Глава 19

Сегодня днём Донна попросила Эктора о встрече. Он предположил, что это связано с его просьбой о помощи в части информации о его семье и, конечно же, согласился.

Эктор предложил увидеться в Управлении, но девушка сказала, что их встреча должна состояться не в офисе Службы, и пригласила его в клуб «Девяносто градусов». Это было достойное и довольно популярное заведение в городе в стиле конца девяностых и начала нулевых годов двадцать первого века – с соответствующими духу того времени интерьером и музыкой.

Эктор приехал в клуб минут на пятнадцать раньше условленного часа.

Зайдя в зал, он увидел Донну, сидевшую за одним из столиков, расставленных вокруг сцены и танцпола. Девушка была в зеленоватом платье с большим вырезом. Её красивые волосы были распущены. Она выглядела великолепно – как, впрочем, и всегда. Как уже говорилось, все женщины в Службе имели существенный плюс: они могли выглядеть так, как хотели. Поэтому практически все сотрудницы прекрасного пола были писаными красавицам – как на подбор.

Донна ещё издалека увидела Эктора, входящего в зал, и, улыбаясь, помахала ему рукой, после чего он сразу же направился к её столику.

– Привет! Ты как всегда очаровательна! – начал он с комплимента.

– Привет! Спасибо! – изобразив лёгкое смущение, ответила Донна.

– Как дела? – поинтересовался Эктор.

– Хорошо, – улыбнулась она и так томно на него посмотрела, что он невольно отвёл глаза, уклоняясь от такой атаки.

Эктор не знал, для чего именно Донна пригласила его в клуб, но по многочисленным признакам догадывался, что девушка к нему неравнодушна. Это проявлялось и в её звонках по малозначительным поводам, и в том, что она уделяла столько внимания своему внешнему виду перед тем, как прийти с ним на встречу, и в её взглядах, и в каких-то якобы случайных прикосновениях к нему…

Когда-то давно, ещё во время земной жизни, Эктор читал про всевозможные манипуляции, упрощавшие общение между живущими, и после этого стал смотреть на подобные вещи как на нечто искусственное – и, соответственно, несколько настораживался при общении с такими опытными собеседницами.

Он неоднократно наблюдал, как в его присутствии Донна старалась подчеркнуть свою красоту и сексуальность. Также, помимо всего прочего, она ещё и делала ему такие откровенные намёки, которые довольно сложно было истолковать как-то иначе на фоне всего остального. Донна регулярно – и уж тем более, когда была в коротких юбках или платьях, – словно бы случайно нагибалась для того, чтобы застегнуть свои сапоги или что-то поднять, – и тем самым ещё ярче демонстрировала все прелести своей изысканной фигуры.

Эктор же при этом был с ней просто вежлив и неоднократно пытался дать девушке понять, что вопрос о близких отношениях с ней не стоит у него в приоритете. Более того. Подобного приоритета у Эктора не было вовсе – тем более если речь шла о коллегах по службе. К тому же он был однолюбом, и его Звёздочка – так он называл при жизни свою любимую жену – до сих пор жила в его сердце как единственная.

Так что с некоторых пор Эктор начал немного избегать встреч с Донной. И ему даже показалось, что девушка довольно быстро поняла, что он стал от неё дистанцироваться. И вдруг – это её предложение встретиться…

Чтобы не обострять ситуацию, – тем более после того, как она помогла ему в той истории с внуком в кафе и в части информации по слежке, – Эктор просто счёл своим долгом явиться в клуб на встречу с Донной. Однако же при этом он понимал, что рано или поздно подобные отношения к чему-то всё-таки должны привести – или к взаимному отдалению и разрыву, или же, наоборот, к сближению. А Эктор был не против оставить всё как есть, а именно – в нейтральной стадии, – хотя такого, судя по всему, быть уже не могло.

Посмотрев меню, они сделали заказ и принялись разговаривать о всяких «дежурных» пустяках. Эктор чувствовал, что встретились они сегодня с Донной отнюдь не ради этих пустяков, и что всё это – только прелюдия к совсем другому разговору. Что-то действительно важное ещё только должно было прозвучать.

