— Невероятно! Какие они у тебя большие, сочные и упругие! — восхищённо произнёс я: — Настюш, а ты реально мастер своего дела.

— Ещё бы. — смущённо ответила наша девочка-агроном: — Но помидоры — далеко не всё, что мы с ребятами вырастили на этих грядках.

— С ребятами?

— Ага. Конечно, в основном за грядками слежу я. Но ребята из «Полярной совы» тоже активно пользуются местным огородом. Сережа выращивает тут горох, петрушку, кинзу и укроп. Наташа — базилик священный. Валентин посадил несколько видов перцев. Лера и Леночка занимаются картошкой. А Петрович выращивает ягоды и цветы. Видел те красивые чайные розы возле входа?

— Их сложно не заметить.

— Вот! Это всё дело рук Петровича. Хоть по нему и не скажешь, но он тот ещё любитель прекрасного. — улыбнулась Настюша и аккуратно срезала помидор: — Держи. Только не забудь помыть.

— Зачем? — удивился я: — Разве прелесть исследования грядок не в том, чтобы есть всё прямо с них?

— Хоть мы и обрабатываем землю… Плюсом ко всему — садим специальные растения, которые отпугивают насекомых. Но иногда всё равно можно встретить гусениц.

— Если гусеница залезла в то, что я собираюсь съесть — это исключительно её проблема. А для меня это — не более, чем дополнительный белок.

— Эм-м… Ладушки.

А помидор оказался реально вкусным. Сладким и очень насыщенным!

Вот если бы меня спросили: каким должен быть помидор? То я бы без раздумий ответил, что именно таким.

Яркий по цвету. Пахнет свежестью. А на вкус, так вообще сказка!

Словно я оказался утром на цветочном лугу. Легкая дымка всё ещё касалась кончиков травы, образуя росу… Такую приятно прохладную и бодрящую. Великолепная кислинка. Её бы, да в летний овощной салат!

Кстати, Дядя Рубен никогда не покупал овощи в магазинах, а заказывал через своих знакомых. Сперва, я не понимал, почему так? Ведь в том же «Наискосок» или «Шестёрочке» овощи стоили в разы дешевле, чем у друзей здоровяка.

Но потом мы с Коляном решили попробовать и… Ощущение, будто пожевали смоченный и совершенно безвкусный пористый уплотнитель! Ну и гадость.

А огурцы и прочие овощи, как будто заморозили и выложили таять на прилавок. Ужасное качество!

Нет, конечно, в «Наискосок», который синего цвета (типа элитный) можно было найти небольшую упаковку на триста грамм. Вот там потрясающие помидоры! Да и остальные овощи тоже. Только вот, их ценник начинался от ста рублей.

А на сто рублей в обычном магазине можно втариться на несколько дней.

Да, что там? У нас в «Шашлычке» на сто рублей можно от пуза наесться.

Но буду откровенен — даже у знакомых Дяди Рубена помидоры были не такими яркими в плане вкуса…

— Слушай, а как они у тебя получились такими?

— Забота и уход. Понимаю, прозвучит странно… Но я внимательно слежу за ними. Проветриваю парник несколько раз в день, чтобы уберечь от фитофтороза. Прокапываю почву, чтобы помидоры не впитывали слишком много влаги и не лопались. Внимательно слежу за уровнем ультрафиолета. И читаю им стихи на ночь.

— Так вот, в чём секрет? — улыбнулся я: — Стихи!

— Именно! — гордо ответила рыжуля: — Овощи тоже хотят любви. Полюби их, и они полюбят тебя в ответ. Поверь, они расскажут тебе о своих чувствах, когда ты будешь их есть.

— Звучит странно… Но в целом — понимаю. — я ещё раз оглядел теплицу: — Слушай, а почему ты стала заниматься овощами и животными?

— Мой род… не самый богатый и знаменитый, в отличии от того же Серёжи. Мы всегда находились на самом дне аристократической иерархии. Прадед получил титул во время войны в Африке. Ему дали землю. Да и зарабатывал он неплохо. Открыл свой завод по производству подсолнечного масла под Краснодаром. Но потом в его жизни появился наш дед.

