Этого почтенного все еще энергичного человека с живописной внешностью хорошо знают на Урале. Суховатое лицо, небольшие усики, шапка седых волос с оставшейся прочернью, всегда сосредоточенный взгляд зорких и светлых глаз невольно привлекают внимание. Непокорный вихорок на высоком лбу, статная и подтянутая фигура, уверенная и быстрая походка напоминает что-то суворовское. Кажется, за ним не угонится и молодой.
Это уральский краевед — Владимир Павлович Бирюков. Прекрасный знаток своего края, он больше сорока лет живет в зауральском городе Шадринске. Здесь привыкли к его обязательной утренней прогулке на почту за свежими газетами и письмами. Встречая земляка, люди дружески приветствуют:
— Доброе утро, Владимир Павлович!
— Гладенькой дорожки! — обычно отвечает он, называя встречных по имени и отвешивая им низкий поклон.
Летом и зимой без головного убора, торопливым шагом идет он по улицам, с любопытством всматривается в афиши, витрины книжных магазинов, задерживается в музеях, посещает школы и библиотеки. С ним всегда неизменный спутник странствий — потертый портфельчик из коричневой кожи, не раз чиненный, всегда набитый книгами и газетами, фотографиями и редкими рукописями.
Надо обладать чутьем разведчика, чтобы безошибочно находить все эти ценные документы, часто утрачиваемые безвозвратно. И Владимир Павлович обладает таким счастливым даром.
В каких городах и рабочих поселках своего горнозаводского края не побывал Бирюков! Всюду его радушно встречают, всюду у него многочисленные друзья — студенты, школьники, учителя, библиотекари, литераторы. Всюду он желанный гость.
Писатель, краевед, книголюб. В этих трех словах раскрывается смысл жизни удивительного знатока истории Урала, добытчика его живого слова.
Учтивый по натуре, предупредительный в обращении с людьми, Бирюков всем, кто встречается с ним, обязательно поведает и как можно полнее передаст свои знания об Урале, накопленные за долгие годы. Таков уж характер этого приветливого человека.
Друзья в шутку называют Владимира Павловича «ходячей энциклопедией» края. И в этом нет преувеличения. Он знает говоры и словарь уральцев, их песни со времен Пугачева. Память его бережно хранит неисчислимое количество поговорок и пословиц, народных песен и их мотивы, сведения, передаваемые устно от одного поколения к другому о богатствах, что таят горы Урала, его реки и леса.
Он легко объясняет происхождение уральских фамилий и географических названий, время возникновения тех или иных поселений, как будто был свидетелем происходивших событий.
Знаток истории края, Владимир Павлович как летописец сумел и успел записать ее движение, отметить ее вековую поступь. Поэтическая душа народов, населяющих огромный Урал, как бы заключена теперь в книге Бирюкова «Урал в его живом слове» — книге, ставшей библиографической редкостью. Ей автор отдал долгие годы упорного труда собирателя, знания краеведа, любовь и вдохновение писателя. Эту книгу дополняют другие труды неутомимого исследователя: «Дореволюционный фольклор на Урале», «Исторические сказы и песни», «Литературное наследство Урала», «Уральские сказки», «Крылатые слова на Урале», «Урал советский», многочисленные статьи и очерки, опубликованные в печати.
Богатство знаний Владимира Павловича не ограничивается сферой устно-поэтического творчества народов. Он археолог и этнограф, собиратель уникальных памятников уральской старины, быта и культуры народов родного края. И неудивительно, что Бирюкова знают и любят не только на Урале. Имя его знакомо краеведам многих областей и республик нашей Родины и за ее рубежами. В небольшой зауральский город приходят письма с зарубежными штемпелями. Пишет Бирюкову молодой учитель из Познани Збигнев. Он перевел на польский язык одну из книг уральского краеведа. Среди корреспондентов Владимира Павловича — греческий драматург, ныне живущий в Советском Союзе Георгос Севастикоглу.
А сколько в редкостном собрании уральского краеведа писем виднейших советских ученых и писателей, деятелей культуры и искусства! Тут и переписка с академиком С. П. Обнорским, известными фольклористами братьями Б. и Ю. Соколовыми, М. Азадовским и И. Розановым, скульптором Шадром, поэтом Д. Бедным, писателями П. Бажовым, В. Бонч-Бруевичем, Е. Федоровым, Е. Петряевым, Ю. Курочкиным, Н. Здобновым и другими. Коллекция автографов и редких изданий, накопленная краеведом почти за 60 лет, могла бы восполнить крупнейшие музеи и библиотеки нашей страны. Он собрал уникальный, единственный в своем роде, комплект уральской журнальной периодики от первых ее номеров и до последних, вышедших в наше советское время.
Книги В. П. Бирюкова.