А между тем на сцене клуба выступали различные группы. Они исполняли хиты девяностых годов двадцатого века. По всему периметру помещения висели жидкокристаллические экраны, на которых транслировалось изображение поющих. Один из мониторов находился у Донны за спиной, и Эктор, разговаривая с ней, время от времени переводил взгляд с девушки на изображение происходившего на сцене.

Донна рассказала о том, что, по результатам её дополнительной проверки, Управление взаимозачёта не производило и не производит выполнения какого-либо серьёзного задания ни в отношении его супруги, ни в отношении каких-либо других его близких родственников.

– Спасибо тебе большое! – с сердечной улыбкой произнёс Эктор, глядя на девушку. А сам при этом подумал: «Вот интересно, это хорошая новость или плохая? Если слежка – это не дело Управления взаимозачёта, то тогда кто именно из сотрудников Службы и с какой целью её осуществляет?»

Но сейчас Эктор не хотел обсуждать с Донной все эти вопросы и поэтому заговорил на другую тему. При этом он продолжал ожидать того, что их диалог наконец коснётся чего-то более важного, но торопить девушку он не спешил – тем более что, быть может, это действительно была просто встреча двух добрых знакомых.

Однако же в конце концов Донна всё же произнесла ту знаковую фразу, которую Эктор ждал.

– Да, вот что. Хотела бы с тобой обсудить один важный вопрос, – сказала девушка, посмотрев на Эктора пронзительным взглядом.

– Конечно, – с готовностью отозвался он, – слушаю тебя внимательно.

– Знаешь, – начала Донна, – я буду откровенной, хотя, может быть, и не стоило бы этого делать. Мне кажется, что мы с тобой друг к другу неравнодушны, хоть и пытаемся это скрыть. Ты мне действительно нравишься, и мы с тобой могли бы, пока оба находимся здесь, на службе, стать парой. С твоих собственных слов я знаю о том, как ты любил свою супругу. Но ведь это уже в прошлом – и ты сам прекрасно это понимаешь. В конце концов, ты же не можешь помнить одну и ту же женщину каждую свою новую жизнь!

– Хм… – задумался Эктор.

И вскоре после этого возразил:

– Тут, конечно, есть разница. Свою супругу из моей последней жизни я не только помню, но ещё и люблю. До сих пор. Честно!

– Понимаю, – не сдавалась Донна. – Но всё ведь меняется. И даже у живущих, и среди пенсионеров – в том числе, часто бывает так, что если один из супругов умирает, то другой впоследствии нередко женится или выходит замуж. Это делается для того, чтобы быть с кем-то рядом. А лично я здесь хотела бы быть именно рядом с тобой.

Гул от музыки в зале нарастал, и Эктор с Донной, чтобы друг друга слышать, вынуждены были не только говорить очень громко, но ещё и наклоняться друг к дружке через стол. При этом сближении Эктор почувствовал чудесный аромат духов девушки и её тёплое дыхание. В какой-то момент они оба чуть сдвинулись вперёд и случайно задели друг друга щеками. Эктор ощутил нежное прикосновение её бархатной кожи. Он почувствовал, как токи прошли по его щеке. Ему даже показалось, что Донна сознательно вносила эту самую тактильную ноту в их диалог. Их встреча обретала всё более и более интимное звучание.

– Да. Бывает, – продолжил разговор Эктор. – У кого-то. Я хотел бы тоже быть с тобой откровенным и сказать тебе, Донна, следующее. Ты очень красивая, очень привлекательная и очень общительная девушка. И у тебя есть масса сногсшибательных нарядов. Но мы с тобой можем быть только друзьями. Хотел бы, чтобы ты поняла меня правильно. Очень хотел был.

Донна молча взяла в свои красивые руки правую руку Эктора и с нежностью посмотрела ему в глаза. Своего взгляда при этом он уже не отводил.

Наконец она заговорила:

– Я думаю, тебе не нужно спешить с ответом. Всё само собой как-нибудь расставится на свои места, и лишь только со временем мы сможем верно оценить наши чувства.

Эктор смущённо слушал Донну и, уже понимая, что не может выдержать её взгляда, время от времени переводил глаза на экран.

