничала!

— И вовсе ничего такого… — начала я.

— Уверен, мисс Грин поймет все совершенно правильно, — усмехнулся отец Марилены. — Чарльз, насчет трубки леди…

— Она лежит…

— … вместе с кисетом, в прикроватном столике, — невозмутимо произнес Чарльз, — верхний ящик справа, прикрыта шейным платком.

— Слуги, — Марилена отпустила отца и рухнула на кушетку, «совершенно неприлично» по её собственному выражению закинув ноги на боковую подушку, — бесполезно даже пытаться что-то скрыть от них в этом доме.

— Но, если позволите, мисс, — обращаясь ко мне, продолжил Чарльз, — во дворце есть большая коллекция трубок и трубочного табака. Упаковки полностью герметичны, уверен, за четыре десятилетия вкус лишь улучшился.

— Насколько мне известно, — с улыбкой добил мою решимость отказаться лорд Реджинальд. — Прадедушка Марилены охотно позволял всем своим гостям и даже слугам пользоваться запасами табака и трубками своей коллекции. «Жить, а не храниться», что-то в этом роде. Так что, полагаю, он был бы только рад лично помочь вам с выбором, окажись вдруг среди нас. По большей части, правда, там формат «бочка, чтобы одной набивки хватило на всю вахту», но есть и несколько небольших. К тому же, — добавил он, — после слов Чарльза мне и самому стало интересно, какой стала трубочная смесь после стольких лет. Сам-то я, как видите, предпочитаю сигары…

Мысленно я попыталась воспроизвести генеалогическое древо подруги, в итоге с ужасом уткнувшись в ростовой портрет «Второго Лорда Адмиралтейства, сэра Френсиса Дарнли», украшавший — или уродовавший — собой стену на первом этаже дворца. Старый адмирал на портрете явно выглядел недовольным примерно всем. С другой стороны, если человека, всю сознательную жизнь бороздившего волны, и собравшего на лице соль всех известных океанов и большей части морей, внезапно забрать из привычной ему среды, нарядить в роскошную одежду и заставить несколько часов неподвижно позировать живописцу, сложно ждать иного результата.

— У-ужасная привычка, — нараспев протянула Марилена, явно подражая кому-то, — эти твои сигары.

— Мисс Грин? — вопрос вывел меня из легкого ступора.

— Если можно… я бы попробовала… наверное.

Чарльз величаво кивнул и, поставив коробку сигар на столик лорда, вышел из столовой.

— Гм. А он случайно не родственник…

— Двоюродный племянник, — вновь уткнувшись в газету, сообщил отец Марилены. — Вы ведь хотели спросить о секретаре сэра Невилла?

— Па, — окликнула его с кровати Марилена, — давай сыграем в карты, а? Как раньше. Научим Фейри плохому… ой.

— Садиться играть в карты с эльфом? — лорд Реджинальд удивленно глянул на дочь поверх газеты, — Ри, когда и за что ты успела меня так невзлюбить?

— Па?

— Мисс Грин способна разглядеть и запомнить мельчайшие детали карты, побывавшей у неё в руках или на столе, — наставительно произнес отец Марилены, — а также опередить расклад на руках у других игроков по мимике, изменениям тембра голоса, потливости… а в моем случае банально разглядеть отражение в стеклах очков.

— Вы несколько преувеличиваете, сэр…

— Па, откуда ты столько знаешь об эльфах?

— Хороший вопрос… — лорд Реджинальд аккуратно сложил «ведомости», положив их на столик рядом с чайником. — Для начала… о, а вот и трубки!

Глядя на внесенную под руководством Чарльза доску, я осознала, что сильно недооценила масштабы коллекции покойного адмирала, предположив, будто фраза «есть и несколько небольших» будет означать две-три, максимум, пять трубок. Между тем, на доске разложили две дюжины — и я подозревала, что большее число просто не поместилось.

— Рекомендую, — правильно истолковал мое замешательство Чарльз, — начать вот с этой бриаровой, — он взял небольшую трубку из второго ряда, — малышки. К ней хорошо пойдет вишневый «черный капитан». Вы ведь предпочитаете фруктовые смеси, не так ли?

Увы, как раз «фруктовая» составляющая длительного хранения не пережила. От яркой вишни остался лишь сладковатый оттенок, впитавшийся в табачные листья. Но и назвать этот вкус плохим я бы не посмела. Другой, необычный, непривычно мягкий, с легкой древесной нотой.

Лишь закончив набивать трубку второй раз я спохватилась, что нахожусь вовсе не в одиночестве.

— Вы начали рассказывать об эльфах, сэр.

— В самом деле? — уже глубоко погрузившийся в изучение следующей газеты лорд Реджинальд приподнял бровь. — Ах, да. Так уж сложилось, мисс Грин, что я и в некотором роде Марилена обязаны вам. Не лично, разумеется, а Великому Лесу. Первоначально родители тогда еще мисс Беатрис с большим сомнением отнеслись к идее породниться с представителем одно из младших Домов. Но так уж совпало, что примерно в то же время посол Великого Леса распространил, гм, некоторые материалы об угрозах вырождения в результате близкородственного скрещивания. Наглядные и впечатляющие, да. Учитывая, что почти все подходящие по возрасту и статусу кандидаты в мужья для Беаты оказались её родней, пусть и временами весьма дальней…

— А у тебя, — с живым интересом осведомилась Марилена, — случайно не сохранилось, этих самых «гм, материалов», Па?

— Случайно где-то лежат, — газеты лорд Реджинальд вновь скрылся за газетой, — Но, боюсь, у нас все же не настолько близкие родственные связи со всеми Домами Арании, чтобы жениха для тебя потребовалось искать среди простолюдинов… пусть даже и в чине лейтенанта Флота.

— Я вовсе, — кажется, этот прилив крови принято называть «очаровательно покраснела», — не это имела в виду… Па!

Мы с Чарльзом обменялись понимающими взглядами.