Пергамент на рабочем месте дохлого аристократа имелся в изрядном количестве, но в основном относился к чисто финансовым вопросам. Продали тут, купили там, отвезли туда, сбыли таким-то людям за такую-то цену. В плане знания самих ценников и конъектуры рынка на берегах Срединного моря оно конечно полезно, но не слишком. Тем более что тут торговля во многом завязана на личности торговцев. Если купец работает с определённым партнёром годами, то цена будет одной, а если с ним придёт договариваться неизвестный овощ с бугра, сделка с которым может оказаться единоразовой, то ценник резко изменится. К тому же Фокриз судя по всему ходил под герцогом Хедерисом, что добавляло ему веса. А мне головной боли, потому как мы по всем признакам прибили некоего агента крупного аристократа и конкурента Гоманов. Иначе не вижу причин, почему бы аж целый барон болтался на этой лоханке по всему побережью. У владетелей обычно своих дел хватает, да и невместно им вообще торговлей заниматься. Хотя далеко не факт, что он представлялся своим настоящим именем. По крайней мере подписи в финансовых документах принадлежали не барону Фокризу, а некоему Шивару Рашмани.

Однако помимо прочего меня несколько огорчало, что личной переписки нашлось до прискорбия мало. Понятное дело, что тут не двадцать первый век с его бесконечным потоком писем на электронную почту, а самому барону тяжело что-то доставить в силу его «мигрирующего адреса», но всё же. Так что почесав репу, я начал искать тайники, вопрошая дерево вокруг. И оно ответило друиду. Первый улов нашёлся в ящике с двойным дном и представлял из себя долговые расписки от неизвестных мне личностей. Но зато на подлинное имя барона, который щедрой рукой давал деньги в том числе и благородным людям. Паршиво только, что Винсента сейчас о них не расспросить, уж он-то как раз все аристократические фамилии королевства знает. А тут вполне могут быть вассалы лорда Калибрана, которых крепко держат за яйца долгом. Не могу сказать, что являюсь большим специалистом по шпионским играм, но по мне так деньги — это один из самых простых инструментов вербовки. Особенно если есть угроза слива информации о том, что агент брал бабло у вероятного противника. Это в моём богоспасаемом отечестве всем почему-то пофиг на счета, кредиты, недвижимость и обучение элитарных детишек за бугром, в нормальных же странах такие нюансы вызывают закономерные вопросы у компетентных органов. Вот пусть они и разбираются. В теории мы могли бы попробовать пошантажировать аристократишек, но не тот у нас вес, чтобы всё прошло гладко. Только геморрой себе наживём. Благодарность герцога — это как-то перспективнее.

Закончив со столом, я отправился к переборке, где аккуратно подцепил одну из досок и извлёк из неглубокой ниши тубус, пробормотав:

— Ну а тут у нас что?

Собственно наконец нашлись письма, причём имеющие форму отчётов и приказов, хоть и завуалированных. Много такого рода макулатуры барон явно не хранил, но и то что нашлось, порадовало. В письме с подписью Ф. некий господин сетовал, что его знакомый поиздержался в Комвифе и ему надо бы подбросить деньжат, так же расспросить его о делах семейных, а то совсем старика забыл и не пишет. По странному стечению обстоятельств, фамилия этого славного малого значилась в одной из долговых расписок. Вот и первая надёжная ниточка к чужой агентуре, заодно показывающая, почему нужен именно барон на драмоне, а не купец. Попробовал бы простолюдин, ещё и из чужого герцогства, тут что-то требовать с дворянина. Всё таки здесь вам не там, равенства перед законом нет, ситуация больше напоминает старушку Европу времён средневековья, в которой благородные люди то евреев потрясти могли на шекели, то каких-нибудь ломбардских банкиров. Да и тамплиеров скорее всего посадили на кукан как раз потому, что соотношение золота в их закромах и людей, способных защищать его мечом, старо непропорциональным. Филипу Красивому и его детям оно на пользу правда не пошло, но это уже совсем другая история.

В ответном письме, которое писал сам Фокриз, барон сообщал, что деньги переданы и расписывал последние придворные новости, однако не успел закончить свой опус, остановившись на том, что взял «сопутствующий груз». Мда, не говори гоп, пока не перепрыгнешь. Что же, жадность фраера сгубила. Хотя как знать, возможно агентам платят не слишком много и они вынуждены крутиться, как могут. Знать бы ещё как самого Фокриза завербовали. Сильно сомневаюсь, что он согласился болтаться в море с сомнительными поручениями добровольно. Впрочем сомнительность тут тоже не так уж однозначна. С формальной точки зрения подкопаться не к чему, в худшем случае его бы просто объявили персоной нон грата в герцогстве. В вину бандиту с большой морской дороги можно поставить только попытку захвата рабов, но мы перехватили его с гоп-компанией раньше. Лорд Калибран нас бы конечно за это мог только похвалить, но в Хедерисском герцогстве уже наш дружный коллектив бы обозвали подлыми разбойниками. Собственно скорее всего обзовут, а потому там лучше не появляться. Винсент имеет все шансы стать предметом торга со своей семьёй, выкупы здесь всё таки любят, а вот мне и наёмникам могут повязать пеньковый галстук. Если опознают конечно… Впрочем огромный барс довольно приметен, а тот же Мэллон личность не совсем безызвестная.