— В смысле — твой?

— Всё верно. Ну, для него это сын. И когда прадеда не стало — дед пустился во все тяжкие!

— Побрился налысо и начал торговать какой-то синей дичью?

— Нет. Он был азартным игроком. Продал и пропил всё, что прадед нажил непосильным трудом. Но ему очень повезло, что в него по уши влюбилась наша бабушка. Золотая женщина! Я до сих пор вспоминаю о ней с теплом.

— Вот как? И что же она сделала?

— Во-первых, вернула часть того, что дед умудрился проиграть или пропить. Когда родился отец — у нашей семьи уже было небольшое предприятие в Сочи. А затем бабушка купила хозяйство в Крыму. Правда… дедушки уже тогда не было.

— А ты его помнишь?

— Нет. Какое там? У нас в семье восемь детей.

— Ох-ре-неть. — я погладил Настюшу по рыжим волосам: — И ты, как я понимаю — самая младшая?

— Ага! На мне отрывалась вся семья. Ну, как вся? Бабушка, пока была жива — занималась моим воспитанием. Причём, очень качественно! Она у нас из весьма состоятельного рода. А когда её не стало — за меня взялись старшие братья и сестры. Каждый видел во мне своё продолжение.

— Погоди… А как же мама с папой?

— О… После того, как мама забеременела мной, она сказала, что будет жить в отдельном доме… И чтобы папа к ней больше не подходил…

— Боже! Он тиран⁈

— Добрейшей души человек! А бабушка и не могла воспитать другого. Просто папа очень любит маму. Любит от всей души. А когда мама пытается убежать — всё равно догоняет и любит. Да и в целом, родители у меня потрясающие. Просто вечно работают. Такова жизнь аристократов с самого дна.

— Так, погоди. Мы говорили про твоё увлечение огородом и домашним скотом.

— Да-да… В общем, поскольку все хотели меня воспитывать и делали это одновременно — начинался самый настоящий бардак! Все спорили. Кричали. Иногда даже ругались. Но не сильно… Чисто так — по-семейному. И в итоге, я сбегала в старый бабушкин сад. Мне становилось там так спокойно! Так хорошо. С детства моими друзьями были домашние гуси, кролики, коровы, поросята и утки. В общем, все животные, которых держали в нашем поместье.

— Так, с этим разобрались. Но агрономия — лишь ма-а-а-аленькая часть Харитоновки. Я пробовал твою готовку. Ты потрясающий кулинар!

— Ой, да брось… — мило смутившись, ответила рыжуля: — Старшие на то и старшие. Их надо уважать! Дедовщина всё равно проявляется в том или ином виде. К примеру, меня с детства заставляли готовить для всех завтрак. Ну, как заставляли? Я сама очень любила готовить уже тогда. Мне нравилось экспериментировать… Вот прямо, как вам с Николаем. Только моими дегустаторами были не студенты, а кошка Пенелопа и пёс Носок.

— Почему Носок?

— Потому что выглядел, как старый драный носок.

— Мило. И как животные реагировали на твои эксперименты?

— Пенелопа была в ужасе! Иногда пушистилась и убегала. А что касается Носка… Он был уже взрослый. И очень добрый. Всегда вилял хвостом и ел. Ему… всё нравилось. Вернее, он никогда не говорил, что ему противно или мерзко. Носок пришёл с улицы. Поэтому тема еды для него была очень важна.

— А как родителям пришла идея прислать тебя сюда?

— Как-то раз я готовила утку Глашу…

— Глашу? — я сразу вспомнил самую милую официантку «Шашлычка».

— Ага. Она была моей любимицей. И на вкус оказалась очень хороша! Так вот, я приготовила её по рецепту, который увидела по телевизору. И родители, почему-то решили, что я — великий кулинар. В итоге, отправили меня сюда. Ох, как я была счастлива, когда увидела сад и хлев «Полярной совы»! Практически сразу вступила в местное тематическое сообщество. И скажу честно… По-настоящему меня научили готовить именно там.