Владимир Павлович Бирюков принадлежит к людям, которых можно назвать словом ныне редко употребляемым — подвижник. До конца жизни он предан и влюблен в свое трудное, хотя и неприметное дело собирателя-краеведа, он одержим этим делом.
Я знаю Бирюкова многие годы, пригляделся к его жизни, часто бываю в его деревянном пятистенном домике на тихой Пионерской улице нешумного города Шадринска. Владимир Павлович вместе со своим лучшим помощником и другом жизни Лариссой Николаевной скромно живут на пенсию, получаемую от государства. Другие заработки — литературный гонорар — редки. Добрую половину этих средств они ежегодно тратят на пополнений фондов собрания, на подписку газет и журналов, на приобретение книг молодых литераторов и уже имеющих имя писателей Кургана, Челябинска, Свердловска, Оренбурга, Уфы, Перми и других городов. Так создается еще одна редкая коллекция первых произведений и последующих книг уральских авторов, насчитывающая теперь десятки тысяч названий в бирюковской библиотеке.
Владимир Павлович с утра уже за письменным столом. Перед ним лежат стопки свежих писем, газет и журналов — его ежедневная почта. Тут же под руками — папки с рукописями, газетными вырезками, горка старых книг, ящичек с картотекой, сделанный самим хозяином. Все приготовлено, тщательно подобрано для того, чтобы написать обстоятельные ответы корреспондентам, запросы которых не поддаются учету.
Познакомимся с очередной почтой, заглянем с разрешения краеведа в некоторые из писем. Вот одно из них, полученное 23 марта 1963 года от Г. Самарина.
«Извините, что не знаю Вашего имени. Пишет Вам старый фольклорист, ученик братьев Соколовых. Когда-то в начале 30-х годов я приезжал в Свердловск, и мы встречались. Теперь уже много лет я работаю на Украине в г. Кировограде. Под моим руководством наши студенты ведут запись фольклора. В 1952 году в с. Долинская от некоего Томина Василия Павловича, рабочего, инвалида Отечественной войны (теперь он умер) получили интересную рукопись под названием «Сказка про Веру, Счастье и Свободу». По словам Томина, которого я лично знал и который передал нам записи многих старинных солдатских песен и свадебных обрядов, он записал это объемистое произведение (2970 стихотворных строк) от некоего Василия Егоровича Брусьянина, крестьянина деревни Кочердык, Усть-Уйского района, Челябинской области…
Сейчас, когда в нашем литературоведении изучается вопрос о проникновении в творчество народных поэтов традиционных фольклорных мотивов, это произведение, на мой взгляд, имеет некоторый интерес. Напишите мне, пожалуйста, не знаете ли Вы, лучший знаток уральского фольклора, что-либо о В. Е. Брусьянине?..»
А вот письмо из февральской почты от хранителя фондов Куртамышского музея В. Бондарева.
«В одном из номеров газеты «Красный Курган» за 1945 год помещена статья «Куртамышу 200 лет», автором ее были Вы. Все записи на стенде нашего музея «Историческое прошлое Куртамыша» сделаны на основании Вашей статьи. Однако совет музея желал бы еще глубже познакомиться с материалами, которыми Вы руководствовались… Мы верим, что Вы не оставите без внимания нашу просьбу и раскроете нам первоисточники возрождения Куртамышской слободы».
Учитель из Ставрополья Ф. Алексеев запрашивает В. П. Бирюкова о ранних произведениях Юрия Либединского, напечатанных в сборнике «Огниво», вышедшем в Челябинске в 1921 году. Этого сборника нет ни в одном книгохранилище страны. Ему нужны также данные о жизни и деятельности уральских большевиков Е. Васенко, С. Цвиллинга, М. Локацкова, послуживших прототипами героев повести «Неделя».
Кировского писателя-краеведа Е. Петряева интересуют сведения о забытом поэте Бальдауфе.
«Очень хочу найти сведения о Билимбаевском заводе конца 30-х годов XIX века; где там был госпиталь, кладбище, какого они вида и проч. Там похоронен Бальдауф в 1839 г. Может быть, могила отыщется? Нет ли у вас корреспондента в Билимбае?»
Сколько таких писем получено, сколько дано обстоятельных ответов, требовавших утомительных поисков в специальных справочниках, картотеках и записях! Аккуратно уложенные пакеты с письмами и ответами исчисляются у краеведа тысячами. Диву даешься: какой труд и любовь заключены в каждом из этих конвертов, бережливо хранимых и составляющих теперь неоценимое богатство!
