— Четвертый стол!!! Аллергия на орехи!!!

— Да, шеф!!!

— Холодный цех! Восемь устриц «Сакура»!

— Да, шеф!

— Горячий цех! Три стейка «Филе Миньон»!

— Да, шеф!

— Восьмой стол!!! Аллергия на морскую капусту!!!

— Да, шеф!!!

На кухне вновь начался кромешный ад. Но на этот раз слаженный. Командный. И самое главное — уверенный. Конечно, ребята ещё не привыкли к подобному темпу работы. Зато я чувствовал себя, как рыба в воде!

Сразу же вспомнилась вечно кипящая атмосфера «Шашлычка», где не то, что перекусить, а даже задницу посадить отдохнуть некогда. Гости идут волнами. А иногда — целыми цунами!

И только все начали адаптироваться к бешеному ритму популярного заведения, как беда пришла, откуда не ждали…

— Дерек! — ко мне подбежала Дарья и тихо прошептала: — К нам едет Алисия Жагно!

— Эм-м… Кто?

— Ну, Алисия! Которая канал «Живаго-Стайл»!

— Не в курсе. Поясни.

— В общем, она довольно популярная сетевая узловичка. А ещё ведущая кулинарного ток-шоу!

— Так.

— Но это всё фигня… Самое ужасное, что она влиятельный ресторанный критик в нашей губернии! Если мы ей не понравимся — то всё! Нам кранты…

— Что у вас тут происходит? — к нам подошёл хмурый Клетус.

— Дарья принесла пренеприятнейшее известие! К нам едет Алисия Жагно.

— Дерьмо… — выдохнул Клетус и схватился за голову: — Твою ж мать! А я-то думаю, чего ж всё так хорошо идёт? Слишком хорошо, несмотря на огромное количество гостей… Вот только этой мегеры нам тут и не хватало!

— Слушай… У нас вкусная кухня. Хорошая обстановка. И санитарные нормы по высшему уровню благодаря вашему «Ле Кордон Блю»-задротству. Какие могут быть проблемы? — уточнил я.

— Ты не понимаешь, Дерек… Докопаться можно и до пальца. А Жагно — как раз из таких.

— КЛЕТУС!!! — позвал Василий из горячего цеха.

— Что ж, в таком случае — я займусь ей сам.

— Дерек, ты уверен?

— КЛЕТУС!!!

— Уверен. У меня есть опыт общения с… ресторанными критиками. — с усмешкой ответил я, и пошёл переодевать фартук.

— КЛЕТУС!!!

— Да что, мать твою⁈

— У нас не хватает рук!

— Бегу.

Ресторанные критики — существа очень специфические. Некоторые из них действительно фанаты своей работы. Им очень нравится разбираться в сервисе и вкусах блюд. Такие ребята, как правило, очень начитанные и… как бы это правильно сказать? Напробованные? В общем, они знали, с чем сравнивать.

Однако были и те, кто просто любил придираться. Ветерок подул не так, как надо. Хост, упаси господь, ляпнул что-то вроде: «Пошли!» после того, как повесил твою верхнюю одежду. Или же этот критик просто встал не с той ноги и решил загубить, кому-либо карьеру.

Благо, что таких среди настоящих профи было немного.

Выйдя в зал, я вновь вспомнил атмосферу «Шашлычка»! Вечно занятые столики. Суета. И ощущение, словно мне надо накормить половину Империи.

Найдя в коннекторе информацию по Жагно, я внимательно изучил несколько статей. Хм-м… Довольно симпатичная девушка с очень необычным цветом волос. Это был не пепел, как у Леры. И не седина, как у Геральта из Ривии. А что-то типа серебра! Блестящего и переливающегося на солнце. А ещё у Алисии не было ни одной фотографии без шляпки, платка или бейсболки. Но, видимо это такой стиль. А стиль, как известно — это всё!

И несмотря на весьма молодой для критика возраст (25 лет), Алисия уже успела зарекомендовать себя, как специалиста-инфлюэнсера. Много статей про рестораны Сочинских курортных зон. И самое главное — просто невероятное количество низких оценок. Истинный Майор Докопалес в сфере ресторанного бизнеса!

Притаившись возле барной стойки, я внимательно следил за входом. Естественно, первой Госпожу Жагно должна встретить Дарья. И только потом передать в мои цепкие руки.

Однако, вместо Жагно в стеклянную дверь врезался огромный филин.

— Боже… — выдохнул я и побежал спасать бедную птицу.