Так же барон уделил часть своего письма ситуации на верфях Гоманов. Флот они действительно строили, но остро нуждались в людях и материалах. В горном герцогстве был некоторый дефицит корабельного леса, да и лесов вообще, а так же квалифицированных плотников. Доставка стволов из иных мест в свою очередь вставала в копеечку. И Фокриз полагался на мудрость всё того же Ф., что может ещё больше увеличить трудности любимых соседей. На секунду я задумался, не родственники ли они, но быстро отмёл эту мысль. Стиль общения, конечно насколько я понимаю аристократические заморочки, не тот. К тому же одинокая заглавная буква может быть просто псевдонимом, не имеющим никакого отношения к реальности.

Оставив содержимое тубуса в покое, я подцепил охотничьим ножом одну из досок палубы и вытащил несколько мешочков с монетами. В основном серебро, но мы люди непривередливые, у нас всё в хозяйстве сгодится. Однако тут тоже было двойное дно, которое мало кто полез бы искать, уже получив деньги. Разобравшись и с ним, я извлёк ещё один тубус. Тут стало интереснее. Заметки в нём оказались короткими и касались странной активности морских обитателей. На западе гномы жаловались, что крабы как с цепи сорвались. А эти членистоногие здесь куда как покрупнее привычных мне по Земле существ. В высоту с крупную собаку, защищены прочными панцирями, клешнями способны без откусить человеку конечность… В общем те ещё милашки. Великое счастье человечества, что они живут в воде и почти не выходят на сушу. Моряки правда болтают, что на некоторых островах есть их норы, но видимо континент им мало интересен. По крайней мере был. Но теперь похоже у гномов начались некоторые проблемы. Однако беда не пришла одна, так же их наиболее западные тейги стали подвергаться нападениям зеленокожих. Те, с кем общался барон, считали что у орков объявился новый харизматичный вождь с большой секирой и рабочими мозгами, что объединил разрозненные племена. Так что возможно гномы скоро будут готовы платить большие деньги наёмникам, готовым их поддержать. Или стряхнут пыль со старых договоров с людьми. Барон говорил о последних, как о чём-то общеизвестном, но деталей я не знал. Человеческие правители обязаны будут отправить кого-то на помощь подгорным жителям? Возможно и так. Но всё равно это довольно далёкая опасность, которая не имеет отношения к делу здесь и сейчас. В этих горах гоблины с орками и троллями конечно тоже живут, но в уж очень малом количестве. Мы вон за весь патруль ни одного не встретили. Так что отложив бумаги, я благополучно потушил свечи и отправился спать. Моё дело маленькое, а о геополитике пусть у герцога голова болит. Ему по должности положено.

Утро встретило меня ласковыми лучами солнца, пробивающимися через окошки на корме. Встав и немного помахав руками, чтобы разогнать кровь, я услышал тихое, неразборчивое бормотание рыцаря и тут же подошёл к нему, слегка тронув парня за плечо со словами:

— Винсент, ты как?

Сын графа приоткрыл глаза, выдавив из себя:

— П-п-плохо. Голова кружится.

— Зато она у тебя есть — улыбнулся я — Пить хочешь?

— Да — ответил он, не заикнувшись — И е-е-есть.

— Сейчас — проговорил я, приподняв товарища и дав ему напиться, а потом высунулся наружу, опять встретив Абракса — Ты спал хоть?

— Ага — отозвался он — Только что заступил.

— Кликни кого-нибудь, пусть еды притащат. Винсент очухался — сообщил я ему.

— Сделаю — коротко кивнул он.

Я же вернулся к пациенту, проговорив:

— Сейчас всё будет.

— Долго я без с-с-сознания был? И что со м-м-мной? — спросил рыцарь.

— Чуть больше суток — сказал я, а потом поднял руку — Сколько пальцев показываю?

— Ч-ч-четыре — проговорил он — И какого демона с моим языком?

— Скорее с головой — проворчал я — Барон тебе булыжником череп проломил. Уж думал, потеряли тебя, когда осколки костей из мозга выковыривал.

