Я саданул кулаком по стенке лифта.

— Аккуратнее, — предостерегли и усмехнулись сзади меня.

Я медленно обернулся, держась за ударенные костяшки.

— Лучше бей грушу, — ухмыляется Родя из соседнего офиса. У него своя компания по пиар-технологиям. В этом, как я понял, Родион Савицкий весьма и весьма преуспевает.

— Привет, — скривился я от неприятных ощущений.

— Поссорились? — указал он на закрывшуюся пару секунд назад дверь лифта.

— Ушла, — поясняю нехотя.

— Оу, даже так. А ты? Отпускаешь?

— Ни хрена не отпускаю.

— А она?

— Родя, давай потом, — повернулся я и потопал к своему офису.

— Если что, зови… может совет какой дать… я два раза разводился…

Я обернулся. Глянул на него. Кивнул.

Вот он мне как раз и на хрен не нужен с рассказами о своих разводах. Слышал я уже тысячу раз его россказни про то, что все бабы меркантильные стервы и им от нас только бабки нужны. Сейчас мне не хочется ещё раз услышать историю его второго развода, я-то разводиться вообще не собираюсь.

Недовольный я пошёл обратно в офис. Как назло, дел полно. Бегать за Машей сейчас бессмысленно. Пусть немного остынет. Она не в том состоянии, чтобы мои угрозы на неё действовали. Пусть идёт, жалуется братцу. Тот как жилетка, приголубит, пожалеет.

Посидит на его шее недельку, а потом он ей мозги на место поставит. Скажет, что лучше любимого мужа никого нет. Подождём.

Ничего. Придёт как миленькая. Сама придёт.

–

Отлично! Офигенно просто!

Вышла из здания, стою и смотрю по сторонам, как будто, в первый раз на улицу вышла. В голове помимо возмущения и злости малюсенькая такая противная мыслишка — и что я теперь буду делать без средств к существованию?

Куда идти? Где жить? Где работать? Где брать деньги на… пропитание. Про жильё вообще молчу, сегодня у меня гостиница до завтра и в эти, сколько там осталось часов, я должна что-то сделать, найти работу, жильё и деньги на еду.

Отличная, ситуация, просто мечта.

Плакать уже не хочу, осталось только смеяться.

Повернулась в одну сторону, потом в другую. Остановка. Где тут остановка или метро, хоть что-нибудь. В кармане осталась мелочь от гамбургера и кофе. Куда же я потрачу эти последние свои копейки, как распоряжусь монетами?

Место, в которое мне нужно сейчас поехать должно быть правильным и надёжным. С людьми, которые помогут и пожалеют.

К брату. Больше некуда.

Я пошла искать автобусную остановку. Не представляю, где она может быть. Потому что кучу времени я не знала, что такое общественный транспорт. Я ездила с мужем в его дорогущей машине, либо на такси Комфорт-класса.

А сейчас ещё автобусную остановку.

Я ещё не упала, но уже начинаю.

А Владислав Орлов ждёт не дождётся, когда же я упаду и приползу к нему обратно. Пришибленная и униженная, голодная и готовая терпеть его измены.

Да чёрта с два я упаду!

Не дождётся!

Не жди меня Влад!

–

Приблизительно через полчаса дороги я стою внизу у домофона.

Дом моего брата в недорогом жилом комплексе, в котором дома стоят полукругом повёрнутые окнами в огромный двор. Эту квартиру они с Юлькой купили по льготному, ипотечному кредиту. И довольно быстро выплатили. Потому что Мишка — программист. Он хорошо зарабатывает в ай-ти компании.

Конечно, не так хорошо, как мой муж, но, по крайней мере, на квартиру и машину заработал. И живут нормально. Не бедствуют.

Набрала номер квартиры брата — 103.

Прозвонил домофон, попиликал, но никто не ответил. Чувствую, придётся ждать под подъездом, пока Юля с детьми вернутся со школы.

А у меня выбора большого и нет. Придётся ждать. Нажала ещё раз на всякий случай.

— Кто? — прозвучал из динамика Юлин голос.

— Юль, это Маша, сестра Миши…

— Заходи, — бодрый голос невестки.

Дверь запищала, я дёрнула ручку, открыла и вошла.

— Привет! — не успела я выйти из лифта, меня уже обнимают. — А я за малыми в школу собралась, хочешь, пошли со мной, хочешь, оставайся, посиди, кофе попей, если устала.

— Можно, я подожду, на диване у вас поваляюсь, устала, если честно.

— Давай, заходи. Где что знаешь, обед ещё горячий, — она пропустила меня в квартиру, — закрывайся, я скоро буду!

— Окей, жду, — я прикрыла дверь, разулась и пошла на кухню.

У них тут двухкомнатная квартира, очень уютная и светлая. Они сами делали ремонт. Он, не такой дорогой, как в нашей квартире… вернее, уже не нашей, а Влада. Там всё из дорогих материалов, а тут экономно и без лишних затрат.

На газовой плите стоит кастрюля с супом, я открыла крышку, потянула носом. Гороховый.

— М-м, вкуснятина, — поскорее налила себе в миску и села поесть.

Поела и пошла в гостиную, села на диван, включила телевизор, откинулась на спинку и закрыла глаза. Как тут у них хорошо, как дома.

