Сиятельный князь Вовчик

Часть 3

Глава 1

Египет. Дворец фараона, приемные покои.

То же время.

— Повелитель Небес, Земли и Воды!

Перед сидящим на троне черноволосым жилистым мужчиной высокого роста, облаченным в тунику из тончайшего белого льна, расшитого золотом, распростерся ниц его первый министр. Все как и положено — лицом в пол, руки с холеными, никогда не знавшими тяжелой работы открытыми ладонями вытянуты вперед.

— Ничтожнейший из твоих рабов просит выслушать его.

— Дозволяю, — кивнул фараон. — И разрешаю встать, а то мне смотреть на тебя неудобно.

— Как прикажете, Богоподобный! — поспешно вскочил тот.

Пол во дворце был, можно сказать, ледяным, что не шло на пользу старым коленям министра.

— Турки и персы, Америка, Германия, Россия — слушаю тебя именно в таком порядке.

— Как прикажешь, Солнцеликий, — склонился министр. — Как мы и предполагали, война между двумя проклятыми богами народами лишь фарс. Султан Ахмедшах и царь Дарий заключили договор, военный союз. Через максимум два года их армии вторгнутся на берега Нила, и его воды покраснеют от крови.

— Что мы сделали для того, чтобы им помешать?

— Ведется большая работа, о Богорожденный. Валиде, мать султана, благосклонно принимает наши дары и сдерживает порывы своего сына. Одновременно с этим мы оказываем всю поддержку его старшему сыну Мехмету, который спит и видит себя во главе империи. Янычары тоже его поддерживают, но до бунта пока далеко. Власть султана велика и на его стороне первый визирь Кара-Давуд паша, опытный царедворец и хитрый как шакал. Его на нашу сторону склонить пока не получилось. И уверен, что не получится, поэтому разрабатывается план по его физическому устранению.

Примерно так же обстоят дела и при дворе короля Дария. Его подданные охотно берут золото, но вот отрабатывают его очень неохотно.

К сожалению, там мы не смогли близко подобраться к более-менее значимым людям. Персидский дворец напоминает растревоженный улей, и каждый ищет, кого бы ужалить. Недоверие всех и ко всему там так и сквозит. За малейшее инакомыслие любого, невзирая на заслуги, кидают в котел с раскаленным маслом.

Впрочем, возможно, это сыграет нам на руку — недовольство Дарием растет, но пока армия, которая щедро получает все выплаты, на его стороне, не думаю, что дойдет до бунта. Сейчас мы очень близко подобрались к начальнику его охраны, но говорить об успехе пока рано.

— Через два года, говоришь? — задумался фараон, чуть пожевав губу. Детская привычка, от которой он так и не смог избавиться. — Пока оставим это. Продолжайте свою работу, а о своем решении я сообщу позже. Дальше.

— С Америкой все….сложно, как там любят говорить. После убийства сына президент будто с ума сошел. И, конечно, винит во всем русских.

— Есть доказательства их причастности?

— Нет, но кого это интересует? Впрочем, косвенных более чем достаточно. Мэтью заигрался в бога, будучи простым смертным, и об этом говорят все. Он с чего-то решил подразнить северного медведя, а теперь обиделся, получив от него ответ.

— Давай без аллегорий. Ты знаешь, что я этого не люблю, — поморщился фараон. — Говори простыми словами.

— Как прикажешь, царь царей. Мы точно знаем о большом провале их агентурной сети в Российской империи, когда они вздумали шантажировать их через детей знатных вельмож. А после опять последовала череда провалов, и, как орех на верхушке кахка (египетское печенье, прим. автора) — попытка захватить наследника престола. Достоверно известно, что были даны распоряжения при неудаче захвата его устранить. Не вышло ни то, ни другое, конечно же. И практически сразу последовала смерть сына американского президента. Все знают, кто это сделал, но доказательств нет. Впрочем, Мэтью они и не нужны.

Они давят на Францию, захватывая их территории в Африке, разом обрубая половину торговли и угрожая прекратить ее всю. При этом Америка изъявляет желание, чтобы французы воевали с Россией. Конечно же, при их поддержке. И если Франция уже склонна согласиться на это, ведь казна пустеет, а новых поступлений не предвидится, то Англия категорически этому противится, поддерживая французов против Америки. К тому же, чопорные англичане терпеть не могут тех, кто не обладает магией, а Америка наоборот. Как бы между ними не вспыхнул прямой конфликт, чему я лично не удивлюсь.

