Скупать мальков угря у полутора десятков торчков, тунеядцев и старых алкашей оказалось гораздо заморочнее, чем представлял себе Беннет Тайсон, да и вообще, не на это он планировал потратить лучшие годы жизни. В молодости он отбыл небольшой срок за подделку банковских чеков, а потом еще один, подольше, когда кинул мелких вкладчиков несостоявшейся финансовой пирамиды. Второй раз он вышел из тюрьмы с дубликатом водительских прав штата Мэн, практически безупречно сработанным за скромную плату одним из товарищей по несчастью в Вопане, и телефоном еще одного бывшего сидельца, который предложил Беннету работать в баре в Льюистоне в том же штате, заодно сбывая рецептурные обезболивающие – тогда этот бизнес только начинался.

О черном рынке мальков угря Тайсон впервые услышал от одного из браконьеров с оксикодоновой зависимостью. Обнаружив вскоре, что такие мелкие сошки поднимают немалые деньги, Беннет понял, что он, как предприниматель, способен объединить жалкую кучку отбросов в рабочий коллектив. Если собрать все небольшие уловы и сбыть оптом профессионалам, пока мальки еще живы, можно было прилично заработать. Потребовалось немало времени, чтобы договориться с водителями рефрижераторов «Бандо» подвозить молодь в аэропорт и заключить сделку с компанией «Братья Кан» из Чханвона, мелкими конкурентами «Бандо», готовыми забрать все, что те не успели скупить. Они надеялись когда-нибудь превзойти «Бандо», позиционируясь как «крафтовый поставщик»: братья Кан не понимали смысла этого термина, но Тайсон втолковал им, что тот набирает популярность в США. Меньше, да лучше – по крайней мере, до тех пор, пока не станешь больше.

Благодаря упорному труду и изобретательности ему удалось создать настоящий подпольный бизнес, который стал приносить хорошие деньги. А на четвертый год деятельности Тайсона рефрижераторы сняли с трассы, и крупным игрокам пришлось остановить промысел угря. Однако его люди, без лицензий и отчетности, продолжали лов молоди, оставалось только найти транспорт.

И вот транспорт нашелся.

* * *

На следующее утро Джанет совершила привычную поездку с острова в международный аэропорт Бангора, но впервые с контрабандными угрями. По дороге она остановилась, чтобы заправиться и попутно сфотографировать на телефон этикетки груза: «Братья Кан», не «Бандо». Вот и все, что она смогла узнать.

Площадка приема международных грузов находилась с южной стороны проезда к пассажирскому терминалу, и ей сказали, что двое мужчин в оранжевых футболках будут ждать у двойных дверей склада. Когда она подъехала, парни и правда стояли на обочине и шустро выгрузили мальков, плававших в модифицированном двухсотпятидесятилитровом термоконтейнере с насосом, который подавал в солоноватую воду воздух на манер домашнего аквариума. Мальки угря могли продержаться примерно часов двенадцать в холодном месте и без воды, но Беннет Тайсон на всякий случай раскошелился на термоконтейнеры. Забрав груз, мужчины вручили Джанет конверт, в котором лежали четыреста пятьдесят долларов – более чем достойное вознаграждение за поездку в аэропорт и обратно.

– Накладная? – спросила она.

– Вот. – Мужчина повыше вытащил из нагрудного кармана мятый лист бумаги и передал второму.

Ей требовалась накладная, чтобы доставить ее в кабинет Беннета Тайсона. Если повезет, его там не окажется и будет возможность пошарить, оставив документ о доставке на письменном столе.

Второй взял листок, распластал его на борту фургона «Мистер Софти», подписал и вручил Джанет.

– Все как в аптеке. – Он не выпускал изо рта сигарету и обдал Джанет дымом. Она поблагодарила их, проехала еще с четверть мили дальше до площадки приема местных грузов, разгрузила крабовое мясо, пересыпанное льдом и упакованное в термоконтейнер попроще, и отправилась в обратный путь на остров.

По наружной лестнице кооператива она поднялась сразу к кабинету Тайсона. Дело шло к вечеру, и все, похоже, разошлись. Джанет подергала дверь, но та оказалась заперта. Она ненадолго застыла, рассматривая различные варианты. Накладная лежала в соломенной сумке рядом с кошельком. Ей вспомнилась сцена из фильма, где опытный вор вскрыл запертую дверь кредитной картой: засунул ее между дверью и косяком и аккуратно отжал язычок замка. А у непрофессионала получится?

