Глава 41

Кто умирал, тот знает, что живёт!

Омар Хайям

Однажды утром в кабинет к Эктору зашёл Антон из Управления переходов. Теперь он тоже стал Куратором одного из отделов в своём Управлении.

– Приветствую! – поздоровался Антон.

– Привет переходникам! – ответил Эктор, восторженно улыбаясь.

Однако же Антон этой радостной ноты почему-то не поддержал.

– Слушай, – опустив глаза, тихим голосом начал он, – даже не знаю, как тебе сказать… Ну, короче. На сегодня назначено завершение этапа земной жизни у твоей супруги. Поступило задание на организацию её перехода…

Сложно сказать, что именно после этих слов почувствовал Эктор. Услышав их, он машинально перевёл взгляд на фотографию супруги, стоявшую у него на рабочем столе. И вспомнил, что очень часто называл её «моя Звёздочка».

«Вот так неожиданно… Но, наверное, это время действительно пришло», – с грустью подумал он.

– Сколько ей сейчас лет? – тихо спросил Эктор.

– Восемьдесят восемь. И цифры хорошие, – постарался подбодрить его коллега.

Понятное дело, что за долгие годы службы Эктор многократно имел дело с переходами живущих, давно уже к ним привык и, главное, прекрасно знал, что финал земной жизни – это отнюдь не конец, а совсем наоборот – только начало… Однако же, несмотря на это, после слов Антона к горлу Эктора подкатил ком.

– Хорошо зная тебя, я предположил, что ты предпочёл бы узнать об этом заранее. Потому и сообщил, – нарушил тишину Антон. – Если что, похороны завтра...

– Да-да, завтра… – медленно повторил таким же тихим голосом Эктор. – Она всегда хотела, чтобы её похоронили на следующий день после смерти.

– При жизни у вас с ней были разные фамилии? – поинтересовался Антон.

– Ну да. А что?

– Да нет, ничего. Просто есть одна теория. Её суть в следующем. Для того чтобы брак был крепким, фамилии супругов обязательно должны быть одинаковыми. Но справедливости ради, конечно же, стоит сказать, что данная теория оспаривается многими.

– Ты знаешь, по всей видимости, я тоже не принадлежу к числу её сторонников, – проговорил Эктор. – Я считаю, что каждый живущий – это совершенно особая личность с необъятным миром внутри себя. Некоторые мужчины предполагают, что если супруга возьмёт его фамилию, то она всегда будет идентифицировать себя только с ним и думать только о нём и об их общей семье. Но, по моему мнению, иногда это всё-таки некая форма искусственной или необходимой общности. И возможно, её корни уходят в далёкие времена... Да, вероятно, тогда подобная идентификация принадлежности к одной семье имела какой-то отдельный смысл и являлась целесообразной. Но только всё это – уж точно не всегда про любовь… Да, кстати, скажи мне, а всегда ли общая фамилия удерживала супругов от взаимных измен?

Антон громко рассмеялся.

– Наверное, общая фамилия – это последнее, о чём думают изменяющие друг другу муж и жена, – ответил он.

– Вот именно, – поддержал его Эктор.– Но если и мужчина и женщина – самодостаточные личности, если они на самом деле любят друг друга, то они и так испытывают сильную взаимную привязанность и желание быть вместе. Вместе – несмотря ни на что. Каждый из них – это отдельная и независимая личность. Это Душа – с громкой буквы! Они это знают и именно за это ценят друг друга. Да, при этом в браке у них может быть как одна фамилия, так и разные. Это уж личное право каждого. Оба варианта в равной мере имеют право на существование. Иногда общая фамилия супругов — не дань традиции, а настоящая необходимость. Хотя, конечно, кто-то вправе думать иначе.

– Ты знаешь, я тоже больше сторонник именно твоей точки зрения, – согласился Антон. – А спросил я тебя об этом просто из любопытства. И вот ещё что. Единственное, о чём я хотел тебя попросить, – продолжил он, – пожалуйста, ни во что не вмешивайся до её похорон. И лишний раз не светись у неё на квартире. Сам понимаешь, сейчас там будут работать ребята из Управления фильтрации, а потом и наши тоже подключатся. По диагонали я просмотрел описание её жизни и уверен, что там всё пройдёт без проблем.

