Сиреневый лес – миф, и истории о Маб и Бероне – тоже басни. Пикси существуют, согласна, но можно ли представить, чтобы эти семена хаоса подчинялись кому бы то ни было, особенно кому-либо в человеческом облике? Истории об этой паре, конечно, любопытны, но мне кажется, что Зеленый человек и его роль в гибели Берона – это лишь метафора всеобъемлющей силы Дикого леса.

С природой нельзя заключать сделки. Кому это лучше знать, как не вам, старый друг.

Левен пригнулась: огромная рука Зеленого человека просвистела на расстоянии вытянутой руки от нее и сбила нескольких отанимов на землю. Ее задело только ветром, поднятым рукой, пролетающей мимо; воздушный поток хлестнул ее так, что на секунду она потеряла высоту и оказалась в опасной близости от крылатых воинов-титанов. Она поспешила взлететь. Сердце колотилось как бешеное.

– Вот же дерьмо…

Рудные линии горели. В угаре боя Левен еще могла не обращать на них внимания – по крайней мере, какое-то время, – но теперь это становилось все труднее. Чужие мысли властно отодвигали на задний план ее собственные, и иные образы вытесняли привычные: защищай кладку, мсти за потерянных детей; ныряй в лавовую яму, куда никто не сможет последовать за тобой; на огненных крыльях лети за солнцем на край земли. Левен знала, что слышит голоса титанов, чьи кости давно стали частью ее кожи, но легче от этого не стало. Скоро ей потребуется отдых, а до конца боя еще ох как далеко.

Вдруг раздался крик – пронзительный, безошибочно узнаваемый человеческий вопль.

Левен обернулась и увидела, как Зеленый человек нагнулся к мятежникам, едва не чиркнув по земле рогами, а потом… сгреб их одной рукой и раздавил. Ее замутило, страх стиснул горло.

– Киллиан, что ты делаешь?

Только, конечно, это был не Киллиан. Из кулака Зеленого человека текла кровь, окрашивая огромное узловатое предплечье и капая с него на землю. В зеленом гиганте не осталось ничего от Киллиана. Левен не могла бы сказать, что было не так, но она чувствовала, что ее мужа нет с ними, что он не руководит больше отцом, и ей стало страшно. Она бросилась прочь, ужас захлестывал ее ледяной волной. Если Зеленый человек хочет их смерти, они ничего не смогут с этим сделать. Совсем ничего.

* * *

Белиза наблюдала за происходящим, высунувшись из кареты, и ей становилось все страшнее. Зеленый человек – если это он – видно, решил, что смерти заслуживает вообще все, что движется, а не только отанимы. Он топтал, рвал и метал все, что попадалось ему на глаза. Скоро земля под его ногами превратилась в кровавое месиво, из которого торчали куски тел, а сам он опять менялся и рос, стремительно утрачивая человеческие черты. Его лицо вытянулось и стало козьей мордой, ступни подогнулись и превратились в копыта. Из спины выросли длинные и острые шипы, а глаза, прежде зеленые, почернели. Все, что могло бежать, разбегалось от него во все стороны, и даже лес вокруг него как-то съежился, точно Зеленый человек вытянул из него все соки, питая свое чудовищное преображение.

– Он идет, да? – спросил дрожащим голосом Малаким. – Он идет за мной.

– Честно говоря, мой принц, похоже, что он идет за всеми.

Белиза окинула взглядом заполненное людьми поле боя и увидела Каэто и Феллдира. Они стояли возле другой повозки и тоже наблюдали мистерию Зеленого человека. С ними была невысокая черноволосая женщина. «Принцесса Эпона, – догадалась Белиза. – Почти одно лицо с Сени». Икарайн между тем отступала, умерив свой боевой пыл; видно, решила посмотреть, что будет дальше. «Разумно, – подумала Белиза. – Теперь ей надо лишь дождаться, когда Зеленый человек покончит с повстанцами». Но что потом?

– Вспомнишь ты уже когда-нибудь про своего проклятого ребенка или нет? – с яростью буркнула Белиза.