— Что? — опять спросил Винсент без запинки — Но… Он же клялся не пытаться бежать.

— Таким врать, что водицы попить — произнёс я — Что вообще ты последнее помнишь?

— Б-б-бой — снова начал заикаться Винсент, сосредоточившись на воспоминаниях — Потом мы с тобой поругались. Ш-ш-шли по тропе… Всё.

— Голову не трогай — остановил я руку собеседника, потянувшуюся к повязке — У тебя куска черепа нет, кость ещё не наращивал. Сейчас сам перевяжу на свежую и целительную энергию волью.

— Куска? — переспросил рыцарь. Как я заметил, при сильном эмоциональном отклике, заикание пропадает. Знать бы ещё что это значит.

— Небольшого — успокоил я его, снимая повязку, когда в дверь постучали — Открыто.

— Доброго утра — проговорил Мэллон, заходя с миской исходящего паром бульона в руках. Вслед за ним внутрь проскользнул Вирум.

— И тебе — отозвался я, продолжив работать и заодно подтянул пациента повыше на подушку. Есть удобнее полусидя — На стол пока поставь.

— Ага — кивнул квартерон — Ты как, командир?

— П-п-паршиво — выговорил тот, поправив руками одеяло. Хм, моторные функции сохранены, в конечностях не путается — Но кажется жить буду.

— Это хорошо — улыбнулся мечник.

— Плохо, что до этого вообще дошло — проворчал я.

— П-п-плохо, что ты человека до того запытал, что он благородное слово нарушил — не остался Винсент в долгу.

— Опять двадцать пять — фыркнул я, вливая в чужую голову волшебу — Мать Природа свидетельница, пытать надо было сильнее, чтоб урод о чём-то таком даже подумать боялся.

— Рэзор, выйди из каюты — оборвал меня рыцарь.

— Но я не закончил…

— И не надо. Выполняй приказ — отрезал рыцарь, вновь заговоривший нормально — Мэллон закончит за тебя.

— Воля твоя — покачал я головой и отправился на свежий воздух вместе с барсом.

В отряде может быть только один командир, мы обговаривали это в самом начале нашего похода. Даже тот мой перформанс с бароном был по сути шагом против установленных правил. Теперь же я предпочёл не нагнетать ситуацию. Тем более что она яйца выеденного не стоила, а Винсент точно не помрёт без медицинской помощи. Двигал руками и ногами он конечно не очень уверенно, голова болела, с речью появились некоторые трудности, но ни воспалительных процессов, ни амнезии, ни паралича нет. Остальное поправимо, причём довольно быстро. В крови Винсента по прежнему плещется жива, она поспособствует выздоровлению без всякой магии. Разве что кость нарастать будет долго, но если рыцарь стал такой дофига умный, пусть в храм Света идёт. Там тоже могут порешать проблему.

— Чего там? — отвлёк Абракс меня от размышлений.

— Выгнали меня — хмыкнул я — Винсенту приспичило без лишних ушей с Мэллоном пообщаться.

— И что делать будешь? — спросил здоровяк.

— Завтракать.

Тут я нисколько душой не кривил, пожрать с утра и правда хотелось. Наш кашевар благополучно одарил меня миской с сытным содержимым, а Ахилла мясом. «Совещание» же в капитанской каюте всё не желало заканчиваться, даже парочка новых участников появилась. Почесав репу и посмотрев на море, я плюнул на всё и пошёл купаться. Барс мою причуду по понятным причинам не оценил, он воду вообще не очень любил, но кто бы спрашивал его мнение. Тем более что поплескаться в тёплом море мне хотелось давно, однако всё время что-то мешало. В Комвифе в него стекали различные жидкости не самого маленького города, в пути как-то было не до того, да и сна урвать хотелось побольше. А сейчас настало раздолье.

Так что наплавался я от души, а заодно немного остудил голову. Понятное дело, что Винсент сейчас буквально стукнутый на всю башку, но всё равно вышло неприятно. Ты к человеку со всей душой, а он тебя чуть ли не на×рен посылает. И было бы из-за чего⁈ Сам же накосячил. А я о его проколе считай не напоминал и уж точно не раздалбывал его перед строем наёмников, интересуясь на кой такой орган он из пленного иголки извлёк. Хотя наверно стоило. Возможно стоило бы даже дать ему в бубен, только и без того повреждённые мозги жалко. Мне же потом лечить если что.

Приплыв обратно к берегу, я повстречал Мэллона, поджидавшего меня рядом с барсом. Взглянув на хмурое лицо квартерона, я поинтересовался:

— Чего такой кислый? Моя выволочка тебе досталась?

— Не до шуток, маг. Хреново всё — не разделил моего веселье мечник.