– Спасибо тебе, – после некоторой паузы почти беззвучно проговорил Эктор.

В знак поддержки Антон похлопал его по плечу.

– Всё будет хорошо! – произнёс после этого переходник и повернулся, чтобы выйти из кабинета.

– Есть одна просьба, – всё таким же тихим голосом остановил его Эктор.

Антон обернулся.

– Да, конечно. Буду рад помочь, если смогу, – ответил он.

– Пусть при переходе на новый этап моя драгоценная Звёздочка сразу же увидит себя двадцатипятилетней. И в своём любимом платье бордового цвета. Это возможно? – вкрадчиво спросил Эктор.

– Без проблем. Организуем, – коротко ответил Антон и вышел из кабинета.

В день смерти своей супруги, или, как было принято говорить в Службе – её перехода, Эктор не отправился к ней домой. Он прекрасно знал о том, что в этот день дом бывшего живущего посещают сотрудники других Управлений. Они просматривают личное дело усопшего, фиксируют показатели жизненного баланса и делают, если нужно, своё заключение о необходимости наказания. Всё это называлось фильтрацией. Так что своим коллегам Эктор не стал мешать – тем более что об этом его попросил Антон. Да и плюс ко всему свободного времени у Эктора выдалось не особенно много, поскольку весь день он был занят подготовкой к встрече с супругой, а сделать ему в связи с этим предстояло совсем немало.

В своей последней жизни Эктор любил режиссировать различные мероприятия, продумывая всё до мелочей. Поэтому при организации такого важного для него процесса, как переход самого близкого и любимого человека, он полностью погрузился в стихию творчества. Тем более что решить предстояло массу самых разных вопросов – от погоды до внешнего антуража. Безусловно, на всё это должно было уйти внушительное число единиц жизненного баланса, но ведь переход любимой женщины случался далеко не каждый день! Поэтому он готовился заранее, подкапливая на этот случай. Смог бы Эктор организовать нечто подобное по случаю следующего перехода своей драгоценной Звёздочки, было ещё неизвестно, а по большому счёту – маловероятно, поэтому сейчас он старался как мог.

По поводу музыкального сопровождения он решил посоветоваться с коллегами. Все они в один голос порекомендовали ему обратиться к некоему Компоту.

Компот был одним из ожидающих права на жизнь – и личностью, имевшей весьма жизнерадостный характер. Его Эктор уже видел прежде, поскольку многие сотрудники обращались к нему за помощью по уже известной части. Такую музыкальную репутацию Компот приобрёл благодаря тому, что в одной из своих предыдущих жизней он был достаточно известным композитором и аранжировщиком. Однако же вместе со славой в жизнь Компота ворвались и проблемы, связанные с его чрезмерным самомнением, распутством и пристрастием к алкоголю. Свой земной путь Компот окончил весьма печально – он умер в ночлежке от алкоголизма и депрессии, оставленный всеми своими друзьями и родственниками.

Иначе говоря, слава Компоту, увы, совсем не помогла. А точнее будет сказать вот как: слава помогла ему трагически закончить земную жизнь.

Фильтрация для него также прошла соответствующим образом. Уровень его жизненного баланса оказался крайне низким, и никакая известность при жизни выправить его уже не могла. Компот очень надеялся в короткие сроки пополнить свой баланс за счёт благих воспоминаний о нём, однако же и тут тоже не срослось. Годы шли, а его баланс повышался так медленно, что на получение Компотом права на жизнь ушла бы, наверное, добрая сотня лет. Так что он решил поступить так, как поступали в его ситуации многие. Он получил право на жизнь в том теле, на которое хватило. А хватило Компоту, к сожалению, только на жизнь котом. Так, проведя в кошачьем теле около десяти лет, Компот вновь отправился в переход.

Во время проведения фильтрации сотрудники Службы спросили у него, желает ли он что-либо сказать.

– Да! – твёрдо ответил Компот. И, окинув пристальным взглядом участников комиссии, зычным голосом выдавил из себя: – Мя-а-ау!