Впрочем, американцы это прекрасно осознают и готовят провокации. Устраивать народные бунты и свергать законных правителей чужими руками им не впервой.

А еще на Францию положил глаз кайзер Германии, которому уже мало места в Европе, и он грезит завоеваниями. Опять же, сильный маг, люто презирающий американцев. Согласно донесениям нашей разведки, немцы, разобравшись с Европой, нанесут одновременно два удара по России и Америке. С первой они уже фактически воют на польско-российской границе. Обкатывают войска перед генеральным сражением. Ну, и против американцев им найдется, что выставить.

Это возросшее влияние не устраивает англичан, которые выступили с инициативой создания Объединенного Магического Совета, в который хотят пригласить все страны, за исключением Германии. Что, конечно же, не нравится Америке, которой выгодна ослабленная магическая Европа в общем и Германия в частности. Уверен, мы еще увидим, как начнется передел власти в Европе.

За этим всем пристально наблюдают пророссийские карликовые королевства типа Чешского, Румынского или Болгарского. Сами по себе они ничего не решают, но в целом на стороне России, и если не войсками, так информацией точно делятся.

Все, что я могу сказать по Европе — каша. Ситуация там меняется едва ли не каждый день, и предсказать, что будет дальше, не представляется возможным. Спаянные многолетней дружбой коалиции рушатся на глазах, заключаются ранее невозможные союзы. Мы следим за событиями и молимся, чтобы успеть среагировать на резкие изменения.

— Россия? — фараон был напряжен, его мозг стремительно обрабатывал новую информацию.

— С ней, как ни странно, пока все хорошо. Можно сказать, они представляют собой очаг стабильности в этом хаосе. Да, есть мелкие, но вполне решаемые проблемы. Смею заметить, что отправить туда прекрасный цветок Египта Каому было идеальным решением.

— Как она, кстати? — смягчилось на миг его суровое лицо. — Я с ней разговаривал, конечно, но кто знает, сказала ли она мне все…

— Все просто замечательно. Кажется, они с княжичем Романовым вполне симпатизируют друг другу. При этом княжич ведет себя более чем достойно и благоразумно, демонстрируя прекрасное воспитание. Нам не в чем его упрекнуть, и своим поведением он не вызвал у нас даже тени недовольства. Вежлив, учтив, каждое свое посещение согласовывает с посольством, как и культурную программу.

К тому же, как вы знаете, он совсем не дурак, маг, показавший прекраснейший рост силы, и к тому же герой империи. И это в девятнадцать лет! Ему пророчат блестящее будущее и наследуемый пост Великого Канцлера. Романовы верны традициям, и их дети очень близко дружат, а семьи, как и сотни лет назад, поддерживают друг друга.

По всем признакам, прекраснейшая Каома в будущем будет стоять максимально близко к трону и через мужа сможет проводить нужную нам политику. Потому как император хоть и голова, но шея — канцлер. И куда он повернет, туда она и будет смотреть. Его официальное награждение проходит как раз в этот момент. Достойный муж и надежная опора в будущем.

К тому же, из достоверных источников нам известно, что именно он стоит за несколькими провалами американцев в России.

— Молодой княжич? — удивился фараон.

— Именно так, — с готовностью закивал министр. — Не знаю, специально это было сделано или произошла нелепая череда случайностей, но как бы его не объявили врагом номер один Америки. Как я уже и сказал, очень выдающийся юный аристократ. Такие успехи в его возрасте о многом говорят. Да и русские особо этого не скрывают, будто специально рисуя на его груди мишень. Вероятнее всего, они затеяли какую-то игру, сути которой мы пока разгадать не можем.

— Выводы?

— Ждать, — развел министр руками. — Больше нам ничего не остается. К границам дополнительно и тайно отправлено два десятитысячных корпуса меджаев. В ключевых точках заканчивается строительство подземных зиккуратов. Так что, когда они придут, их будет ждать сюрприз. Хотя, без союзников нам будет не просто выстоять в битве…

Фараон наклонил голову, исподлобья глянув на министра.