Невольно сравнила нашу жизнь с Владом и жизнь брата с его семьёй.

Да, это две разные жизни.

–

Стукнула дверь и весёлый гомон заполнил прихожую.

— О. Маша привет! — махнул рукой Данил, ему восемь и он очень серьёзный умный мальчик.

— Маша! — кинулась ко мне Дианка, — Ура! Ты пришла к нам в гости!

Я обняла племяшку. Ей семь, худенькая с рыжими косичками девчушка.

— Малышка, как же я тебя люблю, — стиснула в объятьях Динау, а она обвила руками мою шею.

— Привет, — подошёл Данил, я потянула его тоже обниматься, он нехотя потерпел мои объятья, не любит телячьи нежности.

— Сегодня идём гулять? — прижимается ко мне Дианка.

— Никакого гулять, пообедали, отдохнули и за уроки, строго сказала Юля.

— Ну, мам, Маша же пришла, — затянула Диана, у неё мой приход ассоциируется с праздником, я всегда прихожу с подарками… только сегодня всё не так.

— Извини малыш, я по делу пришла, но мы обязательно погуляем в ближайшие выходные. Обещаю.

Мне так неловко перед детьми, что я заявилась даже без конфет или мороженого.

— Ну-у, я думала, мы погуляем, — надула губки Диана.

— Так, дорогие, а кто не помыл руки после улицы, уже идёт Юля.

Иногда она кажется мне очень строгой матерью. Мне кажется, я со своими детьми, когда они у меня появятся, не буду так строга.

Дети пошли мыть руки и переодеваться, а Юля позвала меня на кухню.

— Пошли, ты суп ела?

— Ага, вкуснющий. Не помню уже, когда гороховый суп ела.

— Ты что, его не готовишь?

— Нет, Влад не любит ни фасоль, ни горох.

— Странный. Кстати, как вы? — она открыла шкаф, достала тарелки для детей, включила газовую горелку под кастрюлей с супом, чтобы немного его подогреть.

— А Миша тебе не сказал?

— О чём, — она обернулась, посмотрела на меня внимательнее, — вы что поссорились?

— Я подала на развод, — говорю через паузу.

Юля обернулась, нахмурилась.

— Серьёзно?

Я кивнула.

— А причины?

В этот момент в кухню вошла Диана, сразу села за стол. Юля повернулась, помешала суп в кастрюле, зачерпнула и налила в тарелку два половника. Поставила тарелку перед дочерью, внимательно глянула на меня и снова отвернулась.

— О, мой любимый супчик… дай, пожалуйста, хлеб, — Диана протянула руку в сторону хлебницы.

Смотрю на малую и не могу налюбоваться. Она напоминает мне меня в детстве, такая же шустрая и разговорчивая. Потом я выросла и стала не такой шустрой и теперь, наверное, перестану быть разговорчивой. Эта вся ситуация ввергнула меня в уныние. Чувствую тупик. Стену. Куда идти не знаю. Кругом помеха. Будто руки и ноги связанны, хочется что-то сделать, но не в силах освободиться от пут.

Вошёл Данил, сел на стул, взял хлеб и без разговоров начал есть. Такой же серьёзный, как Мишка. Настоящий мужчина. Как и мой брат.

— Пойдём в комнату, я вы тут без ссор чтобы, — строго приказала Юля.

Мы пошли в комнату.

— Ссорятся?

— О, ещё как, — усмехнулась она, — даже дерутся. Ты давай рассказывай, что случилось.

— Да что случилось, он мне изменил, и я так думаю, не в первый раз.

— Ухты, нифига себе. А как ты узнала? Может это не так…

— Увидела собственными глазами, — я пожала плечом.

— Ну и ну. Вот козёл, как он мог променять тебя на какую-то…

— Серенькую секретаршу, — натянула я улыбку.

— Обалдеть, — помотала Юля головой. — И что, ты реально будешь разводиться,

— Да. Я уже подала на развод.

— Обалдеть! Так, ладно, а как… ну понятно, — она посмотрела на диван, потом на дверь в кухню. — Так ты что, ушла от него?

— Да, сейчас живу в гостинице.

— Зачем в гостинице, давай к нам.

— Нет. Я не могу.

— Да почему?

— Не хочу вам мешаться тут под ногами, — я снова глянула в окно.

— Ты нам, во-первых, не мешаешь, во-вторых, я же не зову тебя жить тут постоянно, а до тех пор, пока не снимешь жильё. Деньги-то у тебя есть?

Молчу.

— Вот скотина, он что и денег тебе не дал?

— Он требует, чтобы я вернулась.

— А ты?

— Я не могу. У меня перед глазами вся эта сцена, — снова почувствовала слёзы. Когда я вспоминаю тот момент, всё время у меня накатываются слёзы.

— Вот блин. Ладно, не переживай, что-то придумаем, — Юля подошла и обняла меня, положила щёку на моё плечо.

— Я не хочу вас тревожить, но мне просто некуда идти. Я не знаю, у кого ещё простить помощи, слёзы полились из глаз. Вот не хотела плакать, думала всё.

— Так, нет, Машунь, не плачь. Что-то придумаем, не переживай. Мы у тебя есть и ты у нас, мы семья и мы друг за друга горой.