Его чувство юмора комиссия оценила раскатистым смехом, но в итоге – для профилактики – Компота всё равно наказали. Его обязали в периоды между тремя жизнями помнить о своём печальном музыкальном прошлом. А поскольку он когда-то был композитором, а после этого стал котом, то так за ним и закрепилось это прозвище – Компот. Вот такая тернистая творческая биография: из известных композиторов – в коты, и только уже потом, может быть, – в человеки. Как ни крути, настоящий компот!

При этом любопытно, что после существования Компота в теле кота его жизненный баланс стал повышаться в разы быстрее, чем после жизни человеком. Так что в данном случае оставалось только догадываться – то ли он был настолько хорош как кот, то ли безнадёжно плох как живущий…

Компота Эктор разыскал в одном из мест его обычного времяпрепровождения: бывший композитор и по совместительству кот очень любил посещать концерты классической музыки.

Выглядел Компот доброжелательно и одновременно с этим несколько комично. Он был среднего роста, имел вытянутое упитанное лицо и носил круглые очки. Одет Компот был под стать своей внешности – в светлый костюм в очень крупную клетку. Он специально изменил свой облик, чтобы здесь, на том свете, его не узнавали, поскольку со своим славным и при этом весьма горестным прошлым никак связывать себя он больше не желал.

В качестве музыкального сопровождения перехода супруги Эктора Компот предложил несколько собственных композиций, а также ряд произведений некоторых других авторов.

Прослушав предложенные варианты, Эктор сразу же отмёл абсолютно все.

– Понимаешь, – объяснил он Компоту, – в такой момент звучащей музыкой необходимо создать свет. И одновременно с этим – подчеркнуть совершенно особую важность момента. А слушать длинную мелодию и пытаться понять, насколько она хороша, в данном случае совсем не подходит. Нужно такое музыкальное произведение, которое буквально с первых нот, заметь – именно с первых, – подчеркнул Эктор, – создало бы лирическое настроение и вызвало бы прилив положительных эмоций.

– Тогда, может быть, Вивальди? – предложил Компот.

– Какой ещё Вивальди! – не выдержал Эктор, но сразу же осёкся, поскольку увидел надвигавшиеся на выражение лица Компота сумерки. – Извини. Просто нужно то, что узнаваемо. И то, что имеет исключительно положительный подтекст.

– Например? – поинтересовался Компот.

– Ну ты и молодец! – воскликнул Эктор. – Я пришёл к нему за помощью, а он мне говорит – мол, давай предлагай сам!

И он рассмеялся.

– Ну, например… – спустя несколько мгновений задумался Эктор – и как вариант предложил знаменитую мелодию из не менее знаменитого старого фильма.

Компот охотно согласился.

– Это – самое то! – красноречиво подтвердил он выбор Эктора.

Хотя на самом деле ему, наверное, было абсолютно всё равно. Что хочет клиент, то он и был готов исполнить. Одно слово – Компот!

Но одного только выбора музыкального произведения показалось Эктору недостаточно. К его исполнению он захотел привлечь ещё и профессиональных музыкантов.

Иными словами, забот в этот день у Эктора хватало, так что он был очень занят до позднего вечера. Плюс ко всему ему пришлось ещё и отправиться к Антону, чтобы обговорить оставшиеся нюансы.

– Ты, говорят, там задумал что-то грандиозное, – улыбаясь, произнёс переходник, когда они встретились.

По-видимому, до него уже дошли слухи о суетных приготовлениях в связи с переходом супруги Куратора Восьмого отдела.

– Да вот хочу всё организовать как-то совсем иначе, нежели чем это принято, – признался Эктор.

– Ну, «как-то иначе» у нас обычно не делают. Конечно же, что-то типа такого случается, но достаточно редко, – сказал Антон.

– Наверное, ты имел в виду, что так, как я, особо никогда не делали? Ну, раз уж переход – это не конец жизни, а просто перемещение из одного пространства в другое, то пусть это будет праздником. И для своей любимой я хочу всё организовать очень достойно. И мне, кстати, будет нужна твоя помощь, – объяснил Эктор цель своего прихода.

– Да одной моей помощью ты здесь не обойдёшься. Тут нужно просто море жизненного баланса! – весело отозвался Антон.