Вот только этого нам сейчас и не хватало!

Аккуратно перевернув здоровенную сову, я попытался взять её на руки.

— Не трогай! — злобно гаркнула она и тут же вспорхнула на перила перед парковкой: — Что за идиотская привычка трогать диких животных⁈

— Похоже… нужно завязывать с алкоголем… — тихо произнёс я.

— Что? Злоупотребляешь? — надменно хмыкнула сова и раскрыла здоровенные крылья: — Нельзя много пить! Иначе… Будешь, как я.

С этими словами птица икнула и брякнулась обратно на асфальт.

— Простите… Госпожа Птица… Вы пьяны?

— Нет. Но у меня жуткое похмелье! Голова трещит…

— Возможно, прозвучит не очень корректно… Но что вы за существо? Неужели ликантроп?

— Нет! Я алконост.

— Алко… что?

— Райская птица, чудик!

— А я думал, что сова…

— Да, я выгляжу, как сова! Но разве совы умеют разговаривать по-человечьи?

— Согласен. Что ж… Если вы врезались в наш ресторан, то предлагаю заглянуть на опохмел. Я угощаю! — я протянул загадочной алко-птице руку.

— Сильно… Но ладно. Так уж и быть! Я принимаю твоё приглашение, парень. — здоровенная сова взлетела и села мне на плечо: — А ничего, что я в таком виде?

— В смысле?

— Ресторан же… Дресскод. Все дела.

— Знаете, если человеку… или алконосту… Или другому любому существу плохо — наш коллектив не смеет отворачиваться. Я усажу вас за свободный столик.

— От души, парень. — сова благодарно клюнула меня в мочку уха.

— Дерек… Ой… — Дарья резко замерла и побледнела.

— У меня всё под контролем! Она разбилась. И она разумная!

— Ещё какая! — усмехнулась сова.

— Угу… — Даша побледнела ещё сильнее.

— Ой, да не переживай ты так! А если эта ваша мегера придёт… Ну, скажем, что наш ресторан так-то для всех. В общем, не надо бледнеть, Даш.

— Угу…

— А что за мегера к вам должна прийти? — поинтересовалась сова.

— Да, какая-то местная специалистка. Ресторанный критик. Некая Алисия Жагно. Может быть, вам про неё известно?

— Никогда не слышала. — задумчиво ответила чудо-птица.

— Вот! Прошу вас. — я придвинул стул: — Могу принести коробку, чтобы вам было удобно сидеть.

— Мне хватит и спинки стула.

— Вот так хорошо? — я развернул стул спинкой к столу.

— Идеально.

— Чудно! Так… Давайте, сперва одно волшебное зелье для вас, а потом перейдём к нашим блюдам. Идёт?

— Идёт!

— Простите, а как могу к вам обращаться?

— Аля.

— А меня Дерек зовут. Очень приятно познакомиться!

— Взаимно. — дружелюбно кивнула сова.

Похмелье — очень страшное состояние человеческого организма. Тот момент, когда тело и разум находятся на пограничье между жизнью и смертью.

Конечно, похмеляться — дело последнее. Лучше, как следует поспать, сделать легкую зарядку, хорошо поесть и затем отправится на небольшую двухчасовую прогулку, чтобы разогнать по венам тот кисель, в который превращается человеческая кровь из-за алкогольных увеселений.

Но иногда приходится идти на кардинальные меры!

Лично я за свою жизнь опохмелялся от силы раза четыре. И мне всегда было от этого очень противно… Это же, как отравление пытаться вылечить очередной порцией яда.

Поэтому лучше денёк перетерпеть. Так сказать — вкусить все плоды вчерашнего безудержного веселья.

Быстро сбегав на кухню, я раздобыл там куриное яйцо, соусы табаско и вустерширский, немного черного перца, обычной соли и уксуса, а затем подошёл к Кларе.

— Мне нужен стакан олд-фешн и джин. Желательно — охлаждённый.

— Не вопрос. — староста быстро охладила металлический шейкер льдом, сбросила остатки и налила около пятидесяти миллилитров голубого джина.

— Супер! — отделив яичный желток, я слил его в стакан, а затем добавил по три капли каждого соуса, щепотку перца и соли: — Заливай.

— Ага. — ловко открыв шейкер, Клара быстро залила желток охлаждённым джином: — Неужто птица заказала?

— Скорее, попросила немного помочь. О! — я вытащил металлическую трубочку: — Вот теперь готово.