— Предлагаешь посвятить в нашу тайну Россию?

— Иного выхода я не вижу, — опустил тот взгляд.

— Я подумаю и донесу до тебя свое решение. А теперь ступай.

Посмотрев вслед министру, который, согласно традиции, пятясь задом, дошел до двери и бесшумно за ней исчез, фараон сделал незаметный знак, и боковая ниша открылась. Из нее показалась ослепительной красоты девушка.

— Ты все слышала? — спросил он. — Тогда действуй. Время пришло.

Не сказав ни слова, она буквально растаяла в воздухе.

А фараону только и оставалось, что ждать и надеяться на чудо….

Дворец Топкапы. Турецкая империя. Рабочий кабинет султана Ахмедшаха.

— Проклятый Всевышним яд! Как же он мне надоел!

Сделав глоток кофе, сидящий на троне мужчина в нарядном кафтане скривился, но все же отпил еще, после чего цапнул с подноса, который держала девушка в фривольных, максимально открытых одеждах, шоколадку, довольно ей захрустел.

— Докладывай, Кара-Давуд паша, и не медли. Сам знаешь, терпение у нас не бесконечное.

— Как прикажет мой повелитель…

Аномально высокий, под два метра ростом, и такой же аномально худой мужчина поклонился и присел рядом на небольшой табурет.

Ему дозволялось сидеть в присутствии султана, если прием был не официальным. К тому же, они росли вместе и были, можно сказать, друзьями, если дружба с султаном вообще возможна. Однако ему Ахмедшах доверял, прекрасно зная, что если не станет султана, то и визирь его ненамного переживет.

— Если кратко, то все идет по плану. Египтяне щедро раздают золото, пытаясь нас подкупить, а мы с радостью его принимаем. Казна от этого растет, а принявшие взятку и не доложившие об этом садятся на кол.

— Даже особо знатные? — нахмурился султан.

— Конечно нет, Повелитель. Как можно? К ним мы отправляем дульсиза (высокопоставленный палач. Прим. автора) с шелковой нитью. Мир не увидит ни капли пролитой благородной крови.

— Это правильно. Нам бунты не нужны. Кстати, о них — что там опять с янычарами? Ты приказал Мехмету прибыть во дворец?

— Я лично в точности передал ему ваши слова. Но он засел в Анталье и сказался больным. Увы, силой его пока привести не получится, янычары неспокойны.

— Отрыжка иблисов! — выругался султан. — И прадед, чтоб его демоны на вечном огне за пятки жарили! Вот скажи мне, зачем им надо было давать такие же привилегии, что были у них больше тысячи лет назад⁈ Старого пердуна история так ничему и не научила. Эти идиоты бунтовали всегда — то им мало еды, то им много еды, то мало шлюх, то много шлюх. То они хотят воевать, то не хотят воевать. То султан в красных одеждах, а они хотят, чтобы он был в синих, или зеленых или желтых.

И вот теперь мы должны терпеть прямо под носом неконтролируемую силу, что в любой момент может пойти против нас. Кто на сей раз зачинщик?

— Тысячник Абуди паша, мой повелитель.

— Сделай так, чтобы он и его приближенные исчезли. А во главе поставь преданного нам воина. И вообще, что им надо опять?

— Требуют пойти в поход на неверных.

— Идиоты! — простонал султан. — Какие, к иблису, неверные? Нам Египет нужен, а не холодные земли варваров!

— Могу ли я узнать, что нам нужно в Египте, мой Повелитель?

— Можешь, но пока не узнаешь. Эту великую тайну я раскрою вам перед началом похода.

— Но Египет идет на сближение с русскими. Вторая дочь фараона в Москве, и витают упорные слухи о том, что она собирается выйти замуж за сына Великого канцлера.

— Об этом мне известно, но у них ничего не выйдет, — самодовольно усмехнулся султан.

— Позволено ли мне будет поинтересоваться, на чем строится ваша уверенность?

— Позволено, но ответа пока не получишь. Пока. Всему свое время, мой дорогой друг, — внезапно развеселился он, а потом вообще расхохотался в голос.

Отсмеявшись и вытерев невольно выступившие слезы, он спросил:

— Что там у нас с теми, кто отправится в академию ВМВ России?

— Все готово, списки утверждены.