— Какая интересная история! А откуда ты?

— Из Кубанской области.

— Обалдеть! То есть, домой только на лето? Выходит… можно сказать, что ты выросла здесь?

— Провожу лучшие годы своей жизни, как и многие дети, чьи родители вдруг решили, что их чадо — кулинар. — улыбнулась Настюша: — И если честно — я очень счастлива, что попала сюда. Мне тут хорошо. И с ребятами весело! А ещё я очень рада, что мы с вами в одной группе.

— И не говори. Будем поддерживать друг друга.

— Точно.

На самом деле, я тоже увидел в садоводстве нечто умиротворяющее. Спокойствие и радость от того, что твоя деятельность приносит настоящие плоды. В Изнанке был очень ограниченный список съедобных растений. А за пределами сектора так и вовсе ничего не росло. Лишь одна большая и безжизненная пустыня.

Поэтому у меня тут же появилась идея — а не обзавестись ли собственной грядкой? Это ж такой полигон для экспериментов!

— ЭЙ! ЦАРЕГРАДЦЕВ!!! — нашу с Настюшей идиллию прервал очень резкий и громкий голос.

Возле сада «Полярной совы» стоял молодой человек. Весь такой на стиле! Чёрные волосы с седой прядью зачёсаны назад. На глазах модные очки «Авиаторы». А на запястье часики из белого золота.

В общем, очередной рождённый с платиновой вилкой в жопе…

— Прости, друг. Но по вопросам слуха — точно не ко мне.

— ЧЕГО⁈

— Говорю — орать-то зачем? — я крайне недовольно посмотрел на моднявого.

— Ты-ы-ы… — таинственный крикун сжал кулаки в кожаных перчатках, а затем нагло наставил на меня указательный палец: — Посмел попробовать резервное блюдо Госпожи Симоновой первее меня!

— И что теперь?

— Как… Как ты посмел это сделать⁇!!

— Я буду пробовать всё, что захочу. Знаешь, мне совершенно плевать.

— Да, как ты смеешь⁈

— Смею. Особенно, когда не понимаю контекста. А ещё… — я обречённо вздохнул и провёл ладонью по лицу: — Как же вы все, дорогие аристократишки, меня бесите! Почему никого из вас не научили ПРЕДСТАВЛЯТЬСЯ⁈

— То есть… Ты даже не в курсе, кто я такой⁈ — возмущению модного крикуна не было предела.

— Это Эдуард Силуянов… — тихо прошептала Настюша: — Один из Маршалов Госпожи Симоновой. А также — Глава сообщества итальянской кухни.

— Нет-нет, Настюш. В этом и фишка! Он должен представиться сам.

— Хорошо, Искандер Цареградцев. Если ты так сильно этого хочешь — меня зовут Эдуард Силуянов. Второй курс. Почётный Маршал Госпожи Симоновой и Глава сообщества итальянской кухни. — самодовольно усмехнувшись, произнес моднявый: — Но и это ещё не всё.

— Надо же… Ну, давай, Господин Силуянов. Жги! — с ехидством ответил я.

— Я… — Эдик выглядел так, словно готовился раскрыть страшную правду, что он на самом деле вовсе и не повар, а сын Бога Кулинарии: — Глава неофициального фан-клуба Госпожи Симоновой!

— Каюсь. Удивил. — я хлопнул себя ладонью по лбу и вышел из теплицы: — Эдуард… Я, конечно, всё понимаю. Она — молодая и красивая девушка из богатой семьи. Таким свойственно заводить толпы поклонников. Но всё же… Я-то здесь причём?

— Я… ревную!!! Я завидую!!! — Силуянов вновь сжал кулаки, словно персонаж из драмы про неразделённую любовь: — Никого из нас не удостоили великой чести попробовать блюда Госпожи. НИ ОДНОГО!!! ДО СИХ ПОР!!! И… Как Глава неофициального фан-клуба, я не могу оставаться в стороне, пока жалкий плебей из шашлычки пробует блюда моей богини!!!

