«Вольво» Кирилла мчался по трассе, унося Нику все дальше от Краснодара. Сидя на пассажирском сиденье, она прислушивалась к себе и пыталась разобраться в собственных чувствах. Словно наблюдала за собой со стороны, отмечая, как с каждым оставшимся позади поселком меняется настроение.

Энем и Афипский дарили надежду, что вот-вот все отменится: поездка сорвется, она вернется домой и не выйдет из кабинета, пока не придумает, как найти Елену.

После Ильского надежда сменилась раздражением: она же говорила, что не хочет девичник! Какого черта его устраивать, да еще и так далеко от дома?! Все равно она не сможет развлекаться. Не сейчас, когда выяснилось, что Подставкин что-то раскопал о смерти пациента, а новая свидетельница испарилась.

Оставив позади Ахтырский, Ника махнула рукой, принимая ощущение безысходности. Выходные распланированы — пора это признать. К поискам Елены она вернется не раньше понедельника. Вся неделя насмарку: сначала провалялась с больным горлом, теперь вынуждена ехать в Абрау.

— О чем задумалась? — Кирилл коснулся ее ладони.

Ника вздохнула. Вряд ли получится сформулировать мысли одной фразой.

— Да так, ни о чем особенном.

— Снова пытаешься придумать, как найти Елену?

Она помассировала пальцами виски. Голова гудела. То ли из-за раздражения, то ли от недосыпа. То ли болезнь оставила легкое послевкусие.

— Мне кажется, я больше не способна думать.

От Лехи вестей не было. Он предупреждал, что на поиски потребуется время: одно дело — узнать имя владельца сим-карты, другое — добывать данные о родственниках Огурцова без официального расследования. Но Ника не могла сидеть без дела и, пока Леха наводил справки по своим каналам, продолжала прочесывать интернет, пытаясь найти свидетельницу. Кирилл ей помогал. Они переставляли местами слова: «авария», «торговый центр», «кабардинка», «елена» — формулировали и так, и эдак, надеясь, что кто-то где-то упоминал тот случай.

На форуме для айтишников Кирилл нашел шарлатана, обещавшего добыть для них детализацию вызовов с сим-карты Елены. С самого начала было ясно, что это развод, но две тысячи рублей — не высокая цена за крошечную надежду. Которая, естественно, не оправдалась.

На этом идеи закончились. Они не представляли, что еще предпринять, но нельзя было сдаваться. Нужно искать дальше. Задавать вопросы, перебирать всех возможных Елен, делать хоть что-то! И уж точно не тратить время на поездки за город.

Кирилл явно придерживался другого мнения:

— Тебе надо отдохнуть. Постарайся отвлечься, и тогда, возможно, решение отыщется.

Он повторял слова Жени. Но Ника знала: решение отыщется, если она будет его искать, а не прохлаждаться на девичнике.

— Солнышко, мы и так убили на поиски всю неделю. Может, Лехе повезет больше?

— Надеюсь.

Кирилл перестроился в левый ряд, обходя плетущийся по правому грузовик. Ника стиснула ручку двери.

— Не переживай, все под контролем.

— Знаю.

Она доверяла Кириллу и почти не боялась, но отделаться от тревоги все равно не могла. Хорошо, что Женек учла ее фобию и предложила отметить мальчишник и девичник одновременно. Поездку на автобусе Ника бы точно не выдержала.

«Вольво» вернулся в правый ряд, оставляя позади грузовик. Ника расслабила пальцы, медленно выдыхая. С Кириллом страх не бурлил и не рвался наружу, затмевая все прочие чувства. Он просто оставался рядом: вынуждал затаивать дыхание, вжиматься в сиденье, неотрывно следить за дорогой. Будь за рулем кто-нибудь другой — она бы уже впала в панику.

— Хочешь интересный факт про енотов? — Кирилл попытался ее отвлечь, и Ника была за это благодарна.

— Очень хочу.

— Ты знала, что лапки енотов невероятно чувствительны? Они могут на ощупь отличать мельчайшие детали. А если енот погружает лапки в воду, чувствительность возрастает!

— Поэтому они моют еду?

— Да. В воде еноты лучше чувствуют текстуру и проверяют, съедобно ли то, что они нашли.

— Как мило! А с чего это ты заинтересовался енотами?

— Да так… — Кирилл хитро улыбнулся. — Говорят, в Абрау их полно. Вот я и подумал: как насчет ночного свидания? Сбежим из отеля, погуляем под звездами, покормим енотов.

— С удовольствием! Честно говоря, я бы прямо сейчас сбежала! — Меньше чем просто развлекаться, она хотела развлекаться без Кирилла. — Пусть без нас отрываются! Это же не свадьба, вполне можно обойтись без жениха и невесты.

— Читаешь мои мысли.

— Значит, сбегаем?

— Я бы с удовольствием, но опасаюсь последствий. Причем переживаю даже не за свою шкуру. Саня меня всего-навсего просто прикончит. А вот что с тобой сделает Женя — страшно представить. — Кирилл сделал паузу и многозначительно добавил: — Однако…

Ника прищурилась:

— Ты что-то задумал!