— Оставь их мне. Я внесу в них некоторые изменения.

— Я до сих пор считаю, что не самая лучшая идея отправлять на север наших лучших представителей.

— Вот и считай так и дальше. Пусть все так думают. Запомни, и у врага дозволено учиться. Их академия выпускает лучших воинов мира, и большая удача, что они объявили общий набор и выделили нам квоты. Маловато, конечно, но будем работать с тем, что есть.

Что? Ты опять этому удивляешься? Мы с ними не воюем, позицию по остальным вопросам держим нейтральную, торговля идет и растет. Да и зачем мне их холодные земли?

— Но море…

— Большое, и его хватит на всех. Я не буду повторять глупые ошибки прошлого и лезть к ним. Потому что каждый раз это заканчивалось плохо для нас. Запомни, у нас нет друзей. Есть лишь временные попутчики, которым от нас всегда что-то надо — деньги, армия, земли. Неважно. А наша задача — и свое не отдать, и это самое свое приумножить, пользуясь глупостью неверных, которых история так ничему и не научила.

Кстати, об истории. Что там с этим… — он мерзко пощелкал пальцами, — … Багратуни? Почему его земли еще не стали одной из моих провинций? Почему я ни ничего не слышал о свадьбе моей прекрасной доченьки Азизы с его благородным жеребцом?

— Дело в том, мой султан… — замялся визирь. — Что сына князя убили на дуэли. Как раз тот, кто является женихом дочери фараона.

— Вот как? — удивился он. — Думаешь, все было сделано специально?

— Люди Мансура Энвер паши уже работают над этим, и со дня на день мы ожидаем результат. Но предварительные данные говорят о том, что это была случайность.

— В доме начальника Тайной канцелярии случайности не случайны. Так не бывает. Узнать и доложить. А пока надавите на Багратуни. Потому как если он не придумает, как нам отдать долг, то забрать его придет наша армия.

— Но они вассалы русских…

— Ты дурак? Конечно же, мы не будем в открытую воевать. Просто сместим этого идиота и посадим преданного нам князя. Есть там такие?

— Конечно, Повелитель. Людишки продажны, и за презренный металл можно купить не только их тело, но и душу.

— Вот и я о том же. Подкупом и ядом зачастую можно добиться большего, чем войсками и магами. Создадим напряженную ситуацию у границ с Россией — пусть знают, что это мы, но, конечно же, без доказательств. Оттянут туда свое внимание, тогда им точно не до Египта будет. А когда поймут, что к чему, будет поздно.

— А персы? Захотят ли они делиться тем, что нужно нам?

— Конечно же нет!!! Дарий хоть и дурак, но не совсем дурак. Как только мы возьмем то, что хотим, он ударит нам в спину.

— А мы?

— А мы не будем к нему поворачиваться спиной, идиот!!! Что в этом непонятного⁈

— Но как…

— Не заставляй меня усомнится в твоих мозгах, потому что у меня появляется желание вызвать палача и с его помощью проверить, есть ли они у тебя! Конечно же, мы ударим первыми!!!

— Ваша мудрость не знает границ, мой повелитель, — вскочив, визирь склонился в поклоне.

— Конечно. Иначе бы это ты сидел на троне, а не я. Все, свободен. Работай хорошо, и воздатся тебе по заслугам.

«Дурак, но преданный дурак, — думал султан, глядя на закрывшуюся за визирем дверь. — Заменить бы его, да где ж взять другого?»

«Напыщенный индюк, — с неприязнью думал визирь, идя по коридорам дворца. — Явно засиделся на троне. Может, прислушаться к словам валиде и обратить внимание на Мехмета? Молодой тигр точно не будет лезть в политику, оставив ее тем, кто в ней больше понимает. Надо хорошо все обдумать».

Информация от начальника службы внешней разведки Мансура Энвер паши о событиях в России пришла, когда визирь был на полпути в свой дворец. И это заставило его резко изменить планы и направиться во дворец валиде султан — матери императора. Потому что именно с ней он и будет решать, как этими вестями распорядиться.

А еще Кара-Давуд паша остро почувствовал, что дни султана Ахмедшаха сочтены, и если он не собирается отправиться следом за повелителем, надо срочно менять сторону. И он уже выбрал, на какую…