Исар с отрядом сопротивления должен был вернуться с задания еще неделю назад, но так и не появился. Они следили за передвижением Теней и пополняли свои ряды новобранцами. Я скучала по отцу.

На улице было шумно и слышалось много голосов, я выбежала из шатра.

В селение втягивался отряд, точнее, то, что от него осталось.

– Исар! Отец! – Я бегала и искала его. Люди расступились: воины несли раненого Исара. – Что с ним? – Все опустили головы. – Нет, папа! – Я стала его трясти, но он не шевелился. – Вставай, пожалуйста, прошу тебя!

– Он стойко сражался, но врагов было много, – сказал кто-то, но я будто не слышала. И увидела Нану – она медленно опускалась на землю.

– Нет, бабушка… – Я подбежала к ней. Мы с Араем помогли ей подняться и повели в шатер.

Бару распорядился, чтобы Исара отнесли в шатер и омыли.

– Мира, мне очень жаль. – Арай и Бару смотрели на меня и Нану с такой скорбью, что я наконец осознала, что произошло.

– Мы так мало времени были вместе. – Я заплакала.

Нану не произнесла ни слова, я опустилась перед ней на колени. Она так заботливо вытирала слезы с моего лица.

– Девочка моя, ты должна быть сильной.

– Как мне быть сильной, бабушка, как? Я только что обрела отца – и тут же потеряла его.

Я положила голову ей на колени. Нану гладила меня по волосам.

– Нам надо быть сильными – этого желали твои родители. Как бы я хотела тебя защитить от всего, хотела, чтобы ты была просто моей внучкой, а не богиней. Но это не в моих силах.

Ее слезы капали на мои волосы.

– Мира, мы должны провести обряд, отпустить его душу.

– Нет, нет, я не могу так с ним расстаться.

* * *

Я совсем не спала, а если и засыпала, то кошмары изводили меня. Я винила во всем себя: если бы согласилась на условия Сета, с отцом ничего бы не произошло.

Я проснулась в холодном поту и увидела рядом испуганного Бару.

– Мира, ты так кричала!

– Я в порядке.

– Тебе приснился кошмар? – спросил он. Моя грудь горела огнем. – Вот, Нану передала тебе отвар. Выпей, она сказала, что это поможет успокоиться. Если хочешь, я останусь тут.

– Нет, Бару, уходи, пожалуйста. Тебе тоже нужен отдых.

– Мира, лучше не оставаться одной. Я понимаю, как тебе сейчас тяжело.

Крик рвался из моей груди, но чем сильнее я его сдерживала, тем больней мне становилось.

Бару сел на кровать рядом.

– Я дождусь, когда ты заснешь, и уйду.

Я схватила Бару за рубашку.

– Уходи, уходи! Оставь меня одну. Пожалуйста.

Но я так сильно держала его, что он, даже если бы и хотел, не сдвинулся бы с места.

– Хорошо, я уйду. – Бару прижал меня к груди. – Но не держи в себе эту боль.

Я уткнулась в его плечо и разрыдалась. Он гладил мои волосы и целовал их.

– Бару, я не могу его потерять.

– Тише, тише. – Он нежно гладил меня по волосам, и я не заметила, как уснула.

Утром рядом со мной никого не было, и волна горечи вновь обрушилась на меня. Я встала и побежала в шатер, где лежал Исар.

– Богиня! – прошептала я. – Она мне поможет!

Отец лежал на кровати и совсем не дышал. Рядом с ним сидело несколько воинов.

– Выйдите все, – приказала я, и вскоре мы остались одни.

Я воззвала к Сахмет и почувствовала ее присутствие.

– Я не могу тебе помочь.

– Почему?

– Мы не можем нарушать порядок. Твой отец уже в Дуате. Я не могу его вернуть.

Неужели я его потеряла навсегда? Упала на колени и разрыдалась. Я только что обрела семью, мою родную семью… Горло сковывало, я не могла сделать вдох:

– Па-па… про-сти ме-ня… По-жа-луй-ста.

Кто-то схватил меня за плечи, но я не видела и не слышала никого вокруг и все звала его:

– Папа!..

– Мира… – Арай пытался поднять меня.

– Это все я, я виновата. – Била я себя кулаком в грудь. Арай перехватил мою руку, чтобы я перестала. Я с силой растирала слезы по лицу, пытаясь прийти в себя. – Но я спасу его. И знаю, что надо делать. Мне надо в Дуат.

Арай опешил от моих слов.

– Мира, опомнись… – пытался он вразумить меня.