– Да, конечно, я знаю. Но и этот вопрос мы решим, – подмигнул ему Эктор. – Кстати, после перехода вместо ваших хождений вместе с живущими по кабинетам я хочу всё сделать так, чтобы это понравилось и мне, и моей супруге. Так что, пожалуйста, пригласи на это мероприятие тех из наших друзей, кто ещё не перешёл в новую жизнь, а пока что живёт в прежней. Или находится в процессе ожидания.

– Ну, тех, кто на стадии перехода или ожидания, я уведомлю и соберу без проблем, – немного подумав, отозвался Антон. – Только дай мне списки этих лиц. А всех живущих-то я как соберу? – в замешательстве спросил он.

– А как можно это сделать? – в ответ спросил Эктор.

Куратор Управления переходов вновь задумался.

– Ну если только ночью, во сне, – предположил он. – Например, все они будут спать и всё это видеть как сон, идёт?! Ведь они же, наверное, все живут на одном полушарии Земли? В том смысле, что ночь у них примерно в одно и то же время, так ведь?

– Ну да, отличная идея! – обрадовался Эктор. – Спасибо тебе!

Весь следующий день он уже с утра был как на иголках. Он тоже принял образ из своей последней жизни – образ самого себя в двадцать пять лет – и приоделся в современный классический костюм.

– Всё просто идеально! – горделиво произнёс Эктор, глядя на себя в зеркало.

Перед тем как отправиться на кладбище, он зашёл в свой отдел – сообщить коллегам, что сегодня целый день будет занят, а заменять его будет заместитель.

Увидев своего Куратора столь празднично одетым – да ещё и в образе из его последней жизни, подчинённые заглушили слова своего начальника бурными овациями. Одна из сотрудниц отдела, острая на язык, улыбаясь, громко произнесла:

– Дорогой Куратор Эктор! Да Вы, оказывается, и сами при жизни были очень даже ничего! И дался Вам этот образ Лермонтова!

– Спасибо! – отозвался Эктор. – В двадцать пять лет мы все прекрасно выглядим. И Михаил Юрьевич – в том числе! – парировал он.

Эктор, в невидимом для живущих образе, появился на кладбище чуть раньше назначенного времени. Сперва он навестил свою собственную могилу. Благодаря его супруге и детям она имела всё такой же ухоженный вид.

Затем Эктор направился к месту предстоящего захоронения своей жены. Приблизившись к нему, он увидел, что работы по подготовке могилы пока что ещё не были закончены.

Он отошёл в сторону и принялся терпеливо ждать, время от времени поглядывая на часы и завершая последние приготовления методом дистанционного контроля за выполнением своих поручений.

Один за другим все участники сообщали ему о своей полной готовности к мероприятию. При этом почему-то больше всего Эктор переживал из-за Компота, хотя тот, вопреки всем небезосновательным сомнениям, уже с раннего утра крутился на кладбище и ещё издалека весело поприветствовал его рукой.

Улыбнувшись, Эктор вспомнил, что в последнее время Компот часто говорил, что не имеет желания возвращаться в земную жизнь человеком, а снова хочет провести её в теле кота. «Ну, это уж как повезёт! – усмехнувшись про себя, подумал Эктор. – Одно дело – жить у одинокой незамужней женщины – и быть при этом котом-королём, а совсем другое – это выживать на улице голодным облезлым котярой. Это, как говорится, две большие разницы!»

Светило осеннее – уже ставшее скуповатым на тепло – солнце.

Эктор вспомнил о том, что и его переход также случился осенью.

Где-то высоко пели птицы. Мимо прошла пара ожидающих, оживлённо толкующих о том, когда же им наконец-то выпадет шанс вернуться в реальную жизнь! Они поприветствовали Эктора движением головы. Он ответил им тем же.

Раздался щелчок включения внутренней связи.

– 08/17, привет! – прозвучал голос Антона.

– Привет! – ответил Эктор.

– Процессия уже выехала на кладбище. Всё в порядке. В управлении «Ф» подтвердили, что у твоей супруги тоже всё хорошо. Положительный баланс нормальный. Даже немного зашкаливает! – Антон рассмеялся.

– Я в этом даже не сомневался, – также смеясь, отозвался Эктор.