Оглядевшись, она отыскала в бумажнике самую гибкую карту – скидочную из супермаркета – и запихнула ее в тонкую щель у косяка прямо напротив замка, но просунуть глубже не получалось. Сначала надавила слегка, потом сильнее, но безрезультатно. Тогда она осторожно опустилась на колени, чтобы глаза оказались на одном уровне с дверной ручкой – может, так пойдет легче.

– Вам помочь? – раздался голос у нее за спиной.

Господи! В своем солидном возрасте она не сумела даже быстро встать, чтобы развернуться и посмотреть, кто ее застукал.

– Джанет?

Ухватившись за дверную ручку, она поднялась на ноги и оказалась лицом к лицу с Билли Уиллигом, придурковатым смотрителем причала.

– Билли, – выдавила она в смятении.

– Что ты делаешь здесь на полу, бога ради? Тебе плохо?

– Я просто… – Ее взгляд упал на сумку и торчащий из нее уголок накладной. – Мне надо передать эти документы мистеру Тайсону. Думала, дверь открыта, но… ну вот и решила подсунуть под дверь. У тебя ключа, случаем, нет?

– Можешь отдать бумаги мне, – предложил Билли. – Этого мужика хрен поймешь, у него, кроме ключа на доске внизу, еще собственный замок. С ума сойти, что там такого ценного?

Джанет немного помедлила. Сердце все еще бешено колотилось.

– Так ты передашь документы мистеру Тайсону?

– Не проблема.

– Только не говори ему, что застал меня на полу. Не хочу, чтобы он подумал… – Она не нашла слов, чтобы закончить предложение.

– Просто отдам ему бумаги, если появится. Он тут вообще нечасто бывает.

– Спасибо, Билли.

– Мало ли кто кого где застал, – пробурчал Билли Уиллиг. – Но ты меня напугала. Думал, тебе стало плохо.

* * *

По дороге домой из кооператива Джанет заметила сзади красный пикап и, как ей показалось, узнала водителя. Она ускорилась, насколько позволяли скромные возможности фургона, но пикап загудел, обогнал ее, оторвался, а потом внезапно развернулся на двух колесах ей навстречу. Пришлось ударить по тормозам, и «Мистера Софти» занесло сначала влево, потом вправо, пока фургон наконец не остановился, почти уткнувшись в капот красного пикапа. Джесси Эд Дэвис вышел из кабины и с удовлетворением оглядел черную загогулину на асфальте – правильную спираль. Джанет едва переводила дыхание, сердце колотилось. Он собирается убить ее? Но зачем? Джесси подошел к водительской дверце и постучал в окошко. Немного подумав, она опустила стекло. Джесси наклонился, чтобы что-то сказать, но еле успел открыть рот, как Джанет подалась вперед и что есть силы залепила ему ладонью по физиономии. Он отпрянул, скорее от удивления, чем от боли.

– Бесстыжий! – выпалила она. – Носишься как сумасшедший. Вот ради этого ты убил родителей Джои Пицио? Ради своего проклятого искусства?

Джесси непонимающе уставился на нее и переспросил:

– Что-что?

– Так это ты? – повторила вопрос она.

– Нет, не я, – ответил он. – Но нам нужно поговорить.

Из-за поворота дороги вылетела фура с морожеными морепродуктами, и Джесси прижался спиной к дверце «Мистера Софти». Трубя гудком, тягач пронесся мимо, чудом не задев их машины. Омары ехали на юг.

– Здесь не поговоришь, – констатировала Джанет. – Езжай за мной до дома. И без художеств.

Дома она налила два стакана воды, один подала Джесси, второй тут же осушила сама.

Тот беспокойно ходил по комнате, как лев в клетке. Судя по всему, в домах Джесси чувствовал себя неуютно. Останавливался он только у окон.

– Ты сказал, нам надо поговорить, – напомнила Джанет. – Говори.

– Родители Джои Пицио, – начал Джесси. – Могла бы и навести справки. Катастрофу устроил один из моих наставников в искусстве дрифтинга, вдохновенный аморальный алкоголик по имени Шэнди Ипс.