– Арай, нельзя медлить.

Я уже ничего не видела и не слышала. Я перевоплотилась, подумала о загробном мире – и через мгновение была там.

* * *

Я бежала по каменному коридору, падала и снова поднималась. Анубиса нашла в тронном зале.

– Помоги мне, пожалуйста, прошу тебя! Мой отец… Ты же можешь его спасти! – Я трясла его за одежду.

Анубис схватил меня за руки и посмотрел в глаза. Его взгляд был настолько пронзительным!

– Я не могу почувствовать твою боль, но вижу израненную душу, – сказал Анубис. – Идем за мной.

Мы переходили из зала в зал и наконец вышли на каменный мост. Я осмотрелась. Священный Нил здесь брал свое начало. Его воды были быстротечными и бурлящими. На противоположном конце моста я увидела отца и побежала к нему. Мчалась, не видя ничего вокруг, упала и разбила колени, но эта боль казалась ничем по сравнению с той, которая была у меня в душе.

– Папа, идем, идем со мной! – Он крепко меня обнял. – Пошли, пожалуйста. – Я рыдала и ничего не видела из-за слез.

– Не могу! – прошептал он. Я повернулась к Анубису.

– Верни моего отца!

– Я смогу его вернуть, только если он сам захочет.

– Папа, ты же хочешь? Скажи мне!

– Мира, красавица луноликая моя, мы так мало были с тобой. Когда я узнал, что ты жива, у меня появился смысл жизни. – Отец нежно гладил меня по волосам и вытирал мои слезы. – Дочка, ты должна быть сильной.

– Нет, мне все говорят, что я сильная, но я слабая… такая слабая. Не бросай меня! Прости, я должна была тебя защитить. Я так люблю тебя!

– Знаю, тебе не за что извиняться. Я тоже всегда буду тебя любить. Но не могу ее бросить.

– Кого? Папа, о ком ты говоришь?

Он указал рукой вдаль:

– Мама.

Она стояла там в светлом платье и с улыбкой смотрела на меня.

– Твоя мама здесь совсем одна, – произнес отец. – Она ждала меня все эти годы.

Я обняла папу и хотела обнять маму, но не смогла: она была уже за мостом.

Анубис подошел ко мне:

– Ты должна его отпустить.

– Я не могу, не могу!

Анубис положил руку мне на плечо и кивнул папе. Тот поцеловал меня в лоб и попятился назад. Анубис начал перевоплощаться: его кожа почернела, он вырос, а его голова превратилась в голову шакала. Он направился к отцу. Я закрыла рот ладонью, чтобы мои крики не вырвались наружу. Анубис подвел моего отца к огромным весам.

– Я должен взвесить твое сердце. Если оно будет легче пера богини истины Маат, твоя душа получит лучшую загробную жизнь, и ты сможешь переродиться. Но если нет, то навсегда останешься с грешниками.

– Нет, нет! Ты не можешь его здесь оставить! Забери меня вместо него, пожалуйста! – кричала я, но Анубис меня словно не слышал.

– Если мое наказание – остаться здесь навеки, да будет так, – сказал отец и склонил голову.

Я смотрела на весы: на одной чаше появилось перо, а на другой – сердце. Вдруг весы пошевелились, и чаша с сердцем приподнялась, а с пером опустилась.

– Твое сердце безгрешно! – Я смотрела на это все и почти забыла, как дышать. – Тебя восемнадцать лет ждала невинная душа, не покидая это место, терпела все терзания. Я тебя отпускаю, иди к своей возлюбленной.

Папа подошел к маме и крепко обнял ее. Они встретились и теперь всегда будут вместе. Они улыбнулись мне напоследок и побрели на светлую сторону. Мне так было больно.

Анубис встал передо мной, его облик стал прежним.

– Идем. Надо обработать твои раны, – указал он на мои разбитые ладони и колени. В этот момент каменный мост задрожал, все заходило ходуном. Мы с трудом удержались на ногах.

– Что происходит?

– Это Сет, он пытается разрушить Дуат. Идем скорее!

Камни падали, стены трещали.

– Мои родители! – Я посмотрела на мост, он тоже рушился.

– Они успели перейти, их здесь уже нет. А нам надо изменить облик: мы можем погибнуть. – Анубис перевоплотился в бога и побежал вперед.