Честно говоря, понятия не имею, как на алконостов действует алкоголь. Да и, вообще, не представляю, что бедной птице будет с такой дозы… Вдруг она окажется для Али ударной? Но я искренне верил, что сова уже взрослая и точно знает, сколько ей можно.

— Да ладно? — удивилась Аля: — Неужели «Пустынная устрица»?

— Всё так. — я поставил стакан с трубочкой перед совой: — Вот! Приятного аппетита! Вам помочь?

— Я сама. — огромная птица ловко схватила клювом трубочку и быстро употребила содержимое стакана.

Ничего себе… Не думал, что совы на такое способны.

Распушив перья, Аля выпучила глаза, а затем громко угукнула и раскрыла крылья:

— Етить в два моста и даже в нижние уста!!! ВОТ ЭТО Я ПОНИМАЮ!!!

— Лучше?

— Лучше!

— Ты не ты, когда с «похма».

— Это точно! — сова несколько раз встрепенулась и превратилась в довольный пушистый шар. А я тем временем продолжал поглядывать на вход.

— Итак, ваше совейшиство, чем изволите отобедать?

— Том-Ям есть?

— Конечно!

— Тогда его. А на второе… Можно, что-нибудь мясное?

— Наш шеф отменно готовит филе утки.

— Отлично! Мне бы сейчас, как раз жирненькое не помешало. Так, и… давайте «Цезарь» с курицей.

Цезарь⁈ Она сейчас серьёзно? Вот это уже вызвало внутри меня, какое-то странное подозрение. Как «паучье чутьё» у Питера Паркера. Только вот, я всё никак не мог понять, о чём же именно оно пытается меня предупредить?

— Хорошо. Из напитков?

— Рислинг. Сухой! И… Простите, что наглею… Но можно его сделать прохладным?

— Не вопрос, Госпожа! Всё будет в лучшем виде. — улыбнулся я и направился к киперу передавать заказ.

— Дерек! — из кухни выглянула Анфиса и поманила меня перебинтованной рукой.

— Что такое? — быстро вбив заказ, я подошёл к девушке.

— У нас проблемка нарисовалась…

— Ох… Ну, пойдём порешаем.

На кухне продолжал свою нелегкую работу филиал Ада на Земле! Температура в воздухе накалилась до предела. Марат с Клетусом, что-то не поделили и орали друг на друга благим матом.

— … свои знания глубоко в задницу! — гаркнул лысый.

— А, может, это ты запихнешь свои никчёмные советы в задницу⁈ — прорычал талантливый бородатый внук: — Всё это время ты палец о палец не ударил, чтобы хоть немного улучшить работу ресторана! Сидел и хренью страдал! А ведь я старался для тебя… Для нас обоих! И для всей нашей команды. Куда бы ты пошёл без меня? Кем бы ты стал⁈ А⁈

— Завали хлебало, борода! Я всегда был лучше тебя! Просто не подавал виду… Не хотел смещать тебя с кулинарного Олимпа! Потому что, ты мой друг, мать твою!

— И ты мой друг! И что в итоге⁈ Посрались из-за проклятого масла⁈

— Стоп машина! — я поднял руку и вмешался в спор: — Шефы! Во-первых, такое поведение неприемлемо. Там полная посадка! Места расписаны на неделю вперёд. Коннектор обрывается! А это значит, что у вас — долбанных увальней, появился шанс вылезти из дыры. Во-вторых, что тут происходит?

— Седьмой столик заказал овощи с креветками «стир-фрай». — вздохнул Клетус.

Стир-фрай — это способ обжарки мяса, морепродуктов и овощей при очень высокой температуре. Ворвалось с ноги в общемировую кухню из Азии. В целом, очень даже неплохой метод. А главное — крайне быстрый, что идеально подходило для общепита.

— И что с того? — уточнил я.

— У гостя аллергия на подсолнечное и оливковое масла. — нахохлился Марат: — Я предложил заменить их на кунжутное. Но этот умник опять спорит…

— И правильно делает! Кунжутное масло само по себе очень ароматное. А при мощном нагреве даст ярко-выраженный привкус и испортит блюдо.

— Ну и что ты тогда предлагаешь? — возмутился лысый: — Сливочное? Так нет! Сливочное масло очень капризное! Оно плохо переносит высокие температуры и совершенно не подходит для стир-фрая.

— Согласен. Клетус, а какую альтернативу ты предложил? — поинтересовался я.

— Пока склоняюсь к маслу из виноградной косточки.