— Возможно.

— Рассказывай!

Кирилл расплылся в улыбке:

— Сорри, но я немного ввел тебя в заблуждение, когда сказал, что нам надо быть в отеле в одиннадцать. На самом деле Женя распорядилась доставить тебя к четырем.

— Серьезно? — Ника чувствовала, что за этой новостью последует приятное продолжение.

— Да. У нас будет целых три часа, чтобы погулять и поплавать. Так что мы едем прямиком на пляж!

Он уменьшил карту в навигаторе, и Ника увидела, что финальная точка маршрута стоит у самого моря.

— Ты лучше всех на свете!

— Я просто воспользовался возможностью. Тебя же из дома не вытащишь, а тут такой шанс.

Позабыв о фобии, Ника прижалась щекой к его плечу. Их ждет несколько часов на пляже в компании друг друга! Ни один девичник с этим не сравнится. Хотя Женек прибила бы ее за подобные мысли.

Ника прислушалась к себе: раздражение и ощущение безысходности ушли, уступив место чувству вины, легкому, но тем не менее ощутимому. Словно поводок, привязывающий ее к делу Подставкина, натянулся до предела и лопнул, оставив неприятное жжение: она развлекалась, вместо того чтобы помогать Сергею. Но Кирилл с Женей правы — ей стоит отвлечься! Иначе попросту сломается.

— Спасибо! Кажется, сейчас мне и в самом деле это очень нужно.

— Знаю, милая.

Дорожный указатель «Нижнебаканская» накрыл радостным предвкушением — название этого поселка с самого детства ассоциировалось с морем. Ника ни разу не была в Абрау-Дюрсо, но знала дорогу — путь в Новороссийск и Геленджик лежал в ту же сторону.

После Борисовки она уже вовсю вглядывалась в пейзажи за окном. Знала, что вдоль побережья они не поедут и встреча с морем будет позже, но вдруг повезет и удастся разглядеть за поворотом тонкую синюю полоску?

Кирилл сбавил скорость и открыл окна.

— Наконец-то ты улыбаешься.

Воздух еще не пах морем, но уже шептал: «Скоро». Молодые деревья, растущие вдоль дороги, ослепляли сочной зеленью, безоблачное небо было ярко-голубым, солнце играло лучами, вынуждая щуриться и прикрывать глаза ладонью. После долгого карантина поездка на побережье дарила долгожданную свободу. Все-таки Женек молодец! Если бы не ее настойчивость, Ника так и сидела бы дома.

Еще полчаса спустя они остановились у шлагбаума. Со скамейки в тени поднялся пожилой мужчина в темных очках и направился в их сторону.

— Здравствуйте. Вы в пансионат или на пляж?

Кирилл выглянул из окна:

— Здравствуйте. На пляж.

— Триста рублей, и паркуйтесь, где найдете место.

Кирилл расплатился, и охранник поднял шлагбаум. Они въехали на территорию пансионата: узкие тропинки расходились в разные стороны, впереди виднелся теннисный корт, откуда-то доносился аромат куриного супа.

— Запах детства, — принюхался Кирилл, паркуя машину между деревьями. — Перентсы как-то отправили меня в лагерь в Геленджике. Мне было лет двенадцать. Помню, там точно так же пахло супом.

— А я примерно в том же возрасте отдыхала в «Орленке».

— Ого! И кто из нас после этого буржуй?

Они обменялись улыбками. В детстве Кирилл часто разъезжал с родителями по разным странам и успел повидать полмира. За это Ника в шутку называла его «буржуем», вот он и воспользовался поводом вернуть прозвище ей.

Они вышли из машины, приятно было размять ноги после дороги.

— «Яндекс» пообещал, что на пляже будут кабинки для переодевания, душ, лежаки и прочие удобства. Но идти придется пешком, там машину ставить негде. Так что берем все необходимое, и в путь.

— Душ? «Яндекс» точно ничего не перепутал?

Ника не помнила, чтобы местные пляжи отличались комфортом: даже туалет не всегда удавалось найти, что уж говорить про душ и кабинку для переодеваний. Зато народу обычно было столько… не то что шезлонг поставить — полотенце постелить негде.

Поэтому она предпочитала приезжать к морю в несезон: да, купаться не получалось, зато и не приходилось стоять в бесконечных пробках и пробираться к воде, перешагивая через тела отдыхающих. В то же время можно было погулять и подышать соленым воздухом, это помогало отвлечься. Купалась она обычно в теплых странах, Турции или Таиланде, но это было в той, прошлой жизни. После аварии Ника дважды была в морских странах: ездила в командировку в Барселону и проходила маркетинговые курсы в Стамбуле. Но поплавать во время тех поездок так и не удалось.

— Эй, ты чего застыла? — Кирилл уже открыл багажник и расстегнул чемодан. — Полотенце, купальник, вода. Что-то еще взять?

— Солнцезащитный крем. Давай помогу, он в косметичке.