Со всех сторон раздался вой. Анубис направился к истоку Нила и погрузил в лодку золотой саркофаг, украшенный зелеными драгоценными камнями и изображением Осириса. Мы забрались в лодку, и Анубис оттолкнулся посохом. Быстрое течение реки понесло нас, я не успевала что-либо рассмотреть. Светлые воды реки стали темными, но Анубис был невозмутим. Мы выплыли из-под отвесной скалы, и он остановил лодку. Вышел на берег, опустился на землю, приложил к ней ладонь, и я увидела, как в воздухе появился красный круг. По нему бежали иероглифы. Это была печать Анубиса: теперь никто не выйдет из Дуата и не войдет в него. Но много душ уже вырвалось наружу, и их надо было вернуть. Анубис в человеческом облике подошел обратно к лодке. На нем был темный плащ с большим капюшоном.

– Богиня, тебе надо возвращаться.

– А Сет? Он же разрушит Дуат.

– Он еще слишком слаб, копье ему не подчинилось.

– Теперь он знает, что я могу воскресить отца, и будет нас искать. – Я вышла из лодки и проводила Анубиса взглядом.

* * *

Я видела, как сгущаются тучи на небе, как исчезает солнце… Его не было уже несколько дней. Стоял полумрак, мы круглые сутки жгли костры. Стало холодно, пески остыли. Мы услышали плач пустыни: она стонала, дрожь проходила по земле.

Мы с Бару и Араем смотрели на небо.

– Готовьте свои отряды, осталось недолго. Как только все начнется, я сразу же перевоплощусь.

– Мира, ты же знаешь, что будет, если воспользуешься луком! Все боги восстанут против тебя.

– Знаю! – твердо ответила я и ушла.

Я сидела в шатре, в голове крутилась куча мыслей, вся моя жизнь промелькнула перед глазами.

Арай влетел и встал передо мной:

– Это правда? Когда все закончится, ты уедешь?

«Ну зачем Бару ему рассказал?..»

– Да. Бару…

– То есть ты ему сказала, а от меня просто сбежала бы без предупреждения?

– Вот именно так и хотела сделать! – закричала я.

Арай был зол, а в его синих глазах читалась боль.

– Мира, только скажи, что ты никуда не уедешь, что не оставишь меня. Скажи, что любишь меня! Что простила!

Я не смогла ответить и отвернулась, и Арай ушел. В моей душе было так темно, что ни один факел не смог бы ее осветить. Богиня завладевала мной, и я уже не понимала, чьими именно были все эти мысли и чувства, я теряла себя.

– Все случится завтра на рассвете, – сказала я братьям вечером. – Я чувствую.

Еще я чувствовала, что мы последний раз видим друг друга.

– Мира, тебе надо будет сказать что-то своим людям перед сражением.

– Хорошо.

Бессонница стала для меня уже привычным состоянием. Я слышала голоса Арая и Бару снаружи: они готовили людей, оружие. Это были воины, лучшие из лучших, умение побеждать было у них в крови. Но я не знала, чего ожидать от Сета. Осталось несколько часов до рассвета. Бару вошел в шатер.

– Не спишь?

– Не могу.

– Все готово. – Он стоял, опустив голову. – Отряды построены. Я подготовил тебе Таруса.

– Спасибо, иду. Прошу, если со мной что-то случится, позаботься о моем коне.

Бару поднял голову и посмотрел на меня:

– Не проси меня о таком – ты сама о нем позаботишься. – Он сделал глубокий вдох и продолжил: – Мира, пообещай и ты мне одну вещь! – Он сделал несколько шагов ко мне. – Обещай, что выживешь любой ценой!

– Бару, я не могу тебе такого пообещать.

– Можешь!

Я отвернулась. Внутри меня бушевала буря. Бару был тем огнем, который освещал мою душу. Он поцеловал меня в висок.

Не могу допустить, чтобы кто-то из них пострадал.

– Бару, мне страшно, я теряю себя.

– Не бойся, я найду тебя, чего бы мне это ни стоило. – Он хотел уйти, но потом добавил: – Если я этого не сделаю, то умру зря.

– Ты о чем?

Бару запустил руки мне в волосы, прикоснулся своими губами к моим. Я уперлась ладонями ему в грудь и попыталась оттолкнуть, но он все сильнее и сильнее прижимал меня к себе. И я сдалась. Его губы были нежными. Я поддалась поцелую, встала на носочки и обняла Бару в ответ. Хотела, чтобы это никогда не заканчивалось. Он отстранился и взглянул на меня.

– Я люблю тебя, маленькая царица. Мы с тобой обязательно еще встретимся, – сказал он, закрыл лицо маской и направился к выходу.