— Хм… Вариант неплохой. Но есть один ма-а-а-а-а-аленький нюанс. Цена. И если мы хотим снижать фудкост, то стоит думать обо всех ингредиентах вне всяких исключений! Поэтому… — я подошёл к полке, где стояли различные масла и вытащил тёмно-зеленую бутылку: — Используем масло авокадо.

— Чего это вдруг? — удивился Марат.

— Во-первых — оно имеет очень нежный нейтральный привкус. Это поможет раскрыть креветки и овощи. Во-вторых — точка дымления у него двести семьдесят градусов Цельсия. Вы сохраните больше полезных белков и нутриентов блюда. И это я ещё молчу о том, что масло авокадо в принципе очень полезно. А ещё стоит относительно недорого.

— Хм-м… В твоих словах есть истина. — задумчиво ответил Клетус.

— Ну, ещё бы! Учитесь, пока есть такая возможность, выпускники «Голубых Ленточек». — усмехнулся я, и взяв тарелку с Том-Ямом, направился обратно в зал.

Как же мало времени мне дали… Всего два дня! И несмотря на мои обширные познания в ресторанном менеджменте, я всё равно не успею полностью наладить работу. А они ещё и ссориться умудряются. Причём, из-за такой фигни! Просто прелестно…

— Ваш Том-Ям! — я поставил тарелку перед совой, а затем вновь посмотрел на выход.

— Спасибо… А кого ты там всё высматриваешь?

— Да свою мегеру… Не хочу пропустить.

— Чего ж ты так о ней переживаешь?

— Понимаете… Этот ресторан принадлежит прекрасной женщине. Только вот, управляет им её немного взбалмошный внук. Он очень талантливый повар! Я сражался с ним вчера в кулинарной дуэли. Но его вспыльчивый характер и самодурство… В общем, я вложил много сил, чтобы это заведение получило второй шанс. И мне бы очень не хотелось, чтобы очередная придиристая выскочка пустила мои старания коту под хвост. Пришлось гонять коллектив! Я был очень зол… Но они, наконец-то, начали хоть немного понимать и чувствовать друг друга. Ресторан — это ж, как часовой механизм.

— Одна шестерёнка сломается — и всему механизму конец.

— Верно! Вы весьма осведомлены для птицы.

— Райской птицы, я попрошу заметить! — сова понюхала тарелку: — Ах… Какой аромат! Самое то с похмелья… Простите, вы не поможете?

— Конечно. — я сел на стул, а затем усадил птицу к себе на колени, после чего начал кормить с ложечки: — Вы уж простите, что откровенничаю… Знаю, что большинству гостей совсем не интересно, какие драмы происходят на кухне.

— Почему же? Лично мне — очень интересно! Я считаю, что от работы коллектива напрямую зависят эмоции, которые гость получит, придя в ресторан.

— Здорово, что вы это понимаете. Теперь главное, чтобы мегера тоже это поняла.

— Что же вы так неказисто о критиках?

— А я их уже видел… Знаете, они бывают очень противными!

— Представлю. Но такая работа. Знаете, если быть слишком предвзятым и поверхностным — то твоя критика попросту станет неактуальной. Поэтому, некоторые критики кажутся злыми и чрезмерно дотошными. Тут же как? Задача любого рецензента рассказать о плюсах и минусах. Чтобы потенциальный гость не тратил своё время, а коллектив заведения провёл работу над ошибками. Но… никто не любит критику. Вернее — многие воспринимают её сугубо на личный счёт. А ресторан — это не только шеф, вкус блюд и чистота в туалете. Ресторан, как я уже сказала — чёткий механизм, где успех зависит от каждой мелочи. Дьявол кроется в деталях.

— Согласен! Но это только ваше виденье. Если захочется, то можно докопаться и до столба.

— Какое-то у тебя странное представление о критиках. Если целенаправленно валить заведение — твоя критика тоже станет неактуальной. Понимаешь, задача критика быть объективным.

— Это вы так говорите! А у мегеры может быть иное мнение на этот счёт. Поэтому буду её очаровывать. Подключу всю свою харизму! — улыбнулся я, продолжая кормить сову с ложечки.

— Харизма у тебя, что надо, парень. — довольно подметила Аля, заглотив очередную креветку: — А что же касается твоей мегеры… Не мог бы ты уступить мне стул?

— Но вы же ещё недоели?

— Мне очень приятны твоих ухаживания. Но я привыкла есть сама.