– Никогда не слыхала о таком, – с сомнением протянула Джанет.

– Никогда не садился за руль трезвым. Порой творил шедевры на асфальте, но опасность всегда маячила рядом. Что-то должно было случиться. Отец и мать Джои возвращались домой после полуденной мессы, где молили о прощении. Видимо, их Бог им отказал. Иногда миры сталкиваются в самом буквальном смысле.

– Почему я должна тебе верить?

– Джои Пицио осиротел в две тысячи шестнадцатом, – он смотрел Джанет прямо в глаза, – в сентябре. Я тогда был в Северной Дакоте, протестовал против строительства трубопровода вместе с племенем сиу в резервации Стэндинг-Рок. Где правительство травило нас собаками, если хочешь знать.

Он приложил руку к щеке, на которой сам собой налился краской шрам. Глаза у Джесси оставались спокойными.

– Я никогда никого не трогаю. По крайней мере, случайно. По крайней мере, пока. Шэнди Ипс – он неплохой человек был, но опасен для себя и для окружающих.

– По-моему, это и есть плохой человек.

– В традиции, к которой я принадлежу, нравственность не определяется только поступками, но происходит из внутреннего мира, совести, намерения. У Шэнди Ипса, насколько мне известно, дурных намерений не было. Такие люди редко попадают за решетку, но он попал. А потом исчез. Понятия не имею куда.

Джанет немного подумала и кивнула.

– Ладно, – согласилась она. – Но ты чуть не убил меня. Зачем?

– Я знаю, что делаю. Никакой опасности. Просто хотел ускорить тебе пульс.

– Ты псих.

– Я? Ты теперь возишь угрей. И еще говоришь, что я псих?

Джанет вздохнула.

– Откуда ты знаешь?

– Ехал за тобой. Ты уверяла, что не имеешь ничего общего с этой шайкой контрабандистов, а теперь доставляешь им груз?

– Я тоже знаю, что делаю, – парировала Джанет. – А тебя, вижу, выкинули из жилища.

– Обязательное зонирование. Еще одно достижение цивилизации. Теперь жду твоих объяснений.

Она взглянула на него, раздумывая, сколько можно рассказать.

– Когда «Бандо» запретили перевозки, – начала она, – я убедила Беннета Тайсона нанять меня. Я подозревала, что он возил товар на их грузовиках, думаю, приплачивал водителям.

– Значит, ты участвуешь в преступной деятельности. Есть законы, карающие за содействие врагу.

– Это только на войне, – отрезала Джанет. – Можешь спокойно посидеть на месте? Угомонись, а?

Джесси поморщился, но все же уселся на софу лицом к окну, чтобы можно было смотреть на пролив.

– Итак, – продолжил он, – теперь ты на него работаешь. Куда делась бесстрашная принципиальная крабовщица? Она мне нравилась больше.

– Ты не понял, – буркнула Джанет. – Я взялась за эту работу, чтобы докопаться до сути. Уже выяснила, кому сбывают угрей: корейской фирме «Братья Кан», конкурентам «Бандо». Пыталась проникнуть в кабинет Тайсона, но меня едва не поймали. К счастью, тот придурок не понял, в чем дело, и никому не расскажет.

– Билли Уиллиг?

– Ну кто бы сомневался, что ты и его знаешь.

– Ты проникла в кабинет Тайсона? – Джесси встал с софы, подлил себе воды и снова принялся расхаживать. Джанет указала ему на софу, как непослушному псу. Джесси сел.

– Попыталась.

– Впечатляет, – признал Джесси. – Что ты надеялась там найти?

– Не знаю. Что-нибудь полезное. Полезное для меня, для Джои, для моего бывшего – может, даже для угрей. То есть, видимо, и тебя. Как посмотреть. И еще: я рассказала полиции.

– Умеешь удивить, – хмыкнул Джесси.

– Толанд Бейтс полицейский, но я знаю его всю жизнь. Совсем еще мальчишка.

– И ты все ему рассказала?

– Он выложил карты, вот и мне пришлось. Рассказал вещи, которые знает только полиция.

– Например?

– Для начала, Джои Пицио отравили. Гербицидом.

Джесси передернуло.

– Врагу не пожелаешь.