– Бару. – Он обернулся. – Береги себя. – Мужчина кивнул и вышел. – Я тоже тебя люблю… – прошептала я ему вслед.

Мне надо было сказать что-то моим людям. Я вышла из шатра, но думала только о нашем поцелуе. Села на коня и проехала вдоль строя, пытаясь рассмотреть каждого из бойцов.

– Воины! Час великой битвы настал. Я не стану говорить, что вам будет сложно, это вы и без меня знаете. И я не прошу вас сражаться за вашу царицу или богиню – сражайтесь за свой дом и свои семьи. Я обещаю, что верну вам ваш город. Только с верой в сердце мы сможем победить!

Все племена как один подняли свое оружие и в ответ издали боевой клич.

Вокруг стало еще мрачнее – я поняла, что пора перевоплотиться. Мое тело вспыхнуло, но я не сопротивлялась этой боли и жаждала ее каждой клеточкой.

Тени появились и двинулись на нас со всех сторон. Отряды Арая и Бару приготовились. Я стояла по центру. Неподалеку я увидела темные вихри, их было невероятное множество. Они появлялись так быстро и двигались на нас, как клубы дыма.

– Держитесь! – закричала я.

И со всей силы ударила кулаками по земле – по ней прошла волна, и первые ряды сущностей провалились в песок. Но следующие неумолимо приближались. Я вновь и вновь поднимала столбы песка и обрушивала на Теней, но они прибывали и прибывали.

На левом и правом флангах уже началась битва. Я достала свои ножи и двинулась вперед – и только видела, как они сверкали и рассекали Теней. Я призвала своих львиц – они шли впереди и расчищали мне путь, кидались на Теней, и те растворялись в воздухе.

Битва длилась несколько часов. Новые сущности не прибывали, и в глубине души у меня загорелась надежда на победу. Но тут я увидела Сета: он вел армию живых Теней. И мои мечты развеялись, как туман. Я направилась к Сету, продолжая уничтожать его слуг.

– Богиня, все это еще может закончиться! – закричал он при виде меня. – Отдай золотой лук и покорись мне!

– Ни за что!

И наша схватка началась. Я уходила от его копья, а он от моих ножей.

– Сдавайся! Мне покорятся все миры: и верхний, и средний! – вопил он.

Но я была неудержимой: Сет пару раз ранил меня, но и я в долгу не осталась.

– Богиня, остановись! – Он отошел от меня на несколько шагов и опустил копье. Я внимательно смотрела на него. – Поговорим по-другому. У меня для тебя есть сюрприз.

Сет указал рукой вдаль – земля там разверзлась, и я увидела, как из бездны выползает Амат. Она пожирала всех на своем пути, я слышала ужасные крики ее жертв и видела, как Бару и Арай побежали навстречу чудовищу. И тоже через секунду была возле нее, пустив в ход свои ножи. Кожа Амат была будто камень: лезвия не причиняли ей никакого вреда. Ни стрелы, ни копья, ни мечи также не брали ее, было непонятно, как победить монстра. От одного ее вида становилось жутко. Огромные зубы в несколько рядов, красные глаза. Хвостом она сбивала с ног всех, кто оказывался рядом.

– Отходите все! – закричала я, взмыла вверх и резко рухнула вниз, вновь ударяя кулаками по земле. В образовавшуюся воронку провалилась Амат, и песок засыпал ее. Я знала, что это ненадолго. Сет оказался недалеко от меня.

– Думаешь, ее это остановит?

Я сняла с плеча лук, натянула тетиву и направила на него стрелу.

– Золотой лук! Ты не представляешь, что с тобой сделают Боги, если ты меня убьешь.

– Представляю, но и твоим планам не суждено сбыться.

– Только ты не учла один момент.

– Какой же?

– Что все вокруг нас смертны. – И Сет запустил свое копье в воздух. Даже моей скорости богини не хватило бы, чтобы успеть его остановить. Я лишь увидела, как копье пронзило грудь Арая – и он упал на колени.

– Нет! – вскрикнула я.

Бару подхватил брата, и через секунду я была возле них.

– Арай, прошу тебя, открой глаза. – Я прикоснулась к его лицу, пытаясь излечить его, но сила Богини не действовала – он не дышал. Я аккуратно вытащила копье.

– Богиня, я же предлагал тебе перейти на мою сторону, все тогда могло быть по-другому. Это ты виновата в его смерти. И ты его не излечишь – ведь ему нанес рану бессмертный. Все повторяется, как и тогда, когда богиня погубила Адаманту!