Спустя мгновение сова превратилась в симпатичную молодую девушку в строгом деловом костюме тёмно-фиолетового цвета. Её внешность показалась мне крайне знакомой… Быстро вытащив коннектор, я сравнил Алю с Алисией Жагно. Твою ж мать…

Теперь понятно, почему моё «паучье чутье» сходило с ума. Цезарь заказывают всего три категории гостей. Либо человек полностью лишенный вкуса. Либо истинный ценитель. Либо ресторанный критик.

Цезарь — лицо любого заведения! И если уж такой банальный салат смогли сделать интересно, то значит на кухне работают истинные спецы.

— А я подозревал.

— Неужели? — улыбнулась девушка-критик: — Но я рада, что теперь тебе не придётся постоянно смотреть на вход. На этом обеде всё твоё внимание принадлежит мне! Ибо вот она я! Мегера собственной персоной!

— Простите, я не хотел вас задеть.

— О… Поверь, чтобы меня задеть — одних обзывательств будет недостаточно! Я смотрю на мир… под несколько другим углом.

— Вы экстра?

— Райская птица не может быть экстрой. — моргнув третьим веком, ответила Аля: — Но я очень эмпатична. Хорошо чувствую искреннее тепло и желание помочь. Ты прибежал, чтобы спасти бедную страдающую от похмелья птицу. И это несмотря на то, что ждал критика. Плюс. Но то, что ты занёс дикое животное в зал с гостями… Это минус.

— Погодите! Вообще-то, я специально уточнил у вас по поводу принадлежности. Да и если бы вы были ликантропом, то… не думаю, что это хоть как-то останавливало бы вас от посещения ресторана.

— С чего ты взял? — Аля очень строго посмотрела на меня.

— Ликантропия — считается серьёзным ограничением для обычной жизни. Любое государство признаёт ликантропов инвалидами третьей степени. А кто сказал, что людям с ограничениями нельзя в ресторан?

— Хитрюга… Ладно. Уел! Но если честно, то это была… скорее — шутка. Я бы не поставила минус за подобное.

— Вы слышали, что значит для меня этот ресторан. Не то, чтобы я рассчитывал на послабления… Но я отношусь к вам и вашей деятельности очень серьёзно.

— Хороший мальчик. — удовлетворённо улыбнулась Аля: — Но пока что я не вижу ни одного минуса, кроме твоей напряженной моськи. Расслабься! Порадуй уставшую тётю.

— Вы меня старше всего на семь лет… Какая тётя?

— Вообще-то, на семьсот лет.

— Но в анкете сказано, что вам двадцать пять!

— Моей карьере ресторанного критика двадцать пять. — усмехнулась Аля и перекинула ногу на ногу: — Послушай, Дерек… Я уже поняла, что ваша команда очень серьёзно относится к этому ресторану. Да и «Устрица» вышла, что надо! Мне правда полегчало. Но давай мы с тобой продолжим наши отношения, как официант и гость? Если ты не против, конечно.

— Как вам будет угодно, Госпожа. Только вот… мне не даёт покоя один вопрос.

— Почему старая алкашиха типа меня пошла в ресторанные критики?

— Не сочтите за дискриминацию, но почему вы не зашли в ресторан в своём человеческом обличии?

— Во-первых, я вчера пила с подругами ром. Много рома! В общем-то, я до сих пор немного в роуминге. Я была очень злая и… если честно — хотела в пух и прах разнести ваш ресторан. Но тут пришёл ты. Рыцарь в сияющих доспехах! От тебя исходит невероятное тепло. Светлая энергетика! Я сразу же прониклась. А ещё ты пообещал угостить меня опохмелом. Это был грязный трюк по отношению ко мне! Ты нагло меня подкупил… Одним жестом расположил к себе. Во-вторых, я предпочитаю сперва делать облёт над заведением. Ну и немного понаблюдать с ближайших деревьев. Мне очень важно, как в заведении встречают гостей. Я потому и не скрываюсь, когда бронирую столик. Вся необходимая информация всё равно всплывёт. Для моей профессии очень удобно быть алконостом.

— Кстати, я так и не понял — что вы такое?

— Я что-то типа оборотня, который может контролировать свою трансформацию. Такой ответ тебя устроит?

— Вполне!

— Отлично. В общем, давай неси оставшиеся блюда и рислинг. И очень прошу! Дерек… Рислинг должен быть прохладным. У тебя получится?

— Конечно!

— Супер. Тогда жду. — Аля вытащила блокнотик и принялась что-то записывать.