— Винсенту что ли хуже стало? — тут же насторожился я.

— Прозвучит странно, но лучше бы хуже — буркнул Мэллон — Сир Винсент хочет в Грумариэне закончить с тобой сотрудничество.

— О как? — удивился я — А с чего?

— Неподчинение, ты ведь тогда вопреки его воле барона пытал — всё с тем же хмурым лицом проговорил квартерона — И это привело к его ранению и гибели одного из бойцов. Не смотри на меня так, я сам понимаю, что бред.

— Как он в крепость-то собрался? — приподнял я бровь.

— На корабле — произнёс мечник — Он путешествие-то это переживёт?

— Вообще должен — пробормотал я — Лучше бы, понятное дело, поберечься, мозги штука загадочная. Но тут недалеко, а погода обещает быть спокойной. Ладно, пойду попробую с ним поговорить.

— Попробуй — кивнул квартерон — Мы уже привыкли, что в отряде толковый волшебник есть.

— Я уже тоже к надёжным мечам под рукой привык — ободрил я его, направившись к кораблю.

Абракс мне кивнул, всем своим видом показывая, что тоже в курсе новостей. Впрочем нормальной звукоизоляции тут нет, наверняка уши грел, когда на посту стоял. Я же шагнул внутрь и увидел Винсента, сидящего за капитанским столом, и проговорил:

— Вижу самочувствие улучшается.

— Т-т-так и есть — ответил он, после чего добавил — Нам надо проговорить.

— Да уж я думаю — кивнул я и сел на кровать, чтобы не выглядеть как школьник, которого отчитывает директор.

— Ты был неправ — сообщил мне рыцарь — И я был не прав. Нельзя было идти у тебя на поводу, это плохо закончилось.

— Может и неправ — проговорил я — Но и решение извлекать щепки из барона было ошибочным.

— Возможно. Но сейчас мы обсуждаем не мои ошибки, а твои — сказал он, а потом слегка потёр лоб — З-з-знаешь, я думал всё будет несколько иначе.

— Что именно? — приподнял я бровь.

— Что ты станешь моим придворным магом в моём будущем владении, верным помощником в моих делах — сказал он без заикания — Но теперь, оглядываясь назад, вижу, что это невозможно. Ты просто не принесёшь мне клятву верности, ведь это ограничит твою свободу.

— До сих пор мы справлялись без всяких клятв — пожал я плечами.

— Ровно до того момента, как наши мнения разделились и ты сделал всё по с-с-своему — покачал он забинтованной головой — Ты мой друг, это не изменится. Но иметь рядом мага, который может выполнить приказ, а может на него плюнуть, я не могу. Никто из владетелей не может. Те, кто пытался, в итоге плохо кончили.

— И ты из-за этого решил изгнать меня из отряда? — приподнял я бровь.

— Не назвал бы это изгнанием — отозвался сын графа — Мы доберёмся до конца маршрута, ты получишь свою долю, всё честь по чести. А там смотри сам. Можешь пойти с нами на Комвиф на корабле, можешь куда пожелаешь. Если отправишься в столицу, могу представить тебя герцогу. Отряды водят не только рыцари, да и на строящемся флоте маги тоже нужны.

— Тебя будто подменили — пристально всмотрелся я на собеседника, но не заметил в нём ничего потустороннего. Да и откуда бы взяться одержимости?

— Да нет, я всё тот же — пожал рыцарь плечами — А над ситуацией думал, ещё до того, как получил камнем по голове. Н-н-нельзя командовать людьми, когда кто-то из них может резко напомнить тебе о своих заслугах и твоих долгах, отказавшись подчиняться.

— Звучит дерьмово — скривился я.

— Уж как есть — развёл руками он.

— Ладно. Твоё решение — проговорил я наконец.

— Ты прав. Моё — согласился он.

На языке крутилось несколько фраз про то, что всё тут на мне держится и развалиться, едва я уйду, но удалось сдержаться. Во-первых это как-то мелочно, а я не истеричка, во-вторых может и не развалится, костяк-то у отряда весьма толковый, в третьих зачем уходить, громко хлопая дверью и обрывая все связи? Ссорится ради самой ссоры? Винсент уже всё для себя решил. Его воспитывали в духе среды, где аристократы правят, а маги им служат. Само наше равноправное партнёрство было для него странным решением и едва у нас случился настоящий конфликт, как оно закончилось. Тут скорее стоит удивляться, что он меня по прежнему другом называет и готов поспособствовать моим делам. С тем же лордом Калибраном познакомить. И видимо не трещать о том, что я благородного человека пытал, как сяфку позорную, который дохлый барон и являлся.

— Не передумаешь? — спросил я для проформы.

— Вряд ли — проговорил рыцарь.