Я рыдала, кричала, била по земле кулаками, рассекая ее на части. Я переставала контролировать свою силу, и уничтожить все вокруг было моим единственным желанием. Мое сердце вспыхнуло огнем.

– Мира! – услышала я крик Бару. Но гнев овладел мной, я ничего не видела перед собой. – Мира, пожалуйста, не оставляй меня. Держись!

На какой-то миг богиня внутри меня ослабла, и в этом хаосе я нашла себя, встала и вновь натянула тетиву, направив стрелу на Сета. Богиня бушевала, но я все еще была Мирой. Я выпустила стрелу, и все вокруг тут же замедлилось. В следующую секунду на землю спустился туман, все вокруг словно окаменели. Я увидела свою не долетевшую до Сета стрелу: ей оставалось буквально несколько сантиметров. Передо мной возник Амон-Ра с посохом в руках. За ним стояли незнакомые мне мужчина и женщина в белых одеждах. Мужчина держал в руке золотую книгу.

– Сахмет, здравствуй, дочь моя. – Я опустила лук и посмотрела в глаза Амона-Ра. – Твоя стрела пронзит Сета, и он умрет. Тебе полагается наказание за смерть бога.

– Он предал тебя, как и в прошлый раз.

– Как и ты, – сказал он.

– Ты настолько боишься потерять свою власть, что обратился к врагу. Если бы он завладел золотым луком, то уничтожил бы верхний мир.

– Что ты нашла в этих людях, почему ты к ним так добра? – Он повернулся и посмотрел на застывшие фигуры.

– В наших силах их спасти и закончить все это. – Мне было тяжело говорить.

– Ты так переживаешь из-за смерти этого человека. Мы, боги, не должны испытывать к людям никаких чувств: ни любви, ни сострадания. – Он посмотрел на Копье Небес, а я понимала, что все, что было в прошлом, может повториться. – Ты отправишься в колыбель жизни до своего лучшего перерождения.

– Это и есть мое лучшее перерождение! – Я схватила стрелу, натянула тетиву и направила на Амона-Ра. – Я и к тебе ничего не чувствую, как и ты ко мне.

– Сахмет, но ты моя дочь, и ты должна быть со мной.

– Не будет этого. – Злость и ярость охватили меня.

– Да как ты смеешь, Сахмет?! – Я сильнее натянула тетиву, он шагнул назад. – Если ты меня убьешь, весь мир погрузится в хаос.

– Мне уже все равно.

– У меня есть предложение. Я могу вернуть жизнь твоему возлюбленному и исправить все ошибки, которые ты сделала.

– Какие еще ошибки?

– Например, вернуть людям город, который когда-то из-за тебя поглотили пески.

Я опустила лук.

– Но ты что-то хочешь взамен?

– Конечно. Я верну к жизни твоего возлюбленного, но ты навсегда останешься возле меня.

– Что это значит?

– Те, кто когда-либо знал тебя и любил, забудут тебя, и ты бесследно исчезнешь из их памяти. Ты тоже все забудешь, станешь одинокой владычицей пустыни, будешь собирать души и переправлять их в Дуат.

– Если я соглашусь, он точно будет жить?

– Да, даю свое слово. У тебя есть время до рассвета.

– Не надо ждать, я согласна!

– Ты должна отдать мне золотой лук!

– Сначала сдержи слово.

– На рассвете наша договоренность с Ра вступит в силу. Ты можешь пока побыть в теле человека, но завтра пути назад не будет.

Сверкнула ослепительная вспышка. Все пришло в движение. Моя стрела настигла свою цель и пронзила грудь Сета. Он замер, зарычал по-звериному, и его тело начало рассыпаться на мелкие осколки, которые растворялись в воздухе. Тени исчезали вместе со своим господином. Победа была за нами. Но земля вдруг задрожала – это снова появилась Амат. Я схватила Копье Небес, оно выпустило луч света, и я метнула его в чудовище. Оружие пронзило тело Амат, и она заревела. Копье тут же вернулось ко мне: оно выбрало, кому служить, а Амат навсегда поглотили пески. Я подошла к Араю, его грудь была в крови.

Бару стоял рядом с братом, израненный, с мечом в руках, и смотрел на него.

Я понимала его боль и отчаяние из-за потери родного человека. Но я знала, что все изменится. Я их больше не увижу, а они меня даже и не вспомнят.

В последний раз я перевоплотилась, переоделась, вошла в шатер Арая, куда его принесли и омыли. Глаза раненого были закрыты, я поцеловала его холодные руки.