Она тут же нырнула в карету.

– Нам надо бежать, Малаким, – сказала она. – Великан вышел на тропу войны, и, боюсь, мы стоим как раз на ней.

– Бежать? Куда?

– Куда угодно. – Белиза подошла к нему, стараясь не дрожать и говорить терпеливо, даже когда снаружи раздавались громоподобные шаги Зеленого человека. А он, судя по всему, приближался; еще шаг, и он разнесет карету в щепки. – Наверное, в лес, больше здесь некуда деваться.

– В лесу призраки.

– Что… какие еще призраки?

– Я слышу их по ночам, – сказал Малаким и шмыгнул носом. Потом опустил голову и прикрыл ее тонкими руками. – Они шепчутся. Они ненавидят нас. Ненавидят меня.

Белиза почувствовала, что ее нетерпение вот-вот перерастет в раздражение, и снова взяла паузу. «Что ты от него хочешь? – мысленно обратилась она к себе. – Он же напуган. Пусть он большой, пусть живет две тысячи лет, но он все равно ребенок».

– В лесу нечего бояться, мой принц. – Она перевела дыхание. – А вот этой проклятой громадины бояться надо. Нам надо бежать, спасаться.

Малаким жалобно пискнул и крепче обхватил себя руками. Его красные глаза заблестели.

– Я не пойду, – каркнул он сипло.

– Да чтоб тебя! – в сердцах бросила Белиза.

* * *

– Что, во имя потных яиц Магога, он делает?

Эпона с ужасом наблюдала, как Зеленый человек прокладывает себе путь, убивая отанимов и повстанцев без разбора. Широко раскинув руки, он сгребал с неба титанов и давил их толстыми, как дубы, пальцами, а ногами топтал бегущих повстанцев, трамбуя их тела в землю. От страха сердце принцессы билось так, что, казалось, вот-вот лопнет. К ней подбежала Джек, такая потная, что пыль на ее обычно сливочно-белой коже превратилась в жидкую грязь. Они стояли как вкопанные и потрясенно смотрели на происходящее. Вдруг с неба свалилась Левен и едва устояла на ногах. Эпона бросилась к старой подруге и схватила ее за плечи:

– Что, мать его, делает Киллиан?

– Не знаю, – выдохнула Левен и тут же продолжила: – Думаю, он потерял контроль. Это все Зеленый человек. Друиданнон говорил, что это существо могло бы… что Зеленый человек может поглотить Киллиана, если впустить его внутрь. И деревья тоже. Я видела сверху – он убивает не только людей. Он высасывает жизнь из самого леса. Вокруг нас сейчас сплошь мертвые деревья.

Эпона огляделась и увидела, что герольд права. Когда они только прибыли сюда сегодня, лес стоял в весеннем убранстве, а теперь листья почти везде уже опали или падали, как будто наступила неестественно ранняя осень.

– Почему великан нападает на своих? – спросил Каэто.

Эпона моргнула – она практически забыла о присутствии посланника империи, а он, оказывается, еще здесь. К ее удивлению, Левен, увидев его, побледнела так, словно встретила мертвеца.

– Посланник… Каэто? – произнесла она. – Откуда ты, на хрен, взялся? Э-э, то есть вы, сэр.

Губы посланника изогнулись в усмешке:

– Тот же вопрос мог бы задать тебе и я, герольд Илевен.

Тут у Джек зазвенел меч, и все обернулись.

– Калибурн говорит… – Она глубоко вздохнула. – Калибурн говорит, что Зеленый человек всегда был коварным богом разрушения и, если мы не остановим его сейчас, он уничтожит весь Дикий лес.

– Чушь! – возмутилась Левен. – Киллиан больше всего на свете любит Дикий лес, он ни за что не причинит ему вреда.

– Ты же видишь, что он делает, – тихо сказала Эпона. – Мы все видим. Люди гибнут, Левен.

Меч загудел так, словно где-то рядом ударили в большой колокол, и Эпона вздрогнула.