– Слушай, тут одна проблемка выскочила по твоему другу в плане мероприятия.

– По кому?

– Да по Дмитрию. У него дома сегодня намечается поздняя праздничная посиделка. Будут отмечать день его рождения. Но из-за того, что часть гостей прилетает поздно вечером, отмечать будут почти до утра. Так что, похоже, спать этой ночью Дмитрий не будет. Что делать-то?

– Ну есть же, наверное, какие-то варианты? – начал нервничать Эктор.

– Хм… Ну да. Есть, конечно, – задумчиво произнёс Антон. – Но только потом, если что, ко мне – без претензий.

– Договорились! – вздохнув, ответил Эктор. – Только, пожалуйста, придумай что-нибудь – и претензий не будет. Главное – вытащи его мне на мероприятие.

– Ну что ж, устроим. Кстати, своего сотрудника для встречи и организации перехода твоей супруги мы на кладбище тогда высылать не будем, так? Ты ведь сам всё сделаешь в лучшем виде? – уточнил Антон.

– Да. Я всё сделаю как надо. Можешь не сомневаться, – подтвердил Эктор. – А если что, потом доложу! – пошутил он.

– Да ладно тебе – «доложу»! – усмехнувшись, отозвался Антон. – У тебя сегодня слишком важный день. Не будем тебе мешать.

– Спасибо!

Внутренняя связь прервалась.

Эктор стоял на кладбище и ждал появления похоронной процессии. В руках он держал огромный букет бордовых роз. Её любимых.

Вдруг Эктор услышал позади от себя шаги. Он обернулся. Сзади к нему приближалась женщина примерно лет шестидесяти пяти. Когда она подошла совсем близко, он её узнал. Это была их с супругой родственница из прошлой жизни. Эктор слышал о том, что она тоже умерла. Но что она тут забыла именно сейчас?.. Отношения у семьи Эктора с этой родственницей были, мягко говоря, натянутыми. И чтобы вот так вот просто встретиться с ней на кладбище, и уж тем более – в такой момент, это было как-то чересчур уж странно.

– Добрый день! – поздоровалась женщина.

– Добрый, – ничего не выражающим голосом ответил Эктор.

– У твоей супруги сегодня этап перехода? – спросила она.

– Да. А ты что тут делаешь?

– Я пришла попросить у неё прощения. Я была не права в той ссоре с ней при жизни, поэтому…

Родственница замолчала. А после этого неожиданно продолжила:

– Короче говоря, за мной грешок.

Эктор молчал. Родственница тоже стояла молча, при этом опустив глаза.

– Но ведь ты же знаешь, что на стадии ожидания новой жизни или перехода просить, чтобы тебя простили, просто бесполезно, – проговорил Эктор. – Все эти истории остались там, в прошлом времени. Как говорится, проси прощения при жизни – потом это уже не поможет.

– Да, я знаю, – тихо ответила женщина. – Вот поэтому я и пришла пораньше. Я слышала, ты стал Куратором, и подумала, что обязательно встречу тебя здесь, на кладбище, при её переходе. Я не могу сказать ей тех слов, которые хочу, но я прошу у неё прощения через тебя. А ты, пожалуйста, передай ей мои слова. Пусть они уже не имеют никакого значения для неё. Зато они очень важны для меня, хотя уже и слишком поздно… Я давно хотела перед ней извиниться, но моего баланса не хватает даже на то, чтобы попросить прощения через сон. Видимо, я тут надолго… Спасибо вам за всё!

Немного помолчав, она добавила:

– Ну, я пошла…

С этими словами женщина повернулась и медленно направилась в неизвестном направлении.

– И тебе тоже спасибо за всё, – тихо проговорил Эктор, глядя ей вслед.

В принципе, она была неплохим человеком, но однажды ошиблась и пошла по неверному пути. А впрочем, с кем не бывает…

«Errare humanum est» – «человеку свойственно ошибаться», – вспомнил Эктор знаменитую латинскую фразу. Латынь он зубрил в институте целый год, а запомнил одно-единственное изречение – про ошибки! «Может быть, учить мёртвый язык ради одной-двух умных фраз тоже было ошибкой?» – улыбнувшись, подумал он.