– Прости меня, прости.

Слезы сами лились из глаз, моя душа вырывалась из груди. Мне было очень больно, и я решила выйти на улицу, где тут же встретилась с Бару. Ох, как много я хотела сказать ему! Он был так близко, а у меня не получалось связать и двух слов. Мы стояли и просто смотрели друг на друга. Битва закончилась, но для меня все только начиналось. Бару горько вздохнул:

– Только я успел обрести брата, как тут же потерял его.

– Не говори так. Надежда еще есть. – Бару непонимающе глянул меня. Я понимала, что ему сложно понять мои слова. – Пожалуйста, поверь мне.

Обняла его, а он уткнулся в мои волосы и зарыдал.

Мне хотелось признаться ему в своих чувствах, но это было бы эгоистично с моей стороны в такой момент. Он думал, что навсегда потерял брата.

– Мира, ты просто вот так возьмешь и сбежишь?

– Да. Так будет лучше для всех.

– Как же так, Мира? Арай любит тебя.

– А ты?

– Я уже говорил, что люблю тебя, и не откажусь от своих слов.

– Но уступишь ему?

– Мира, сейчас не лучшее время для подобного разговора.

– Я знаю. Поэтому мне надо уйти.

– Да почему же, ответь мне?

– Потому что я тоже тебя люблю! – выкрикнула я. Лицо Бару застыло, он просто смотрел на меня красными раздраженными глазами и явно не верил услышанному. Тогда я повернулась и убежала.

* * *

Стояла поздняя ночь. Мне нужно было подготовиться к уходу: я не должна оставить после себя никаких следов. Собираясь, вспоминала события, связанные с этими местами. Здесь произошло мое перерождение и первая любовь. Здесь все началось, здесь оно и должно было закончиться. Я кидала вещи в костер, уничтожая все то, что когда-то было мне дорого. Завтра ничто из этого не будет иметь смысла. Я вырывала по одному листу из своего дневника и бросала в костер, безжалостно уничтожая свою жизнь, сокрытую в его строках.

Захотела напоследок увидеть Бару и зашла на цыпочках в его шатер. Он спал, сидя за столом. Я аккуратно села рядом и смотрела на него некоторое время. Близился рассвет, мне надо было уходить. Я слегка погладила его по волосам, наклонилась и поцеловала в макушку.

– Мира… – пролепетал Бару сквозь сон.

– Я люблю тебя…

Я вышла за пределы поселения, напоследок погладив Таруса.

– Ты уж приглядывай за братьями. – Конь принялся топтаться на месте. – Тише!

– Девочка, ты собралась уйти не попрощавшись? – Я обернулась и увидела Нану.

– Не хотела тебя будить, бабушка. – Я крепко обняла ее.

– Моя луноликая, я бы хотела другой жизни для тебя. – Нану похлопала меня по руке.

– Я ни о чем не жалею. – Я посмотрела на небо. Первые лучи солнца крались ко мне по пустыне: пора. Нану оставила меня.

Я шла по прохладному утреннему песку, оставляя подолом своего золотого платья длинный след. Но что-то было не так. Я ничего не смогла забыть, любовь так и жила в моем сердце. Амон-Ра выполнил мои условия, но золотой лук и Копье Небес были моей страховкой, и отдавать их я не собиралась.

Так хотелось взглянуть на всех напоследок. Грядущие перемены красочными картинками предстали перед глазами.

Я увидела, как из песка поднялся город, как вокруг появились плодородные земли, прохладные реки и цветущие сады.

В родном доме на Тилеосе отец, как всегда, трудился в пекарне, и ему помогала рыжеволосая шустрая девушка. Она также была с отцом на ярмарке по выходным, и он нежно целовал ее в лоб, как и меня.

В Адаманте все шло своим чередом. Еще оставалось много работы, все народы теперь жили вместе. Я так и осталась покровительницей и защитницей этого города и наблюдала за ним издалека. И первое, что сделали горожане, – восстановили статуи богини Сахмет. Они несли дары и все больше почитали ее.

Арай сидел на мраморных ступенях красивого здания и что-то рисовал. Теперь его лицо не скрывала маска. Вокруг бегали и играли дети. К нему подошел Бару и, похлопав по плечу, с грустным видом присел рядом. Они вместе рассматривали рисунок, поднимая его и как будто примеряя к чему-то. Это был новый храм, который тоже посвятят Сахмет – одной из самых могущественных богинь в истории. И этой богиней была я.