— Слушай, я попробовал только благодаря Главе студсовета. Мы с ней… типа друзья.

— А-а-а-а-а-а!!! Ещё одну красотку академии увёл⁇!!?! Ну, всё… Я больше не могу терпеть! — Эдик снял перчатку и швырнул мне под ноги: — Вызываю тебя и твоего дружка на кулинарную дуэль!

— Фи… Опять уличная драка на ярмарке? — тяжко вздохнул я и пнул перчатку обратно владельцу.

— Нет. На этот раз — официальная! В зале Дуэлянтов. — злорадно усмехнулся Силуянов: — И не думай, что я буду церемониться с вами, как Корягин. Ставки слишком высоки! Если выиграете вы — продукты сообщества итальянской кухни в вашем полном распоряжении двадцать четыре на семь. Плюс — вы сможете брать наши кулинарные книги, которые участники сообщества собирали на протяжении пятидесяти лет. Ну, и в качестве дополнительного бонуса — я разрешу вам вызывать подкрепление из трёх членов моего сообщества, если понадобиться. Дуэли, подготовка, отборочные туры и даже простая учебная практика. Они будут в вашем полном распоряжении!

— А если мы проиграем?

— Напишите заявление об уходе по собственному желанию. — Эдик сейчас выглядел, как самый настоящий демон.

— Сколько времени на подготовку?

— Поскольку блюдом будет пицца — встретимся завтра в шесть часов вечера.

— Отлично. Мы придём. До скорого! — я махнул рукой и направился обратно в теплицу.

— Эй! Погоди… — возмутился Силуянов: — Какое «до скорого»⁈

— Так… мы же обо всём условились. Разве, нет?

— А документы кто заполнять будет? А подписи на заявке ставить? А нести всё это в кабинет студенческого совета⁈ Я за тебя расписываться точно не буду.

— О, как… А Николая с собой позвать?

— Тебя одного достаточно. Главное — не забудь уведомить друга, что уже завтра вечером вы оба вернётесь в свою жалкую шашлычку. — усмехнулся Эдик и застыл на месте.

Неловкая пауза длилась секунд тридцать.

— Ты чего? — поинтересовался я.

— Нет, это ты чего⁈ Я тебя жду! Ты же явно не умеешь заполнять документы. А я всё покажу.

— О как…

— Пойдём!

— Да-да. Как скажешь.

Мы с насупившимся Эдиком направились в сторону Главного корпуса.

* * *

— Эм-м… — Лера с непониманием смотрела на нашу заявку: — Господин Силуянов… А можно уточнить причину вашего внезапного вызова на дуэль новичка?

— Новичков. — поправил её Эдик: — Я, как Глава фан-клуба Госпожи Симоновой не могу позволить, чтобы два плебея продолжали крутиться вокруг нашей богини! Я буду сражаться до последнего… Эти грязные простолюдины посмели силком накормить бедную Госпожу своими отвратительными блюдами. И запугали её до такой степени, что в итоге у богини не было другого варианта, кроме как пропустить их сюда. А потом я узнал, что они посмели попробовать резервное блюдо! Негодяи! Воришки! Выскочки!!!

— Шиза крепчает… — тихо вздохнула Глава студсовета.

— Простите, что вы сказали?

— Нет-нет, Господин Силуянов. Совершенно ни-че-го. — Лера перевела взгляд на меня: — Послушай, Дерек… Это очень опасный вызов. Я, конечно, верю в тебя. И в Николая тоже. Но… Вы будете участвовать в официальной кулинарной дуэли. То есть, если вы проиграете, то вам РЕАЛЬНО придётся уйти. Ты точно взвесил все «за» и «против»?

— Точно. — уверенно ответил я.

— Что ж… В таком случае — я принимаю вашу заявку. Основное блюдо — пицца. Завтра в восемнадцать ноль-ноль. — Глава студсовета подписала нашу заявку и поставила жирную печать: — И я очень надеюсь на честный поединок.

— Вне всяких сомнений. — усмехнулся Эдик: — Но я бы уже начинал собирать вещи. Новичкам, которые едва поступили в Харитоновку — не известна даже база итальянской кухни.