– Скажу даже больше, – продолжила девушка. – Ты мне не просто нравишься. Это чувство намного глубже. И если ты понимаешь, о чём я говорю, то мне действительно очень хотелось бы, чтобы мы были вместе. Если, разумеется, этого захочешь и ты.

Эктор молчал. Он не знал, как ответить, чтобы не разорвать отношения резко и чтобы это не привело к ссоре с Донной, которая действительно до сих пор помогала ему в различных ситуациях.

– Знаешь, – проговорила она нежным голосом, – на днях мне приснился сон. Мы с тобой занимались любовью… Мне очень понравилось!

И Донна загадочно улыбнулась.

– Бывает, – как можно более непринуждённо и даже слегка по-философски отозвался Эктор.

В это самое время на сцене выступала очередная группа. Она исполняла свою некогда весьма популярную заводную композицию. Эктор вновь посмотрел на экран, висевший за спиной у Донны, и обомлел: крупным планом на нём в роли певицы была… его супруга в молодости! В левой руке она держала микрофон, а правую протянула к нему, вытянув при этом указательный палец и напевая: «Я тебя ещё люблю…»

Сразу же после этого картинка на экране сменилась на изображение подлинной группы во главе с блондинкой-певицей. Эктор резко обернулся и посмотрел на сцену. На ней выступали те же самые люди, что и отображались на экране. Никакой его супруги там, естественно, не было. И быть не могло.

Увидев на лице Эктора довольно странную реакцию, Донна также повернулась в сторону экрана, но в тот момент на нём, как было сказано, транслировалось уже вступление поп-группы.

– Что-то случилось? – с тревогой в голосе спросила девушка.

– Да нет, – глухо ответил Эктор, – ничего, – и вытащил свою ладонь из её рук. – Прости меня, пожалуйста. Я совсем не такой идеальный, как ты думаешь. У меня целая куча минусов, и я пока что не готов к таким отношениям. Давай останемся хорошими друзьями. Я очень ценю твою дружбу.

И после недолгой паузы Эктор добавил:

– Я пойду.

И, поцеловав Донну в щёку, он направился в сторону выхода.

Донна несколько оторопела от слов Эктора и от столь резкой развязки их разговора, однако же виду не подала.

Когда Эктор ушёл, она негромко произнесла:

– Ну конечно, мы с тобой друзья – и только. Наверное, и ты меня тоже понял неправильно. Я ведь именно это и имела в виду...

Складывалось такое впечатление, что, возможно, это была фраза, специально заготовленная для Эктора – на тот случай, если он не согласится на предложение стать парой. Однако же в связи с его внезапным уходом девушка произнесла её только себе.

Донна по-прежнему продолжала сидеть за столиком, преисполненная непонимания и злости, злости на саму себя.

«Ну и дура же ты! – подумала она. – Короче, Донна, делай так, как считаешь нужным. И к чёрту лирику!» После этого девушка посидела ещё несколько минут, и когда её эмоции немного утихли, тоже покинула заведение.

А в это самое время Эктор шёл по улице и никак не мог успокоиться. «Что это было?!» – с каждым шагом крутилось у него в голове. Ведь он же абсолютно точно видел на экране лицо своей супруги! Но кто и для чего это сделал? Может быть, какой-нибудь поклонник Донны, чтобы помешать её отношениям с Эктором? А может, ему вообще всё это показалось?..

Чуть позже в этот же самый вечер молодой парнишка по имени Витёк, работавший звуко- и видеоинженером в клубе «Девяносто градусов», неторопливо шёл по коридору заведения, в котором сегодня он сопровождал техническую часть живого выступления.

Концерт закончился. Техники демонтировали аппаратуру. Витёк отключился от микшерного пульта, аккуратно скрутил все свои шнуры, забрал ноутбук и направился в раздевалку. Во время передвижения по коридору он вышел на внутреннюю связь и доложил:

– Это я. Задание выполнил. Результат достигнут. После визуального воздействия объект встал и вышел из клуба. Один. Он был явно не в духе, а девушка осталась в зале. Она тоже была недовольна таким финалом их встречи. Это было видно даже по её лицу!

На том конце провода ничего не ответили. Только раздался щелчок отключения связи.