Вот это я, конечно, дурак. Вообще-то, можно было сразу догадаться, что это тот самый критик. Заказала Цезарь. Говорила про всякие ресторанные штучки. Ещё и зовут — Аля.

Хотя, насчёт последнего сомнительно. Алей раньше звали Повелительницу Тьмы. Это сокращённо от имени Алина.

Да и сам факт того, что передо мной изначально была сова — сильно сбивал с толку.

— Клара! Мне нужно сто пятьдесят рислинга охлаждённого! Получится?

— Не вопрос. — староста вновь зарядила в шейкер лёд: — Что это за импозантная девушка, которая радостно улыбается тебе?

— Местный ресторанный критик. Я планировал срубить её своей харизмой.

— Судя по её довольной улыбке — у тебя получилось.

— Пока не уверен. Надо дожимать до конца!

Конечно же, охлажденный рислинг, Том-Ям, салат Цезарь и нежнейшее филе утки смогли удовлетворить аппетит Алисии. Её кожа постепенно опять приняла здоровый оттенок. А в глазах заискрились игривые огоньки.

— Как же им с тобой повезло. — вздохнула Аля и вложила в коробку для чаевых сто рублей: — Никогда раньше не оставляла… Считала это глупостью. Но ты меня поразил.

— О… Не стоит! Мне неловко.

— Таково моё желание, Дерек. А желание гостя — закон. — девушка-сова вытащила из кармана визитку и протянула мне: — Если будут проблемы с работой, в чём я сомневаюсь — обращайся!

— Благодарю. — я внимательно посмотрел на миниатюрную карточку.

«Ресторан „Совиная почта“. Менеджер Алиса. 8–800–555−35–35» — гласила надпись каллиграфическим почерком.

— А почему тут Алиса? — поинтересовался я.

— Потому что, так меня зовут на самом деле. Алисия — это мой рабочий псевдоним. В «Совиной почте» работают только райские птицы. Но для тебя девочки точно сделают исключение! К тому же, мы давно разыскиваем хостов и офиков мужского пола. Только вот, все, кто приходят на собеседование… какие-то фальшивые. Аж трясет…

— Простите, но я был офиком только для вас. На самом деле я повар.

— ЧТО⁈ — Аля тут же схватилась за голову: — Нет… Нет-нет-нет! Такая милая моська и на кухне⁈ Нет, Дерек! Ты так элегантно передвигаешься по залу. Так внимательно смотришь… Из тебя буквально струится забота о гостях! Такое нельзя прятать на кухне! Значит так. Ты говоришь мне свой адрес! Я завтра приду, и мы будем разговаривать. Я сейчас пока не в состоянии сделать толковое коммерческое предложение…

— Простите, но завтра я уезжаю.

— Куда⁈

— Обратно в Харитоновку. — пожав плечами, ответил я.

— В… Харитоновку? — бедная девушка-сова опять побледнела.

— Я студент. Понимаете? А этот ресторан — моё финальное задание в отборочном туре.

— Так ты… один из тех гениев, что займут кулинарный Олимп? — обречённо вздохнула Аля: — Это катастрофа. Ты разбил мне сердце!

— Но почему?

— Потому что, дал мне ложную надежду… — Аля отрицательно покачала головой: — А знаешь, что, парень? Принеси-ка мне виски!

— Я готов выполнить любой ваш каприз. Какой именно виски вы желаете? Купажированный или односолодовый? С долгой дубовой выдержкой? Высокогорный, равнинный или торфяной?

— Негодяй… Вот ты реально злодей! Погоди секунду… — Аля вытащила модный коммуникатор со стразами и приложила к уху: — Привет. Чем занимаешься? А… Супер! Прикатывай в «Тётеньку-Котеньку». Да, зай! Я хочу тебе, кое-кого показать. Но учти — тебе будет больно. Но… Впрочем, приезжай! Тут здорово! — с этими словами девушка-сова деловито спрятала аппарат обратно в карман фиолетового пиджака: — Скажи, до скольки я могу тут сидеть?

— До самого закрытия, Госпожа! Но хочу предупредить, что ваш столик рассчитан максимум на пять персон.

— Отлично! Я определилась с виски. «МакКалан». Двенадцать лет. Сорок… А, знаешь… Давай сразу соточку!

— Сейчас всё сделаю, Госпожа.

Пока я ходил за виски, Аля успела сделать ещё несколько звонков. И моё «паучье чутье» опять подсказывало, что вечер перестаёт быть томным…