— Это мы завтра посмотрим. — заключила Лера: — Вы свободны, Господин Силуянов. А вот Дерека… я попрошу остаться.

— Но я тоже могу остаться, Госпожа!

— Свободен. — Глава студсовета снова показала свою максимально холодную сторону.

Моднявый сперва оторопел, а затем так же нахально усмехнулся, пригладил свои и без того зализанные волосы, после чего покинул кабинет.

— Чем обязан? — поинтересовался я.

— Ты ещё спрашиваешь? — сейчас Лера выглядела очень недовольной: — Ты хоть понимаешь, что сообщество итальянской кухни находится на десятом месте в топе⁈ Они существуют более пятидесяти лет!

— И что с того?

— Ох… — Глава студсовета вытащила из полки корзинку в виде сердечка, в которой лежало миленькое печенье: — Вот! Попробуй.

— Благодарю. — я выбрал ту, что была в форме облачка. Только сейчас заметил, что на каждой из них каллиграфическим почерком выведено слово: «Лерусик».

Стоило сделать один укус, как меня тут же унесло в ванильную фантазию.

Как будто… я попал в тот самый сказочный домик из сладостей. Вокруг летали феи. А на небе вместе облаков парили огромные куски розовой сахарной ваты.

Кроме ванили тут чувствовался привкус какао. Но не горького в чистом виде. А именно какао-напитка. Что-то типа «Несквика»! С лёгкими нотками молочного шоколада… Блаженство.

— Ну, как тебе? — Глава студсовета не сводила с меня глаз.

— Обалденно! Парень, который это приготовил — явно в тебя влюблён.

— Это не парень! А шестой номер Совета Элит — Дуня. Она постоянно подкармливает меня сладостями. И буду откровенной… эта негодяйка жёстко меня на них подсадила.

— Она явно тебя задабривает.

— Всем иногда хочется, чтобы о них позаботилась старшая сестрица.

— Я даже не буду уточнять, в каком смысле. Хотя, буду предельно откровенен — мне очень интересно!

— Ах ты ж развратник! Но не переживай. Я просто морально поддерживаю её перед дуэлями и различными важными событиями.

— Это прекрасно. Но я так и не понял, что ты мне хотела сказать этим печеньем?

— Сможешь приготовить аналогичное?

— Смеешься? Конечно, нет!

— Вот и я, о чём? — Лера вновь тяжко вздохнула: — Дерек, я понимаю, что ты очень талантливый парень. В тебе есть запал и дикое желание развивать своё кулинарное мастерство! Но если ты будешь без раздумий принимать вызовы на дуэли со старшекурсниками… Это рано или поздно может вылиться в нечто нехорошее не только для тебя, но и для Николая.

— То есть ты думаешь, что я не разбираюсь в людях и не умею взвешивать риски?

— Кхм… Что ты имеешь в виду?

— Характер чётко проявляется в готовке. И если человек создал себе кумира… И не просто кумира, а настоящего идола — то это значит, что глаза такому человеку застилает страсть. А если этот идол — повар, то значит готовка такого фанатика не более, чем вторична.

— Да с чего ты взял⁈

— У тебя есть кумир?

— Ну… Как сказать? Мне нравится Раневский. Он крутой.

— А где же тогда твой фан-клуб?

— Извини, но я же не до такой степени!

— А Силуянов — до такой. Мы можем бесконечно уважать профессионала за его творения. Можем любить его творчество. Можем бесконечно долго вдохновляться им! Но едва ты перейдёшь грань… Ты превратишься в тень. У тебя есть свой собственный стержень. Ты сформировала внутри себя основу, на которой строишь свою дальнейшую карьеру повара. Ты уверена в себе. И ты уже демонстрировала это на примере неформальной дуэли с Леночкой. А Силуянов — совсем другой. Он ставит свою любовь и уважение к Амелии выше себя и своего мастерства! Стал бы уважающий себя второкурсник «марать руки» о двух первогодок-простолюдинов? Конечно, нет. Все эти Маршалы — вне всяких сомнений, крайне талантливые повара. Я в это верю. Но тот же Корягин показал мне, что возлагая всё на талант или способности другого человека — ты теряешь самого себя. Что Силуянов, что Корягин — пропавшие таланты! И если здоровяк уже начал трансформацию в нужное русло, то Силуянов вряд ли сам доберётся до этой идеи. Понимаешь?