– Еще Толанд сказал, что Берт остановил на мосту мужика за превышение скорости: лицо как маска, а из машины несло «Раундапом». Висконсинские номера.

– Висконсин? – переспросил Джесси. – Молочный штат. Видел эту машину.

– Ну конечно, – вздохнула Джанет.

– Черный седан.

– Но Толанд не верит, что Джои умер у ручья. Он считает, что тело перенесли.

– Значит, парня убили в другом месте. Интересно где.

– И потом перенесли к ручью.

– К твоему ручью, – задумчиво кивнул Джесси. – То есть Джои не браконьерствовал там. И почему именно твой ручей?

– Может быть, кто-то пытается меня запугать? Беннет Тайсон и Джои пытались войти в дом, но я их не пустила. Приложил ли Тайсон руку к смерти Джои? Пока не знаю. Но внезапно лов угря закрывают, пока не приведут в порядок грузовики, а мой муж – бывший, черт бы его подрал, – вместе с баркасом исчезает бог знает куда. Если, конечно, с Саймоном не стряслось что похуже. По-моему…

– Это я, пожалуй, могу объяснить, – перебил ее Джесси.

– Почему он сбежал с баркасом?

– Не могу больше здесь сидеть. – Джесси встал и снова принялся расхаживать. – Давай выйдем на причал.

На воздухе он мгновенно расслабился и стал смотреть на пролив. Джанет села за стол для пикников, оставшийся еще с тех времен, когда Лиам был совсем маленьким, и стала ждать. Наконец Джесси повернулся к ней.

– Я следил за твоим мужем – бывшим – некоторое время, – заговорил он. – Я тут за всем наблюдаю.

– Это я уже поняла.

– Он скупает молодь угря по побережью, а потом, каждую среду около половины четвертого утра, выходит в пролив. Я пару раз позаимствовал лодку и проследил за ним. Саймон выходит на «Джанет» в одну и ту же точку и ждет, а дальше появляется Джои на катере. Я решил, что твой бывший сдает собранный улов и получает плату. В тот раз я забрался на «Джанет» около двух часов ночи и затихарился под палубой – там, между прочим, воняет мазутом и гнилой рыбой. Саймон, как всегда, подъехал на моторке примерно в четверть четвертого и повел баркас в пролив.

– Прямо к моему дому.

– Он всегда встречался там с этим парнем. Джои.

– Странно.

– Но это неважно, я не стал ждать. Как только Саймон отошел ярдов на двадцать пять от причала, вылез на палубу и сбросил его в воду. Он сопротивлялся недолго. Я решил, он сумеет добраться до дома, разве что немного замерзнет и промокнет плюс пара синяков.

– А переохлаждение? Он мог утонуть.

– Мог, – согласился Джесси. – Но вряд ли. Зато за угрей я был спокоен. Ну так вот, сбросил твоего бывшего и вывел баркас в пролив, на обычное место, только чуть ближе к берегу, чтобы вплавь недалеко. Подвязал штурвал, чтобы баркас ходил по кругу, и собрался выпустить мальков.

– Ближе к берегу. Поэтому я и проснулась.

– Штука в том, что я даже не успел открыть садок, потому что услышал, что приближается другая лодка.

– То есть это я во всем виновата, – едко заметила Джанет. – Испортила твой план. Какая жалость.

Джесси пожал плечами.

– Пришлось спрыгнуть за борт. Плыть до берега не так уж далеко, разве что холодно, впрочем, грех жаловаться после того, как я сбросил твоего мужа в воду. Потом смотрел на вас с берега, но события развивались несколько иначе, чем я ожидал.

– Значит, ты все видел.

– Не сразу тебя узнал. Только потом, когда туман чуть рассеялся. Ты привязала моторку к баркасу, поднялась на борт, дальше, как обычно, появился Джои Пицио, отдал тебе рыболовный ящик и забрал баркас. Этого я не ожидал.

Джанет кивнула.

– После того как ты сбросил Саймона в воду, он, видимо, решил, что у него проблемы. И пустился в бега.

– И ты, конечно, не знаешь куда? – спросил Джесси.

– Вообще без понятия. Разве что во Флорида-Кис. Мы туда ездили в медовый месяц.

Джесси кивнул и немного подумал.

– Во Флорида-Кис на баркасе для ловли омаров особо не спрячешься.