– Простите меня, – сказала Джек. – Но Калибурн говорит, что в этом как раз все и дело. Нет созидания без разрушения, трава растет на пепелище, жизнь возникает из смерти…

Она покачала головой.

– Извините, обычно Калибурн не такой драматичный. Или поэтичный. Но для Зеленого человека смерть – нормальная часть жизни. Пусть он сейчас уничтожит хоть весь Дикий лес, для него это не имеет значения, потому что позже он просто вырастит его заново.

– Но вместе с лесом он уничтожит и нас. – Эпона всплеснула руками и зарылась пальцами в волосы, мокрые от пота и слипшиеся от грязи. – Конечно, он убьет Икарайн, но какой нам от этого толк, если нас уже не будет?

– Я остановлю его, – сказала Джек и подняла меч, который горел белым пламенем, словно его только что вынули из огненного горнила. – Я единственная, кто может это сделать. Правда, у меня есть всего один шанс.

– Только через мой труп, – отрезала Левен и подняла свой меч, еще липкий от крови отанимов. Эпона видела, что герольд измучена, а ее кожа сморщилась и посерела. – В нем же Киллиан.

– Нам нельзя воевать друг с другом, – быстро напомнила Эпона. – Если мы начнем, то проиграем.

– Мы уже проигрываем, – ответила Джек, – и я не могу этого допустить.

Она повернулась к Зеленому человеку, который двигался в их сторону. Левен попыталась встать у нее на пути, но Джек оттолкнула герольда так, что та пошатнулась. Простой меч, взятый у кого-то из повстанцев, выпал из руки Левен.

– Прости, – обронила Джек. – Это моя судьба.

– Джек, подожди!

Но та уже бежала от них, ее золотые кудри блестели на солнце.

– Всего лишь меч против этого существа? – недоверчиво спросил посланник Каэто и тут же добавил: – Предлагаю всем отступить в лес, немедленно. Ему будет труднее найти нас среди деревьев.

– Если она хоть пальцем его тронет, я ее убью, – проговорила Левен, тяжело дыша.

Она стояла на коленях, покачиваясь. Казалось, она вот-вот упадет в обморок.

– Подожди, – зачем-то попросила Эпона.

Как зачарованная, она глядела на Джек, а та, вскинув над головой раскаленный меч, бежала прямо на Зеленого человека. Через толпу отанимов она прошла так легко, словно они были лишь тенями; свет ее меча превращал их рычание в шепот, а лица – в маски. На мгновение Эпона потеряла Джек из виду, и сердце сразу забилось у нее где-то в горле, но потом взгляд принцессы снова выхватил воительницу из общего хаоса – золотистая голова сияла почти под самыми копытами Зеленого человека. Эпона удивилась, как он еще не раздавил ее. «Мы должны были скоординировать действия, – в отчаянии подумала она, – мы могли успеть».

Левен попыталась взлететь над существом, но тут Джек прыгнула, зацепилась за ногу гиганта над самым копытом и полезла вверх, все выше и выше, так легко, как будто это меч тянул ее за собой…

– Как она это делает? – спросил титан, который был с Каэто. В его голосе звучало неподдельное любопытство.

– Будь я проклята, если знаю, – выкашляла Левен.

Джек уже сидела на ноге существа, примостившись среди листвы, костей, плоти и кожи. Издалека она казалась маленькой, совсем крошечной, но Эпона ясно видела, как она подняла меч, – вспышка белого света прорезала пространство между ними, и все на мгновение ослепли. Яростно и отчаянно вскрикнула Левен, и клинок вошел в плоть Зеленого человека.

За этот день Эпона много раз видела, как отанимы поражали гиганта своими клинками, но те раны мгновенно затягивались без следа. Когда Калибурн нанес удар, его свет точно проник в Зеленого человека; импульс чистой энергии скользнул в плоть существа и потек по ней, заставив ее покрыться рябью и пузырями. Зеленый человек взревел так громко, что задрожала земля, вскинул огромный кулак и опустил его как раз на то место, где была Джек. Когда он убрал руку, девушка исчезла, но Калибурн все еще торчал в ноге гиганта.

– Джек!