Заглянем в несколько самодельных пакетов. Московский инженер-лесотехник М. Пономарев просит сообщить все, что знает краевед из истории использования наплывов древесины на Урале, так называемых «капов». Эти сведения нужны ему для диссертации. Профессор А. Георгиевский запрашивает, не сможет ли Владимир Павлович сообщить ему что-либо об авторе книги «Хозяйственное описание Пермской губернии» Н. Попове (1802 г.) и где о нем имеются материалы? Инженеру железнодорожного транспорта А. Козыреву, по заданию Уральского филиала Академии наук СССР пишущему книгу «История Южно-Уральской магистрали», необходимы сведения о строительстве железной дороги ст. Богданович — Островская — Шадринск. Он спрашивает краеведа, не сохранились ли фотографии первого поезда, прибывшего в Шадринск, книжки расписания движения поездов за 1911—1913 годы.
«Из последнего номера «Литературной газеты» я вычитал, что Вы благополучно здравствуете и фольклорно просвещаете челябинских посетителей, — писал Демьян Бедный. — В свое время Вы и меня «просветили», прислав мне книгу «Дореволюционный фольклор на Урале»… У Вас имеются свои труды. Я жадно хочу познакомиться с ними. Все, что касается Урала, интересует меня крайне…»
Из Третьяковской галереи заведующий отделом скульптуры В. Шалимова убедительно просит помочь ей материалами о знатном земляке краеведа скульпторе Иване Шадре.
«Я знаю Вашу любовь к родному Уралу, хорошее отношение к Ивану Дмитриевичу, — говорится в этом письме, — поэтому надеюсь, что моя просьба не будет неприятной».
«…Узнал, что Вы живете в Шадринске. Мы должны в срочном порядке приступить к восстановлению и расширению антирелигиозного музея, — писали из Свердловска. — Вы можете принести большую пользу в этом деле советами и указаниями. Особенно было бы интересно знать хронику прежних лет, которая характеризовала бы реакционную и контрреволюционную деятельность на Урале церковников…»
«Мною предпринята научно-исследовательская работа на тему «История музыкальной культуры дореволюционного Урала», — пишет один из работников оперного театра. — В собрании материалов по этому вопросу Вы, по всей вероятности, можете оказать мне помощь».
Писателя В. Юрезанского глубоко влекла старина Урала, его предприимчивые люди. Он долго собирал материал для романа, в котором хотел показать талантливых горнозаводских рабочих, край, в котором они жили и работали. В этом ему помогал Владимир Павлович. В 1938 году В. Юрезанский встретился с уральским краеведом в Свердловске и услышал от него волнующую историю о маленькой девочке, брошенной в Невьянске на базаре, которую воспитал железнодорожный сторож башкир Валеев. История захватила автора, и он написал об этой девочке рассказ «Анка». В нем ярко раскрыт образ Валеева и заводского рабочего Василия Максимовича, помогавшего воспитывать Анку.
У В. П. Бирюкова сохранилось письмо, в котором В. Юрезанский горячо благодарит краеведа за присланные фольклорные записи, использованные им в рассказе, и просит его впредь присылать интересные песни и легенды, связанные с происхождением гор и рек, рудников и самоцветов, поверья и заговоры.
«Для будущего романа меня очень интересует все, что Вы можете услышать из уст народа о Никите и об Акинфии Демидовых, о их характере, повадках, богатстве, отношениях к людям, о демидовских рабочих и приказчиках… Нужен материал, который позволил бы представить и описать древний Урал, его суровое своеобразие».
Из переписки В. П. Бирюкова, если ее привести в строгую систему, можно составить интереснейшую книгу, но сам автор не любит говорить об этом: его удерживает скромность. Он привык держаться в тени и искренне любоваться светом тех, кому оказал помощь.
— Я у всех на подхвате, — как-то сказал Бирюков. — Роль моя — роль помощника, этим и счастлив я…
И продолжает днями и при свете электрической лампочки долгие часы просиживать за столом, отвечая на письма. Поистине неоценима эта безвозмездная, большая работа человека, дающего самые различные справки на запросы корреспондентов! Когда исследователи, писатели, студенты обращаются в государственные хранилища — архивы, музеи, библиотеки, им отвечают люди, специально ведущие справочную работу. Это их обязанность. Владимир Павлович знает, что ответы его приносят корреспондентам радость в труде, и поэтому отвечает на письма всегда с чувством большой ответственности, любовно, аккуратно. Он понимает, что ответ его может быть единственным источником для молодого или убеленного сединой исследователя, а сообщаемые им сведения трудно или совершенно невозможно перепроверить. И ответы краеведа пишутся с научной добросовестностью и точностью.
Автору этих строк много раз приходилось обращаться к В. П. Бирюкову по вопросам литературного краеведения во время работы над книгой «Наше литературное вчера». Из Шадринска всегда приходил исчерпывающий ответ. И был он тем ценнее, чем реже встречался источник, разысканный Бирюковым. В самом деле, в его собрании есть книги, изданные на Урале, которых не имеет ни одно хранилище страны. Они были выпущены в Кургане, Челябинске, Омске, Свердловске в предреволюционные и революционные годы, в мятежное время гражданской войны, бесследно уничтожившее многие культурные памятники и документы.