Очень часто лишь только при прохождении фильтрации живущий осознавал, что в своей жизни он сделал что-то не так. Разумеется, в характере Эктора тоже имелись свои сложные стороны, и во время бесед в Управлении фильтрации и в Управлении корректировки ему напомнили обо всех его неблаговидных поступках.

Как выяснилось, относительно определённых событий в своей прошлой жизни Эктор и знать не знал, что был не прав и поступил неверно. Вот так!

Все эти воспоминания пришли ему в голову в те минуты, пока он, стоя на кладбище, ожидал появления похоронного кортежа.

В этот момент, оторвав Эктора от раздумий, на площадку, расположенную неподалёку от будущей могилы его супруги, стали медленно заезжать один за другим автомобили. Самым первым из них был микроавтобус чёрного цвета. Эктор же тем временем находился метрах в двадцати от площадки и наблюдал за всем происходящим.

Когда машины остановились, из них стали выходить его дети и внуки, включая и прилетевшую ночным рейсом старшую внучку Алину, а также множество других родственников, друзей и близких знакомых. Среди этого обилия людей Эктор невольно стал отыскивать глазами свою Звёздочку.

Из всех прибывших на кладбище своим высоким ростом выделялся семнадцатилетний парень – его младший внук Артур. Недавно Эктор через группу поддержки помогал ему сдавать ЕГЭ. «Хотя он сам, разумеется, уверен в том, что с вариантами заданий ему просто невероятно повезло», – улыбнувшись, подумал его дед.

Наконец из катафалка вынесли тело. И сразу же после этого из микроавтобуса вышла – а точнее сказать, выпорхнула – его супруга. Она была молода и ослепительно красива в своём изысканном платье бордового цвета, изящно перехваченном пояском с медной пряжкой.

«Ну и Антон! Ну и молодец!» – с восхищением подумал Эктор.

Взгляд его супруги был растерянным, что в её положении считалось абсолютно нормальным. Она с неописуемым изумлением смотрела на всё вокруг, дивилась на саму себя и при этом совершенно не представляла, что будет дальше.

– Начинаем! – скомандовал Эктор по внутренней связи Компоту и всем остальным, участвующим в организации мероприятия.

В следующее мгновение над кладбищем полилась фантастическая музыка – великого Эдуарда Артемьева из кинофильма «Свой среди чужих, чужой среди своих».

На небольшом холме, который возвышался в самой середине кладбища, был виден силуэт игравшего на духовом инструменте музыканта. Сам же оркестр расположился метрах в двадцати, у подножия холма.

Несмотря на то, что музыка звучала достаточно громко, никто из людей, шедших в похоронной процессии, не обернулся. И в этом не было ничего удивительного, ведь живущие не слышали этих звуков. И только лишь одна его Звёздочка сперва внимательно посмотрела на музыканта, а затем увидела и самого Эктора в образе из последней жизни. Она долго всматривалась в его лицо, начисто отказываясь понимать то, что происходит.

Дабы вывести свою любимую жену из замешательства, Эктор двинулся ей навстречу.

Выйдя из толпы провожающих, Звёздочка остановилась. И, не веря своим глазам, замерла.

Вплотную приблизившись к ней, Эктор прошептал:

– Ну здравствуй, моя Звёздочка!

– Неужели это ты?! – спросила она недоверчиво.

– Конечно, это я. И я тебя жду!

И Эктор протянул ей цветы, поцеловал её в щеку, и они крепко-крепко обнялись.

– А что здесь такое происходит? – спросила его супруга, не выпуская мужа из объятий.

– Да ничего особенного. Просто очередной переход живущего на этап ожидающего – для того чтобы потом вновь перейти в живущие, – объяснил Эктор суть происходящего совершенно непонятными ей словами.

– Знаешь, а ты хорошо выглядишь. Даже лучше, чем после смерти! – с изумлением и вместе с тем не без доли сарказма, принятого в их семье, произнесла супруга.

Эктор расхохотался, после чего вновь крепко обнял её.

– Я люблю тебя! – счастливо улыбаясь, произнёс Эктор, а затем прошептал ей на ушко:

– Пойдём со всеми попрощаемся. Нам с тобой нужно двигаться дальше.