— Хм-м… Никогда не думала об этом… с такой стороны.

— Завтра я хочу показать Силуянову, в чем его основная проблема.

— Главное, чтобы после столь громких слов ты не угодил в просак, дорогой мой Дерек. Но я с нетерпением буду ждать завтрашнюю дуэль. Кстати… Ну, чисто так. Между делом. — Лера сделала вид, что тянется за книжкой, что лежала в углу: — Поговори о тесте с Наташей. Она любит разговаривать про тесто.

— Я тебя услышал.

— Вот и чудно. Удачи тебе!

— Благодарю.

* * *

После череды странных подарков Летти решила, что пора брать операцию по спасению Изнанки от Тьмы в свои руки. Тем более, демонюги не спешили появляться лично, поэтому Повелительница Тьмы решила провести испытание. Так сказать — немного поиграть с огнём.

Кнопка, во имя безопасности проведения операции — была оставлена сторожить квартиру. А Летти, вооружившись своими приблудами для наблюдения за Дереком, отправилась на завод.

То, что она там увидела — ввергло её в шок…

— Проклятый предок… — тихо прошептала она, забравшись на самую высокую точку для наблюдения, и вытащив из сумочки мощный бинокль.

Генералов стало в разы больше! Принюхавшись, Летти смогла почувствовать Коула, Тарзана, Мистейка, Варуса и Ахлиса. А это означит, что в Изнанке осталась лишь малая часть!

Но больше всего Повелительницу Тьмы поразило количество различных непонятных приборов, которые явно были собраны из найденных на свалке железяк. Со стороны напоминало огромный экран, и что-то типа антенны для передачи радиосигнала.

Мохнатый сидел перед экраном и активно нажимал на клавиши. А остальные Генералы суетливо бегали вокруг него.

— Неужели пытаются подключиться к спутникам⁈ — ужаснулась Летти и вытащила из рюкзака специальный микрофон для прослушки, а затем надела наушники.

— … сигнала. — произнёс Мохнатый: — Но, если мы немного увеличим диапазон, то есть шанс, что прорвёмся.

— Сразу увеличивай. Чего тупить? — вздохнул Гамма, встав рядом.

— Во-во! Мне уже не терпится увидеть! — Суслыч алчно потёр ладони.

— Ребят… А вы уверенны, что это сработает? Вы уже тут два дня пытаетесь перехватить его сигнал. — поинтересовался Тарзан.

— Должно сработать! Он же у нас почти, как на ладони… — Мохнатый аж выставил кончик языка от напряжения.

Ну, всё. Сейчас эти психи подключатся к сети спутников, и любой неосторожный косяк Дерека или Кнопки может разрушить всю операцию по борьбе с Тьмой.

— Ну, что там? — Суслыч уже начал нервно бегать по кругу: — Ну, когда уже⁈

— Да погоди… Ещё секунду и… — Мохнатый торжественно клацнул по кнопке: — Готово!

— Как тебя зовут? — произнёс шершавый мужской голос из самодельной колонки.

— Ева Эльфи! — представился игривый девичий голосок.

— Для тебя это впервые?

— Уже нет!

— Готовить умеешь?

— Конечно!

— Тогда готовь пис…

— О-О-О-О-О-О!!! — радостно завопили Генералы Абсолютной Тьмы, перебивая звук из колонки: — НАКОНЕЦ-ТО!!!

— Эм-м… — Летти некоторое время пребывала в полнейшем недоумении.

Нет, ну а чего ещё она ожидала от ребят в латексных костюмах? Хотя, тут скорее — в элементах латексных костюмов…

Оставалось лишь пожелать им удачного просмотра и сваливать отсюда поскорее.