Дорога до пляжа тянулась вдоль лесной тропинки и заняла не больше десяти минут. Заплатив по пятьсот рублей за вход, они подошли к дощатому настилу, широкими ступеньками спускающемуся вниз. На ступенях стояли ряды с лежаками. Дальше шла узкая галечная полоса, за которой раскинулось море. Оно было темно-синим у самого берега, а значит, глубоким.

— Идеально! — Ника любила плавать, а не добираться по мелководью до того места, где будет хотя бы по пояс.

Пирс, застеленный зеленым покрытием, подтверждал догадку о том, что море здесь глубокое. С пирса в воду спускались лестницы, на мягких волнах качались человек пять. Еще около десяти отдыхали на шезлонгах, примерно столько же загорали, расстелив полотенца на камнях. Ника впервые видела черноморский пляж таким немноголюдным.

— Вон там кабинки, — указал Кирилл.

Они быстренько переоделись, потом бросили вещи на шезлонг.

— Готова? — Кирилл скинул сандалии и убрал в футляр очки.

— Почти.

Ника сняла слуховые аппараты — звуковой фон почти не изменился. Она все равно не разбирала разговоры отдыхающих и уже забыла, как шумят волны. Море навсегда стало для нее тихим и безмолвным.

— Готова.

Кирилл взял ее за руку, подвел к пирсу и подмигнул, кивая в сторону зеленой дорожки, ведущей к морю. После чего ринулся с места, пересек пирс и бомбочкой полетел в воду. Брызги разлетелись в разные стороны. Голова Кирилла показалась над водой. Он помахал, приглашая Нику присоединиться к веселью.

Она засмеялась и побежала. Покрытие пирса щекотало пятки коротким жестким ворсом, ветер мчался навстречу, развевая волосы, солнечные лучи переливались на волнах. Ника прыгнула, задержав дыхание и поджав ноги, а в следующее мгновение с головой погрузилась в прохладную воду.

Море нежно прильнуло к коже. Глаза защипало от соли, но это того стоило: самый прекрасный человек на свете плыл к ней, грациозно отталкивая воду руками. Вокруг, стремясь к солнцу, танцевали тысячи прозрачных пузырьков.

Кирилл подхватил ее за талию, поднимая на поверхность. Ника вдохнула, убирая с лица волосы, морская вода щипала глаза, ветер приятно холодил кожу. Она заработала ногами, чтобы снова не уйти под воду. Взъерошенная макушка Кирилла была рядом, он улыбался, гребя руками на месте, а потом нырнул и скрылся из виду. Ника нырнула следом.

Они плавали, кружа под водой, поднимались на поверхность, чтобы обменяться улыбками и поцелуями, потом снова ныряли. Кирилл рассекал волны, как заправский пловец. Ника двигалась мягче, спокойнее. Почувствовав, что выдохлась, она легла на спину, вытянув руки в стороны. Ей всегда удавалось держаться на плаву, не прилагая усилий. Море лелеяло ее, унося прочь усталость и раздражение, солнце слепило глаза, заставляя щуриться, на губах ощущалась соль. Что-то мягко коснулось ее пальцев, Ника повернула голову и увидела Кирилла. Он тоже лег на спину и взял ее за руку, теперь волны качали их обоих в нежном морском танце. Ника закрыла глаза, растворяясь в этом умиротворении и покое.

Как же все-таки хорошо, что они выбрались за город. Зря она злилась и расстраивалась из-за впустую потраченного времени. В следующий раз, когда речь зайдет об отдыхе, надо вспомнить этот момент, это состояние гармонии и безмятежности. После шумного пыльного Краснодара с его вечной суетой и пробками крошечный поселок на берегу моря, название которого Ника даже не знала, был тихим и уютным, хотелось задержаться здесь подольше. На неделю или даже месяц!

Интересно, каково жить в таком месте? Утром купаться в море, вечером встречать закат на пляже. Гулять по лесу, покупать продукты на местном рынке, выращивать фрукты в собственном саду. Знать всех соседей, их родственников и друзей, отмечать вместе праздники, ходить друг к другу в гости…

Ника открыла глаза. Знать всех соседей, их родственников и друзей… Ну конечно! Как же она раньше об этом не подумала! Привыкла мыслить категориями большого города и совсем забыла, что в поселках и деревнях совсем другая, размеренная жизнь! Время здесь течет медленнее: суета, скорость, пробки — все это местным жителям незнакомо. А значит, и реклама будет работать иначе! Старые добрые методы маркетинга — те, что давно неэффективны в Краснодаре — прекрасно подойдут для небольшого поселка.

Разбрызгивая воду, она приняла вертикальное положение. Кирилл коснулся ее плеча, спрашивая взглядом: «Что случилось?»

— Я знаю, как найти Елену! — воскликнула Ника.

Кирилл вопросительно вскинул брови.

«Как?» — прочитала Ника по его губам.

— Идем! — Она поплыла к пирсу, на ходу оборачиваясь. — Нам срочно нужно в Кабардинку!